Master of the wind

Только благодаря своей силе воли и умению заставлять себя делать то, что делать совсем не хочется, обретенному ещё в детстве, Харт всё же оказывается в кресле напротив своего психотерапевта, примерно через две недели после признания Мерлина. - Как бы вы охарактеризовали свои отношения? - Молча выслушав его, интересуется его Добрый Доктор голосом обманчиво ровным и нейтральным. Гарри никогда — даже в мыслях не называет её по имени или фамилии. Этот момент она бы, несомненно, проанализировала тоже — если бы это хоть сколько-то относилось к делу. Но во многом Харт ценил эту женщину именно за то, что она не стремилась решать те проблемы, которые он не просил её решать. - До этой выходки? Я бы сказал, что он был моим другом. - Теперь что-то изменилось? - Я не уверен. Это требует от меня действий. Они могут всё изменить. - Вам необязательно что-то предпринимать. - Он этого не требует, это правда. И я бы не стал — несколько лет назад, потому что заключил бы, что это не мои проблемы. На губах женщины появляется легкая улыбка. Она просто кивает на это — время вербальных поощрений его поведения прошло, чему он несказанно рад. - Это не так уж хорошо, - позволяет он себе немного ворчания. - Я знаю, Гарри, - просто соглашается она. - Что вы сами хотели бы с этим сделать? - Я не имею ни малейшего понятия. Поэтому сижу здесь, - раздраженно откликается Харт. - Я не могу принять решение за вас, - спокойно сообщает его собеседница. - Вы можете поговорить со мной об этом. Иногда Харт, сидя в этом проклятом кабинете, чувствует себя девятнадцатилетним мальчишкой, которые не в состоянии сдерживать свои эмоции и не видит в этом нужды. Всё раздражение, обида и недовольство, которые он никогда не позволил бы проявить вне этих стен, которые он даже не чувствовал бы — каким-то образом поднимались в нём здесь. Док удовлетворённо кивает. Харт фыркает. - Хорошо. Давайте поговорим. Раньше вы состояли в интимных отношениях с этим другом, я ничего не путаю? - Вы не путаете. Мы закончили по той же причине. - У него появились чувства? - Мы были опасно близки к этому. - Что насчет вас? Харт замолкает и хмурится, уставившись в окно. Он признавался себе в том, что тогда между ними всё было не так просто, что с его стороны всё было не так просто, как он это разыгрывал — но он никогда не говорил этого вслух. А, как известно, только сказанное вслух по-настоящему становится правдой. - Я был привязан к нему немного больше, чем позволял себе в то время. - Вы привязались к нему. - К сожалению, - с усмешкой кивает Харт. - Я ценю его как человека — и не хотел переступать черту и оказываться в отношениях, подразумевающих серьёзные чувства тогда и не хочу сейчас. - Вы можете назвать причину? - Это сложно для меня. И сложно для того, кто рядом со мной. Это не становится легче и обычно заканчивается… вы знаете, как. То, что в этих отношениях нас трое, делает всё ещё сложнее. - Почему вы так думаете? - Потому что мои… сложности влияют не на одного человека. - Что по этому поводу думает Гэри? В этом кабинете Харт называл мальчишку по этому его имени, которое тот не использовал нигде, кроме документов. - О. Он в восторге — с одной стороны. И, думаю, в ужасе, потому что понимает, что в ужасе я. - Он чуткий партнёр. - Он хорошо меня знает. - Что насчет его второго партнёра и вашего друга? - Он тоже хорошо меня знает. - Если вы согласитесь попытаться — оговорив, что вам страшно и вы не уверены в себе, и боитесь плохого исхода эксперимента — они вас поймут? Гарри открывает было рот, чтобы сказать, что не собирается говорить ничего подобного — но его Добрый Доктор бросает на него просто испепеляющих взгляд, тем самым напоминая ему, что он взрослый человек, а не пятилетка в стадии отрицания всего на свете. Поэтому он закрывает рот и некоторое время не говорит ничего, размышляя, способен ли он переступить через себя и сказать все именно такими словами. О том, что ему ответят, он даже не задумывается, он знает — и поэтому, кивнув наконец, говорит: - Да. Конечно, они поймут. *** От дома до Хитроу — час с небольшим по пустым ночью дорогам. Он провожает Лиззи и Рокси до контроля, вверяет человеку, который сопроводит их до самолета и говорит, что в аэропорту назначения их встретят и довезут до отеля. - Ты солнышко, Харт, - ухмыляется Лиззи, качая головой. - Иди уже, - хмыкает он в ответ. - О? Где твоё привычное «ничего подобного»? - Во вполне искреннем удивлении поднимает брови его собеседница. - Не знаю, о чем ты, - отговаривается Харт, не заметивший бы своей собственной… необычной реакции. Лиззи просто улыбается и ещё раз обнимает его, дополнив объятия поцелуем в щёку. Может быть, Харт это и заслужил — он знал, что эти двое редко имели шанс полететь и отдохнуть где-нибудь вдвоём, в основном из-за весьма непредсказуемого графика разъездов Элизабет, поэтому догадывался, какой свадебный подарок будет кстати. Но организацией занимался не он, а люди, которые занимаются этим профессионально — он лишь давал указания. Так что он не сделал ничего особенного. И уж точно ничего, за что следует называть его… солнышком. На обратном пути, Гарри едет в объезд, увеличивая время в пути ровно вдвое. У него нет большого желания участвовать в веселье, которое сейчас в самом разгаре, и он уверен, что к тому времени, когда он наконец вернётся — все уже будут спать. Им всем, всё-таки, уже не двадцать и не тридцать, на веселье ночь напролёт способны пожалуй лишь только Фло и Джеймс, у которых где-то внутри точно вживлён вечный двигатель. Так и происходит — когда он возвращается около половины пятого утра, дом погружен в темноту, тусклый свет горит только в окнах кухни. На кухне он обнаруживает Мерлина, занятого мытьём посуды. Гарри, который ожидал, что на кухне просто не выключили светильники, поднимает брови и интересуется: - Ты что творишь? - Жду тебя, в основном. Мне нужно было чем-то заняться после того, как я убедился, что все разложены по кроватям. - Зачем ты меня ждёшь? - Чтобы знать, что ты вернулся, а не разбился на машине. Дорога в Хитроу не занимает столько времени. - Ты серьёзно? - Едко и изумленно интересуется Харт. Мысль о том, что кто-то будет переживать о том, где его носит, даже не приходила ему в голову — слишком нелепой она была. Эггси, который мог бы такое учудить, был не в том состоянии, а от Мерлина… от него он такого просто не ожидал. Он взрослый человек, в конце концов. Его путь в и из аэропорта может занимать столько, сколько он захочет. - Вполне, - спокойно кивает Мерлин в ответ. Он прерывает своё занятие, поворачивается к Харту с мягкой ухмылкой. - Что в этом удивительного, Гарри? - Ты знаешь, что я это не люблю, - замыкаясь, бормочет Харт. Он отворачивается, подходит к окну, открывает его, садится на подоконник и достаёт из кармана пиджака пачку сигарет, которые отобрал у Лиз. Эти — крепкая, ароматизированная дрянь, но по крайней мере он может быть уверен, что это действительно просто сигареты. Он прикуривает, затягивается, выдыхает дым. Напротив него, прислонившись плечом к стене, встаёт Мерлин. Гарри смотрит на него взглядом исподлобья, полным недовольства. Он не хочет разговора, который наверняка выльется из этого обмена репликами. Он уже имел его с психотерапевтом. Он знает свои проблемы, он знает, что несмотря на то, что его неприятие заботы и небезразличия со стороны других не мешает ему, оно очень мешает другим, и что он должен меняться ради них. Он не всегда этого хотел. Мерлин смотрит на него — долго и пристально. Потом улыбается и качает головой. - Ты имеешь на это право. Ты можешь уезжать когда хочешь и приезжать когда хочешь. И я имею право на свои чувства в отношении этого. Я не собираюсь хоть как-то порицать твоё поведение — ты взрослый человек и можешь делать что угодно. Тебе не стоит с таким недовольством реагировать на моё. Я тоже делаю то, что хочу и чувствую так, как хочу. Гарри, старательно смотрящий всё это время в темноту сада, переводит удивленный взгляд на Мерлина. Как он мог забыть, что они с Мерлином, во многом очень разные, в чем-то очень похожи?.. - Идёт? - Со смешком продолжает Мерлин, имея целью вывести Харта из его задумчивости. Харт, затянувшись, кивает. - Эггси был бы с тобой не согласен, - выдохнув дым, со смешком замечает он. - И это хорошо. Должен же хоть кто-то быть способен тебя усмирять. Харт хмурится. Мерлин ухмыляется и отбирает у него сигарету. - Это не так уж плохо, Харт. Он заставляет тебя становится лучше. - Это не самый приятный процесс, знаешь? - Это делает тебя несчастным? - Ты не мой психотерапевт. - И всё же. - Отвяжись. Мерлин пожимает плечами и затягивается отобранной сигаретой. Чуть морщится — дым наверняка дерёт горло — и выпускает дым в открытую створку окна, переместившись чуть ближе к Харту, чтобы не слишком дымить в комнате. Гарри вынимает из пачки новую сигарету, когда становится ясно, что первую Мерлин присвоил себе окончательно, зажимает её губами, и, протянув руку, слегка дёргает Мерлина к себе за рубашку. Тот приподнимает брови но чуть наклоняется, и позволяет Харту прикурить от своей сигареты. Они встречаются взглядами - на пару секунд, и во взгляде Харта — вызов и веселье, провокация. Гарри отпускает его рубашку, Мерлин выпрямляется, но не отступает назад. - Нет, - говорит Гарри после первой затяжки, - это не делает меня несчастным. Возможно, даже наоборот — но это и есть самое страшное. Мерлин, не ожидавший, что Харт всё же ответит ему, улыбается и кивает. - Ты не собираешься спать? - Когда они докуривают, интересуется Мерлин. Гарри отрицательно качает головой. - Через час приедут люди, которые будут приводить сад и первый этаж дома в прежнее состояние. Ты? - Если ты не против компании. - Без серьёзных разговоров. - Обещаю, - со смешком кивает Мерлин. - Но что мы тогда будем делать? - Как будто бы нам не о чем поговорить, - хмыкает Гарри. - У меня есть некоторые новости касательно нашего плана. - Действительно? - Да. Есть пара неплохих вариантов, я смотрел лично и хочу показать тебе их хотя бы виртуально. Если всё так пойдёт, мы вполне справимся к Рождеству. К девяти утра дом и сад приведены в прежний вид — несколько неправдоподобно-шустрых для столько раннего часа парней с явным йоркширским говорком споро погружают всю лишнюю мебель в видавший виды грузовичок, устраняют все следы бесчинств прошлой ночи, бодро прощаются с Хартом и уезжают, громыхая старой подвеской. Харт с минуту глядит вслед машине, размышляя о том, что Фло в числе своих талантов имеет один до крайности любопытным и совершенно непостижимый — находить до неправдоподобности выразительных персонажей даже для чего-то настолько банального, как, например, только что проделанная работа. Кроме этого, они с Мерлином решают, что один из вариантов, найденный Хартом, подходит идеально. После того, как Гарри провожает работников и возвращается в дом, Мерлин, заваривший чай и уже протягивающий ему чашку, интересуется — мягко, легко, чуть задержав свою руку на чашке, которую он передаёт Гарри, когда из пальцы соприкасаются. - Ты собираешься возвращаться? - Разве я не уже? - Эггси в курсе этого? - Нет. Он был слишком под кайфом для подобного разговора. Я поговорю с вами, когда остальные уедут. - Хорошо, - кивает Мерлин. - Ты не передумал? Мерлин изгибает бровь и смотрит на Харта невпечатленным взглядом. - Дурацкая шутка? - Предлагает Харт. - Отвратительная, - соглашается Мерлин. Гарри протягивает руку, сжимает пальцы на запястье Мерлина и тянет его к себе, чтобы слегка коснуться губами его губ — это чистая прихоть, подчинение сиюминутному порыву. Он не позволяет себе большего, хоть и хочет позволить — не время и не место — и отступает на шаг, прислушиваясь к движению на втором этаже, едва угадываемому глухому звуку шагов, и объявляет: - Надо приготовить этим людям их реанимационный набор. Мерлин, медленно цедя чай, задумчиво наблюдает за тем, как Гарри наливает в стаканы воды, кидает в тостер хлеб и уходит, возвращаясь с парой блистеров таблеток, которые оставляет рядом со стаканами. Для Харта это — рутинное утро после вечеринки. Он пил вместе со всеми этими людьми больше, чем полжизни и каким-то образом почти всегда он оказывался первым, кто проснулся. Вытянув из тостера первую партию подсушенного хлеба и закинув новую, он поворачивается и ловит на себе этот мягкий, позабавленный взгляд Мерлина — влюблённый взгляд, как с ужасом понимает Харт. - Ни слова, - предостерегает он. - Я не собирался ничего говорить, - пожимает плечами Мерлин. - Ты и без этого всё понимаешь. Негодяй совершенно прав. Гарри решает игнорировать его и отворачивается, занимая себя приготовлением кофе. Первым проснувшимся оказывается Эггси — он останавливается, едва войдя в кухню, и переводит взгляд, одновременно подозрительный, недоуменный и сонный, с Мерлина на Гарри и обратно. - Чем вы тут занимаетесь? И почему я проснулся в одной постели с чужим мужем, а не со своим? Гарри и Мерлин реагируют на это одновременно — Гарри весело фыркает, Мерлин мягко смеётся. - Ответ на первый вопрос, по-моему, очевиден. Ты ещё немного не в себе, да? - Предполагает Гарри, окинув взглядом мальчишку. Судя по влажным волосам и темным пятнам, оставшимся от капель воды на футболке, перед тем, как спуститься вниз, он засунул голову под холодную воду. - Немного, - легко соглашается Эггси. - Гарри занимался приготовлением «реанимационного набора», как он это назвал, - всё же отвечает на первый вопрос Мерлин. - Я пью чай и молчу по его требованию. Харт хмыкает. Эггси молча смотрит на двоих еще немного, потом переключает своё внимание на кофейник, который Гарри снимает с плиты. - Я вижу кофе. - Ценное наблюдение, - отзывается Харт. - Выпей воду, съешь таблетку, заешь тостом. Потом получишь кофе. Эггси пожимает плечами и просто выполняет указания. Гарри протягивает ему чашку кофе с поощрительной улыбкой. Мальчишка взъерошен и слегка бледноват, с легкими тенями под глазами, но в целом не выглядит как человек с тяжелым похмельем — как скорее всего будут выглядеть все остальные, кто сейчас спит наверху. - Как ты себя чувствуешь? - Тем не менее спрашивает Харт, наблюдая на тем, как Эггси отходит с подоконнику и встаёт рядом с Мерлином, привалившись к его боку. Мерлин обнимает его за плечи и целует в висок, Эггси улыбается улыбкой, которую, скорее всего, даже не осознаёт — и Гарри отворачивается обратно к плите, чтобы налить кофе себе, отказываясь испытывать это глупое чувство одиночества, которое он остро испытывает в этот самый момент. - Голова раскалывается. - Сейчас пройдёт, - обещает Харт. - Знаю. Спасибо, - Гарри поворачивается как раз тогда, когда Эггси говорит это, сопровождая свою реплику слабой улыбкой, направленной ему. Гарри подавляет первую реакцию отмахнуться — и в итоге только сдержанно кивает. Эггси задерживает на нём взгляд на несколько секунд — прежде чем посмотреть на Мерлина и заговорить снова. - И всё же. Как я оказался в одной постели с Джеймсом? - Я хотел дождаться Гарри. Вы обоюдно решили, что, покинутые мужьями, имеете полное моральное право спать вместе. - Действительно? Мы так решили? - Идею высказал Джейми, что предсказуемо. Ты с энтузиазмом поддержал. - И ты мне позволил? - Почему нет? - Слегка пожал плечами, легко говорит Мерлин. Эггси замолкает и некоторое время смотрит в почти опустевшую чашку. Мерлин и Гарри переглядываются. - Как насчет завтрака? - Спрашивает Харт. - Ты заставишь меня готовить? - Вздыхает Мерлин. - Можешь порезать картошку. - Что ты собираешься готовить? - Запеку омлет с картошкой. У этого есть какой-то название… - Фритата, - говорит Эггси, отчего-то изрядно побледневший. - Точно. Тебе нехорошо? - Осведомляется Харт. - Нет. Да. Мне кажется, я целовался с Джеймсом, - бормочет Эггси, в ужасе уставившись, почему-то, на Гарри. - Это не могло быть настолько плохо. Я уверен, вы неплохо провели время вместе, - это, и усмешка — вся реакция Гарри. Гарри ведёт себя как… Гарри, конечно же. Для него это не шокирующее известие — он прекрасно знал повадки Спенсера и видел, как тот увивается за Эггси. Короткий взгляд в сторону Мерлина подтверждает, что тот на одной волне с Гарри, что означает, что паника Эггси бесцельна, но очаровательна. - Расслабься, - с мягким смешком говорит Мерлин, подкрепляя реплику поцелуем в висок, - мы не против. Мы знаем, что за человек этот тип. - «Мы»? - Прищуривается Анвин, тут же забывая про все своё беспокойство. Он, опять же, не поворачивается к Мерлину, а смотрит на Гарри. - Полагаю, да. - Мы будем говорить об этом? - Будем, - кивает Гарри, - когда останемся одни. Эггси кивает в ответ и улыбается Харту — несмело, радость и облегчение во взгляде. - И Персиваль меня не прикончит? - Возвращается Анвин к прежней теме. - Перси тоже прекрасно знает, что за человек его муж, милый, - уверяет мальчишку Мерлин. - А теперь сядь и освободи руки Мерлина, чтобы он начинал готовить завтрак, - командует Гарри. Эггси посылает ему хмурый взгляд. И следом — ещё один Мерлину, который сам отстраняется от него с тяжелым вздохом. - Одна ночь вместе и вы снова спелись? - Ворчит он. - Не этого ли ты хотел? - Хмыкает Харт. Анвин дуется. Это не должно быть так очаровательно, но это так. - Садись. Я налью тебе кофе. И тут должен быть джем и арахисовая паста. - Ты пытаешься меня подкупить, - бормочет Эггси. - Ты собираешься сопротивляться? - Нет, - после пары секунд, взятых на раздумья, говорит Эггси. - Славно. Гарри наливает мальчишке кофе, мажет пару тостов арахисовой пастой и джемом, которые действительно обнаруживаются в холодильнике — и присоединяется к приготовлению завтрака, становясь рядом с Мерлином и улыбаясь в ответ на его улыбку. Анвин, жующий тост и наблюдающий за этим готов поклясться, что Харт даже не регистрирует эту улыбку на своей физиономии. И Эггси вполне доволен таким положением дел. *** Следующим сверху спускается Джеймс — такой же взъерошенный, как Эггси, но чуть более зеленоватый. Мерлин сочувственно хмыкает. Эггси слегка розовеет — и смотрит в окно, когда Спенсер ловит его взгляд и улыбается — потому что как бы плохо ему не было, этот человек никогда не упускает возможность пофлиртовать. - Надеюсь, после того, как вы наконец познакомились поближе, ты перестанешь говорить, что это у меня нет никаких границ, - отмечает Гарри, обращаясь к Эггси, и протягивает Джейми стакан воды, в котором уже растворяется таблетка. - Я не буду заставлять тебя глотать, но когда станет получше — съешь тост и выпей таблетку от головной боли. - Хм, какая жалость, - тянет Спенсер. Эггси весело фыркает. - Я был бы не против, знаешь, - с этой своей лисьей улыбкой объявляет Джеймс, занимая, конечно, место рядом с Эггси. Гарри просто показывает ему средний палец, потому что это Спенсер и он неисправим. - Не хочешь иметь со мной дел? Жаль. - Боже. Я понимаю, почему Перси так стремился избавиться от твоего общества. - Он просто зануда, - пожимает плечами Джеймс с самой глупой влюблённой улыбкой на губах. - Боже, как мне хреново, - вздыхает следом, опуская голову на стол. Эггси сочувственно гладит его по спине между лопаток. Через пятнадцать минут Джеймс немного оживает, и получает тост с кофе, через полчаса они решают, что необязательно ждать остальных и садятся завтракать, лениво разговаривая. Конечно, в какой-то момент Эггси и Джейми начинают говорить о детях и о том, как быстро те растут. - Вы никогда не хотели ещё детей? - Интересуется Эггси - Я не против. Но Перси иного мнения. У него свои аргументы, я в тайне всё ещё надеюсь на Роксану, хоть и знаю её отношение к вопросу. Вы? - Джеймс бросает взгляд на Мерлина. - Почему ты смотришь на меня? - Спрашивает Мерлин. - Потому что я всё ещё удивлён, что Харт не ест детей, а даже позволяет им сидеть у себя на коленях. Я думаю, всё потому, что он без ума от тебя, - обращается он к Эггси. - Я исключаю себя из этого разговора, - объявляет Харт с ухмылкой и идёт наверх будить оставшихся участников вчерашней вечеринки, потому что он планировал выгнать их из дома хотя бы к обеду. Эггси посмеивается, глядя Гарри вслед и возвращает своё внимание к Джейми, пожимая плечами. - Я бы не отказался от ещё парочки. - Ты безумец, - посмеивается Джеймс. - Знаю. Но девочки совсем взрослые. Осознание этого доставляет мне неожиданно-большое количество грусти. - И в чем проблема? - Спенсер, конечно, строго смотрит на Мерлина. Потому что они слишком давно знают друг друга и негодяй в курсе, что может позволить себе такое. - Я не хочу, чтобы к этому имела отношение какая-то посторонняя женщина, которой мои потенциальные дети никогда не увидят, - пожимает плечами Мерлин. - Кроме того, боюсь, что это выбор между детьми и Гарри. - И это тоже, - соглашается Эггси. - О, он любит их больше, чем сам может себе признаться. Я видел его с твоим сыном пару раз. Это идиллия. - Мы говорим о младенцах, Джейми. Ты помнишь, что такое младенцы? - Крики, бутылочки и памперсы, - кивает Джеймс. - Вот именно. - Что до посторонних женщин… вы можете поговорить с Рокси, - выдаёт этот тип. Мерлин смотрит на него в изумлении. И его изумление становится ещё больше, когда он видит, что Анвин задумывается. - О нет, Эггси. Рокси сотрёт тебя с лица земли за такое. И его тоже. - Сперва — да, определённо. Я подумаю над этим. Мерлин со вздохом и улыбкой качает головой. Сам он уверен, что это безумная идея. Когда Гарри пропадает наверху слишком долго, Эггси идёт узнать, не уснул ли он сам где-нибудь в спальнях, в обнимку, например, с Флойдом. Когда он поднимается по лестнице, навстречу ему спускается искомый персонаж. - Я шел на твои поиски, - сообщает мужчине Эггси, когда они оба останавливаются в середине лестничного пролета друг напротив друга. Он смотрит на Гарри и не может сдержать улыбки. На то, чтобы не протянуть руку и не коснуться его, уходит вся его концентрация и сила воли. - Что ж, ты меня нашел, - с тенью улыбки отвечает Харт. Несколько секунд вое просто стоят и смотрят друг на друга. - Ты пользовался ситуацией. Вчера, - наконец говорит Анвин. - Ты будешь обвинять меня в этом? - Пока не знаю. - Мои намерения были серьёзны уже тогда, могу тебя заверить. Ты был не в состоянии для серьёзных бесед. - Ах, значит я всему виной? - Отчасти. Ты определённо виновен в том, как ты выглядишь, когда ты под кайфом. И вот, каким-то образом, они уже стоят нос к носу — ладонь Гарри лежит на шее Эггси сзади, дыхание мужчины мягкой невесомой лаской скользит по его губам, глубокое и размеренное. Эггси коротко смотрит в глаза Харту — и опускает взгляд, потому что Гарри не прячется — глаза, лукаво смотрящие на него наполнены, кроме этого чистого лукавства, вожделением, восхищением, томлением тоски. Всё в Эггси, само его естество стремится отозваться на этот взгляд. - М-м. Прости? - После пары глубоких вдохов тихо говорит Эггси, не поднимая взгляда. Гарри хмыкает тихо, преодолевает последнее расстояние между ними и мягко касается губ Анвина. Эггси резко выдыхает, и вместе с воздухом с его губы слетает тихий всхлип-стон, звук, который он не планировал издавать, бесконтрольный. Ухмылка Гарри становится немного шире. Эггси поднимает на него осуждающий взгляд. - Ну вот опять. - Беспочвенное обвинение, - качает головой Харт. И он прав. Сознание Анвина ничем не затуманено, он в моменте, и момент пронзительно-ясен — ладони Гарри на его шее и бедре, пальцы вжимаются в кожу жадно, этот взгляд, эта ухмылка, означающая, что Гарри наслаждается собой и ситуацией — и Эггси хочется остаться здесь немного дольше — столько, сколько они могут себе позволить. Он не злиться и он не обижен на Гарри за его отсутствие — он рад, что тот вернулся. - Я рад, что ты вернулся, - бормочет Эггси после ещё пары мягких поцелуев, вжавшись в Гарри ещё сильнее. - Я тоже, Эггси, - отзывается Гарри. Кажется, это означает, что они перешли в какой-то новых этап их отношений. Они не могут оторваться друг от друга — и следующий поцелуй получается куда более долгим, совсем не таким невинным — Эггси лижет языком нижнюю губу Харта и тот чуть наклоняет голову, размыкает губы и позволяет Анвину совершенно бесцеремонно нарушить хрупкость момента. Харт отстраняется первым — и слегка хлопает Эггси по щеке, когда тот посылает ему возмущенный взгляд. - Ты забываешь, где мы. Ещё одна такая выходка — и тебе придётся идти со мной наверх в мою спальню, что бы ты не говорил о недопустимости этого. Эггси пару раз кусает губу, явно борясь с искушением. - Мы не должны. - Об этом я и говорю, - хмыкает Харт. - Ты знаешь, что сначала мы должны поговорить. - Наш разговор напрямую будет касаться меня и Мерлина. Не тебя. Эггси жмурится. Боже, он хочет Харта — здесь и сейчас. И невыносимый тип не делает его жизнь хоть чуточку легче. - Ты сволочь. - Ты вполне способен наслаждаться этим. Эггси оказывается спасён — на втором этаже слышен звук открывающейся двери, шаги и голоса. Эггси находит в себе силы сделать полшага назад и говорит, подкрепляя слова лёгким тычком пальца в грудь Харта: - Сегодня ты остаёшься у меня. - Как скажешь, - покладисто кивает Гарри. Эггси фыркает, и, повернувшись, начинает спускаться вниз. *** Когда все приведены в более приемлемое состояние и отправлены в сторону своих домов, они, оставшиеся втроём, устраиваются в гостиной дома для грядущего разговора. Мерлин и Гарри садятся в два кресла, разделенные маленьким кофейным столиком. Эггси сперва хочет сесть рядом с Мерлином, на подлокотник кресла — но решает, что для Гарри будет легче, если все они будут сидеть по одному — так что в итоге он занимает подоконник одного из окон. Мерлин изгибает на него бровь, Эггси улыбается в ответ. Дальше следует полминуты молчания, в которые Гарри задумчиво переводит взгляд с Мерлина на Эггси, что-то явно происходит в его голове. У Эггси есть подозрение, что это. - Гарри? Тебе уже не получится передумать. Просто скажи, что собирался. Харт, конечно, посылает ему раздраженный взгляд. Эггси примирительно улыбается — глупо, что этот тип так боится быть уязвимым иногда — даже перед ними. Но это Гарри, и он такой. Эггси не думает, что в этом он как-то изменится хоть за целый десяток лет вместе. - Я думаю, будет проще, если мы начнём с уже знакомой нам территории, - просто говорит Харт, поворачиваясь к Мерлину. Тот хмурится, пытаясь понять, что имеет в виду мужчина. - С секса? - Уточняет он, и приподнимает брови, явно настроенный скептически. - Я обдумывал разные варианты и думаю, это будет проще всего, да. Любые мои отношения всегда начинались с секса. Это естественный ход вещей. - То есть мы говорим о твоём удобстве в ситуации? - Уточняет Мерлин. Может быть, он и пытается звучать саркастично, но всё, что ему удаётся — мягкая ирония. - Естественно, мы говорим о моём удобстве, черт возьми. Не я тут признался тебе в любви, - сердито отзывается Харт, продолжая быть просто классическим собой. - Ах. Ну, раз ты жертва... - теперь сарказм удаётся. Эггси не выдерживает и смеётся — за что получает просто испепеляющий взгляд от Гарри. - Мы можем не продолжать этот разговор, - бормочет Харт, и делает явное движение, чтобы встать с места. Эггси приподнимает брови — Гарри непросто, почти нереально задеть, и они только что это сделали. Более того — Гарри показал, что они его задели. Эггси не говорит ничего — ему и не надо, потому что раньше, чем он может сказать что-либо или сделать движение к Гарри, выражение лица Мерлина смягчается, он протягивает руку и кладёт ладонь на ладонь мужчины, чуть сжимает пальцы, и говорит: - Не кипятись. Дай мне подумать. Это не то, чего я ожидал. Харт остаётся на месте, не отнимая ладони у Мерлина. - Ты ожидал приглашения на свидание? - Язвит он просто чтобы, черт возьми, расслабиться. Мерлин коротко смеётся. - Это было бы странно. - Действительно? - Спрашивает Эггси. - У нас никогда не было свиданий. Не те отношения, - поясняет Харт. Эггси напоминает сам себе, что эти двое предпочитают встречаться, чтобы побить друг друга до синяков и искренне наслаждаются подобным совместным досугом — и он заключает, что да, у них особенные отношения и свидания явно были бы глупой идеей. - Удивительно, но, кажется, я понимаю, о чем ты, - заключает Эггси. Гарри посылает ему поощрительную полуулыбку. Мерлин молчит ещё немного, прежде чем кивнуть. - В этом есть смысл, Гарри. Я не против, если у Эггси нет возражений. - Возражения? - Переспрашивает он удивленно. То, что у него есть возражения — самое нелепое предположение, которое только можно сделать в данный момент. Эггси облизывается с того самого момента, как понял, о чем идёт речь. Буквально. Эти двое просто слишком заняты друг другом, чтобы заметить. Но Эггси не против. Эггси кусает нижнюю губу и опускает взгляд, пойманный с поличным теперь, когда две пары глаз направлены на него. Ему вовсе не стыдно. И он решает пропустить заверение о том, что у него нет ни одного возражения. Он переходит сразу к сути: - Я могу смотреть? Харт улыбается с самым мефистофелевским видом. - О, милый. Ты так испорчен. - И кто в этом виноват? - Изгибает бровь Анвин. - Я горд проделанной работой, - церемонно кивает на это Харт. Сволочь. - Ну так? - Я не имею возражений. Две пары глаз смотрят на Мерлина — и тот просто пожимает плечами. Не то, чтобы в этих отношениях между ними тремя есть хоть что-то, что может быть… неприемлемым. - И когда вы собираетесь?.. Гарри смотрит на Мерлина. Мерлин, чья ладонь все ещё лежит на ладони Гарри, смотрит на него в ответ. - Чуть позже. Я думаю, будет легче, если создать определённое настроение. Судя по полуулыбке Мерлина, тот понимает, о чем речь. Боже, Анвин чувствует, как низ живота сводит желанием, от одних только этих молчаливых переглядываний. - Всё в своё время, - кивает Гарри в итоге и манит Анвина к себе. Тот покидает свой подоконник немного слишком поспешно и садится на подлокотник кресла Харта. Тот протягивает руку, чтобы погладить Эггси по волосам, - не переживай. Я сообщу, когда тебе нужно быть у меня. Полагаю, дети достаточно взрослые, чтобы ты мог оставить их на несколько часов? Эггси кивает с небольшим смешком. - Я не люблю их оставлять. Они в восторге, когда мне приходится. Полагаю, они взрослеют. - Эггси. Дейзи почти пятнадцать. Она уже не ребёнок, - хмыкает Гарри. - Она всегда будет моим ребёнком, - улыбается Эггси. - Ну, что теперь? Мы можем ехать ко мне? - Широко улыбается Эггси. Харт хмурится. - Ещё кое-что. - Что? - Настороженно спрашивает Анвин. - Ничего такого, - Гарри слегка хлопает Эггси по коленке. - Я не хочу этого говорить, но мне придётся, и я предпочел бы, чтобы мы оставили это без каких-либо комментариев. - Окей, - хмурится Эггси. Мерлин просто кивает, его большой палец выводит круги на ладони Харта. - Мы обо всём договорились, но это попытка, и никто из нас не может гарантировать, что из неё что-то выйдет. Я не уверен в себе и мне откровенно страшно, потому что всё может полететь к чертям. Я делаю это, потому что это важно для вас, со своей стороны я бы предпочел оставить всё как есть просто потому что это более безопасный вариант. Ничего личного, - говорит он, смотря на Мерлина. - Я не хочу терять ни одного из вас. Мерлин просто улыбается ему. - Ты закончил? - Интересуется. Когда Гарри кивает в ответ, он задаёт ещё один вопрос: - Я могу тебя поцеловать? Брови Гарри взлетают вверх так быстро и так высоко, выражение изумления так нетипичное для Гарри, что Анвин засмеялся бы, если бы не хрупкость момента. Гарри нужно пару секунд, чтобы справится с собой, вернуть лицу лишь слегка любопытное и недоверчивое выражение, после чего он кивает. Мерлин поднимается с кресла, делает шаг в сторону кресла Гарри, наклоняется, положив ладонь на плечо мужчины и оставляет на его губах самый лёгкий и деликатный поцелуй из возможных. Улыбается, когда, чуть отстранившись, видит, что Гарри смотрит на него, недоуменно нахмурившись. Игнорирует это и говорит. - Спасибо, что делаешь это для нас. Харт только сильнее хмурится. Теперь Эггси всё-таки смеётся тихонько и сжимает пальцы на другом плече Гарри, и наклоняется, чтобы коснуться губами аккурат этой складочки между бровей. - Это всего-лишь «спасибо», Гарри. Мы имеем право на «спасибо». - Наверное, ты прав, - вздыхает Харт. Эггси улыбается, чувствуя себя бессовестно счастливым. - Поехали домой? Оба мужчины согласно кивают. *** За руль садится Гарри — после недолгого сопротивления Анвин это позволяет и удобно устраивается на заднем сиденье, прогнав Мерлина вперед. Когда они выезжают из города на трассу, Гарри нажимает кнопку проигрывателя и в машине начинают играть The Killers. - Вчера вы везли в этой машине детей. - Мерлин, не я, - отвечает Эггси. - Но да. А что не так? - Это не детская музыка. - Муни любит их с детства. Насколько мне известно, они занимают твердую вторую позицию после OneRepublic. Брось, Гарри, - смеётся Анвин, когда по взгляду, которое бросает в зеркало заднего вида Харт, становится понятно, что он серьёзно. - Ей четырнадцать. Они вполне подходят ей по возрасту, и это не какая-нибудь оскорбительная американская поп-музыка. Это мог быть... Джастин Бибер. - Не знаю, кто это. - Ты счастливчик, - убеждённо кивает Анвин. - Как скажешь. - Ты можешь попробовать продвинуть что-то из своего списка достойной музыки. Правда, твои вкусы скорее разделит Дейзи, а не Муни. Муни ценит что-то, под что можно прыгать и трясти головой. - Я должен, - серьёзно кивает Гарри. Эггси думает, что это очаровательно, но оставляет своё мнение при себе. Гарри выдерживает ещё пару песен, которым счастливо подпевает Анвин, прежде чем морщится и, бросив взгляд на Мерлина, просит: - Ты можешь переключить? - Тут есть музыка Эггси и Дейзи. - Никакой музыки Габриэля? - У него нет предпочтений. Что бы не играло, он не обращает внимания. Я удивлен, что ты так чувствителен. - Только когда я за рулём. - Я поставлю музыку Дейзи. Музыка Эггси может оскорбить твои чувства ещё больше, чем музыка Муни. - Эй! - Восклицает Анвин с заднего сиденья. Просто для порядка. Он знает, что это справедливое заявление. - Это правда, милый, - улыбается Мерлин. - Я знаю. Но всё равно — эй! Музыка сменяется, Гарри удовлетворённо кивает. Мерлин некоторое время молча смотрит на дорогу, пока Эггси расспрашивает Гарри о том, куда он отправил Рокси и Элизабет, и, когда любопытство парня немного удовлетворено, решает задать вопрос, являющийся источником его сомнений, прямо. - Какой у нас план на сегодня? - Мы едем домой и остаёмся там для взрослых развлечений в доме без детей, - рапортует Эггси. - Персиваль и Джеймс завтра любезно посадят Муни на такси до школы. - Я могу поехать к себе и дать вам побыть вдвоём? - Предлагает Мерлин, потому что ему кажется вероятным возникновение такого желания. Эти двое смотрели друг на друга с таким мечтательным вожделением, которого не мог не заметить даже Мерлин. - Я хочу вас двоих, - тут же отвечает Эггси, добавляя следом: - Если это не твой способ сказать, что ты хочешь побыть один. - Нет, это мой способ узнать, чего хотите вы, - отвечает Мерлин. - Гарри? - Я бы предпочел, чтобы ты был с нами, - кивает Харт. - Хорошо. - Другой вопрос в том, что я бы так же предпочел не оказываться дома у Эггси завтра с утра. Дорога из Ричмонда в офис — это ад. - Ах, по твоей ворчливой стороне я вовсе не скучал, - с напускной сварливостью отзывается Эггси. - Мы можем поехать к тебе. - Мне нужно забрать Дани, - качает головой Мерлин. - Гарри не пустит к себе в квартиру овчарку, какой воспитанной она бы не была. - Ты можешь забрать её завтра? - Спрашивает Гарри. - Могу. Но не буду. - Это уже слишком утомительно. Эггси посмеивается. - Окей. Мы просто поедем к Мерлину. И сможем заехать за Дану по пути. Идёт? Оба мужчины кивают. - Слава Сатане, - в притворном восторге провозглашает Эггси. Гарри, как всегда, едет на пределе разрешенной скорости — через час они уже забирают Дану, и ещё через полчаса останавливаются у дома Мерлина. На улицу Мерлин пристёгивает к ошейнику Дану поводок и спрашивает Эггси: - У тебя есть ключи? Эггси кивает. - Составить тебе компанию? - Спрашивает он, понимая, что мужчина собрался идти выгуливать животное. - Идите домой, - качает головой Мерлин. - Я могу захватить ужин по пути. - Китайская еда? - Расцветает улыбкой Эггси. Гарри вздыхает. - Это хорошая китайская еда, - обещает ему Мерлин. - Никакой липкой лапши в хлипких картонных коробках. - Действительно? - Недоверчиво отзывается Харт. - Мерлин искал какую-нибудь более приличную еду на вынос специально для тебя. Теперь Харт просто смотрит на Мерлина. Тот пожимает плечами. - Окей. Но не бери мне ничего с лапшой. - Я знаю, что ты ешь, Гарри, - со смешком сообщает Мерлин, и, махнув рукой, направляется вниз по улице. Эггси идёт ко входу дом и Гарри, задумавшись, направляется следом. Эггси пропускает Гарри вперёд и закрывает за ними дверь. Он бы начал обжиматься с Хартом прямо в тесноте прихожей, но это озадаченное выражение, так не свойственное мужчине, его отвлекает. - В чем дело, Гарри? - Стараясь не улыбаться слишком широко и явно проваливаясь в своих попытках, спрашивает Эггси. - Откуда Мерлин знает, что я ем? - Ты достаточно постоянен в своих пищевых привычках. А у Мерлина хорошая память и способность видеть паттерны. Он — катастрофа на кухне, но лучше всех знает, что каждый из нас больше любит. Ты не замечал? Гарри только хмурится пуще прежнего, слегка покачав головой. - Не думай об этом сейчас, - советует Эггси, сокращает расстояние между ними и тянется за поцелуем. - Эггси, ты пахнешь псиной, костром и марихуаной, - со смешком сообщает Гарри, оставляя на губах мальчишки быстрый поцелуй. - Насколько я помню, тебе всегда было больше всех плевать на это. И Дани не псина. - Интеллектуально — нет. По запаху — да. Мне всё ещё плевать. Но я хочу спокойно принять душ после дороги и бессонной ночи. - И свадьбы своего лучшего друга? - И этого. - Ты хочешь, чтобы я оставил тебя в покое, - заключает Эггси, пытаясь не звучать слишком разочарованным. Он может понять это желание. Гарри скользит ладонью по волосам мальчишки. - Мне нужно переключится, и я мог бы сделать это, быстро трахнув тебя. Но это тот способ контроля эмоций, частоту применения которого я пытаюсь снижать. Я хочу, чтобы все приняли душ и поужинали. Потом мы можем пойти в постель. - У меня не было секса больше месяца, - бормочет Эггси самую эгоистичную реплику из возможных в этой ситуации. Ещё одна удивительная вещь в поведении Гарри Харта — вместо обиды или злости, которой можно было бы ожидать, он смеётся. - Как и у меня, как и у Мерлина. Похоже, каждому придётся поддаться эгоизму другого. Эггси мягко улыбается. Он знает, что Мерлин ушел приводить свою голову в порядок. Они не ждали, что разговор, который состоялся, состоится сегодня, и Мерлин здорово переживал, что его чувства и их признания разрушат ту хрупкую связь, что вновь начала формироваться между ними тремя. Ему нужно было время наедине с собой. Ещё лучше — в компании Дани. И Харту это нужно было тоже. Эггси вздыхает. - Если я поддаюсь вашему эгоизму, кто поддаётся моему? - Изгибает он бровь. - Кажется, ты пытаешься меня обхитрить. Гарри улыбается — и это та самая улыбка, поощрительная и вместе с тем жадная, которая отзывается у Анвина трепетом в солнечном сплетении. - Я могу пойти с тобой в душ и сделать так, чтобы твоё ожидание вечера не было так мучительно. Так справедливо? Эггси молча кивает и тянет Гарри за руку за собой наверх. Он не ожидает от Харта, что тот проявит к нему милость — но, зная, каким этот тип может быть, решает озвучить одну свою мысль, пока расстёгивает пуговицы его рубашки. - Если ты скажешь мне довести себя до оргазма, пока ты будешь смотреть — это не будет считаться, ты же понимаешь? - Ты торгуешься, - спокойно сообщает Гарри, ухмыляясь. Эггси распахивает рубашку на его груди и наклоняется, чтобы сомкнуть зубы на соске — сильно, достаточно сильно, чтобы заставить Харта дёрнутся. Тот шипит и сжимает челюсть Эггси пальцами, вынуждая его разжать зубы, а потом тянет за волосы на затылке. Эггси смотрит на него упрямым взглядом, он видит этот вихрь сдерживаемых эмоций — если бы у Гарри было меньше контроля, Эггси наверняка получил бы раскрытой ладонью по лицу; несколько раз в их сексе было и такое, и Анвин искренне наслаждался. Но сейчас они не занимаются сексом, и такая потеря контроля точно приведёт к нему, и Харт это знает. - Я могу выставить тебя за дверь, Эггси, - спокойно сообщает он, отпуская волосы мальчишки, после чего расстегивает манжеты и снимает рубашку. - Ты этого не сделаешь. Ты тоже по мне соскучился. - Раздевайся и иди в душ, - со смешком командует Гарри. Когда они оба оказываются под теплыми струями воды, Харт разворачивает мальчишку, проводит ладонями по его бокам, прижимая спиной к себе, и накрывает ладонью его член, который начинает наливаться тяжестью под ленивыми прикосновениями его пальцев. Эггси выдыхает и откидывает голову, упираясь затылком в плечо Гарри, закрыв глаза. - Достаточный компромисс? - Со смешком интересуется Харт. Эггси просто слегка кивает. Гарри доводит его до оргазма быстро и практически отстраненно — он знает, как Анвин предпочитает делать это, он заставлял мальчишку мастурбировать при нём достаточное количество раз. - Теперь проваливай в другой душ, - говорит ему Харт, дав Анвину постоять в кольце своих рук пять минут. - Бездушный человек, - без малейшей попытки звучать серьёзно журит Эггси. - У Мерлина отличная ванна. Я могу включить воду, если хочешь. - Спасибо, Эггси. Душа вполне достаточно. - Хорошо. Я принесу тебе домашнюю одежду. Он спускается в гостиную спустя почти час, Мерлин и Эггси сидят на диване, обнявшись, ноги мальчишки перекинуты через ноги Мерлина, голова на его плече, пальцы мужчины перебирают пряди светлых волос. Оба переодеты в домашнюю одежду — Мерлин в футболке и клетчатых штанах, подобные которым надеты и на Харте, потому что, странным образом, в этом доме у него есть смена повседневной одежды, но нет одежды для сна, Эггси в стандартном наборе из белой майки и серых трикотажных штанов, тонкая ткань майки натягивается на линии позвонков. - Ты пялишься, - сообщает Эггси, взгляд, направленных на Гарри, искрится весельем. - Имею право, - легко отвечает Гарри, пожимая плечами. - Ужин? Эггси с энтузиазмом кивает. - Бесполезно предлагать тебе есть за столом? - Абсолютно. Он уходит на кухню, где принимается за распаковку пакета с едой. Не проходит и минуты, как рядом с ним появляется Мерлин, который молча включает духовку и достаёт тарелки и приборы. - Мы можем разогреть всё в микроволновке, - говорит Харт. - Ты не любишь еду из микроволновки. Гарри хочет спросить, откуда, черт возьми, Мерлин осведомлен обо всем этом, но решает против. Они заканчивают приготовления к ужину в комфортной тишине; устроив всё на столике перед диваном в гостиной, они принимаются за еду, неспешно обсуждая, как каждый из них провел предыдущий месяц. - Мейв просила передать тебе, что если ты захочет бросить железные дороги и стать механиком — она с радостью примет тебя у себя, - сообщает Мерлин, стягивая с тарелки Гарри креветку. - Видимо, машина в порядке, - хмыкает Харт. - Более чем. Но в следующий раз я попрошу тебя разобрать её по частям, чтобы я мог купить им новую. Гарри чуть приподнимает брови. Эггси кидает на него опасливый взгляд. Мерлин не замечает своей оговорки, спокойно подкладывая Харту на тарелку пару дим-самов. Харт решает, что это не стоит упоминания хотя бы потому, что он не хочет обсуждения. - Когда к тебе вернуться дети? - Спрашивает он у Эгсси вместо этого. Муни рассказала Харту, где её брат и сестра еще вчера, по пути к машине Персиваля. - Дейзи приедет в пятницу вечером. Габи… не знаю, если честно. Они с бабушкой наслаждаются обществом друг друга. Но ему стало надоедать быть старшим братом. Я бы сказал, не больше двух недель. ...Разговор продолжается за едой и за мытьём посуды, после чего Мерлин и Гарри снова устраиваются на диване с планшетами, неспешно переговариваясь — Мерлин объясняет Харту что-то о теории вероятностей; о том, как рассчитывать эту самую вероятность. - Ты должен это знать, нет? - Удивляется Эггси. - Почему, Эггси? - Ты… строишь железные дороги? - Именно. Я инженер. Я должен знать всё о сопротивлении материалов, не о теории вероятностей. Я ничего не смыслю в математике. - И я ничего не смыслю в физике, например — на том уровне, на каком понимает её Харт, - кивает Мерлин. - Удивительно. Я думал, вы знаете всё. - Вместе — да. С этим открытием Эггси оставляет двоих с их математикой и уходит, чтобы позвонить Адель и Габи — поболтав с последним, он по требованию ребенка даёт трубку Гарри. После десяти минут наблюдения за тем, как Харт успешно сдерживает улыбку при разговоре с его сыном, Эггси получает свой телефон обратно и пишет Рокси, чтобы и узнать, как ей нравится Перу. Рокси отвечает сразу и Анвину удаётся отвлечься ещё на двадцать минут — после которых он уверенно откладывает телефон, забирается на колени к Харту и тянет планшет у него из рук. - У меня были другие планы на вечер. Не смотреть на вас, читающих… что бы это ни было. Гарри вздыхает. Кладёт ладонь на колено Мерлина, чуть сжимает и сообщает: - Ты тоже участвуешь в этих планах. - Действительно? - Если ты не против. Мерлин пожимает плечами, чуть улыбнувшись и взглянув на Анвина. Это его обычная, спокойная реакция на предложение заняться сексом — и Эггси улыбается ему в ответ. - Я люблю тебя, - говорит он. - Я люблю тебя, - эхом отзывается Мерлин. Пару секунд они просто смотрят друг на друга, улыбаясь как каноничные влюблённые придурки. Гарри усмехается и качает головой, но в жесте этом нет раздражения, скорее симпатия. Одна его ладонь так и лежит на колене Мерлина, второй он слегка хлопает Анвина по бедру и оставляет ладонь на его боку, скользнув пальцами за пояс штанов. - Скажи мне, чего ты хочешь, - велит он. Эггси пару раз прикусывает нижнюю губу, пальцы теребят край майки. Харт смотрит на него, ожидая ответа — едва заметная полуулыбка, пальцы, слегка поглаживающие теплую кожу, которой касаются. - Я хочу, чтобы вы меня трахнули. Сначала ты, потом Мерлин. Улыбка Харта не становится хоть сколько-то шире, но он всё равно выглядит очень довольным. Эггси заключает, что дело в его взгляде. - Что скажешь? - Интересуется Харт, посмотрев на Мерлина. - Что и всегда. Я делаю всё, что принесем вам двоим удовольствие до тем пор, пока я уверен, что боль, которую Эггси может почувствовать на том уровне, когда она доставляет ему наслаждение. - Ты патологически-постоянен, - заявляет Харт, и Эггси шокирован тем фактом, что слышит в голосе мужчины вполне настоящую, всамделишную нежность. - Да, - спокойно соглашается Мерлин. - Тебе всегда это нравилось. Скучная надежность. Эггси удивленно смотрит на Мерлина. Тот не отличался проницательностью — и даже если приходил к каким-то выводам посредством логики, обычно держал их при себе. Говорить такое Харту и вовсе было хреновой идеей — но, видимо, не на том этапе отношений, где были они. Вся реакция Гарри — смешок и кивок. После чего он обращает своё внимание обратно к Эггси, хлопает его по бедру, после убирая ладонь и командует: - Раздевайся. - Что, здесь? - Здесь. Эггси пожимает плечами, встаёт и раздевается — это занимает у него меньше десяти секунд. - Иди наверх. - В чем был смысл? - Ни в чем. Я просто хотел посмотреть, как ты раздеваешься перед нами посреди гостиной. Да, это похоже на Гарри. Эггси улыбается. Харт поднимается, следом за ним встаёт Мерлин. Через полминуты они уже в спальне, Эггси целуется с Мерлином, направляя мужчину к кровати и начиная стягивать с него футболку в одно и то же время. Мерлин садится на постель и позволяет Эггси снять с себя предмет одежды, после чего скользит ладонями от колен Эггси по бедрам вверх, и легко касается губами кожи натянутой на бедренной косточке. - Ты будешь настаивать на том, чтобы я разделся по конца? - Интересуется он мягко. - Нет, - Эггси слегка толкает Мерлина в плечо и кивает в сторону изголовья кровати. Мерлин перемещается туда, откидывает подушки в сторону и разводит ноги, чтобы Эггси устроился между ними, что тот и делает. - Вообще-то, - говорит он, оглядываясь на Гарри, который уже позади него, - я не против, чтобы ты тоже остался одет. Ухмылка Харта и взгляд, которым он сверкает на Анвина стоят многого. - Вот как? - Едва ли не мурлычет Харт. - Помнится, тебя раздражало подобное положение дел. - Всё не так однозначно, - легко парирует Анвин, - мы можем начать? Гарри только улыбается чуть шире, и, оставив лёгкий укус на плече Эггси, давит ладонью между его лопаток. Эггси послушно наклоняется вперёд, упираясь локтями в кровать рядом с бедрами Мерлина и устраиваясь поудобнее. Он смотрит вверх на Мерлина и тот улыбается ему, поднимает руку и скользит пальцами в волосы на затылке Эггси. В этот момент Гарри, во вполне свойственной ему бесцеремонной манере, скользит внутрь тела Анвина сразу двумя пальцами и сразу по вторую костяшку. Гарри не пожалел смазки и он знает, как Анвин любит — поэтому жжется совсем чуть-чуть, и когда Эггси жмурится, это больше от удовольствия чем от какой-то настоящей боли. Мерлин понимает это тоже — по тому, как парень задерживает дыхание, а после неровно, длинно выдыхает. Гарри даёт ему несколько секунд на то, чтобы привыкнуть и насладиться этим первым моментом, прежде чем начать методично растягивать Анвина для себя, имея целью только это, не дразня и не стремясь доставить удовольствие. Эггси ухмыляется, удобно устроившись щекой на бедре Мерлина — эта конкретная манера Гарри выдаёт то, что он тоже здорово соскучился, и не хочет тратить много времени и энергии на подготовку, но не хочет и пренебрегать ей ради обоюдного комфорта. Так же это означает что Гарри возьмёт своё сполна, жестко и быстро — но Эггси совсем не против. Наоборот, это вполне захватывающая перспектива. Эггси пару раз тыкается носом в пах Мерлина, и вопросительно смотрит наверх. Член мужчины едва начал твердеть, но Анвин может это понять — Мерлин не тот человек, который легко переключается. И последний раз они трое оказывались в постели для секса очень давно. - Можно? - Спрашивает Эггси. - Мхм, - кивает Мерлин. - Не усердствуй. Он помогает Эггси спустить штаны чуть ниже на бедра — Эггси тянет пояс вниз, освобождая член и медленно и лениво принимается скользить по мягкой плоти языком, чувствуя, как она постепенно тяжелеет и твердеет по его губами. Его глаза и так были закрыты — и он жмурится сильнее, когда чувствует, как между ягодиц скользит член Харта. Всё так, как и ожидал Эггси — слишком много и дезориентирующе. Гарри не даёт ему времени на то, чтобы справиться с ошеломлением — намеренно, Эггси знает это. Но он входит внутрь него медленно, и когда Эггси чувствует, что Харт вошел в него на всё длину, ощущает прохладу кожи его бедер, он стонет, тихо и беспомощно, и ладонь Харта ложится на его шею сзади, рядом с ладонью Мерлина, которые перебирает пальцами волосы на его затылке. Гарри двигается в весьма расслабленном темпе несколько минут — пока Эггси, освоившись в ощущениях и признав их ошеломляющими, но приятными, не дергает бедрами слегка, издав недовольный звук (не выпуская при этом члена Мерлина изо рта). - Что это? - Конечно, усмехается Харт. - Тебе есть, что нам сказать? - Трахни меня, как тебе хочется, - освободит рот, бросает Эггси в ответ, сверкнув на Харта взглядом через плечо. Гарри склоняется вниз, накрывает Эггси собой, бесстыдно сжимая пальцы на бедрах Мерлина. хищно улыбается и целует Эггси — коротко и жестко, влажно, больно кусая за губу напоследок. - Тебе не стоит брать член Мерлина в рот, пока я не закончу, - говорит, и, бросив короткий взгляд на упомянутый член, а после на Мерлина, выпрямляется и сжимает пальцы на бедрах мальчишки. И теперь — теперь Гарри трахает его по-настоящему, быстро и резко. Воздух из легких Анвина вырывается вместе со стонами, которых он по началу даже не осознаёт — и ему не больно, но и не достаточно приятно — Гарри, чертов садист, специально держит его бедра под немного, совсем чуть-чуть не тем углом, держит мертвой хваткой, и Эггси знает, что дергаться бесполезно. Это невыносимо. Но Харт берет своё и Эггси чувствует каждое движение и каждое прикосновение, и желание, и жажду, и этого достаточно, чтобы он хотел стонать от каждого толчка, сжимая пальцы на боках Мерлина. Несколько последних толчков Харта перед оргазмом - под самым правильным углом, от чего Эггси вскидывается и отзывается особенно громким, неприлично громким стоном — а потом Харт замирает и кончает с тихим полустоном-полурыком, смыкая зубы на коже чуть выше лопатки Эггси. Анвин не кончает — но оргазм Харта проходит по его телу дрожью, как его собственный. - Черт, - со смешком чертыхается он, и слышит ответный смешок Харта рядом. Тот — монстр с железной волей и без жалости и снисхождения в том числе к самому себе, даёт себе каких-то пятнадцать или двадцать секунд после оргазма — весьма сокрушительного, если судить по тому, что у него слегка трясутся руки — прежде чем отстраниться, взять Эггси за плечи и потянуть к себе, вынуждая сесть и после подталкивая в сторону Мерлина. Эггси только красноречиво оглядывается на мужчину — взъерошенного, с самым очаровательным румянцем на щеках и шальным взглядом — и не может сдержать улыбки. Мерлин, очевидно тоже наблюдающий за Хартом, встречает Эггси влюбленной улыбкой, когда тот поворачивается обратно к нему — эта влюблённость предназначена и для Эггси тоже — но не только для него. Эггси забирается на бедра Мерлина и знакомым уже на уровне памяти тела движением опускается вниз, чтобы член мужчины скользнув между его ягодиц. - Эггси… - Нет, только не настаивай на презервативах. Один раз, хорошо? Я вполне готов для тебя и так, ты сам видел, - мурлычет Анвин Мерлину в губы. Мерлин вздыхает — и Эггси знает, что он победил. Он шустро дотягивается до смазки, льёт ею на ладонь, заведя руку за спину, скользит ладонью по члену Мерлина, направляя его в себя и насаживаясь с тихим блаженным выдохом, медленно, позволяя рукам Мерлина на своих бедрах ограничивать скорость его движения вниз. Секс с Мерлином гораздо мягче, и поначалу гораздо медленнее — но вот теперь член Мерлина проходится по простате Анвина почти на каждом толчке и Эггси не может сопротивляться желанию ускорится. Мерлин позволяет ему, сам очевидно не слишком настроенный на медленный секс, скорее всего тоже изрядно изголодавшийся по нему. Взгляд мужчины то и дело скользит за спину Эггси, на Харта, и Эггси страшно хочется оглянуться и вместе с тем очень не хочется отвлекаться от медленно собирающегося внутри ощущения подступающего оргазма. Он утыкается лбом в висок Мерлина и издаёт, наверное, какой-то фруструированный звук, потому что в следующий момент руки Мерлина обнимают его и он спрашивает негромко, касаясь губами ушной раковины, дыхание быстрое и неровное: - Хочешь повернуться? Эггси утвердительно кивает прежде чем успевает хоть сколько-то задуматься — и через несколько мгновений оказывается лицом к Гарри, который сидит в изножье кровати с расслабленной, ленивой грацией, какая свойственна большим диким кошкам. Взгляд его не оставляет двух людей перед ним, и когда они с Эггси встречаются взглядами, он чуть улыбается уголками губ — довольная, сытая улыбка. Мерлин меняет положение, садясь на колени позади Эггси, и он упирается ладонями в кровать перед собой, приподнимая бедра и выдыхая с удовлетворённым полустоном, когда мужчина снова входит в него и начинает двигаться в том темпе, на котором они остановились. Он больше не закрывает глаза — он неотрывно смотрит на Харта. Эггси мог бы попросить мужчину не сидеть там, как то ли сфинкс, то ли пантера, а приблизиться, дотронуться, поцеловать — но каким-то образом он уверен, что это его желание Харт не удовлетворит — не в этот раз. Эггси начинает подаваться навстречу толчкам Мерлина, предчувствие оргазма нарастает в нём последние десять минут — мучительных и сладких, окончательно выключающих любые мысли кроме пожалуй упрямой решительности сдерживаться до последнего и кончить, не трогая себя; когда оргазм наконец настигает его, Анвина, который начинает дрожать за минуту до этого, сотрясает последней особенно впечатляющей волной дрожи и он кончает, вцепившись в ладони Мерлина на своих бёдрах, продолжая подаваться назад навстречу его толчкам. Он не стонет, за исключением нескольких невнятных довольных звуков проходит через оргазм молча — и, только когда чувствует в движениях Мерлина намерение отстраниться, подаётся чуть назад чтобы сжать пальцы на его бедре и сказать: - Не думай даже. Я слышу, как ты близко. - Эггси… - Я в порядке. - Мерлин, ты можешь трахать его через сверхчувствительность в следующий оргазм, - ухмыляется Гарри, который делал это — не один раз. - В определённые моменты он наслаждается этим. - Просто слушай Гарри, - усмехается Эггси, у которого был такой оргазм, послевкусие которого перекрывает оверстимуляцию. Мерлин поддаётся — переходит в тот ритм, который нравится ему, а не Эггси, и Анвин довольно улыбается, поворачивая голову для быстрого поцелуя. Мерлин кончает через пятнадцать минут, позволив себе несколько последних, действительно яростных толчков внутрь Анвина, и замирая позади него, кончает с тихим рыком. Анвин, к этому моменту снова полутвёрдый, расслабляется в тесном кольце рук, с довольной улыбкой трётся щекой о плечо мужчины. Гарри перемещается ближе — наконец-то — касается виска Эггси лёгким поцелуем и, опустив взгляд вниз и вернув его к лицу Эггси, интересуется: - Позаботиться о тебе? Эггси весело фыркает: - Боже, ты чертовски щедр сегодня. - Похоже. - Я в порядке. Это уже не будет так хорошо и у меня нет сил. Гарри улыбается уголком губ и смотрит на Мерлина. Тот спокойно смотрит на него в ответ, немного расфокусированным, одурманенным сильным оргазмом взглядом, но всё равно — спокойно и тепло, отчего-то немного весело. - Что? - Спрашивает он — мягко, тихо и хрипло. Эггси, чуть отстранившийся от Мерлина, с интересом наблюдает за этими двумя. - Ничего, - отзывается Харт. - Говори, Гарри. У тебя не бывает «ничего». Про себя Харт думает, что, возможно, готов позволить себе быть немного влюблённым в Мерлина — что он сможет с этим справится. Он не собирается говорить ничего подобного вслух, разумеется — и просто игнорирует требование Мерлина, зная, что ему сойдёт это с рук, потому что Мерлин, как и Эггси, прекрасно знают манеру поведения Харта и терпят его выходки, и — кретины — любят его и за них тоже. - Ничего. Я могу тебя поцеловать? Ожидаемо — Мерлин хмыкает и качает головой, умудрившись вложить в этот жест столько нежности, что это просто нелепо. - Да, Харт, ты можешь. Иногда ты такой придурок. - Ты влюблён в меня, - напоминает Гарри. - Я не говорил обратного. Я сказал, что ты придурок. На этой ноте Харт всё-таки целует Мерлина — и Эггси, который тихо наблюдал за моментом, который явно происходил между этими двумя позади их словесной перепалки, награждён за свою кротость возможностью наблюдать, как Гарри целует Мерлина в самой грязной своей манере, с зубами и языком — но коротко. Внимание обоих мужчин переключается за Эггси — и он улыбается, и потягивается, сдерживая зевок. - Лезь под одеяло, - командует Гарри. - Что, без душа? - Мне плевать. Я хочу спать. - Соглашусь, - кивает Мерлин. Через пять минут Эггси засыпает, уткнувшись носом в шею Мерлина, Гарри в нескольких сантиметрах от него с другой стороны кровати.