Master of the wind

Эггси просыпается через пару часов, лежит минут пять, прежде чем убедится, что сна у него — ни в одном глазу и осторожно выбирается из кровати, перелезая через Мерлина. Он быстро ополаскивается в душе и спускается в гостиную за телефоном — выясняется, что ещё даже не полночь — не удивительно, что он проснулся. Он, в отличии от Мерлина и Гарри, спал прошлой ночью. Он ставит греться чайник и отправляет короткое сообщение Дейзи, чтобы узнать, спит ли она — та не отвечает, а сразу звонит. Эггси улыбается. В начале месяца, когда она только уехала, он стремился писать и звонить ей каждый день — к концу учебной недели она вежливо попросила его прекратить быть такой наседкой, и Анвину пришлось, потому что он понимал, что перегибает. Теперь у него осталось право на звонок в выходные и переписку, если её инициирует сама Дейзи. - Привет, ребёнок. Они вообще не следят за вашим сном, да? - Глупо укладываться спать пятнадцатилетних, па. Я думаю, они это понимают. Мы можем не спать сколько заходим до тех пор, пока мы вовремя просыпаемся. - Справедливо. - Мы можем сделать это домашней политикой? Эггси посмеивается, заваривая чай, и устраивается с кружкой на подоконнике. - Цветочек, ты думаешь, я не знаю, когда ты не спишь? - Ммм… Нет? - Ты непривычно ворчлива по утрам после того, как не спишь допоздна. - Правда? - Да, - Эггси ласково улыбается, смотря в темноту сада. - Так же я знаю, что в следующий вечер ты уходишь в постель и засыпаешь раньше Муни. Так что до тех пор, пока мне не надо будить тебя с боем, как твоего брата — ты вольна формировать свой режим сама. - Хм. Ты очень… не проблемный родитель. - Ты очень не проблемный ребёнок, - откликается Эггси. Это превращение из брата в родителя окончательно произошло где-то год назад, постепенно, каким-то естественным, и поэтому совершенно незаметным для них обоих образом. Сам Эггси понимал, что воспринимал Дейзи как своего ребёнка уже довольно давно — едва ли не с того момента, когда закончился их последний суд. Дейзи всё ещё звала его по имени время от времени — но в основном это происходило, когда она была чем-то недовольна. Эггси мог это принять. - Мы были на взрослой вечеринке, - несмело сознаётся его не проблемный ребёнок. - Действительно? - Осторожно и нейтрально отзывается Эггси, преодолевая первый порыв устроить допрос с пристрастием, начав с вопроса о том, как они туда попали. Если Дейзи начала говорить об этом сама — стоит дать ей продолжить самой. Допрос с пристрастием не прибавит ему комфорта и сделает так, что в следующий раз она об этом не заговорит. В конце концов, он мог допустить, что такое возможно — они со всей параллелью классов живут в студенческом общежитии на территории кампуса — Анвин никогда не был студентом, но подозревает, что вечеринки — регулярное мероприятие в подобной среде. - Надеюсь, ваши учителя об этом не знают, - добавляет он. - Не про меня. Сьюзен из другого класса перебрала с выпивкой и её подругам пришлось звонить учителю. Но это было, когда мы уже ушли… - Дейзи замолкает, после чего вздыхает и тараторит торопливо: - Я пробовала то, что все пили. И пробовала курить. - И как оно? - Не в силах сдержать смешка, интересуется Анвин. - Вино, которое Гарри давал мне пробовать, гораздо вкуснее, от сигарет на утро болит горло. Ты не злишься? - Потому что вино, которое пьёт Гарри, в разы дороже той дряни, что пьют студенты. В курении нет ничего приятного, пока это не стало зависимостью. В зависимости самой по себе тоже нет ничего приятного. Я не злюсь — до беспамятства напилась Сьюзен, не ты. И мы имели с тобой разговор обо всем этом. Я склонен верить в твоё благоразумие — до тех пор, пока оно тебя не подведёт. - Я никогда не выдела, чтобы ты пил алкоголь. Ты не пьёшь при нас? Или ты вообще не пьёшь? - Очень редко. - Зачем? - Иногда чтобы составить компанию Рокси, или если мне нужно немного расслабить голову. И я пью только то, что нравится мне на вкус. - Но ты куришь — я знаю. - Редко, но да. - Зачем? - Полагаю, честно будет назвать это зависимостью. И это здорово помогает мне от нервов. - Твои сигареты не воняют. Эггси коротко смеётся. - Да, потому что это не сигареты. Это самокрутки. Папиросная бумага, в которую я сам заворачиваю табак. - Покажешь мне? - Покажу. - И дашь попробовать? Эггси вздыхает. - Когда тебе исполниться пятнадцать, хорошо? - Но мне почти пятнадцать! - Вот именно, почти. Для тебя, может быть, разницы нет, для меня она огромна. Ты меня не переспоришь. - Ладно. - Мне нужно повторить с тобой разговор о наркотиках? - Мы говорили об этом перед моим отъездом, пап. Я всё помню — я слишком мала для таких экспериментов, даже если мне любопытно, я не должна, это плохо для нервной системы, и опасно в обществе людей, которых ты плохо знаешь, бла-бла. И я не собираюсь пробовать ничего такого, травка пахнет ещё хуже сигарет. - И горло от неё болит ещё сильнее, - не может удержаться Эггси. - Пап! - Смеётся Дейзи. - Ты должен подавать мне хороший пример! - Для этого у нас есть Мерлин. И Гарри, он противник, - говорит Эггси. - И мы всё равно поговорим про это ещё раз. Для моего спокойствия. - Хорошо, - вздыхает Дейзи. - Гарри вернулся? - Откуда ты знаешь, что он куда-то пропадал? - Иногда ты удивительно бестолковый. От Муни, конечно. - Окей, имеет смысл, - признаёт Эггси. Когда его обзывают бестолковым с такой нежностью, он вовсе не в обиде. - Да, вернулся. - Хорошо… Пап? - Мм? - У меня появился парень. Эггси вздыхает ещё раз. К этому он тоже пытался морально подготовится. - Напрасно надеяться, что он не студент? - Да. - Он знает, сколько тебе лет? - И это был справедливый вопрос, потому что Дейзи уже превратилась из ребёнка в девушку. Она была достаточно высокая, большая часть подростковой угловатости уже испарилась, у неё была манера держаться довольно серьёзно, с холодком и подозрительностью — поэтому выглядела на порядок старше своих ровесниц. - Пятнадцать. - Пятнадцать-почти-шестнадцать? - Нет, пятнадцать-почти-пятнадцать. Мы не делаем ничего такого. - Я надеюсь, - ворчит Эггси. - И сколько ему лет? - Восемнадцать. Он на первом курсе. - И что он изучает? - Историю искусств и археологию. - Окей, вас есть о чем поговорить. Значит, вы не только целуетесь. - Пап! - Восклицает Дейзи — явно пытается звучать возмущенно, но хихиканье, которое следует дальше, портит всё впечатление. - Скучаю по тебе, ребёнок. Приезжай обратно. - Уже в пятницу. - Знаю. Как тебя встретить? - Можешь встретить меня один? - Как скажешь. Пойдём спать? - Я дочитаю главу и пойду. Они прощаются и Эггси пару минут сидит, и, прислонившись виском к стеклу, смотрит на полумесяц, пробивающийся через облака. За месяц вне дома Дейзи стала ещё взрослее, но, кроме того, похоже, не отдалилась от него — чего он больше всего боялся — а наоборот стала ближе. Кажется, у него, по сути, стало на одного маленького ребёнка меньше — и это странная мысль, одинаково грустная и радостная. Через пять минут он возвращается в постель — оставляет телефон на прикроватной тумбочке и укладывается под боком у Гарри, которого Мерлин умудрился подтянуть поближе к себе и обнять. Мелодия звонка будит его спустя примерно семь часов — не открывая глаз, Эггси нашаривает телефон на столике и отвечает на звонок. - Доброе утро, солнышко. Твой ребёнок посажен в такси и отправлен в сторону школы. Эггси весело фыркает. - Спасибо, Джейми. - О, рад помочь, особенно если ты всё ещё забираешь Молли на следующие выходные. - Обязательно. Тут Гарри просыпается окончательно для того, чтобы начать ворчать. - Почему чертов Мортон звонит тебе, когда едва расцвело? - Чтобы сказать, что Муни отправлена в школу, Гарри. - Так почему вы все ещё разговариваете? Из динамиков телефона раздаётся веселый смех Джеймса. - Передавай Харту мои глубочайшие соболезнования по поводу его прерванного сна. Пока! И он прерывает вызов быстрее, чем Эггси успевает открыть рот, чтобы попрощаться. Анвин откладывает телефон и поворачивается на другой бок, лицом к Гарри, который упирается в него самым хмурым взглядом. - Не смотри на меня так. Мне нужно знать, что ребенок отправлен в школу. Спи. - Чтобы меня разбудил звонок от ребенка о том, что он приехал в школу? - Она напишет. Ты не услышишь? - Предполагает Эггси. Гарри тяжело вздыхает. - Этого типа вообще невозможно разбудить? И почему я лежу посередине? - Потому что я вставал ночью. Болтал с Дейзи. У неё новый парень, - Эггси приподнимается на локте, чтобы взглянуть на Мерлина. - И этот тип не спит, просто лежит с закрытыми глазами и притворяется спящим. Да, Мори? - Верно, - лениво отзывается тот. - Сколько лет этому парню? - Восемнадцать. Но они только целуются. Гарри выбирается из-под одеяла и ретируется из постели с самым скорбным видом. - Кажется, он отвык… - задумчиво заключает Эггси. - Мне стоит что-то с этим сделать? - Не думаю. Иди сюда. Эггси послушно переползает поближе к Мерлину и устраивается в его объятиях. Мерлин засыпает снова — Эггси же проваливается в приятную полудрёму. Спустя какое-то время Гарри возвращается в комнату и садится на постели, вытянув ноги. Его ладонь ложится на голову Анвина, пальцы ерошат волосы. Эггси поворачивается, чтобы посмотреть на Гарри. Тот умылся, укротил свои кудри, по утрам мятежно стоящие торчком под разными углами, и вернулся с планшетом и кружкой, в которой, судя по запаху, был кофе. И в очках. Эггси так и не смог привыкнуть к Гарри в очках, потому что тот носил или не носил их без какой-либо системы. - Ты разозлился? - Нет. Но мог бы, если бы не ушел. Слишком много счастливой болтовни с самого утра. - Я не буду извиняться. - И не надо. Лежи. Через пять минут Эггси поворачивается к Гарри и устраивает голову у него на бедре. Тот только хмыкает и принимается рассеянно скользить ладонью вниз по шее мальчишки, его плечу, руке до локтя и обратно вверх. - Что ты читаешь там каждое утро? - Новости, рабочие сводки, технические отчеты. - Тебе не обязательно это все знать, правда? Что где-то на участке пути посреди Марокко рельсы требуют замены? - Не обязательно. Но я предпочитаю быть в курсе. Эггси улыбается и замолкает, позволяя Харту спокойно заниматься своей работой. Эггси почти засыпает снова, но писк телефона вырывает его из дрёмы. - Прочитаешь мне? - Бубнит он. Гарри со смешком тянется за телефоном. - Твоя дочь сообщает, что зашла в школу и спрашивает, придёшь ли ты её забирать или она идет домой сама. - Ммм… напиши, что я позвоню ей в большой перерыв. Гарри выполняет, забыв даже тяжело вздохнуть. - Спасибо, - благодарит Эггси. Его ладонь лежит на колене Харта и он, заключив, что лично он теперь свободен как минимум до полудня, двигает её вверх мягким движением — Харт ловит его за запястье, когда пальцы Анвина почти касаются его паха. - Я ещё не закончил. И предпочел бы не отвлекаться. У тебя есть время на то, чтобы разбудить своего мужа. Я подозреваю, твои планы распространяются не только на меня? - Нет. Но его сложно убедить заниматься сексом с утра, если секс уже был вечером. Гарри пожимает плечами. - Ты можешь быть убедителен. Эггси фыркает и поворачивается к Мерлину. Тыкается носом ещё в щёку и легонько теребит по боку. - Ммм? Муни доехала? Эггси улыбается. То, что это первая вещь, которой Мерлин интересуется спросонья, делает его неприлично счастливым. - Да. Я пытался приставать к Гарри, но он сказал приставать к тебе, пока он занят. Мерлин переворачивается на живот и утыкается лицом в подушку. - Видишь? И так всегда, - обращается Эггси к Гарри. - Мерлин, тебе не нравится секс? - Любопытно интересуется Харт. - Тебе нравился секс. Он звучит искренне-озадаченным и Мерлин поворачивает голову, укладывает щёку на подушку, и смотрит на Харта. Он успевает уловить это растерянное выражение, такое редкое для мужчины, прежде чем тот хмурится и снова смотрит в планшет. Мерлин улыбается Эггси, прежде чем закрыть глаза. - Мне нравится секс. Но мне не нужно так много секса, как вам двоим. И я не молодею — прикладывать сознательное усилие, чтобы оставаться возбуждённым утомительно. Я не смогу объяснить тебе этого, ты маньяк. - Не сможешь. И это нормально и не такая огромная проблема. Тебе не обязательно быть возбужденным, если Эггси будет трахать тебя, а не наоборот. Когда слова сказаны, в комнате устанавливается такая тишина, что Харту снова приходится поднять взгляд на своих собеседников. Оба смотрят на него с каким-то странным выражением — Анвин недоуменного шока, Мерлин — с ленивой задумчивостью. - Что? Он это умеет. Ты тоже это умеешь. - Мы никогда не делали… ничего такого, - сообщает Эггси. - Серьёзно? Сколько вы вместе? Пять лет? - Около того, - соглашается Мерлин. - Эггси никогда не заговаривал на эту тему. Я не думал, что идея смены ролей может ему понравится. Гарри фыркает и качает головой. - Он тоже так думает. И он не прав. Эггси молча награждает Харта сердитым взглядом. - Я прав, - пожимает плечами Харт. Самое отвратительное, что это так. Эггси думал об этом… несколько раз, но мысль о том, чтобы предложить Мерлину трахнуть его казалось неправильной… Как и мысль о том, что он может трахнуть Гарри, впрочем — что Эггси успешно делал несколько раз, когда тот просил. Эггси прикусывает губу, и не замечает, что его пальцами правой руки он мягко разминает поясницу Мерлина — тот особенно это любит. - В твоих словах есть смысл, - наконец осмеливается признать Эггси. - Всё, проблема решена, - не поднимая взгляда от планшета и пожав плечами, заключает Харт. - Да? И как же? Наблюдение не считается участием, - ворчит Эггси, хмуря брови. - Пока ты занимаешься Мерлином, я займусь тобой, - обещает Харт и не удерживается от быстрого взгляда на мальчишку. Тот пару раз хлопает широко распахнутыми глазами, и стремительно алеет скулами. Это очаровательно — и Гарри позволяет себе мягкую улыбку, направленную в сторону Эггси. То, как просто порой спровоцировать у Анвина такую невинную реакцию, всегда ему нравилось. - Ты смотришь на меня, как влюблённый идиот, Гарри, - немного справившись с собой, сообщает поганец, ухмыляясь. - В этом есть доля правды, - кивает Харт. - Но если мы продолжим болтать, милый, мне пора будет собираться на работу, а Мерлин снова уснёт. - Мерлин? - Зовёт Эггси и касается губами плеча мужчины. - Мм? - Тебя это устраивает? - Вполне. Если ты готов не требовать от меня многого. - Умеренно наслаждаться — всё, что я хочу от тебя. На это не уйдёт слишком много усилий? - Нет, я смогу это сделать, - со смешком уверяет Мерлин. - Прошло достаточно времени с тех пор, как я оказывался принимающей стороной. - Ты должен был сказать мне, что тебе это нравится. - Мы оба находим обсуждение секса утомительным. - Да. Я уже утомлен. Гарри хмыкает, но удерживается от того, чтобы сообщить Анвину, что из-за того, что теперь их трое, эти обсуждения неизбежны. - Пустишь меня в душ? - Интересуется Мерлин. Эггси кивает и с улыбкой следит за тем, как Мерлин выбирается из постели. - Не одевайся обратно? - Просит он. Мерлин кивает после небольшой паузы, и вскоре скрывается за дверью ванной комнаты. - Ты не пойдёшь в душ? - Интересуется Харт. - Я был там ночью. Могу пойти умыться, если ты просто хочешь, чтобы тебя оставили в покое. - Пожалуйста. Покой Харта длится немногим больше десяти минут — потом Эггси возвращается, целенаправленно и нагло забирается Харту на колени и целует его. Гарри позволяет, свободной рукой скользит под пояс штанов Эггси, сжимает пальцы на коже и после легко скользит в ложбинку между ягодиц и чуть давит подушечками двух пальцев на колечко мышц. Анвин вздрагивает и тихо стонет ему в губы, вжимаясь бедрами в бёдра Гарри, уже возбуждённый. - Терпение, мой милый, - воркует Харт, довольный собой. - Полагаю, я могу брать тебя, не особенно заботясь о подготовке? Эггси кивает и отстраняется, отказывая себе в желании получить ещё один поцелуй, и откидывается назад, упираясь руками в кровать позади себя. Гарри оставляет ладонь на бедре Эггси, и возвращается к чтению на планшете. - Это почти оскорбительно, - журит Анвин. Ладонь Гарри перемещается с его бедра на его член — Гарри не сжимает пальцы, просто оставляет её на твердой плоти. - Лучше? - Интересуется он. Взгляд его не покидает страниц отчета на планшете. - Немного. Мерлин выходит из ванной через пять минут. Эггси бросает взгляд через плечо и наблюдает, как мужчина, в одном только полотенце, обернутом вокруг бедёр, подходит к кровати, садиться на её край и, повернувшись к Эггси, спрашивает: - Как мне лечь? Гарри за всё время ни разу не поднял взгляда от своего чтения, и Мерлин благодарен ему за это — он бы не чувствовал себя комфортно. Харт видел его обнаженным много раз — но не только не опускал взгляда ниже уровня паха - по просьбе Мерлина, но и не касался его ног. И он продолжал вести себя по старым правилам, хотя и думал, что комплексы Мерлина — одна большая глупость. Гарри был лучше, гораздо лучше чем он сам того хотел. Эггси, в это время, задерживается с ответом. - Как тебе больше нравится? - Беспомощно отвечает он наконец. - Я спрашиваю тебя, Эггси. - Мальчишка не умеет командовать в постели, пока он не доведён до нужного состояния, - подаёт голос Харт. - На спину, если позволишь. Мерлин улыбается и вопросительно смотрит на Эггси. - Как он говорит, - кивает Эггси. Мерлин стягивает с бедер полотенце, и, кинув его в сторону изножья, ложится на спину. Эггси снимает майку и кидает её куда-то себе за спину, наклоняется, чтобы не поцеловать, а укусить Гарри за нижнюю губу, и слезает с его колен. Его штаны летят следом за майкой и скоро он устраивается между ног Мерлина, и мягко скользит ладонями от его коленей вверх, к бедрам. Улыбается и хмурится одновременно. - Что такое? - Со смешком спрашивает Мерлин. - Плед под поясницу? - Моя поясница будет благодарна, - соглашается Мерлин. - Где? Я принесу, - это уже Гарри. - На нижней полке в шкафу. Когда плед расположен под поясницей Мерлина и Гарри снова устроился на своём месте с планшетом, Эггси, сам не осознавая того, что задержал дыхание, скользит покрытыми смазкой пальцами между ягодиц Мерлина, мягко давит и чувствует, как мышцы, тяжело поддаваясь, плотно огибают два его пальца. Мерлин неровно выдыхает и прикрывает глаза — и Эггси тут же останавливается и спрашивает: - Начать с одного? - Нет, так хорошо. Просто не спеши. - Хорошо, - выдыхает Эггси. И он не спешит — растягивает Мерлина медленно и мягко, скользя двумя пальцами внутрь мужчины до тех пор, пока его тело поддаётся почти без всякого сопротивления; и жадно наблюдая за Мерлином, который находится в состоянии какого-то очень спокойного блаженства — он не толкается бедрами навстречу пальцам Эггси, не сжимает пальцы на простынях, просто лежит под его прикосновениями, прикрыв глаза, и глубоко дышит, и периодически вместе с выдохом с его губ слетает тихий удовлетворённый звук. - Ты потрясающий, - выдыхает Эггси, касаясь губами колена согнутой ноги мужчины. Мерлин отвечает тихим смешком, взглянув на Эггси из-под ресниц. - Ещё один? - Да, пожалуйста. Эггси добавляет ещё на пальцы еще смазки и в следующий раз скользит в мужчину тремя пальцами. Мерлин перед ним, спокойно-блаженный, явно наслаждающийся собой несмотря на то, что он едва наполовину твердый - завораживающее зрелище. - Ещё один, или хватит? - Спрашивает Эггси через некоторое время, когда он легко может развести пальцы немного в стороны — что провоцирует удовлетворённое ворчание со стороны Мерлина. - Этого достаточно. - Презерватив? Мерлин, который, в отличии от Эггси, всегда предпочитал использовать презервативы, ожидаемо кивает и сам тянется к тумбочке, сам надрывает упаковку, приподнявшись на локте, и смотрит на Эггси. - Ты ещё помнишь, как это работает? Эггси фыркает. - Ох, иди ты. Сделай это сам, если так переживаешь. И Мерлин, черт возьми, делает. После чего кидает пустую упаковку на пол и снова ложится на спину, сгибая ноги в коленях и закидывая руки за голову. Мерлин такой чертовски узкий несмотря на всю подготовку, что в первые момент после того, как его тело сдаётся под настойчивым давлением и мышцы сжимаются вокруг головки члена Анвина, он чувствует только боль, и замирает ненадолго, прежде чем начать двигаться снова. Мерлин хмурится немного — но не останавливает его и остаётся совершенно расслабленным. Когда Эггси входит до конца он наклоняется и целует это складочку между бровей. - Привет, - говорит он, когда Мерлин открывает глаза. - Привет, - отзывается тот. - Мы можем начать заниматься сексом. - Ленивым? - Эггси слегка двигает бедрами на пробу — Мерлин спотыкается на входе и неровно выдыхает. Эггси повторяет то же самое ещё раз, чувствуя приятное тепло удовольствия, разливающееся по телу от низа живота. - Пока можем. Гарри не занимается ленивым сексом, насколько я знаю. Гарри, который как раз откладывает планшет и снимает очки, улыбается уголком губ. - Не занимаюсь, - он снимает футболку, складывает её и откладывает на подушку. - У вас не должно быть с этим проблем. Он подбирается ближе к Мерлину и растягивается рядом с ним на боку, подперев голову рукой — и бесстыдно шарит по нему взглядом, не забывая о «правиле Мерлина» и не опускаясь ниже паха. Всё равно ему всегда больше всего нравился член мужчины. Взглянув на Эггси, он обнаруживает взгляд мальчишки Медленно перемещающимся между ними двумя. Анвин чуть ускорил тем своих движений, скорее всего даже не осознавая этого. - Я хочу коснуться тебя. Если ты позволишь, - говорит Харт, переводя взгляд обратно на Мерлин, который лениво подаётся бедрами навстречу толчкам Анвина. - Почему ты спрашиваешь? - С искренним любопытством интересуется Мерлин. - Потому что мы не обсуждали это и потому что ты мой друг и я бы не хотел, чтобы всё пошло к чертям. - Спасибо, Гарри, - улыбается Мерлин мягко. - Ты можешь касаться меня везде, где тебе хочется. Гарри чуть приподнимает брови, не задавая вопроса вслух. - И шрамы, - подтверждает Мерлин. Гарри кивает. Пока что он лишь кладёт ладонь на середину груди Мерлина, скользит прикосновением вниз, слегка задевая кожу на животе ногтями, и ещё ниже, пока не сжимает пальцы вокруг члена мужчины — неплотно, так, чтобы тот чувствовал прикосновение, но почти не чувствовал давления, и несколько раз лениво двигает ладонью, смыкая пальцы на головке члена и возвращая их к основанию. После он снова возвращает ладонь на солнечное сплетение мужчины, и тянется, чтобы коротко поцеловать его. - Подашь мне презерватив? - Просит он. Мерлин удивленно поднимает брови, но исполняет просьбу молча. - Я не поклонник, но есть мои желания и есть здравый смысл, - поясняет он, хотя мог этого и не делать. После этого он садится и перемещается по кровати за спину Эггси, который замирает, стоит Харту положить ладонь между его лопаток. - Наклоняйся, - велит Харт, касаясь губами свежего синяка на плече Эггси, оставленного вчерашним укусом. Он слегка давит ладонью на спину Эггси пока тот не ложится на Мерлина сверху, открываясь Харту. Гарри быстро надевает презерватив, наносит на него немного смазки, и, сжав пальцы на бедрах Эггси, насаживает его на себя в одно слитное движение. Анвин издаёт жалобный и не совсем человеческий звук — но даже не напрягается. - Ты в порядке? - Со смешком интересуется Харт. - Лучше, чем в порядке, - отзывается Эггси глухо, потому что лицом он теперь удобно утыкается в шею Мерлина. Харт усмехается и начинает двигаться — первые несколько фрикций неторопливы и подтверждают предположение Харта о том, что Анвин не имеет больше никакого контроля над ритмом или силой толчков, потому что у него нет достаточной опоры. - Я бы попросил тебя сказать мне, если будет слишком быстро, но это совершенно бессмысленно, - говорит он, обращаясь к Мерлин, опуская ладонь на его колено и прослеживая подушечками пальцев полукружье шрама, гладкое и чуть выпуклое. - Вряд ли я замедлюсь. - Ты нянчишься, Харт, - усмехается Мерлин. - Если что-то перестанет меня устраивать, я просто тебя остановлю. - Славно, - ухмыляется Гарри. И, получившей ответ и заверение, которое хотел, просто позволяет себе отпустить контроль и делает то, что любит сам и что любит Анвин — берёт своё, толкаясь внутрь тела мальчишки резкими, быстрыми толчками. Эггси шумно выдыхает, потом срывается на короткие стоны, которые скоро начинают переходить во вскрики — и вскоре после этого он замирает и начинает мелко дрожать, и перестаёт издавать какие-либо звуки, потому что ему, судя по всему, перехватывает дыхание во время оргазма — Гарри останавливается было, но Эггси каким-то чертовым образом понимает его намерение и заведя руку себе за спину, сжимает пальцы вокруг запястья Харта, что тот трактует как требование продолжать — и трахает мальчишку через его оргазм, так же быстро и безжалостно, как подводил к нему. Помимо не-дыхания Эггси он слышит ощутимо ускорившееся дыхание Мерлин — и он не может сдержать довольной ухмылки, но останавливается, когда Эггси наконец делает судорожный вдох и издаёт тихий, явно протестующий звук. - Хватит с тебя? - С мягким смешком задаёт Харт вопрос, который не требует ответа, и выходит из Анвина, стягивает презерватив и подтягивает штаны выше на бедра. Эггси приподнимается на руках и Гарри подхватывает его под бедра, помогая перевернуться, и мальчишка падает на кровать рядом с Мерлином, и вид у него настолько мечтательно-ошарашенный, что Гарри смеётся, усевшись между разведённых ног Мерлина и оставив ладонь на его колене. Пальцами он продолжает скользить по тому же длинному полукруглому шраму, только наполовину-осознанно. Мерлин протягивает руку и зарывается пальцами в волосы Эггси. - Ты в порядке? В этот момент Эггси показывает веселящемуся Гарри средний палец. - Ты в порядке, - отвечает самому себе Мерлин. - Немного слишком? - Немного слишком, - соглашается Эггси. - Но это чертовски хорошее слишком. Как ты? - Я вполне удовлетворён, - кивает Мерлин, слегка вздрагивая, когда пальцы Гарри находят конец другого шрама и медленно скользят по нему, тянущемуся прямой линией на почти всем протяжении внутренней стороны бедра. - Они так чувствительны, как я предполагал, значит? - Любопытно заключает Харт. - Не все, но да. - Интересно. Я думаю, в твоём «вполне удовлетворён» есть доля лукавства. - Я не готов трахаться с тобой, Харт. Ты не образец здравомыслия прямо сейчас. - Справедливо, - легко соглашается Харт, возвращая ладонь на колено Мерлина — тот и так позволял ему многое, и явно заслужил доверие к своим границам, как бы любопытно не было Харту, насколько чувствительна рубцовая ткань на внутренней поверхности его бедра. - Я вполне могу справится с вами, - говорит Эггси, до этого молча и с благоговением наблюдающий за тем, чего, как он совсем недавно думал, никогда не увидит. Эти двое были изумительны рядом друг с другом, и вели себя так, будто они не переставали быть любовниками все эти годы. Анвин всё ещё немного опасается, что это галлюцинации, вызванные слишком сильным оргазмом. - Я в порядке. Помнишь, с чего мы начинали разговор с утра? - Не требовать от тебя многого, - кивает Эггси. - Хорошо. Мерлин кивает с мягкой благодарной улыбкой. - Гарри? - Я переживу, - отмахивается Харт, дивясь самому себе. Эггси фыркает, не купившись. - Гарри, если тебя оставить без оргазма, ты невыносим. Я должен спасти твоих несчастных сотрудников. - Ты правда ничего им не должен. И я не настолько плох. - Настолько, - кивает Эггси. - Попробуй соврать мне, что не соскучился. Самоуверенный засранец. Самое странное и пугающее в том, что Харт действительно вполне удовлетворён и так. Он не против согласится на предложение Анвина, но также он и не против того чтобы просидеть, как он сидит ещё десять минут и начать собираться в офис. Он решает списать всё на то, что он имел хороший оргазм вчера вечером. - Что ты думаешь? - Я думаю, что ты ведешь себя подозрительно. И что я хочу тебя. - Как скажешь, - Гарри касается губами коленки Мерлина, перемещается обратно на своё место рядом с Эггси и садится, разводя ноги. Эггси улыбается довольной плутовской улыбкой, целует Мерлина в уголок губ, и спустя несколько секунд юрко устраивается между ног Харта и тянет резинку штанов вниз, освобождая его член. - Моё присутствие больше не обязательно, я полагаю? - Осведомляется Мерлин. - По желанию. - Я начну готовить завтрак, в таком случае. - Осторожнее с ножами и не спали дом, - говорит Гарри. - Ты имеешь там мало веры в меня, - картинно вздыхает Мерлин, вставая с кровати. *** В пятницу вечером Эггси стоит на платформе и высматривает в пестрой стайке школьниц Дейзи, одновременно поддерживая лёгкий разговор с отцом одной из её одноклассниц. Дейзи наконец появляется в дверях поезда — синее платье, тонкое пальто, переброшенное через руку, растрёпанные косички — спрыгивает на платформу и машет в ответ на взмах руки Эггси. Анвин остаётся стоять на своём месте — ждёт, пока Дейзи попрощается со всеми и только когда она направляется в его сторону, волоча за собой чемодан, прощается со своим собеседником (кто греховно хорош, но настолько же скучен), и направляется ей навстречу. Спустя несколько секунд он оказывается заключен в крепкие объятия — и возвращает их, с улыбкой целуя девочку в макушку. - Как твоя поездка? - Спрашивает он, отстраняясь ровно настолько, чтобы посмотреть на Дейзи. У той чуть припухшие веки, выдающие то, что она плакала несколько часов назад — но Эггси ожидал этого и решает никак не комментировать. Тем более сейчас Дейзи смотрит на него с широкой улыбкой. - Было хорошо. Но я соскучилась. - Я не буду против, если ты скажешь, что покончила с длительными поездками. - Ну нет. Я начала скучать только к концу третьей недели. - Ты разбиваешь мне сердце, - с намеренно-неубедительным драматизмом сообщает Эггси. Они разыскивают одного из учителей, что сопровождали класс в поездке, Дейзи рапортует, что её забирает папа (сердце Анвина грозит расплавиться или взорваться от той смеси чувств, что он испытывает, когда слышит этот свой статус, заслуженный за какие-то несколько лет) и Эггси везет её в их любимую кофейню — всё ту же недалеко от офиса Гарри. Они в разном составе ходят сюда уже столько лет, что Анвина и его детей здесь знают по имени… примерно все, кто здесь работает. Они занимают столик у окна — Эггси уходит, чтобы сделать заказ, и вернувшись, с улыбкой садится напротив Дейзи, которая успела загрустить за несколько минут его отсутствия. Эггси не ждёт слез — Дейзи не любит плакать на людях и даже дома будет держаться до последнего. Анвин предпочел бы, чтобы она так не делала — но он понимает, откуда это идёт — там, где она росла, нельзя было показывать слабость. Он благодарен ей хотя бы за то, что она иногда приходит к нему после — за успокаивающими объятиями и коротким уверением о том, что всё будет хорошо. - Если это из-за того, что кто-то решил, что отношения на расстоянии — это слишком, у кого-то будут проблемы, - легко сообщает Эггси. - Ничего такого, - улыбается Дейзи, голос немного дрожит и глаза на мокром месте. Эггси протягивает руку и сжимает её пальцы в своих. Она отворачивается к окну и наблюдает за снующими мимо людьми. Их молчание прерывает официантка, принёсшая заказ. Переставляя тарелки и кружки на стол, она беззаботно щебечет с Дейзи о том, что давно не видела её, и Дейзи отвечает, что уезжала во Францию по учебе. Разговор длится несколько минут, после чего девушка мягко гладит Дейзи по плечу, улыбается Эггси, желает им хорошего вечера и удаляется от столика. - Почему некоторые люди всегда так милы и легки, а другие будто даже улыбаться не умеют? - Задумчиво произносит Дейзи. Она смотрит на свою кружку с шапкой взбитых сливок — хмурится, но в итоге подавляет желание напомнить, что она не ребёнок и какао со взбитыми сливками — это позорно для пятнадцатилетки. Но она не говорит этого — и Эггси улыбается, наблюдая за тем, как она поднимает кружку и делает аккуратный глоток — и с удивлением смотрит на кружку, а потом на Анвина. - Мировой баланс, полагаю, - отвечает он за заданный вопрос. - Плохое нужно, чтобы ценить хорошее. - Мы не перепутали чашки? - Интересуется Дейзи. Эггси качает головой. Под взбитыми сливками спрятан мокко — без кофеина, конечно, и шоколадного сиропа и молока там в разы больше, чем кофе - но Дейзи не обязательно это знать. - Тебе почти пятнадцать, в конце концов, - говорит он. Дейзи улыбается и касается коленкой колена Анвина под столом. Они болтают о событиях последнего месяца — и Эггси понимает, что ему придется отпускать Дейзи в эти поездки, ещё и ещё, потому что это хорошо для неё — много событий, новые места и новые люди. Он слышит её фирменный, особенный спокойный восторг в рассказах и понимает, что она повзрослела ещё больше, за это короткое время. - Какой у нас план? - интересуется она, после того, как они делят на двоих десерт. - Мы заедем за Молли и поедем домой. Мерлин и Муни уже ждут нас. - Какой именно дом? - Хмыкает Дейзи. - Хьюго всё ещё не может поверить в то, как мы живём. Говорит, такое бывает только в кино. - Ах, так вот как его зовут? - Хихикает Эггси, уворачиваясь от тычка в бок. - В тот дом, что рядом. К Мерлину. - Гарри придет? Эггси задумчиво хмыкает. Он не получил от мужчины четкого ответа о его планах на вечер пятницы и выходные. - Не могу ничего сказать по этому поводу. Он сделает, как ему захочется. Дейзи ухмыляется, но и только. - Когда-нибудь мы будем жить все вместе, как думаешь? - Интересуется она. Они выходят из кофейни и идут к машине, Дейзи кладёт ладонь на предплечье Эггси. - Что, вшестером? - Удивленно интересуется Эгсси. - Не знаю. Не могу ничего сказать по этому поводу. - Всё так плохо? - Хмыкает Дейзи, ирония очевидна - Всё хорошо. Просто Гарри не тот тип, что подходит для совместной жизни. - Ты говорил то же самое про Мерлина, когда-то. И вот мы живём вместе. - Мы не живём вместе. Дейзи фыркает. - Бывает, что раз в неделю он ночует отдельно и один. Чаще даже этого не происходит, потому что я остаюсь у него. Мы живём все вместе, глупый. Эггси удивленно молчит. Всё время, пока открывает Дейзи двери машины, закрывает её, садится со своей стороны. - Ты хотел бы? - Спрашивает Дейзи с улыбкой. - Я не знаю, - честно отвечает Эггси. Он не позволяет себе об этом думать — то, что они имеют, слишком хрупко, и слишком молодо. Их с Гарри новой попытке нет ещё и года, и они, несмотря на это, решаются на ещё один шаг вперед — Гарри решается на этот шаг. Эггси запрещает себе думать о их будущем — он слишком боится, что в настоящем что-то пойдёт не так. И всё же, иногда… - Да конечно, я хочу, - вздыхает он. - Что об этом думаешь ты? - Человеком больше, человеком меньше, - пожимает плечами Дейзи, будто ей всё равно. - Ой ли? - Гарри говорит вам двоим, когда вы включаете гиперопеку. Было бы удобно иметь его в доме всегда, - с тонкой улыбкой продолжает она. Эггси возмущен до глубины души, но не может не рассмеяться. Гарри не приходит вечером, ограничившись лишь короткой смс-кой о том, что ему нужно поработать — что значит, что лучше не трогать его до тех пор, пока он сам не выйдет на связь. Эггси немного расстроен, но напоминает сам себе, что не всегда можно получить всё, чего хочешь. Вечер в любом случае проходит хорошо — они впятером едят пиццу и играют в настольные игры, и засиживаются далеко за полночь. - Почему ты расстроен? - Спрашивает Мерлин негромко. Они лежат в постели, Эггси прижимается спиной к груди Мерлина, рука мужчины на его животе. - Я не расстроен. - Ты был в начале вечера. Эггси чуть приподнимает брови, взгляд направлен в стену, выкрашенную в насыщенный темно-синий цвет. Мерлин перекрасил стены в своей комнате несколько месяцев назад. Эггси думал, что красить стены такой небольшой комнаты в такой темный цвет — не лучшая затея, но в итоге обнаружил, что находит этот цвет до странного успокаивающим. Он думает о том, каким Мерлин был, когда они только узнали друг друга — очаровательно-бестолковым, когда дело касалось чужих эмоций, плохо улавливающим намёки и больше чем в половине случаев не понимающий шуток Эггси. Эггси полюбил его за доброту, открытость, чувство безопасности, которое он ощущал рядом с Мерлином — но и за его возмутительную порой нелепость тоже. Теперь, однако, все было немного по-другому — за те пять лет, что они вместе, Мерлин, с его замечательным мозгом и способностью к обучению, научился улавливать любым настроения Анвина. Иногда — как сейчас — это было немного досадно. - Тогда ты знаешь причину, - ворчит Эггси. Мерлин утвердительно мычит. - Это не первый раз. Он часто коммуницирует так и мы знаем, что в этом нет ничего плохого. Поэтому я спрашиваю, почему ты расстроен. - Полагаю, я хочу, чтобы мои дети значили для него больше, чем на самом деле значат, - заключает Анвин. - Как для тебя, - Эггси замолкает, поняв, что сказал, и жмурит глаза и досадливым вздохом. - И я по-прежнему называю их моими, хотя они наши. Самые сильные ссоры между ними происходили, когда Мерлин боролся с Анвином за право действительно участвовать в жизни детей. Эггси был чрезмерно, иррационально самостоятелен тогда, думая, что все заботы — только его долг и будто боясь стать худшим отцом, позволив Мерлину взять на себя хоть какую-то долю родительства, и, ещё хуже — ревнуя детей к мужчине, к своему мужу, черт возьми. Пару раз после таких ссор Мерлин уходил, потому что терял всякое терпение - и Анвину казалось, что он больше не вернётся. Но он возвращался и пробовал снова. Они едва не развелись тогда — но Эггси всё-таки сделал шаг навстречу — возможно, в самый последний момент. И сейчас — сейчас они были семьёй. Мерлин уже не был «парнем папы», он был вторым папой — Эггси знал, что все трое говорят о нём другим так, хоть и называют по имени. Но Эггси — Эггси до сих пор именовал этих троих, которые говорили, что у них два папы, своими. - Это не так важно, до тех пор, пока мне позволено водить их на занятия и помогать делать глупые школьные проекты. Что до Гарри… Я считаю, что ты плохо о нём думаешь. - Мда? - Он привязан к ним достаточно для человека, который никогда в своей жизни особенно не пересекался с детьми и не имел такого желания. И он привязан к ним достаточно для того, какой он в принципе. То, что он не появился, значит скорее то, что он огораживает девочек от своего плохого настроения, а не себя от них. Он делает то же самое для тебя и ты понимаешь это. -Хм, - лишь глубокомысленно отзывается Эггси. И, чуть помолчав, добавляет немного осуждающе: - Ты его защищаешь. - Да. Моя защита кажется мне справедливой. - Может быть, ты прав, - вздыхает Эггси. - Может быть. Засыпай, - с улыбкой велит Мерлин. Сон забирает Эггси благословенно-быстро, но не длится долго. У него всё ещё бывают кошмары — всё те же, из детства, только теперь он видит в них не себя, а своих детей. Сегодня он видит Габриэля — и резко выныривает из сна, распахивая глаза и закрывая рот ладонью, чтобы не вскрикнуть. Его слегка потрясывает, когда он выбирается из кольца рук Мерлина. - Эггси? - Бормочет тот. Так легко его разбудить только когда у Эггси кошмары, или кто-то из детей болеет. - Всё хорошо, - шепчет Анвин в ответ. - Спи. - Точно? - Очередное бормотание в подушку. - Абсолютно, - слабо улыбается Эггси. Умывшись, он спускается вниз, и, к своему удивлению, обнаруживает на диване в гостиной Дейзи, которая набирает сообщение на телефоне с глупой влюблённой улыбкой на губах и гладит Дани, которая сидит рядом с диваном, устроив морду на коленях девочки. Это совершенно очаровательно, и Эггси улыбается несмотря на своё всё еще потрясенное состояние. - Я ожидал, что вы все будете спать до обеда. - Хью звонил. Пока мы разговаривали, я совсем проснулась, - оглянувшись на Эггси, отвечает Дейзи. - Почему ты не спишь? - Плохой сон, - морщится Эггси. - Не против компании? Дейзи качает головой и кивает на место на диване рядом с собой. - Хочешь поговорить со своим братом? - Очень. Думаешь, они не спят? Эггси фыркает. - У них в доме четырёхлетка. И Адель. Габи вернётся домой с режимом сна получше нашего. Он звонит Адель — и, перекинувшись парой фраз с ней и с Габи, отдаёт телефон Дейзи — Эггси отвлеченно слушает их счастливое щебетание, и постепенно успокаивается. Спустя через полчаса телефон возвращается к нему — на том конце снова Адель. - Я готов требовать ребёнка обратно, ма, - вздыхает он. - Он тоже начал проситься домой. Говорит, быть старшим братом так долго — очень утомительно. Тамми хочет привезти его в конце следующей недели. - Тамми? Он бы предпочел увидеть Адель, если честно — почему-то. - Она его мать, милый. - Я помню, - ворчит Эггси. Последнее время у него… сложные чувства по этому поводу. Ожидаемо, с тех пор, как у Тамилы и Тео родился сын, присутствие Тамми в жизни детей, и без того редкое, сократилось ещё больше. Сами дети, привыкшие жить без матери, не слишком страдали от этого — и Эггси надеялся, что это её внезапное появление на месяц в жизни Габи не сделает всё… сложнее. Но если говорить начистоту — он просто не хотел долгого её присутствия рядом с ними, потому что боялся, что она захочет проводить с ними больше времени и им придётся начинать процесс делёжки детей. Который неизбежно приведёт к ухудшению отношений. - Хорошо, я буду ждать дату, значит? - Получается, что так. После того, как он заканчивает звонок, Дейзи, внимательно посмотрев на него, интересуется: - Хочешь, сходим погулять с Дани? - Возьмем чего-нибудь съедобного в той забегаловке напротив парка? Дейзи улыбается и кивает согласно. Они проводят в парке почти час — ему получается перестать крутить в голове мысли о Тамми, за которые он чувствует себя не самым хорошим человеком. - Почему ты был так расстроен? - Всё-таки спрашивает Дейзи у него, когда они идут обратно к дому. - Нам же вернут Габи, правда? - Конечно. Просто его мать приедет с ним и я испытываю сложные чувства по этому поводу. - Почему? - С искренним любопытством интересуется Дейзи. - Я не слишком хочу делиться вами, - после небольшого перерыва говорит Эггси со слабой улыбкой. - Я слишком вас люблю и это делает меня эгоистом. - Ну, это же всего на несколько дней? Муни будет рада увидеть маму, наверное. И я останусь с вами. Она же не моя мама, - ободряюще улыбается Дейзи. Эггси задумчиво кивает, и обнимает девочку за плечи. - Что ты думаешь о своей маме? Я никогда не спрашивал, хочешь ли ты её увидеть. - После всего, что она сделала с тобой? Я не хочу её видеть. У меня есть родители. Это ты и Мерлин. И Гарри, может быть. Иногда. В роли какого-то странного дядюшки. Эггси облегченно выдыхает и смеётся. Когда они возвращаются, на вешалке и прихожей висит пальто Гарри, и у беспорядка из обуви Эггси и детей аккуратно стоят его ботинки. У него есть ключи от квартиры Мерлина еще с лета — но Эггси постоянно забывает об этом, почему-то. Дейзи тоже замечает, и, оборачивается на Эггси с улыбкой. - Иди наверх. Я помою ей лапы. Он поднимается наверх через несколько минут, с Дани, следующей за ним. Гарри и Дейзи уже возятся на кухне, на столе в вазе стоит букет цветов — россыпь мелких маргариток и незабудок, несколько ирисов и круглая головка гортензии. Сдержанно, нежно и очень красиво — очень подходит Дейзи. Гарри принёс ей цветы. Как взрослой девушке. Эггси улыбается от этой мысли. И, когда поднимает взгляд, встречается глазами с Гарри. - Привет, - говорит, прикусывая щёку изнутри, чтобы не расплыться в слишком широкой улыбке. - Привет, Эггси. - Что вы задумали? - Мы решили смешать тесто для «французских блинчиков» заранее. - Чтобы когда все проснуться, осталось только пожарить, - кивая, добавляет Дейзи. Сверкает веселым взглядом на Эггси, - и если вы хотите поцеловаться — вперёд, я отвернусь. Гарри, с едва заметной, но теплой улыбкой качает головой и манит Эггси к себе. Анвин подходит и получает свой короткий поцелуй, который Гарри прерывает, напоследок дразняще чуть сжав зубы на его нижней губе. Эггси посылает ему укоризненный взгляд. Гарри пожимает плечами и занимает своё место рядом с Дейзи. - Настал тот момент, когда я совсем вам не нужен, да? - Ты может встать и красиво стоять у окна, - отзывается Гарри. Скоро сверху спускается Мерлин, чуть позже просыпаются девочки. После пары часов Муни и Молли начинают собираться в кино, Мерлин — дойти с ними до кинотеатра и сходить за продуктами на ужин. Дейзи говорит, что хочет побыть дома, Гарри и Эггси с позволения Мерлина, который уверяет, что справится сам, остаются тоже. Эггси не хочется выбираться наружу, где заметно испортилась погода, Гарри практично выбирает общество одного спокойного ребёнка против общества двух болтливых. Дейзи усаживается на диване и с головой погружается в переписку, Гарри садится в кресло с книгой, Эггси, на другом конце дивана, отвлекает Гарри болтовнёй, сообщая первый делом, что в конце следующей недели он снова будет многодетным отцом. Когда Дейзи слишком резко встаёт с дивана, Эггси вздрагивает и беспокойно оглядывается — но успевает увидеть только спину, скрывающуюся в дверном проёме и Дани, трусящую следом. Он поворачивается к Гарри и замечает, что тот закрыл книгу и вопросительно смотрит на Эггси, явно готовый встать с места. - Не надо, - после небольшой паузы качает головой Эггси. - Это должно было случится. - Что? - Хмурится Харт. - Слёзы в честь очень молодой и очень фрустрирующей любви на расстоянии, - пожимает плечами. - Она не позволит нам зайти в комнату в любом случае. - Хорошо. Полагаю, ты знаешь лучше. Эггси кивает, чуть улыбнувшись. - Ты сказал, Габриэль приедет с матерью? - Сказал. Гарри фиксирует на нём тот самый взгляд, острый, прямой и внимательный, от которого тут же становится не комфортно. Эггси морщит нос. - Что? - Ты не хочешь, чтобы она проводила с ними время? Это не вопрос. Скорее предположение. Эггси говорит Гарри то же, что сказал Дейзи с утра. Гарри кивает, и, судя по следующей реплике, решает игнорировать попытки Эггси закончить разговор. - Ты боишься, что она заберет их у тебя, потому что имеет право, не так ли? - Чуть склонив голову к плечу, предполагает Гарри. Чертов Сфинкс, вот кто он. - Я не хочу об этом говорить, - бормочет Эггси. - Значит, я прав. - Какая часть фразы «я не хочу об этом говорить» тебе непонятна? - Огрызается — или пытается огрызнуться Анвин. В его словах смехотворно мало злости или раздражения. - Этого не произойдёт, Эггси. Даже если она попытается — в чем я сомневаюсь — я не дам ей этого сделать. Анвин открывает рот, но тут же закрывает, потому что понимает, что ему нечего сказать. Он знает, что Гарри имеет это в виду. У него нет причины сомневаться, что у Гарри получится — не после того, как они добились того, чтобы оставить Дейзи в семье. Гарри слышит шаги на лестнице первым — и встаёт, похлопав Эггси по коленке. - Я заварю чай. Когда Гарри уходит в кухню — в комнату заходит Дейзи и забирается на диван, обнимает Эггси поперек груди и прячет лицо в сгибе локтя. Эггси чуть улыбается и обнимает её за плечи, поворачивает голову и наблюдает за Гарри, который хлопочет на кухне. Через пять минут Гарри возвращается, заварочный чайник и три кружки на подносе у него в руках. Когда он наливает чай в кружки — Эггси чувствует травяной аромат — что-то из успокаивающих травяных сборов, что Мерлин приучил их пить на ночь. Эггси улыбается Харту, когда тот протягивает в его сторону кружку и указывает взглядом на Дейзи. - Эй, - мягко потеребив девочку по плечу, зовёт Эггси. - Вернись к нам на минутку? Дейзи слушается. Смотрит на кружку, и протягивает руку, чтобы взять её. - Спасибо, - тихо говорит, шмыгнув носом. Делает небольшой глоток и смотрит на Гарри поверх края кружки. Тот посылает ей вопросительный взгляд. - Ты хочешь об этом поговорить? - Интересуется. Эггси не может сдержать улыбки. Он уверен, что Дейзи отошьёт Гарри — процентов на семьдесят. Гарри, скорее всего, расценивает свои шансы примерно так же — но факт того, что он задал вопрос, не становится от этого менее важным для Эггси. - У меня есть парень. И он во Франции, - хмуро сообщает Дейзи к удивлению обоих её собеседников. У Харта это удивление даже написано на лице пару секунд — Эггси успевает увидеть, прежде чем Гарри возвращает лицу нейтральное выражение. - Я знаю, - со смешком кивает он. - Ну конечно, - качает головой Дейзи. - Ты не говорила, что это секрет, - отмечает Эггси. - Это не секрет. Теперь-то уж точно. Так вот. Он во Франции, и я здесь и это глупо, потому что я даже не знаю, когда мы увидимся в следующий раз. Если вообще увидимся. Это заставляет меня чувствовать безнадёжность как в «Любовнице французского лейтенанта». Гарри чуть приподнимает брови. Эггси пытается подавить смешок и проваливается — и зарабатывает сердитый взгляд. - Что? - Тебе рано читать такие книжки, милая. Не потому, что ты не понимаешь, - добавляет Эггси, опережая реплику Дейзи, - просто чтобы не впасть к экзистенциальный кризис в возрасте «почти пятнадцати». Что-нибудь более жизнерадостное? Дейзи отмахивается, конечно. - Мы говорим не о книжках, па. - Не о них, - соглашается Эггси, обнимая девочку за плечи. - Всё не так безнадёжно. Он может приехать на Рождество, если захочет. - Мы не полетим в Марокко? - Не думаю, - качает головой Эггси. - Бабушка в Лионе и я думаю, она не захочет посещать дом следующие пару лет. А если там нет бабушки и дедушки, зачем нам туда ехать? - Я не знаю, грустить мне сейчас или радоваться, - хмурится Дейзи. - Второе, - одновременно предлагают Гарри и Эггси. - И он сможет спать со мной в моей спальне? - Улыбается Дейзи. - О нет. Он будет спать на диване в гостиной и это не обсуждается пока тебе нет восемнадцати. Дейзи смотрит на него не впечатленным взглядом. - Не начинай рассказывать о том, как девочки отпрашиваются на ночь к подруге и идут ночевать к своим парням. Я всё это знаю и доверяю тебе достаточно, чтобы предполагать, что ты такого не делаешь. - Но ты имеешь это в виду? Что он может приехать? - Абсолютно. Вообще-то, я думал, что мы сможем поехать куда-нибудь все вместе. В Шотландию, на самый север? Снять дом и взять с собой всех, кто захочет? - Он задумчиво смотрит на Гарри. - Мне нравится, - улыбается Дейзи, куда более радостная, чем пять минут назад. - Там бывает снег? - Вероятность велика, - кивает Гарри. - Ты ожидаешь, я буду к этом участвовать? - Вздыхает он, обращаясь к Эггси. - Конечно. А также что ты склонишь к этому Лиззи и Флойда. Я возьму на себя Рокси и Джеймса, а Мерлин — Персиваля. Будет классно! Гарри тяжело вздыхает. - Мерлин знает об этой твоей идее? - Ещё нет. Уверен, он будет в восторге. - Гарри, не притворяйся скрягой Скруджем, - улыбается Дейзи. - Ни в коем случае. Не имею желания меняться в лучшую сторону, - легко отговаривается Гарри с улыбкой, которая еле угадывается в уголках губ. - Я найду дом, если ты избавишь меня от обязанности склонять кого-то к чему-то, - говорит он Эггси. - Уверен, ты справишься сам. - Идёт, - улыбается Эггси, - кажется, у нас есть планы на Рождество. - Кажется. Однако я бы вернулся обратно к изначальной теме. - У тебя тоже есть идеи? - Не пытаясь скрыть иронии, интересуется Дейзи. - Вообще-то да, - Гарри качает головой, - ты очень дерзкий ребёнок, ты знаешь? - Я не ребёнок. И ты не против. - Ты не ведёшь себя так с учителями? - Нет. За кого ты меня принимаешь? Я говорю с тобой так, потому что это развлекает и тебя, и меня. Гарри ухмыляется. Эггси в это время размышляет отвлеченно, что и подумать не мог, что эти двое когда-нибудь так споются; что манера поведения Дейзи чем-то будет немного напоминать то, как ведёт себя Гарри, что одновременно пугающе и мило. - Я так же невозможен? - Интересуется Харт, обращаясь к Эггси. - Иногда. Часто, - он широко улыбается Харту. - Так что там про идею? - У человека день рождения в конце ноября. Отвези её в Париж на несколько дней, к этому её парню. Увидишься с братом. Мы с Мерлином посмотрим за оставшимися двумя. Дейзи смотрит на Эггси таким взглядом, что очевидно, что отказаться не получится — если он не хочет разбить ей сердце. Хорошо, что у Эггси и мысли нет отказываться. - Что скажешь? Мне нравится эта идея. - Мне тоже, - кивает Дейзи, всякие следы былой печали окончательно испарились с её лица. *** Визит Тамилы проходит не так плохо, как того боялся Эггси. Не обходится без неловкости и недопонимания, но ничего, что было бы сложно уладить и пережить. На вокзал они приходят странным составом — Эггси, Муни и Гарри. Последний встретился им как раз на выходе из дома — и Муни, с присущим ей жизнерадостным энтузиазмом, предложила пойти с ними, чтобы «не сидеть дома одному, пока кто-нибудь не вернётся», потому что Дейзи была на занятиях, а Мерлин уехал по рабочим делам. Гарри, который, в общем, был не против сидеть дома один, согласился — сам не понимая почему. Зато Эггси понимал. Энтузиазму Муни было сложно противиться. Что делает Габи, когда видит их компанию? С восторженным «Гарри!» несётся к ним и виснет объятиями на Харте, заслуживая возмущенный взгляд от Эггси. Гарри — негодяй как он есть — смеётся над праведным возмущением Анвина, подхватывая Габриэля на руки (хотя это он чаще всех повторял, что мальчик слишком взрослый чтобы виснуть на взрослых). Тамила, подходящая к ним, окидывает сцену несколько недоуменным взглядом, но быстро переключает своё внимание на Муни, которая обнимает её. - Мам! - Здравствуй, солнышко. Эггси ограничивается улыбкой и взмахом руки, Гарри ставит Габриэля на землю и подталкивает его в сторону Эггси, после чего смотрит на Тамилу и говорит идеально-вежливым и мастерски-нейтральным тоном: - Добрый вечер. - Добрый вечер, мистер Харт. Первой весело фыркает Муни. - Ма, ты что? Это Гарри. Он практически третий папа. Эггси с трудом подавляет смех, уловив вспышку ужаса в глазах Гарри — такую мимолётную, что замечает её только он. - Муни права. По крайней мере по поводу того, что формальности ни к чему. Путь до машины эффективно заполняется детской болтовнёй, не оставляя места для неловкости. У машины Гарри использует свою возможность откланяться. - Я должен забирать Дейзи с занятий. Эггси прекрасно знает, что с большой вероятностью это значит, что Дейзи будут забирать Гарри и Мерлин вдвоём, но ничего не говорит — не то, чтобы он против. Вот Дейзи, он уверен, сообщит этим двоим, что они нелепы. Дома Эггси помогает Тамми разместиться, переместив её вещи в свою спальню и быстро освободив место в шкафу, отправляет ей полное расписание Муни и занятий Габриэля и собирается уходить. - Когда у Муни после школы студия и репетиции в театре, я забираю и везу ее в центр сам, обычно. Иногда это делает Мерлин. Иногда она ездит сама, потому что она «достаточно взрослая, чтобы проехать прекрасно знакомый путь без тебя, папочка», - Эггси рисует пальцами в воздухе цитату. - Это я к тому, что если ты захочешь её отвезти — позвони мне, чтобы я знал, что мне не надо её забирать. И звони, если что-то будет нужно. - Ты уходишь? Эггси хмурится. - Ну да. - Я думала, ты — и Дейзи тоже — останетесь здесь, - Тамила теперь хмурится тоже, явно видя ошибку в собственных суждениях, но не понимая, где эта ошибка. Эггси пару раз хлопает глазами, недоумевая, как она могла дойти до такой мысли. - Мерлин мой муж. Почему я должен оставаться здесь? - Выходит чуть резче, чем он планировал. - Это всё равно что я бы приехал в Лион и ты осталась ночевать со мной, а не с Тео, - добавляет он уже мягче. - Я думала, вы не живете вместе, - извиняющимся тоном отвечает Тамми и Эггси понимает, в чем дело — она просто не в курсе его семейной ситуации; последний раз, когда они затрагивали тему отношений Эггси — что было очень давно - они с Мерлином не жили вместе и Эггси не надеялся даже, что это случится. - Мы всё-таки справились с этим, - улыбается Эггси. Тамми улыбается ему в ответ. - Я не знала. - Я тебе не говорил. И мы живём на два дома, так что легко подумать, то что подумала ты. - Забудь моё предположение. Оно нелепо, конечно, если всё так. - Запросто. Я пойду. Развлекайтесь. Другое недопонимание между ними случается через пару дней, когда Габриэль сообщает Тамми, что хочет остаться у Гарри после занятий, и что он, в общем-то, уже договорился с ним. - Да, я знаю, - кивает Эггси, когда Тамми пересказывает ему намерения сына. - Он уже попросил Муни написать Гарри и договорился с ним. Они получат лекцию об излишней самостоятельности, если ты к этому. От самого Гарри — он не в восторге, что дети теперь могут добраться до него так просто. - Я и об этом тоже, но не только… - О чем ещё? - О том, что ребёнок ночует один со взрослым мужчиной? - Боже, - со смешком выдыхает Эггси. - Ты заставляешь это звучать очень плохо. Они, как бы это странно не звучало, друзья. Габи любимчик Гарри, и Гарри для него главный авторитет во многом. Это очень высокие отношения. И Гарри… тоже семья. С ним всё не так просто, как с Мерлином, но сейчас гораздо лучше. Тебе не стоит воспринимать его как постороннего для детей человека. - Я не знаю ничего о твоей нынешней жизни, - задумчиво заключает она после паузы. - Не ничего, но довольно мало, да. - Нам нужно это исправить? Если ты не против. - Можно попробовать, - соглашается Эггси. Так что они встречаются в кофейне, садятся за столик и разговаривают о том, что произошло в их жизнях за последние три года — в процессе разговора осознавая, что произошло столько всего, что они практически стали друг другу незнакомцами. Он, например, понятия не имел, что Тамила вместе с сыном ездят с Тео почти во все его научные командировки — Марокко, Алжир, Ливия и Мавритания; Ливан и Сирия — маленькие города и поселения, в которые часто и не ступала нога иностранца, такие места, в которые ездила Адель и в какие Эггси когда-то сопровождал Тео. Что, пока они там, она учит девочек чтению и письму, и английскому языку — не везде в тех местах, где они оказываются, есть возможность учиться. Некоторые из девочек грамотны, другие не умеют даже читать. Тамми занимается тем, чем всегда хотела заниматься. Это согревает Эггси душу. - Ты живёшь так, как хотела жить? - О таком я даже не мечтала, - улыбается ему Тамми. - Ты? - Аналогично, - кивает Эггси. - Я всё ещё не до конца верю, что всё это происходит со мной. - Ты это заслужил. Эггси пожимает плечами. Тамми хлопает его по предплечью. - Я боялся, что ты захочешь забрать кого-то из них к себе, - решает сознаться он под конец их разговора. Она смотрит на него, удивленная. Потом качает головой. - Я не смогу дать им ничего из того, что у них есть сейчас. Вокруг них много людей, которые их любят и заботятся о них. Во Франции у них были бы… кто? Я, Тео, и бабушка. Учитывая наши расписания, нас едва ли хватило бы на троих детей. Меня иногда едва хватает на одного. Я бы хотела видеть их чаще, да — но не забрать. - Я не буду врать и скажу, что это облегчение. - Хорошо. Я не думаю, что достойна того, что они до сих пор меня любят — как мать. Это… неожиданно. - Мы хорошо их воспитали. - Ты, Эггси. Ты воспитывал и их, и меня, когда мы ещё были вместе. - Может быть. Ты можешь приезжать, когда захочешь. У нас, как ты понимаешь, достаточно места для жизни. Когда они прощаются после этого разговора, Эггси чувствует себя гораздо легче — весь груз сомнений и страхов, сидящих внутри него, испарился в воздухе — ценой простого разговора до душам.