"Лисёнок"

-Как погляжу, ты умеешь выбирать правильное время,-сонно пробормотал Усачев, а в конце предложения и вовсе зевнул, закрывая нижнюю часть лица ладонью. Именно в этот момент из-за облаков выглянуло утреннее солнце, и, просочившись слабыми оранжевыми лучами через кроны высоких деревьев, осветило всего вожатого, отчего его серые глаза стали еще светлее и ярче. Руслан не отвернулся от яркого света, а, немного прищурясь, продолжил наблюдать и ожидать, когда же наконец его собеседник начнет свою речь, которая, видимо, не могла подождать хотя бы до обеда. Было раннее утро, поэтому все мысли были сосредоточены на том, чтобы поскорее выслушать и пойти прилечь еще хотя бы на минут десять, а то и на все двадцать, тут уже как пойдет. Усачев хоть и был довольно спокойным, терпеливым по природе человеком, но это молчание, которое длилось всего пару секунд, вызывало противоречивые чувства именно сейчас. Возможно, это из-за того, что это утро не задалось с самого начала: с того момента, как в дверь кто-то начал настойчиво стучать. Быстро напяливая на себя одежду, Руслан тогда и близко не мог представить, кто мог нарушить его крепкий сон. А может, просто и не хотел этого представлять. Когда Руслан в тот момент начал открывать дверь, то в голове невольно прокручивались возможные варианты по поводу того, кто же это будет. Прямо киндер сюрприз. Да что тут говорить, он сначала подумал, что по его несчастную вожатскую душу уже пришло начальство, чтобы отчитать по всей программе за устроенное ребятами "Веселье". Не хотелось выслушивать эти нудные слова "Да как вы могли?!", "Что бы такого больше не повторялось!", а в ответ просто кивать. Как ребёнка в угол поставили... В такие моменты не знаешь, чего вообще ожидать от жизни, в частности, от на первый взгляд обычного, ничем непримечательного утра. Не то чтобы вожатый удивился слишком раннему приходу подопечного, нет, просто вся ситуация в принципе почему-то казалась для него странной по своему. Вот Данила начинает говорить спустя довольно большой промежуток времени. Хотя так казалось только Руслану, ибо парень молчал буквально пару секунд. Видимо, утром восприятие окружения кардинально меняется, а ощущение времени - подавно. -Послушайте, давайте Вы оставите всех нас в покое? Сами подумайте, это же абсурд, какая может быть работа в летнем лагере? Мы же как-никак отдыхать и веселиться приехали! Не говоря уже о том, что все недавно заехали и всё блестит от чистоты-Поперечный сделал яркий акцент на последнем слове, медленно его выговаривая, как бы подчеркивая его значимость во всём высказывании. Данила не был из тех, кто мог спокойно смириться со своей участью, особенно, если она казалась ему несправедливой, странной. И если он мог хотя бы попытаться её изменить. Руслан подметил это еще во время первого прихода ребят в домик вожатого, ведь у этого парня буквально всё на лице читалось: эта самоуверенная ухмылка, хитрый взгляд сверху-вниз - это и не осталось незамеченным для Руслана. Где-то в своих далеких мыслях Усачев осознавал, что рано или поздно этот рыжий парень придет к нему со своими собственными возражениями по поводу наказания, такое вот упрямство, которое у школьника никак не отнять. Баран. Вожатый не спешил с ответом, потому что он был далеко не очевидным. С одной стороны - приговор был абсолютно справедливым, а с другой - Руслан мысленно поставил себя на место парня и понял, что его можно понять. Обычно такие, как Данила, зачастую не думают о других, хотя вожатый не мог знать именно об этом парне, слишком мало он его знает. Во фразе подопечного Усачева удивило "оставите НАС в покое". Значит, Поперечный в такой вот ситуации не думал только о себе. Вожатому стало резко интересно: насколько далеко этот человек может зайти ради других, в данном варианте - ради друзей? Подумав еще пару секунд, Руслан заглянул прямо в глаза Дане и улыбнулся: -Я тебе предлагаю другой вариант: твои друзья будут освобождены от работы в обмен на то, что ты будешь отдуваться за них целые две недели, в основном это будет уборка в моем домике. Что на это скажешь, смельчак? Руслану было действительно интересно: способен ли этот своеобразный тип пойти на такую жертву ради других, поэтому он пристально вглядывался в Поперечного в ожидании его ответа. Рыжий парень не спешил: он опустил голову, разглядывая мелкие камушки, которые каким-то образом попали на идеально чистое крыльцо, затем перевел взгляд на собственную красную толстовку, тщательно разглядывая рукава, будто пытаясь найти какую-то торчащую ниточку. Было видно, что такой ответ застал Данилу врасплох. Он думал, что его просто пошлют куда подальше. Поиски ответа в глубинах подсознания давались с трудом, но что-то внутри парня щелкнуло, перевернуло все с ног на голову. Он резко поднял голову на пристально глядевшего вожатого, который в данный момент опирался о косяк входной двери, и, улыбаясь в ответ своей коронной хитрой улыбкой, гордо заявил, хотя, это была скорее наигранная гордость: -Как скажите. Я согласен! Руслан сначала подумал, что сейчас этот парень выпалит очередную свою шуточку или какую-нибудь невиданную ерунду, однако, этого не произошло. Когда Данила после окончания фразы молчал уже как секунд пять, вожатый понял, что он не шутит. Большая часть подсознания Руслана была за то, что он точно не согласится, но другая часть все-таки понимала, что возможен и обратный исход. Усачев начал бегло разглядывать хитрое и довольное выражение лица Поперечного, все-таки отчасти не понимая, каким же образом тот согласился. Что же, время не вернешь назад, не изменишь сказанного, а значит, теперь в домике Руслана появится почти личная уборщица с непредсказуемым характером, злорадной ухмылкой и рожками, которые кстати говоря, ему к лицу. Внутри Руслана вновь проснулся какой-то легкий интерес к этому наглому мальчишке и к его решительным поступкам. Поперечный напоследок по-военному отдал честь и снова с этой наигранной гордостью развернулся, мысленно прокладывая очевидный путь назад в свой домик номер девять. Усачев еще пару секунд наблюдал за отдаляющимся силуэтом в красной толстовке и тихонько хмыкнул, закрывая за собой дверь. Точно Баран. Даня сам ни капельки не понимал: что произошло, почему он согласился на этот еще больший абсурд, зачем вожатый его так разглядывал после озвучивания предложения? Все это казалось крайне странным, непонятным. Данила тяжело выдохнул, стоя на пороге своего домика, пытаясь сделать так, чтобы какой-нибудь пролетающий мимо ветер просто взял и унес все его сложные размышления в какие-нибудь ебеня. Парень как-то лениво глянул на дверную ручку и аккуратно начал открывать дверь, пытаясь не создавать шума, чтобы не разбудить соседа, с которым он еще, к слову, не помирился. Удивительно, но Поперечный думал, что Гудков не проснулся от будильника, поэтому и не хотел разбудить его сейчас. Школьник наконец зашел в просторное, уже такое знакомое помещение, тихо снял кроссовки, закрыв за собой дверь, начал на цыпочках подниматься по лестнице на второй этаж. Никто не знал, что деревянная лестница почему-то именно сейчас окажется предательски скрипучей. Данила уже мысленно проклинал себя за свое невезение, а Саша на самом деле и не спал, а лишь делал вид, кстати, весьма правдоподобно. Поперечный прошел к своей кровати и взглянул на спящего соседа, голова которого показывалась из-под теплого одеяла: его темно-каштановые волосы были растрепаны и закрывали почти половину лица, рот был немного приоткрыт, слышалось тихое сопение. Данила только от одного вида на Сашу сам невероятно захотел спать и тихонько прилег набок на своем законном месте, а именно на той кровати, что была слева, даже не накидывая на себя одеяло. Он просунул одну руку под мягкую подушку и погрузился в царство грез, не желая ни о чем думать.

***

Личадеев резко проснулся от знакомого громкого голоса и подскочил, вглядываясь в соседа, который уже был полностью собран. -Просыпайся! У тебя пять минут до начала зарядки, ждать не буду! -широко улыбался Музыченко, ехидно смотря за реакцией друга, который уже побежал в ванную, абсолютно ничего не сказав. Вот скрипач как специально каждый раз будил соседа именно тогда, когда уже надо выходить. Такой быстрой реакции даже сам Юра не ожидал сейчас. Неужто ему так нравятся эти скучные муторные зарядки? На фоне всех этих мыслей проскочила еще одна: может, он еще отходит от сказанного? Такой вариант сейчас казался самым правдоподобным. Немного подумав, Юра подошел вплотную к закрытой на замок двери ванной и крикнул: -Знаешь, я наверное пойду! Догоняй! После этих громких криков послышался звук хлопнувшей входной двери. Паша был, вот честно, только рад такому исходу, ибо сейчас не хотелось даже видеть Музыченко. И нет, дело вовсе не в обиде. Дело было в том самом личном, ведь довольно страшные опасения Личадеева вчера подтвердились, и Юра все прекрасно помнил. Аккордеонист был довольно чувствительным к таким резким эмоциональным переживаниям, даже со стороны лучшего друга, поэтому, как теперь по-прежнему общаться с Юрой, парень уж точно сейчас не знал. Паша включил в кране холодную воду и, набрав побольше в ладони, выплеснул её себе на лицо, надеясь, что эта вода каким-то невиданным чудом смоет груз с плеч. Через шесть минут дверь была закрыта на замок с обратной стороны, и Личадеев быстрым шагом направился в сторону места проведения утренних пыток. Там уже вовсю кипела зарядка: Руслан, как обычно, пытался заинтересовать мучеников, а эти самые мученики не поддавались на "провокации" и делали все по-своему. Паша, чтобы не вызвать каких-либо подозрений, тихонько прибился возле лучшего друга, делая вид, что все происходит как обычно, так, как и должно быть. Однако, Личадеев не наблюдал Даню и Сашу. Усачев также был озадачен такой неявкой, хоть и понимал, что эти соседи друг друга стоят и могут просто опаздывать. Собственно, он как вожатый изучил перед приездом школьников документы особо интересных личностей, поэтому и наших четверых ребят неплохо знал, даже более, чем неплохо. Музыченко, дабы разбавить напряженную обстановку между ним и Пашей, хотел было поинтересоваться, где же шляются их друзья, однако, ответ был уже виден издалека: жители домика номер девять бежали к спортивной площадке со всех ног, попутно общаясь между собой и смеясь. Вот они уже добежали и оказались в первом ряду, прямо перед вожатым. Соседи согнулись, уперлись кистями о колени и начали приводить в норму темп наполнения кислорода в лёгких. Поперечный же ещё вскинул голову и ухмыльнулся смотря прямо на вожатого. Усачев, как показалось, не обратил никакого внимания на эту провокацию и продолжил вести зарядку, попутно ведя четкий счет. Однако, Руслан лишь сделал вид, что никак не обратил внимания, но все-таки для себя он это уж точно подметил. Ему ещё долго придётся мириться с этими бесовскими повадками рыжей прислуги. А вот эта зарядка, в отличии от вчерашней, длилась по-настоящему долго, муторно, как-то даже монотонно. Казалось, что прошло пару часов, когда на самом деле прошло всего минут пять от силы. Руслан заметил всю эту ситуацию, а именно, усталость на лице школьников, которую не видел в предыдущие дни. Все-таки он же не лютый монстр какой-то, вожатый решил сегодня сжалиться и громко свистнул в свой красный свисток. -Вижу, что вы сегодня какие-то уставшие, я вас отпускаю, попрошу только остаться Музыченко, Личадеева, Гудкова и Поперечного,-бодро перечислял всех вожатый, мельком глянув на обладателя последней названной фамилии, однако Данила все-таки это заметил и резко отвел взгляд, делая вид, что ему абсолютно все равно на то, что сейчас скажет его "любимый" начальник. Когда толпа школьников разошлась, Усачев подошел к собравшейся компании и коротко сказал, мельком оглядев на этот раз всех: -Пойдёмте в мой дом,-вожатый махнул рукой в сторону этого самого дома и, не дожидаясь ответов, а тем более - каких-либо возражений, начал движение в сторону своей берлоги. Точно знал, что происходит, только Поперечный. И да, за довольно долгое время они с Сашей заговорили, и то, просто потрясающе: Данила приоткрыл глаза от криков Гудкова "Мы проспа-а-али!" этим утром, а там уже и завязалась обычная дружеская беседа. Рыжий парень не хотел пока никому говорить о том, что он - их спаситель, хотя очень-то и хотелось где-то в самовлюбленной части души. Если вожатый сам это скажет - пускай, а вот свой смелый поступок все-таки Поперечный сильно не хотел оглашать. Вот все четверо вспомнили, так сказать, былые времена: они снова стояли в этом помещении, снова в рядочек, снова возле этого огромного шкафа, снова в кресле сидел вожатый и пристально на них смотрел, однако в этот раз ни злости, ни гнева на его лице явно не было. -Ну, примите мои глубочайшие поздравления. Я вас отпускаю, Доби свободен,-после этой заветной фразы искренне улыбнулись все, кроме Поперечного: он натянул на себя наигранную улыбку, однако никто этого в порыве радости не заметил, никто, кроме Руслана, которого довольно сложно в чем-то провести. Это был какой-то природный дар вожатого: видеть насквозь людей. Однако, были в его жизни пары загадочных личностей, которых он так и не смог прочитать, хотя очень-то хотелось, на данный момент одним из таких был и Данила. Какая у него была цель? Какой смысл в его провокационном поведении? Просто развлечься? Вряд ли. Музыченко почему-то показалось это каким-то подозрительным помилованием, поэтому он приподнял одну бровь и решился спросить: -С чего такая щедрость? После этого вопроса Поперечный задумался: а скажет ли Руслан всё как есть, или же захочет рассказать об их "сделке"? Усачев же понял, что Данила друзьям ничего не говорил, да и, видимо, не хочет говорить, что же, пускай будет так, как он хочет. Вожатый резким рывком поднялся с кресла и с наигранным серьезным видом пояснил: -Я подумал: вы же приехали сюда отдыхать, а не работать. К тому же сейчас для вас бы и не было такой уж прям работы. Юра на это лишь довольно хмыкнул и глянул на не менее довольных друзей. -Что же, удачного дня,-Руслан в очередной раз улыбнулся, глядя на довольных подопечных. А для вожатого это было приятно: дарить такую простую долю счастья другим и наблюдать за их реакцией, волшебно ведь. Школьники дружной толпой вышли на главную тропинку, вставая в подобие круга. -Так, надеюсь, мы больше не будем творить невиданную хрень, за которую потом поплатимся?-на полном серьезе спросил Гудков, глядя на Данилу, который, к слову, был сейчас совсем невеселым. Настоящая причина тому была ясна только ему одному. Поперечный странным взглядом посмотрел на Сашу и непривычным для себя тоном заявил, пожимая плечами и приподнимая брови: -Тут уже как пойдет. -Ладно, увидимся на завтраке,-Быстро протараторил Музыченко, проходя мимо Поперечного в сторону своего домика. Личадеев еще пару секунд постоял, затем не спеша, стараясь не догонять Юру, пошел хвостиком за ним. Паша выглядел как такая себе собачка Музыченко. Везде за ним ходит, особо ничему не возражает и всегда молчит, во всём соглашается с Юрой. Наверное, он так вот дружил. Гудков бросил беглый взгляд им вслед, затем глянул на соседа по домику, который выглядел сейчас не так, как обычно: рыжий парень глядел куда-то вниз, казалось, сквозь асфальт, привычной улыбки на лице не было, да и весь он был каким-то задумчивым, отстранённым. На самом же деле Данилу просто терзало чувство: правильно ли он все сделал? Казалось бы, ответ крайне очевиден, но не для такого, как Поперечный, ему просто была чужда самоотверженность. Саша заметил это и положил ладонь на плечо друга: -Хей, все нормально? Выглядишь хреново. Данила не сразу ответил, но когда наконец задумался о вопросе, заявил, поднимая взгляд на друга и пытаясь улыбнуться своей улыбкой, однако, у него это плохо получилось: -Да, все хорошо, устал наверное. -Как скажешь. Пойдем, до завтрака еще полчаса. -Гудкова смутил такой ответ. Читалась в нём доля фальши. Но внимания на этом не заострил. Беспокоить приятеля своими вопросами, когда ему и так не очень, не хотелось. -Угу,-Все что смог выдавить из себя Поперечный, следуя за вечно позитивным, неунывающим другом. К слову, Данила так и не понял, как они умудрились помириться, ведь произошло это так быстро, спонтанно, как будто привычно. Поперечный понимал, что сейчас ему придется придумывать какие-то отмазки, дабы не вызывать подозрений друзей, сделать это будет, мягко говоря, непросто. Вот они с Сашей уже сидели на втором этаже, что-то бурно обсуждая, шутя, заливисто смеясь. Какую-то легкую грусть моментально смело с помощью простого общения с этим человеком. Всё это продолжалось ровно до того момента, как Поперечный краем глаза заметил время, на которые указывали настенные часы, до завтрака оставалось 13 минут. В этой явно нескучной обстановке рыжий парень, видимо, совершенно забыл, на каких условиях освободили от муторных дел его друзей. Именно сейчас он вспомнил, что вожатый-то ничего конкретного насчет уборки не сказал, поэтому надо бы узнать, да и желательно сейчас. Не обязательно, но для него это было желательно. С этими мыслями Данила подскочил со своего места и побежал на первый этаж, попутно крикнув другу: "Я пойду прогуляюсь". Гудков конечно удивился такому резкому порыву, но решил все-таки промолчать и достал из кармана телефон. Конечно, они с Даней вроде как помирились, но где-то внутри было чувство: может это всё неправильно? Поперечный быстро выбежал из домика и, когда в шесть-семь шагов добрался до главной тропинки, без раздумий повернул налево. Это и заметил Саша, который решил из окна второго этажа ради интереса понаблюдать за своеобразным соседом. Все-таки были у парня какие-то подозрения по поводу того, что его друг не все договаривает, да и вел он себя странно в момент, когда все радовались долгожданному концу наказания. Данила уже в третий раз за утро стоял на пороге этого чертова дома. Честно сказать, он бы не удивился, если бы сейчас Руслан был просто в ярости видеть его вот уже который раз только за это несчастное утро. Его же можно понять: какой-то наглый подопечный приходит в третий раз, хоть и по делу. Поперечный постучал, на этот раз только один раз, но зато довольно громко. Дверь быстро открылась, видимо, вожатый уже по одному только стуку понял, кто это. Усачев не был недоволен таким частым визитам со стороны этого человека, однако, какую-то наигранную усталость в своей речи сделать попытался: -Даня, чего ж тебе на месте то не сидится? -Извините конечно, но Вы забыли мне сказать, где и когда конкретно я должен отрабатывать,-Поперечный этим злорадным наигранным выражением поддержал Руслана в этой "театральной" сцене. -Хм, а ведь и вправду. Короче, ты просто после завтрака приходишь ко мне через день, я тебе буду какую-то работку давать, -Усачев сделал вид, что задумался, внимательно подбирая каждое слово. -Хорошо, только не говорите моим друзьям, пожалуйста,-на последнем слове Поперечный с надеждой заглянул в серые глаза. -Если бы я хотел это сделать, то рассказал бы еще раньше,-сейчас Руслан снял с себя наигранную улыбку, которая была на нем на протяжении всего этого диалога. Поперечный сначала абсолютно никак не отреагировал и развернулся, торопливо уходя прочь, но на повороте в сторону своего домика, обернулся, тихо и коротко сказал, глядя в асфальт: -Спасибо. Усачев лишь улыбнулся и хмыкнул сам себе, ведь все равно Данила уже его не видел: рыжий парень уже давно вышел из поля зрения вожатого.

***

Когда Поперечный буквально залетел в домик, со второго этажа громким высоким голосом послышалось: -Что-то ты мало погулял. А затем Гудков и сам спустился на первый этаж, плюхаясь в кресло и подкладывая под голову небольшую подушку. -Ничего не хочешь рассказать?-На полном серьезе поинтересовался сосед, наблюдая за копошением друга с развязыванием шнурков. -Абсолютно ничего,-улыбнулся рыжий собеседник, глядя на уютно расположившегося в кресле соседа. -Ты же врешь, -Саша не хотел докапываться до друга в прошлый раз, но сейчас любопытство взяло верх. -С чего бы?-Поперечный старался максимально правдоподобно играть, продолжая спектакль. -Ну просто видно ж, что врешь,-для Гудкова это игра казалась жалкой. Никто с такой в большой театр не пустит! -Блять, да почему?-не прошел актёр пробы на главную роль... Жалко. -Просто скажи, что случилось и куда ты ходил, я же все равно не отстану,-упрямо продолжал шатен. -Слушай, тебе больше нечем заняться?-рыжий пытался отбиться от этого опроса. -Как видишь,-Гудков уже хотел было зевнуть, но воздух в мозг предательски хорошо сейчас поступал. Поперечный еще в первый день их знакомства понял, что это парень не так прост и что отвязать его от себя сейчас будет нереально. Больше ничего не оставалось, кроме как довериться этому человеку. -Ладно,-тяжело вздохнул Поперечный, падая на второе кресло, которое располагалось прямо напротив первого. -В общем, я утром пошел просить вольную*, но получилось лишь при одном условии: я работаю вместо вас, да еще и две недели, в основном в домике вожатого,-Быстро закончил свой короткий рассказал парень, глядя за тем, как отреагирует его эмоциональный сосед. Гудков пару секунд просто обдумывал сказанное, мнение об этом человеке резко изменилось в подсознании. Казалось бы, всего один достойный поступок, но зато какой! -Что же, спасибо что ли. Не буду предлагать свою какую-то помощь, потому что, признаюсь честно, считаю только тебя виновным в случившемся,-Саша пожал плечами, стараясь удержать подушку под головой, которая то ли дело немного выскальзывала. -Понимаю. Только пожалуйста, не говори никому,-Сказал Поперечный, глядя на время в своем телефоне. До завтрака оставалось 8 минут. -Обижаешь,-Гудков немного насупился. -Ладно, пошли может на завтрак пораньше, чтобы не получилось, как с зарядкой? -Предложил Данила. -Ага, -Саша лениво потянулся. Всё-таки подушка предательски упала.

***

Время после завтрака и до обеда прошло по-обычному почти для всех. Личадеев и Музыченко так и не разговаривали. Как говорится, не одно, так другое. Поперечный предпочел просто спать до обеда (разумеется, после интенсивной уборки по приказу вожатого в восьмом домике), а Гудков перечитывал Шекспира, иногда поглядывая на безмятежно спящего соседа, который во сне казался сущим ангелом. Но это лишь на первый взгляд, не так ли? А вот на самом обеде произнеслось важное объявление. Руслан оглядел светлую столовую, про себя считая количество присутствующих. Все как всегда сидели по парам или компаниям за столиками и общались. Затем он взял со своего небольшого столика у окна в углу какие-то бумаги и вышел в центр столовой, готовясь что-то сказать. Вожатый громко похлопал со словами: -Минуточку внимания! Все без исключения обернулись, даже блуждающая где-то между столиков официантка. Усачев еще раз пробежался глазами по своему тексту, затем опустил руку с кипой бумаг. -Хочу сделать небольшое объявление: поход в лес, который должен был состояться на этой неделе, переносится на сегодня. Жду всех в три часа у главных ворот. Возьмите перекус, оденьтесь удобно. На этом все, приятного аппетита,-четко и довольно быстро проговорил Руслан, после чего коротко улыбнулся, уходя прочь из столовой. Новость восприняли все по-разному, по-своему. Однако, нашей компании было как-то все равно: из них только двое в принципе любили какие-то поездки. Что же, после обеда все-таки пошли готовится к предстоящему приключению. Поперечный понимал, что, видимо, на сегодня его работка закончена в связи с поездкой, поэтому как-то облегченно вздохнул, идя рядом со своим соседом в свой домик. Собственно, поход в лес не означал обычную прогулку по местным красотам: в качестве бонуса предлагались шашлыки, однако, некоторых даже это все равно не радовало. И самое печальное, что никто не мог отказаться.

***

Вот и наступило время сборов, пекло было еще то! Поперечного это совсем не радовало. Он предполагал, что к концу "прогулки" его кожа превратится в красное месиво. Его рыжие волосы конечно предавали ему комичности, но когда нужно долго находится на солнце это сильно мешало. К слову, Дане было скучно просто пойти в лес, поэтому он решил немного подвыпить втайне от друзей, ибо был уверен, что они и не согласятся. Особенно его сосед Гудков... Эта писклявая сирена точно не заткнётся, только дай ей повод. Поперечный был ведь в этом деле мастером, поэтому и не переживал, что его спалят. Собирая свою сумку рыжик взял "анти-обгорайку" и пантенол. Пока Гудков отвернулся парню удалось ловко просунуть в рюкзак бутылку алкоголя. Такой себе набор конечно вышел. Поперечнй хмыкнул и закинул сумку на плечо, спускаясь по лестнице к выходу. По правде сказать, получилось действительно беспалевно. По крайней мере Дане показалось, что вожатый ничего не заметил. Возможно, это и было так. По крайней мере виду Усачев не подавал. Тем не менее Поперечный уже стоял среди толпы собравшихся, рядом с Сашей, который как всегда что-то слушал в наушниках, ничего не подозревая. До трех часов оставалось ровно 7 минут. Данила оглядывался по сторонам в поисках друзей-музыкантов. Лишь когда Усачев начал всех мысленно пересчитывать, к группе подбежали двое опоздавших, вливаясь в толпу, из которой то и дело доносились различные смешки и перешёптывания. Через пару минут Руслан громко хлопнул со словами: -А теперь короткий инструктаж: идти строго за мной, никуда не сворачивая, появятся какие-то вопросы по пути - обращаться ко мне, если вы все-таки умудрились потеряться, то свистите, либо, если вы запомнили дорогу, возвращайтесь в лагерь сами, если нет, бог вам в помощь. Идти не очень далеко, так что запомнить дорогу возможно. В этом году комаров не так много, как в прошлом, так что вам повезло. И еще, Музыченко, будешь идти сзади, смотреть, чтобы никто не отставал. Что же, пойдемте,-Руслан махнул правой рукой, оборачиваясь. Он начал свое движение, а за ним и вся толпа подтянулась. Юра послушно остался в конце, провожая взглядом Поперечного и Гудкова, которые ушли чуть ли не первые после вожатого. Личадеев же по неведомой для себя причине решил остаться с лучшим другом, хоть и находится рядом с ним было по-прежнему нелегко. Паша решил идти впереди Музыченко на расстоянии пары шагов, чтобы все-таки он оставался замыкающим. Или чтобы не создавать близкий контакт. Путешествие начиналось с выхода за ворота, после чего вожатый повернул направо, направляя всех идти по широкому тротуару. Оглядываясь по сторонам, можно было заметить, что вокруг был сплошной густой лес, абсолютно никаких строений. После преодоления отметки в сто пятьдесят метров тротуар закончился, дальше была лишь лесная довольно узкая тропинка, ведущая в этот самый дикий лес. Вожатый смело ступил на эту землю, оборачиваясь назад, дабы взглянуть на подопечных. Поперечный же шёл, внимательно разглядывая все эти красоты и вслушиваясь в буквально каждый птичий напев, доносящийся откуда-то из глубины чащи. Сейчас все вокруг не казалось мрачным, ведь где-то высоко ярко светило солнце, однако, этот солнечный свет не доходил до самой земли. Данила мысленно представил, как здесь было бы жутко, например, ночью при тусклом свечении луны. Тут рыжий парень вспомнил момент из детства: ему тогда было лет семь-восемь. Как-то ночью он с друзьями решил прогуляться по лесу, что был неподалеку от деревни бабушки, которая и не подозревала о побеге любимого внучка, который говорил, мол отправился к другу с ночёвкой. Бабушка сначала не была рада этой идеей, но мама у этого друга Дани вроде хорошая женщина... Особо яркая ночь тогда выдалась. Ничего не предвещало даже малейшей беды, однако, кто-то из мальчишек увидел свечение между толстыми стволами деревьев. Естественно, вся компания до смерти перепугалась и рванула со всех ног прочь, слава богу, бежать было недалеко. Мальчишки не успели далеко отойти от поселения. На следующий день ребята выяснили, что это был лишь дедушка Коля, отправившийся на ночную рыбалку через лес. Но слухи про "призрака чащи" уже разлетелись по всему посёлку. Можно подумать, что это была обычная забавная история. Одна из тех, когда маленькие дети накручивают себя. Но в подсознание парня она буквально въелась, иногда напоминая о себе в виде кошмаров. Даже смешно! Обычная глупая детская страшилка... Поперечный и сам не знал, почему так происходит. А собственно, какая разница? Данила тяжело вздохнул и глянул на соседа, который даже снял наушники, начиная также разглядывать эту неизведанную местность и вслушиваться в птичью песнь. -Любишь лес?-решил задать вопрос рыжий парень, глядя на то, с каким все-таки интересом Гудков оглядывался по сторонам. Будто в первый раз видел что-то кроме лагеря и стен домика. -Скорее да, чем нет. Но я все равно редко бываю за городом,-запрокинув голову и смотря куда-то вверх, пробубнел Саша. На этом моменте вожатый резко остановился, внимательно глядя в свой телефон. Перед ним было разветвление абсолютно одинаковых лесных тропинок. Видимо, он смотрел в какую-то онлайн карту. Хотя, вряд ли в лесу была бы хоть какая-то связь. Поперечный решил подойти и все-таки из любопытства узнать, что случилось. А может он просто хотел в очередной раз позлорадствовать? Тем не менее Данила с якобы серьезным видом спросил, глядя в затылок вожатого: -Вы заблудились? Как жалко... Придётся назад идти. Усачев тихонько хмыкнул и резко обернулся, глядя прямо в эти блестящие дьявольские глаза: -Ну, ты можешь идти назад, а нам налево,-Поперечный сморщил нос и хмыкнул. Уделал, гад... И вожатый продолжил свой путь, то ли дело оборачиваясь и оглядывая подопечных. Иногда он поглядывал только на Поперечного, мало ли, чего эта обезьяна снова может сотворить. В этом время Юра шел позади всех, глядя куда-то себе под ноги, а иногда поднимая взгляд на идущего впереди школьника. Лесные пейзажи совсем его не интересовали. Он думал только о том, что же ему дальше делать. Так могло бы продолжаться практически всю дорогу, если бы Личадеев резко не обернулся всем телом, идя задом на перед со словами: -Юр, я так больше не могу. Давай просто поговорим? Оба парня остановились. Юра от неожиданности, а Паша что бы отстать от всей компании и их не услышали. Юра как-то странно поглядел в сторону, но все-таки решил согласиться, ведь ему самому эта ситуация была крайне не по душе: -Ну давай,-Пара всё же продолжила движение. А то не дело, что замыкающие отстают. -Слушай, мы оба прекрасно понимаем, что ты сделал это не специально, так что об этом стоит прос...- Паша не успел договорить, ведь чуть не упал, зацепившись за торчащий из земли корень старого дерева. Идти задом было явно плохой идеей! Благо Музыченко успел среагировать и схватить друга за руку, тем самым не давая упасть. На секунду тело Личадеева покрылось мурашками. Резкая потеря равновесия, а сверху ещё и крепкое тёплое прикосновение. Жизнь конечно перед глазами не пролетела, но адреналин немного выйти успел. Затем Юра подтянул Пашу, что бы тот встал ровно на ноги, и они продолжили путь, однако, идя уже рядом: -Совсем дурак что ли? А если бы башкой на какой-нибудь камень упал?-Музыченко, как мамочка, принялся отчитывать своего сыночка. -Спасибо,-как-то виновато отвечал аккордеонист. -А если бы я не успел?! Ай! Ладно, что ты там говорил? -Что нам стоит забыть о случившимся,-скрипач отвел взгляд и прикусил щёку изнутри. Немного подумав, он достал руку из кармана. -Согласен, мир?-Музыченко улыбнулся и протянул мизинец Личадееву, совсем как в детском саду. -Мир,-Паша улыбнулся в ответ, сцепив их мизинцы. Юра посмеялся и немного потрепал другу волосы. Совсем как детки. -Личадеев, Музыченко, не отстаём! -прозвучал громкий голос вожатого. Вся толпа тут же обернулась на своих замыкающих, которые, к слову, сейчас выглядели максимально нелепо. Послышались короткие смешки. Парни уже были готовы услышать осуждения, но они не прозвучали. Все довольно быстро развернулись и продолжили путь по густому лесу. Парни немного подтянулись к остальной толпе. Тут Поперечному стало скучно, а это значит, что сейчас что-то будет. -Эй, Музыченко!-кричал Даня через всю толпу. Люди из группы обратили на это внимание, но долго не зацикливались. Даже вожатый обернулся. Поперечный остановился, чтобы продвинуться к замыкающей паре. -Чего тебе, рыжий?-коротко ответил Юра, всунув руки в карманы. -Слушаай, Юра... Ты же музыкант? И Пашка музыкант!-Данила сравнялся с парочкой и коротко кивнул на Личадеева, ловя его удивленный взгляд. -Да, Музыкант. И что?-Музыченко самому стало интересно, что там ему предложит Даня. -Как что? Давайте споём. Чтобы, так сказать, разрядить тишину леса,-Данила усмехнулся своим же словам. Честно, в его поведении уже можно было уловить нотки выпитого в домике хмельного зелья. Толпа хоть и не смотрела на них, но некоторые её представители явно навострили ушки. -Ну что, Пашка,-Юра улыбнулся и посмотрел на Личадеева. Секундная пауза и.. -Счастье вдруг... В тишине...-резко Паша запел. Сам запел? Даня немного удивился смелости обычно такого тихого Личадеева, но с другой стороны - ничего необычного он не сделал. Приподняв брови и растянув губы в улыбке, Поперечный принялся подпевать. За ним и Музыченко со звонким смехом начал горланить столь знакомые слова "Столько лет, столько лет, где тебя носило?". Излишний драматизм конечно присутствовал, да и он тут был как раз к месту. Когда уже, казалось, катавасию компашки было слышно на другом конце земного шара, к ним подключились товарищи из лагеря. Задорный смех и мелодичный крик издавали почти все. Вожатый, который шел впереди и общался с явно заинтересованной в нем мадамой, отвлёкся почти сразу. Да и это хорошо, ему фиолетово как-то на таких девиц. Он обернулся, и, увидев довольные весёлые лица своих подопечных, сам невольно заулыбался. Даже обычно такой противный Данила сейчас выглядел по-солнечному. Он сам был как ходячая звезда. Рыжие волосы переливались на солнце золотом, да и глаза блестели. То ли от слёз, то ли от слепящих лучей. Усачев не мог не поддержать этот хор, и тоже начал подпевать. Очень тихо, его голос терялся в этой массе других звуков, но ребятам даже того, что все вместе открывали рот, было достаточно. -Все на свете было не зря, не напрасно было!-закончил отряд. Они все вместе ни разу не разговаривали, были чужими людьми, но это явно сблизило их. Тут же посыпались "А что ещё споём?" и "А давайте споём *****!", но всё это были тухлые песни и очень жесткая вкусовщина. Вердикт всё равно выносили зачинщики этого ансамбля. -Та-ак, заткнули ёбла!-Громко смеясь, проговорил Юра. И тут же началась новая песня. Что-то из Газманова или Вороваек.