Контракт на сотню душ

«Дурные последствия преступлений живут дольше, чем сами преступления»

Вальтер Скотт, адвокат

      В затухшем камине тлели угли, издавая красное свечение. От них ощутимо тянуло гарью, но в этом и была их прелесть. По крайней мере прелестью эту невыносимую вонь считал крупный тигр, важно расположившийся в зелёном кресле посреди большой шестиугольной комнаты, наполненной холодноватым светом из огромного окна напротив кресла. Вид из которого открывался на заснеженные поля. Рядом с тигром был расположен столик, сделанный из красной древесины, на котором аккуратной стопкой лежали увесистые книги. Каждая из них рассказывала о старых добрых временах, когда не существовало ни огнестрельного оружия, ни технологий, а войну выигрывали не те, кто лучше прятался, а те, кто отважно рвался в бой с щитом наперевес и неистово рубил врагов верным мечом, не оставляя шансов никому.       Крупный тигр выглядел расслабленно, сидел, закинув лапы на стол. В передних же лапах он поглаживал полировальной тряпочкой сверкающее лезвие довольно увесистого гладия — древнего оружия римских воинов, которое было невероятно удобно носить в одной лапе, пока другая держала щит. Мужчина гордился своей коллекцией холодного оружия, которую он собирал со всех концов света, заказывая экспонаты только у самых именитых кузнецов. Поэтому почти всё своё добро он любил вывешивать на широких стенах этой комнаты, что превращало просторный зал в настоящую оружейную. Каждая стена — как отдельный уголок истории средневекового оружия определённой страны в разные эпохи.       В дверь постучали. Мужчина оставил своё глубоко медитативное занятие и медленно отложил гладий и тряпку на стол.       — Войдите.       В комнату вошла молодая серая кошка в обыкновенной офисной одежде и каким-то списком в лапах. Стуча каблуками по деревянному полу, она робко подошла к креслу в середине зала.       — София? Что это у тебя? — медленно проговорил мужчина, не отрываясь от окна.       — Это счёт за ваш заказ. Посылка уже пришла. — Скромным и тихим голосом сказала секретарша.       — Так быстро? — Тигр грозно поднялся с широкого кресла, — Дэнмарк не подвёл.       — Желаете посмотреть? — кошка незаметно подала счёт в его лапы.       — Конечно! Пойдём, милая, я покажу тебе всю мощь немецкого правосудия.       — Ч-что?       — Узнаешь… — Тигр улыбнулся и зашагал тяжёлыми шагами в сторону холла.       В небольшом помещении, похожем на гараж, остановился грузовик. Из открытых ворот валил снег и дул холодный сквозняк. Кошечка сьёжилась от первого же порыва ветра и предпочла остаться в тёплом коридоре, пока тигр вовсю разглядывал грузовой ящик, стоявший внутри большой машины.       — Вот, господин Блейк, принимайте! — бойко выкрикнул фенек в шерстяной куртке, выталкивая из грузовика огромный трехметровый контейнер, — Это от Роберта. Здоровенная… махина.       — Осторожнее, Дэн! — тигр принял вышедший из кузова край контейнера, — это очень ценная вещь!       — Стараюсь, господин Блейк! У вас не бывает не ценных вещей— Дэнмарк вытащил другой край контейнера, и вместе с тигром они расположили на земле огромный чёрный ящик. Блейк с довольной мордой вытащил из стола с инструментами монтировку.       — Ну что, готовы посмотреть на средневековый инструмент бесславной смерти? — тигр с азартом поддел крышку ящика.       — Ну, если вы позволяете… — Дэн выпрыгнул из грузовика и с интересом подошёл к огромному контейнеру.       — София, подходи, не бойся. — тигр подозвал её лапой. Та всё ещё жалась от холода в коридоре       — Простите, Оливер, мне холодно. Я лучше тут постою.       — Пропустишь всё самое интересное.       — Если вы так настаиваете… — кошечка медленно вышла в помещение, обхватив плечи и дрожа от холода. Вдруг стоявший рядом фенек по доброте душевной решил поделиться с замерзающей девушкой своей шерстяной курткой. Та не отказалась и робко сказала:       — Спасибо.       — Да не за что! — Дэн, моментально возгордившись самим собой, накинул ей на плечи куртку.       — Итак, момент истины… — Тигр сильным рывком толкнул край монтировки вниз и трёхметровая крышка с пластмассовым треском открылась. Внутри самого ящика оказался огромный серебряный боевой топор. Его длинная рукоять была украшена мастерской гравировкой в виде двух змей с рубиновыми глазами, а толстый обух был выкрашен багровой краской и увенчан шипом в виде змеиного зуба. Оливер с радостным хохотом вытянул из контейнера оружие, внимательно осмотрел каждую деталь и поставил его во всю длину, вскинув шип остриём вверх.       — Охренеть… — Дэн был впечатлён настолько, что даже попятился назад, подальше от настолько грозного артефакта.       — Алебарда, восстановленная по рисункам средневековых немецких рыцарей. — начал говорить Блейк, — Представьте, каково было тем неудачникам, которые оказались обезглавлены прямо посреди поля боя!       Все только в изумлении промолчали. Тигр решил, что немного перебрал с драматизмом. Ведь никто так не любил холодное оружие, как он!       — София, куда мне её поставить? — сказал мужчина, немного остудив пыл.       — В один из шести углов вашей гостиной, мистер Блейк. — сказала кошка.       — Действительно. Пусть будет так.       Оливер взвалил свою новую игрушку на плечо и направился к выходу из гаража.       — Дэн, не забудь забрать этот ящик. Он мне больше не понадобится. — сказал он, уходя.       — Слушаюсь!.. господин Блэйк — трудно себе представить, как такой небольшой фенек должен был взвалить в грузовик трёхметровый ящик. Лисик опустил свои огромные уши и задумчиво что-то промычал, осмотрев контейнер, который теперь являлся не больше, чем просто коробкой.       — С-спасибо вам за куртку, Дэн, — кошка накинула на Дэнмарка его шерстяную куртку и робко погладила фенека по голове. Он был на треть ниже неё.       — Да не за что! — ещё раз с гордостью воскликнул лисик и широко улыбнулся.       София прошла обратно в зал к Оливеру, где застала его в жутком виде: тигр стоял напротив окна и дышал прямо в стекло, за которым во всю валил снегопад. На столе всё так же лежал гладий, тряпка и книги, а в углу стояла новая алебарда. Конечно, Оливер был странным зверем. Он был повёрнут на холодном оружии и средневековье, никогда не отличался добротой и честностью, иногда вёл себя как садист и маньяк. Но это была тёмная сторона его личности, известная только его секретарше. На публике он вёл себя совершенно иначе. Лицемерие? — отнюдь. Оливер Блейк может быть, когда-то давно, был хорошим зверем, но это было до тех пор, пока он не стал преступником. Аферы, кражи и мошенничество — всё это сделало из него са́мого теневого и скрытного негодяя, от которого можно было ожидать чего угодно вплоть до убийства неугодного. А это, по меркам «Веги», — одна из самых ужасных ошибок в практике агента и показатель настоящей жестокости. София знала это всё и старалась как можно лучше исполнять свою работу секретарши. Иногда даже сверх нормы. Она была почти как приёмная дочь для этого мрачного тигра средних лет, только за свою работу и помощь она получала не заботу и внимание, а обычный продукт экономики — деньги. Дэнмарка она тоже знала, как постоянного водителя Оливера. Этот бойкий фенек помогал тигру в перевозках грузов, а иногда даже возил его самого. Блейк доверял ему, как собственному сыну, хотя настоящие имя Дэна было даже не Дэнмарк. Никто не знал, как его зовут по-настоящему и откуда он сам, но что можно было про него сказать точно — этот парень доволен своей жизнью и его вполне устраивает положение простого водителя. Хотя было явно видно, что сам Оливер не очень-то и заботился о своём приемнике.       София подошла к тигру, тоже встала напротив окна и сказала, глядя в снежный туман:       — Оливер, вас беспокоит эта ситуация?       — Очень, София, — отозвался тот хриплым голосом, — очень беспокоит.       — Жалко, что вам теперь приходится скрываться от всех и проводить время в тени.       — Да, милая. — звучал медленный и хрыплый голос, — Но скажу честно — я не боюсь своей смерти.       — Что? — кошечка повернулась к тигру. Тот стоял ровно и не отрывал своих хищных глаз от пелены снега за окном.       — Я не боюсь, что меня убьют. Я и так достаточно пожил хорошей жизнью.       — Не говорите так, Оливер. Ваш срок ещё не наступил. — София старалась как можно сильнее воодушевить тигра, но её наработанный практикой серьёзный, хоть и тихий, голос превращал всё сказанное в иллюзию издевательского лицемерия.       — Не-е-ет, дорогуша. Ещё как наступил. Я уже давно умер изнутри.       — Перестаньте, господин Блейк. Пока вы ещё живы снаружи — это повод продолжать бороться за своё будущее.       — Ты правда думаешь, что оно у меня есть?       — Это вы решите сами… — последнее кошка сказала с робостью.       Вдруг Оливер уверенно выдохнул, оставив на стекле запотевший след, и грозными быстрыми шагами отправился в другую комнату своего дома, служившую ему кабинетом.       — Оливер, куда вы…?       — София, набери мне номер Клауса Хэфнера, немедленно!       Кошка опешила. Этот номер не сулил ничего хорошего.       — Вам точно нужен Клаус?       — Именно он. — Оливер стремительно вышел в коридор. София побежала за ним, — Пора дать ему стоящую его ценника работу.       — Но ведь…       — Я знаю, что Клаус — конченый ублюдок, но я смогу с ним договориться. В этот раз точно!       Кошка остановилась посреди коридора, провожая взглядом стремительного шагающего Оливера. Тот всего за пару мгновений скрылся в одной из комнат и хлопнул дверью. София решила, что личные проблемы её нанимателя — его забота и лучше не вмешиваться. Поэтому она смиренно взяла один телефон из множества и, сжав зубы, набрала столь нелюбимый номер телефона Клауса Хэфнера — наёмного оленя-убийцы в отставке и, с недавних пор, одного из самых страшных террористов. Этот психопат заслужил такую славу благодаря не самым типичным для террориста методам. Вместо массовости он предпочитал эффектность, а качество выполняемой на заказ «работы» оставляло желать лучшего… Даже подумать было страшно, каких высот могла достигнуть его беспринципность и жестокость.       От этих мыслей лапы кошки на мгновение размякли, выдав страх. Тихо подойдя к двери, в которой недавно скрылся Блейк, София в неё постучала.       — Оливер, я… телефон…       Дверь резко распахнулась, едва не ударив кошку по носу.       — Давай сюда. — стоявший в дверном проёме тигр грозно протянул лапу. София робко вложила в неё телефонную трубку с набранным номером и попятились назад. Дверь снова захлопнулась.       Оливер сел за свой рабочий стол в углу тёмной комнатушки, сметнув с него всё лишнее. На пол тут же полетели книги, ручки и бумаги. Тигр совершенно не знал, с чего начать. Последний раз что-то общее с Клаусом у них было очень давно. И это был не самый лучший опыт. Всё же Оливер быстро решился на звонок и нажал заветную кнопку вызова. Послышались гудки.       Гудки были долгие и протяжные. В любой момент один из них мог прерваться грозным голосом оленя, который Блейк успел забыть. Вдруг один из гудков всё же прервался, поселя внутри тигра страх. Но никто не ответил.       — Клаус… — начал говорить тигр, решительно взяв инициативу.       — Оливер… — ответил ему хриплый низкий голос, выдающий то ли прерванный сон, то ли проблемы с лёгкими.       — А вы с возрастом становитесь всё страшнее и страшнее. — подметил тигр.       — Взаимно, Блейк. Давайте к делу. — голос Клауса выдавал крайнюю степень заинтересованности. Только чем?       — О чём вы? — задал вполне ожидаемый вопрос тигр.       — Я знаю, в каком вы сейчас положении. Ваша жизнь под угрозой, а угрозы нужно устранять. И сами вы с этим точно не справитесь. Иначе бы вы мне не позвонили.       — Всё верно, Клаус. Вы, я вижу, и так прекрасно поняли, чего я от вас хочу.       — Не совсем, — Клаус остановился, — понятия не имею, как вы собираетесь бороться с тем, кого не знаете в лицо.       — Я и не собираюсь. — Блейк тоже сделал многозначительную паузу, — Я хочу не оставить «ему» шансов найти меня.       — К чему вы?       — Клаус, мне нужно, чтобы вы убили всех членов банды Фортеса и как можно быстрее. — голос тигра превратился в монотонное кряхтение и хрип — Не важно как, не важно чем, не важно где! Просто покончите с ними! Они слишком много знают.       — Ваше слово для меня — закон, но только тогда, когда вы мне за это платите.       — Цена вопроса? Сколько вы хотите, Клаус?       — Смотря, сколько жертв у меня будет. — голос Клауса превратился в маниакальный гул. — Чем больше — тем дороже, Оливер.       — Их будет пять. Один главарь и четверо приспешников.       Из трубки послышался странный смешок.       — Вы предлагаете мне убить самого́ Джейкоба Фортеса? Этого отпетого грабителя?       — Чем быстрее вы это сделаете — тем больше шансов, что вы получите от меня свои деньги, Клаус.       Олень молчал. Несмотря на такое долгое и явно затянутое молчание, Оливер понимал, что такой падкий на деньги скупердяй, как Клаус, не сможет отказаться от его предложения.       — 1.600.000$ — вдруг сказал Клаус, — это цена за пять голов.       — Господи… — полностью обомлев и потеряв уверенность, протянул Оливер. В душе он был крайне возмущен, ведь работа Хэфнера того явно не стоила — Клаус, вам не кажется, что это… многовато?       — Вы, видно, не в курсе бизнеса заказных убийств.       Тигру осталось только смириться.       — Я отдам вам ваши деньги золотом только после того, как буду полностью уверен в том, что работа выполнена.       — У вас точно есть при себе эти деньги?       — Я живу на них уже пять лет, Клаус.       Олень на другом конце провода выдал заинтересованный смешок. Оливер начал немного нервничать.       — Когда можно приступать? — холодно спросил Клаус.       — Когда угодно. Лишь бы все цели были убиты в кратчайшие сроки. Если вам нужна более подробная информация о каж…       — Не нужна, — перебил тигра собеседник, — от глаз «Веги» ещё никто не скрылся.       — Хотите сказать, что у вас остались связи? — Оливер вспомнил, что этот психопат — агент «Веги» в отставке. Его выгнали за слишком радикальные и непомерно жестокие методы ликвидации, которые не поощрялись политикой организации.       — У меня в распоряжении целая сеть взломанных баз данных. Этого будет достаточно, чтобы найти кого угодно и когда угодно.       Оливер в своё время всегда удивлялся, как Клаус мог так отвратительно делать свою работу, обладая весьма неплохим прошлым и отличными связями. Видимо, он никогда не был достойным киллером, но только ему Оливер мог доверять, особенно в эти дни.       — Приступайте к работе, Клаус. Жду от вас результата. — не дожидаясь ответа, тигр бросил телефонную трубку на кровать, а сам плавно обернулся к светлому окну позади стула. Снег всё так же заметал лесистую равнину, падая крупными клубами и прилипая к оконному стеклу. «Пора…» — подумал тигр, сложив лапы за спиной и встав во весь рост, не переставая глядеть в круглое окно, покрывшееся морозным инеем.

***

Италия, утро следующего дня…

      Уличный скрипач под окном комнаты опять взял фальшивую ноту, окончательно взбесив чёрного волка, чьё желание спать было слишком велико, чтобы оставить всё так, как есть. Артур с раздражением захлопнул форточку, не в силах больше терпеть этого музыканта, так навязчиво играющего за окном свою какофонию в пять утра. Волк с самого появления этого «Вивальди» думал, как у такого чудака хватило мозгов выйти ранним утром на пустую улицу со скрипкой за спиной? Как будто этот говнюк специально хотел разбудить парня и вывести его с утра из себя, нарочно фальшивя в тех местах, где это мог сделать только самый зелёный новичок из всех новичков.       Однако вид на утренний Милан сквозь закрытое окно полностью нивелировал желание Артура лично выйти к этому музыкальному гению и показать ему, насколько по-настоящему может быть страшен волк, не выспавшийся второй раз подряд. Утренняя прохлада и слепящее глаза восходящее солнце, окрашивающее небо в оранжево-синие тона. Ради этого можно бы и откорректировать свой режим сна на подъем в пять утра. «Кто вообще может не спать в такую рань?!».       Тут же Артур получил ответ на свой внутренний вопрос, услышав чьи-то шаги за дверью. Они были достаточно тихие, чтобы сделать вывод о нежелании того, кто за дверью, разбудить кого-либо. Волк решил: «Раз он не единственный, кто уже давно не спит, можно бы и выйти из своей комнаты». Приоткрыв дверь, парень украдкой вышел на шерстяной ковёр не самой просторной прихожей, которая выглядела намного ухоженнее того, что он видел прошлым вечером. Мусора не было, разбросанных вещей тоже. Кто-то за ночь довольно старательно привёл комнату в порядок. Главным дополнением ко всему являлась гробовая тишина. Ни речи, ни шагов, ни довольного запоминающегося храпа Сэма, который Артур не смог забыть даже спустя шесть лет. Ничего.       — «Куда все делись?» — подумал про себя волк.       Вдруг на кухне раздался оглушительный металлический звон и последующее за ним сдержанное и писклявое «Чёрт!», сказанное знакомым Артуру женским голосом. Поспешив на звук, парень застал Кейтлин сидящей на стуле и схватившейся за заднюю лапу. Рядом с ней, валялся нож, около которого можно было разглядеть едва видные брызги крови на деревянном полу. Вероятно, девушка поранилась.       — Нужна помощь? — без лишних предисловий спросил парень, быстро посмотрев на рану Кейтлин.       — Ничего, просто царапина… Принеси бинт, он в моей комнате. — волчица продолжала судорожно сжимать обеими лапами рану, которая точно не выглядела, как «просто царапина».       — Тебе нужен только бинт?       — Да принеси ты его уже! — истерично крикнула на него девушка, сверкнув глазами.       — Хорошо, хорошо… — волк в спешке вышел из комнаты.       Быстро пройдя в соседнюю комнату и толкнув плечом дверь, Артур оказался в ухоженной и просторной спальне, посреди которой на столике рядом с телефоном стояла обыкновенная чёрная сумка, ничем особым и не украшенная. «В чужие вещи лазить неприлично, но кого это останавливало?» — подумал про себя Артур, решительно запустив лапу в сумку. Среди невидимых глазу предметов, о предназначении которых могла знать только их владелица, парень так и не обнаружил заветного рулона бинтов. «Ну конечно же… Ничего ты с первого раза не найдёшь. Закон, мать её, вселенной!» — саркастично пробубнил Артур, переключившись на тумбочки и ящики, которые успели ему порядком надоесть ещё с прошлого вечера. Благо, с третьей попытки волку всё же удалось найти в одном из выдвижных шкафчиков заветный предмет в виде двух рулонов медицинских бинтов, размером не больше его лапы. Схватив их, Артур поспешил вернуться обратно к пострадавшей. Даже без докторской степени можно было понять, что с её лапой «не всё в порядке».       На этот раз кухня дополнилась тремя новыми пугающими кровавыми следами, ведущими от стула к раковине. Кейтлин продолжала сидеть на стуле, обхватив рану и сдержанно мыча от боли. Её лапы были испачканы кровью, а сама рана стала выглядеть намного устрашающе от широкого смазанного багрового пятна вокруг неё.       — Кейтлин? Ты как? — поинтересовался парень, опустившись на колени, дабы осмотреть травму девушки.       — Н-нормально. Лучшее, блять, утро в моей жизни. — Немного спокойнее сказала она и убрала окровавленные лапы. Очевидно, что рассержена волчица была сильно.       — Как так получилось? — Артур взял со стола небольшую тряпку, которую Кейт приготовила через боль, приложил её к жуткому порезу на лапе девушки и принялся заматывать бинт.       — Я хотела сделать завтрак, но нож выпал из лап и!.. — женщина громко хлопнула в ладоши, — Теперь это — моя самая глупая травма за всю жизнь.       — Что значит «самая»? Были другие?       — Артур, не глупи. — с упрёком сказала Кейтлин, — Перед тобой сидит наёмница. Как думаешь, сколько травм я получила за всю жизнь? Меня били, душили…       — Кейтлин…       —…в меня стреляли, топили в воде, угрожали кишки на хвост накрутить… — Кейтлин, перестань! — остановил её Артур, — Я всё понял. — Парень закончил перематывать бинтами лапу девушки       — Иногда ты такой наивный… Как ребёнок. — волчица попыталась встать, принимая лапу помощи своего напарника.       — И вот это мне вместо «спасибо». Всегда пожалуйста, Кейт! — С иронией учтивости протянул парень.       — Я посмотрю на тебя, когда в твою лапу нож воткнётся, умник. — Дамочка определённо была на взводе и не особо боялась наговорить грубых слов. Это не мудрено, ведь только что она получила довольно болезненную травму, из-за которой стала хромать на одну лапу, а это не особо вязалось с её грациозным образом, который она поддерживала всегда и везде.       Артур помог доковылять своей напарнице до кресла в прихожей, в которое волчица моментально плюхнулась, не в силах больше терпеть боль свежего ранения. Парень лишь сочувственно посмотрел на неё и, тяжело вздохнув, отправился на кухню — избавляться от пятен и готовить завтрак. В этот же момент стационарный телефон в комнате начал разрываться механической трелью. Артур обратил на него внимание.       — Кейт, я возьм…       — Не надо! Я сама! — гордая волчица не хотела выглядеть беспомощно в глазах своего зелёного товарища. Поэтому, взяв все свои силы в кулак, девушка кое-как встала с кресла и похромала в сторону аппарата, скуля и всхлипывая после каждого изнуряющего шага повреждённой лапкой. Стоящий в нескольких шагах от телефона Артур не стал мириться с упёртостью своей наставницы. Он схватил со столика телефонную трубку и всучил её прямо в лапы Кейтлин, попутно кинув на девушку осуждающий взгляд. Волчица приняла звонок:       — Алло?       — Здравствуйте, вас беспокоит менеджер печатной компании «Норад-Бэй Консалтинг», — заговорил приятный мужской голос, — Наша компания — это огромное сообщество квалифицированных специалистов и крупных держателей акций, которых мы ценим больше всего. В знак того, что нашим крупнейшим акционером являетесь и вы, мисс Фицджеральд, наша компания предлагает вам эксклюзивное предложение, уникальное в своём роде. Если вы заинтересованы в дальнейшем сотрудничестве — директор Норан готов обсудить с вами ваши привилегии. У вас есть свободное время?       — Конечно.       — Соединяю вас по приватному каналу с директором Нораном. Ожидайте.       Голос сменился на отвратительную по своему звучанию музыку, режущую уши. Благо, играла она не долго.       — Доброе утро, Кейтлин, — сказал Кеннет, чей голос девушка точно ни с чем никогда не спутает.       — Здравствуйте. — подавленно ответила она.       — Скажу сразу, что я очень сильно разочарован. Вами обоими, — бесцеремонно начал директор, — Я был готов простить тебе тот позор в Норад-Бэй, как-никак — ты моя любимица и шесть лет назад ручался я за тебя лично. Но как ты мне объяснишь то, что вы натворили вчера вечером? — его издевательски спокойный тон пугал Кейт.       — О чём вы?       — Видишь ли, дорогая… Я знаю, что вы с Артуром были вчера вечером на приёме у госпожи Персиваль. Только вот ты зашла в здание сквозь главный вход, а Артур пролез туда через окно в кампании какого-то лиса. И я откровенно не понимаю, какого чёрта вы оба там умудрились натворить, что теперь вся Италия трубит о дерзком ограблении поместья их любимой певицы Персиваль, — методичным тоном проговорил директор.       — Я пыталась найти какую-нибудь информацию на счёт Оливера, Артур мне в этом помогал. Ничего про кражу мы не знаем, — оправдывала себя Кейт.       — Тогда кто был этот лис?       Девушка совсем зашла в тупик. Она прекрасно знала, что карьера её напарника может моментально закончиться именно на этом моменте, если волчица вдруг проболтается. Формально, парень должен был работать один, без стороннего сообщника, ведь последнее строго запрещено правилами организации. Благо, у Кейтлин была на уме небольшая отговорка:       — Я не знаю. Возможно, наш новичок придумал даже слишком хитрый план проникновения под видом вора.       — Не думал, что можно куда-то проникнуть, «прикинувшись» грабителем, — директор то ли действительно удивился, то ли сказал это с присущим ему сарказмом. Никогда нельзя было думать что-то о его чувствах наверняка, опираясь лишь на интонацию фразы.       — Скрытность и конспирация — наше всё, шеф. Вам ли об этом не знать. — Я против экстраординарных решений в нашем деле, и ты сама об этом прекрасно знаешь, — возмущённо сказал директор, — Особенно, когда последствием становится громкая новость на всю страну.       — Но одни и те же методы с каждым разом становятся всё более ненадёжными, — парировала Кейтлин, — изобретательность агентов никогда не пресекалась, если и не была обязательным навыком. Да и к краже отношения никто из нас не имеет, так что всё хорошо. — А вдруг вы?.. — Кеннет, у нас и так отличный доход. Какой смысл грабить… второсортных певиц, если наши корпоративные бюджеты и даже мои личные сбережения больше имеющихся у неё на как минимум три нуля справа?       Директор поверженно вздохнул.       — Тогда кто был тот лис?       — Наверно, временный напарник Артура на время операции, точно не знаю.       — Если так… Довольно неплохо для новобранца. Но если вы что-то от меня скрываете…       — Кеннет, ты мне не доверяешь? — почти искренне удивилась Кейт.       — В нашем деле нельзя кому-то доверять наверняка. Даже тебе. Отнесись к этому с пониманием.       — Как скажешь.       — Продолжайте работать. Я не знаю, что у тебя на уме, Кейт, однако, если вдруг всё полетит к чертям — я аннулирую контракт.       — Можешь не беспокоиться. У меня всё под контролем.       — В прошлый раз ты мне так же говорила.       Кейтлин раздражённо рыкнула, поняв, о каком «прошлом» разе говорил шеф. Это был тот самый случай в Марокко, когда очередная цель тогда ещё юной Кейтлин, непонятным чудом догадавшись о её намерениях, бросилась наутёк через узкие улочки небольшого городка, устраивая за собой настоящий хаос. Опрокидывая на прохожих стенды торговых лавок, разбрасывая на пути ящики и прикрываясь всем, что попадало под лапы, лемур арабского происхождения отчаянно пытался сохранить себе жизнь. Но повсюду за ним по пятам следовала наёмница со стойким желанием настигнуть свою цель обходными путями и завершить начатое. И вот снова, убегая через широкую улочку, лемур опрокинул за собой какую-то вещь. Однако этой вещью оказался чемодан с дорогостоящими хрупкими хрустальными украшениями, находящийся между двумя главарями местных бандитских группировок. Одному богу известно, что произошло в момент того совпадения между лидерами, если они и их свита принялись палить друг в друга из огнестрелов, закрыв Кейтлин единственный проход к месту, где она в последний раз видела свою цель. Безрассудство юности и ударивший в голову кураж заставил волчицу сделать, пожалуй, самую глупую вещь в её жизни — пойти на пролом в надежде миновать завязавшийся конфликт по средству перебежек из укрытия в укрытие. Но, вопреки наивным ожиданиям безрассудной дамы, во время первого же рывка Кетлин незамедлительно словила две пули. Первое попадание отразилось непередаваемой болью в правой задней лапе, второй выстрел, моментально последовавший за первым, ранил девушку в плечо. Скорчившись в агонии, волчица бессильно повалилась на землю, свернувшись клубком от невыносимых ощущений в двух точках тела сразу. Можно сказать, что Кейтлин спасла себе этим жизнь, ведь прямо над её глазами пролетали десятки огненных трассеров, оставляя за собой след из серого пара и отдавая свистом в ушах. Перестрелка не прекращалась, даже несмотря на тот факт, что бандиты допустили случайную жертву, что немудрено. К счастью, пыл незадачливых стрелков моментально остудила вовремя прибывшая марокканская полиция, открыв ответный огонь на подавление. Это был один из немногих случаев, когда Кейтлин была так рада прибытию стражей порядка. А дальше ход событий пошёл последовательно: больница, сокрытие её личности в Марокко, дорога обратно в Норад-Бэй и, пожалуй, самый строгий и мучительный выговор от шефа за всё время её работы, который Кейт не забыла до сих пор.       Нахлынувшие особо яркие воспоминания того дня заставили волчицу отчуждённо стоять посреди комнаты с телефонной трубкой в лапе и взглядом, опущенным в пол. Она не видела перед собой деревянных досок на полу, не чувствовала телефона в лапе, не слышала гудков из него и даже рана перестала болеть. По сравнению с болью ментальной физическая была — как комариный укус: не сильной, но крайне надоедливой. Все её чувства были направлены в голову. Кейтлин заново переживала тот момент, в очередной раз чувствуя зуд в плече. Каждый раз, вспоминая эти раны, Кейт становилось не очень комфортно от понимания того, что её постоянные «клиенты» чувствуют ту же самую жгучую боль, которую испытала она. Девушка всегда старалась избавляться от подобных «жалостей» как можно скорее, так как они подрывают её баланс чувств и заставляют ставить под сомнение свою работу, а значит — смысл собственной жизни. Всё же Кейт не родилась прирождённой убийцей и многие вещи ей были непосильны. В частности — возможность полностью отречь от себя все сомнения на счёт правильности своих действий. Какого бы высокого о себе мнения не была эта волчица — одно было всегда и будет в будущем: она — просто работница контрактного агентства, обыкновенная пешка-исполнитель, пусть и высшего ранга. Она не способна просто кинуть в лицо своему начальнику заявление об увольнении и уйти по-английски, не-е-ет… Теперь Кейтлин не сможет просто смыться куда-либо по своему желанию из «Веги» посредством того заявления. Она привязана к этому месту и обязана работать здесь, в ином случае её ждёт устранение и последующая дорога в преисподнюю. Даже при таких связях в виде Кеннета Фаррела — главнонр директора отдела «Веги» в Норад-Бэй.       — Ке-е-ейт…? — вдруг раздался мужской голос над ухом волчицы, сопровождаемый парой щелчков пальцами, — Кейт, что с тобой?       — А? — очнулась от дурных мыслей девушка. — Н-ничего… Что ты тут делаешь?       — Завтрак… того… — растерянно выдавила парень. Он был не готов к такому жуткому зрелищу.       — Ах, да… У нас же завтрак… Что ты приготовил? — заинтересованно выдала девушка, проветрив воротник рубахи.       — Пасту.       — Ты издеваешься…       — Кроме пасты здесь ничего не было! Не нравится — можешь не есть! — настойчиво выговорил Артур, нахмурив брови.       От такого неожиданного зубоскальства, проявленного, как казалось девушке, мирным и спокойным парнем, Кейт немного взбодрилась. В последнее время редко кто из её окружения позволял себе огрызаться в её адрес, поэтому Кейтлин улыбнулась с неким «признанием» и показала жестом лапы в сторону кухни, попутно добавив многозначное и понятное только ей:       — Смелый шаг, щенок.

***

Норад-Бэй, офис «Веги»

      Кабинет одного из глав огромной и весьма авторитетной организации наёмных убийц выглядел, как отдельная гостиная в рядовом домике. Его владелец проводил в нём бо́льшую часть времени, а потому хранил в нём даже личные вещи: картины, посуду, какую-либо еду, одежду, фотографию семьи и так далее. Сам же он сейчас тихо похрапывал в кресле напротив окна, накрыв морду газетой. Утром солнце всегда вставало именно со стороны моря, где и находилось единственное окно в кабинет директора, а значит, чтобы пользоваться своим правом дышать свежим воздухом и не сверлить себе глаза солнечными лучами, Кеннету приходилось бороться со светом либо шторами, либо накинутой на голову газетой, книгой, бумагой и тому подобным. Это утро было особо напряжённым для пожилого директора: особо ранний подъем, невыносимая сонливость с утра, огромный бюрократический завал и сами собой опускающиеся морщинистые веки — всё это результат недостатка сна прошлой ночью. Так что отдых на рабочем месте могли себе позволить только Кеннет и местный электрик, который почти каждый день меняет лампочки в коридорах весьма немалого офиса, в котором можно было легко заблудиться.       Из царства блаженных снов и ярких мечтаний о космосе и о том, что «вот уйду на пенсию и всё это закончится» Кеннета вытащил стук в тонкую деревянную дверь. Шакал подскочил на стуле, скинул с морды прошлогоднюю газету, немедленно застегнул пуговицу на любимом пиджаке, поправил зелёный галстук и в принципе постарался придать себе вид, будто только что он не дрыхнул во время работы всего штата, а занимался, конечно, секретными, но уж очень важными делами. Запустив уже чёрт знает сколько раз игравшую виниловую пластинку с джазом на стареньком патефоне, Кеннет ещё раз проверил, все ли нужные ему вещи лежат на столе и, прокашлявшись, прикрикнул:       — Можете входить.       Тут в дверь вошли звери, которых Кеннет никогда не ожидал увидеть и более того — вообще не желал бы видеть на «своём газоне». Нет, видеть он их не хотел не потому, что это они такие плохие, не-е-ет… Сам Кеннет не любил, когда в его «огород» лезут со своими правилами и рекомендациями. «Конечно, пусть новоиспеченный совет директоров-молокососов будет учить битого мужика с двадцатью годами работы на этом месте!» — так любил говорить он дома, когда в нём просыпался ворчливый старый хрыщ.       Прямо сейчас территорию кабинета Кеннета нарушили два зверя: какой-то, судя по походке, не очень уверенный в себе тощий долговязый кот в сером костюме, который казался на два размера больше. Компанию ему составляла эффектная лисица в красном неформальном костюме, с которой Кеннет был знаком непонаслышке и всегда был рад видеть её вечную, не сползающую с морды улыбку.       — Доброго утра, Мелани, — сказал шакал, встав со стула и приветственно кивнув.       — Доброго, Кеннет— приветливо ответила ему лисица.       — Отличное время, чтобы заняться важной работой, я полагаю.       — Сегодня работы, на удивление, мало. — девушка взяла у своего помощника папку, — Для тебя остались только пара бланков и несколько формальных бумаг, у которых ценности не больше, чем у той прошлогодней газеты, которая валяется у тебя под столом.       Директор передёрнулся и неловко поднял с пола газету. Затем так же неуклюже опустил её в мусорное ведро.       — Не обращай внимания…       Мелани с подозрением дрогнула бровями и присела на свободный стул напротив директорского стола, сложив лапы одна на другую.       — Признавайся, Кеннет, ты опять спал всё утро на рабочем месте?       — Не правда. Точнее… Ну, почти. Слегка вздремнул после работы.       Лисица улыбнулась, глядя в директорские глаза, полные сонливости.       — Так забавно смотреть, когда тебя ловят на какой-нибудь мелочи, — Начала она, не убирая улыбки, — Из высокого и статного босса ты превращаешься в маленького щеночка, пойманного за какой-нибудь шалостью.       — Перестань, Мелани. Давай мы не будем обсуждать мои привычки при других, — Кеннет ткнул пальцем в кота, который всё это время стоял столбом в углу.       — А что, боишься, что скажу лишнего? — девушка ехидно ухмыльнулась во всю ширину её губ, — Например то, что ты до сих пор жвачку под столом приклеиваешь, когда урны рядом нет.— лисица дружелюбно хихикнула.       — Мелани, перестань! Лучше познакомь меня с твоим юным и слегка потерянным другом, — Кеннет направил взгляд в сторону кота. Тот лишь еле заметно мелькнул серыми глазами в его сторону и продолжил сверлить взглядом стену, покачиваясь из стороны в сторону на пятках       — Это Нейт. Он новенький, — Сказала лисица, — Парень он молчаливый и… — Мелани приблизилась к уху Кеннета и прошептала: — И, скорее всего, с задержкой в развитии…       — Вот такого ты мнения о новой крови. Не ожидал от тебя услышать подобное, — Тоже шёпотом сказал директор, упрекнув лисицу.       — Ну ты посмотри на него!.. Стоит, как шкаф, вечно ждёт указаний, что ему делать. Сам он и не почешется, пока не дашь ему приказ или подзатыльник.       — Так это же хорошо, — прошептал Кеннет, — Из него выходит отличный подчинённый.       — Прости, но уборщиков и вешалок для верхней одежды у нас и так полно. Нам нужны агенты. Не шкафы, не декоративные фикусы, не фонарные столбы, а агенты.       — Дай ему шанс. Может быть, он талантлив по-своему.       Хочешь, я покажу тебе, какой у него действительно талант? — Мелани прокашлялась и обратилась к Нейту, не дожидаясь ответа Кеннета, — Нейтан, милый, принеси мне кофе… Латте, без сахара.       — Как пожелаете, мисс Томпсон, — сухо выдавил из своего тощего горла парень и семимильными шагами огромных лап покинул комнату.       Кеннет проводил взглядом уходящего новичка и обратился к лисице, когда тот вышел:       — Ты с ним слишком строга.       — Вот как? Тебе напомнить про бедную Кейтлин, которую ты мучал чуть ли не каждый день своими проверками и испытаниями?        — Что?..       — Бедняжка… — лисица переменилась в настроении, — Ещё бы немного, и ты бы её до проблем с головой довёл своими тренировками. Чего только стоил тот допрос…       — Мелани, перестань.       — Мне даже думать больно, во что ты превратил ту милую невинную шестнадцатилетнюю девочку.       — Мелани, прошу, успокойся. Сейчас с Кейт всё хорошо и чувствует она себя прекрасно. А допрос…       — Что?       — Я не буду себя… оправдывать. Это действительно было слишком.       — Девочка чуть не умерла от страха. Рыдала, как не в себе.       — Мелани, хватит. — спокойно и размеренно сказал Кеннет, — Она сильная, не думаю, что ей бы хотелось сейчас слышать весь твой старческий лепет.       — Ты жестокий старикан, Кеннет.       — Я знаю.       Лисица захлопнула раскрытую на столе папку с документами и опёрлась на лапы, заглянув в сонные глаза директора напротив. Кеннету казалось, что прямо сейчас его собеседница и, по совместительству, одна из директоров отделения «Веги» в Норад-Бэй, вот-вот заплачет. Но это была её коронная обманка, на которую лично Кеннет попадался не один раз. Её грустная мордочка иногда показывала слишком преувеличенную тоску, очень похожую на первые секунды перед неудержимым рыданием. Навык абсолютно бесполезный для директрисы, но такова была её особенность.       — Как поживает Кейт? — вдруг тихо и тоскливо спросила Мелани, — Я так давно её не видела. Скучаю без неё.       — Она изменилась. Не знаю, в какую из сторон, но изменилась.       — Наверно, выросла. Стала серьёзнее, выше и умнее. Остепенилась… — мечтательно посмотрела вверх лисица.       — Твою школу имиджа она прошла на все сто. Совсем не узнаю в ней ту девчушку, которая упала на мою голову десять лет назад.       — Десять лет… Сколько ей сейчас? Двадцать шесть?       — Двадцать шесть, — Утвердительно повторил директор.       — Эх… Хотелось бы её увидеть.       — Мелани, ты живёшь с ней в одном городе. Сходи в гости, поговори. Думаю, она будет рада тебя видеть.       — Если вообще вспомнит мою морду, — Лисица с усмешкой фыркнула.       — Не так уж ты сильно и изменилась с тех пор, — Кеннет усмехнулся, — Не то, что я…       Мелани лишь пристально смотрела на морду Кеннета секунды три, после чего вздохнула, встала из-за стола, схватила стул и поставила его рядом с комфортным креслом директора, оказавшись ближе ко второму.       — Когда Кейт вернётся — обязательно дай мне знать. Надеюсь, я не улечу куда-нибудь на другой конец света к моменту её приезда, — Мелани всё так же глядела на директора умилительным взглядом, — Так хочется её повидать впервые за семь лет.       — Обязательно перед…       — Мисс Томпсон! — дверь с треском распахнулась и в комнату бесцеремонно ввалился Нейт с пластиковым стаканом в лапе, наполненным кофе, — Ваш кофе готов.       — Почему так долго? — возмутилась лисица, — Ты за зёрнами сам в Африку ездил? Давай его сюда!       — Мелани, манеры… — тихо упрекнул её директор       — Знаю, — девушка остудила пыл и обратилась к новобранцу, — В следующий раз будь немного шустрее. Я не люблю, когда мой кофе задерживают. Свободен!        — Слушаюсь, — кот повернулся на пятках в сторону двери и удалился из комнаты на радость девушке, хлопнув дверью.       Мелани не стала пить свой кофе. Разговор с директором был не окончен.       — На чём мы остановились?       — На том, что ты очень хотела бы повидать свою подопечную, — директор всё ещё был удивлён, что такого доходягу в роде этого Нейтана допустили к работе в «Веге». На его памяти такое случилось впервые.       — Я слышала, девочке выделили какого-то другого новобранца из той же выборки. Надеюсь, он не такой мямля, как Нейт.       — Ей выдали Артура. Хороший парень.       — И что ты думаешь по этому поводу?       Директор расплылся в старческой улыбке.       — Могу лишь сказать, что не все ещё привыкли к его имени. Повсюду слышу только «Арту́р». Удивляюсь, как его это не достало.       — Ты о чём? Имя как имя, ничего особенного.       — Он на первом же собеседовании поправил меня, что правильно произносить «А́ртур». Тогда у меня мир в глазах перевернулся! — Кеннет расхохотался, — Ну, а в целом, парень хороший, терпеливый, не любит много болтать. Был бы идеалом, если бы не оказался пассивным мямлей.       — Уверена, Кейтлин сделает из него объект для подражания. Нудность — не такой уж и страшный минус.       — Я тоже так думаю. Правда, последние фокусы их дуэта меня не радуют, — Кеннет нахмурился, — Сначала они прикончили дублёра вместо цели, а вчера вечером всю Италию на уши подняли. Сдаётся мне, это их лап дело.       — Ты про то, что у Персиваль пропала перуанская статуя? Нет, это не может быть Кейтлин. Наша девочка на такое не способна.       — А вот её новый напарник — весьма. Я проверил его досье, парень не такой уж и безобидный. С детства занимался сбытом какой-то дряни со своим другом, позже перешёл на кражи, а потом и вовсе занялся какой-то нереальной преступной деятельностью. На тебе и содействие кибер-активистам в Берлине, и участие в транзите огромной партии украденных ископаемых, и вывоз награбленного золота за границы Саудовской Аравии. Последнее дело, кстати, с треском провалилось и власти нашли этого засранца. Но Артуру неимоверно повезло наткнуться на нашего куратора. В итоге он — один из новобранцев.       — Его список выглядит так, будто он — легенда преступного мира или, на крайний случай, отморозок без чувства страха.       — На самом деле отмороженным можно назвать только его неизвестного сообщника. Это всё его идеи, а Артур так, «мальчик на подносе».       — Хочешь сказать, что его друг смог укрыться даже от нас?       — Для нас он никакого значения всё равно не имеет, но не признавать его гений невозможно. Может быть, этот зверь будет нам полезен… в будущем.       — Предлагаешь его разыскать?       — Исключено! — директор хлопнул по столу, — У нас и так полно забот. К тому же, по миру уже два дня гуляет «невидимка», устранить которого предстоит Кейтлин. Кроме имени и морды у нас про него ничего нет, а контракт весьма дорогой. Я очень боюсь, что Кейт и её новый товарищ могут не справиться.       — Бывало и хуже, помнишь?       — В этот раз всё действительно плохо.       — Насколько?       — Мы имеем дело с вором, который явно знает толк в скрытности. Оливер Блейк ровно пять лет назад устроил, наверно, одну из самых дерзких и изобретательных афер десятилетия, буквально ограбив собственный банк в Манхэттене. Полиция первое время только и делала, что разводила лапами, мол «грабителей власти не нашли, а причастность Оливера доказать не получилось».       — И что дальше?       — А дальше кому-то всё же удалось выставить Блейка обманщиком и запустить волну негодования среди обманутых вкладчиков в сторону полиции. Расследование всё ещё идёт, однако за это время Блейк успел замести за собой все следы и устроиться на награбленном золоте в неизвестной точке планеты. А два дня назад к нам поступил анонимный контракт с задачей найти этого говнюка и прикончить…       — И поручил ты это Кейтлин, так?       — Именно! Она хорошо себя показывала все шесть лет, поэтому такое я ей могу доверить.       — Ты не боишься, что может повториться ситуация в Марокко? — Задала больной вопрос Мелани.      Девушка словила на себе директорский взгляд удивления. Кеннет был выбит из колеи.       — Кейтлин выросла. Я не думаю, что она способна в таком возрасте творить безрассудство и делать откровенно глупые вещи, — незамедлительно ответил мужчина, — У неё уже, как минимум, есть опыт.       — А как же её новый напарник?       — Хо-хо… — выдал смешок Кеннет, — его она научит жизни.       — Очень на это надеюсь. Если Артур действительно имеет такой потенциал — его нужно раскрывать.       — Надеюсь, Кейт будет для него хорошим шефом. Не то, что я — шакал улыбнулся своей собеседнице.       — Да-а-а… Ты ужасный шеф, Кеннет, — С этими словами лисица улыбнулась в ответ, взяла свой кофе и направилась в сторону двери, — Пора работать, старикан!

***

      Кейтлин нависала над собственным чаем и пустой тарелкой, в которой от утренней и, на удивление, вкусной пасты остались только разводы от соуса. На столе перед ней лежало несколько бумаг, оставленных Сэмом перед отъездом в Вермонт обратным утренним рейсом. Было вполне ожидаемо, что договориться с этим чудаком будет крайне сложно, ибо весь компромат собирался явно не для того, чтобы так просто его отдать паре наёмников, однако символическая сумма вечнозелёных сделала своё дело и лис всё-таки согласился поделиться частью своей информации с агентами в обмен на возможность безопасно вывезти его новую побрякушку за границы Италии. На документах перед девушкой была распечатана огромная сводка имён и номеров в виде единой многострочной таблицы. Видимо, вся информация о связях Оливера была взята из его личной телефонной книги, о чём говорило полное отсутствие чего-либо кроме имени и номера телефона напротив него. На расшифровывание всей этой кучи данных у Кейтлин ушло уже около часа, в то время как Артур пытался найти среди каналов местного телевещания хотя бы один эфир на английском или, если говорить проще, бездельничал. Хотя чем ещё можно заняться, когда всю более-менее ответственную работу твоя напарница берёт на себя?       — Артур, можешь даже не пытаться, — не отвлекаясь от документов пробормотала волчица, — Это частная гостиница на окраине Милана. Здесь нету каналов на английском.       — Я бы не был так уверен… Ага! Вот оно! — Пол часа методичного щёлканья пультом дали результат. Артур смог найти эфир с утренней передачей полностью на английском.       — Да здравствует кабельное ТВ, — так же безэмоционально пробубнила себе под нос Кейт, продолжая искать хоть какие-то зацепки в… телефонной книге. Шанс в очередной раз «прогореть» вырос неимоверно, когда Кейт поняла телефонную сущность этих бумаг.       — Нужна помощь? — Артур сел напротив девушки.       — Уже нет. Эти бумажки ничего не стоят. Я нашла только, скорее всего, давно не рабочий телефон Джейкоба и ещё полсотни других телефонов.       — Ну, мы хотя бы теперь точно знаем, что Оливер действительно имел дело с Джейкобом.       — Предлагаешь позвонить Фортесу и спросить, где живёт его босс? — грустная ирония с натянутой улыбкой, отпущенная волчицей.       — Как вариант. Хотя знаешь, можно же просто…       — Тс-с-с… Дай послушать, — Краем уха Кейтлин уловила кое-что занимательное из теле-эфира. За современным столом и на кожаном стуле милая газель торопливым тоном, свойственным всем ведущим, рассказывала о новостях прошлого вечера:       «…доказать не удалось. В ходе длительного расследования федеральными органами было выдвинуто заявление о том, что ранее известный грабитель Джейкоб Фортес, на удивление общественности, не был причастен к громкому ограблению банка «Роулен Стандарт» в Манхэттене, США, расследования вокруг которого ведутся и по сей день. Однако, несмотря на все предпосылки к оправдательному приговору со стороны суда, Джейкоб был помещён под домашний арест до окончания расследований вокруг дела».       — Эй, я узнаю этот небоскрёб, — Артур ткнул пальцем в экран телевизора, на котором было показано здание и входящий в него лемур в сопровождении полиции, — Я видел такой же дом в Лос-Анджелесе. Тогда его только начинали строить.       — Уверен, что это в Лос-Анджелесе?       — Конечно! Я был там несколько раз.       Кейтлин демонстративно выключила телевизор.       — Я надеюсь, ты не поверил в этот бред из новостей.       — А кто ему верит?       — Вот и молодец, — девушка одобрительно кивнула, — Джейкоба прикрыли власти, чтобы повесить вину на несуществующих «других» грабителей. Этим федералы создадут иллюзию действий и скроют своё бессилие, ведь они до сих пор не могут разыскать даже намёков на место расположения главного виновника всего этого цирка — Оливера.       — Ты не думаешь, что Фортеса просто выкупили? Куш тогда вышел немалый, могло хватить и на долю федералов.       — Значит, я слишком хорошего мнения о службах правопорядка в твоей стране, — Кейтлин наконец выпила остатки от своего давно остывшего кофе, сделав один глоток, — Во всяком случае, факт есть факт — Джейкоб под домашним арестом внутри небоскрёба в Лос-Анджелесе. Скорее всего, ФБР за ним следит, как за зеницей ока, так что если мы хотим нанести ему визит — нужно будет пробраться в здание максимально скрытным методом.       — Мы… едем в Лос-Анджелес?       — А куда ещё? Конечно, в Лос-Анджелес, — Кейтлин встала из-за стола и направилась в другую комнату, — А теперь прости, мне нужно сделать один звонок.       Войдя в свою комнату, покрытую полумраком, Кейтлин ещё раз убедилась в собственной приватности и набрала телефонный номер одного своего очень старого знакомого, который так удобно совсем недавно засветился на экранах «Веги». Не сказать, что волчица знала его очень хорошо, скорее это он знал её, как проблемную девчонку, которую надо постоянно вытаскивать из передряг с полицией. По крайней мере, так было в прошлом. Чарльз Осборн, он же «Кейтлин, опять?!» — миниатюрный лось лет сорока, работавший до недавних времён в полиции, а отныне, просиживающий штаны перед компьютером. Так получилось, что большинство контрактов юной Кейтлин проходило именно в Америке и конечно, в настолько развитой стране наёмнице нужна была помощь и подстраховка на случай непредвиденных исходов. Этой страховкой для неё являлся Чарльз — не самый честный зверь с огромной душой и свистящим кошельком, постоянно требующим денег. И денег не абы каких, а именно процентов с успешно завершённых благодаря ему контрактов. В своё время он помогал девушке избавляться от проблем с чересчур напористой американской полицией, а в настоящее время обеспечивает безопасность информационную. Свой опыт полицейского диспетчера и работника службы информационной безопасности Чарльз использует для махинаций в информационной среде и взломов разных баз данных для «Веги» за довольно крупную сумму. В этот раз Кейтлин точно знала, что ей может понадобиться помощь Чарли, ведь речь идёт о проникновении на территорию под контролем ФБР. Волчице может понадобиться совет от бывшего стража порядка.       Гудки прервались неразборчивым бормотанием по ту сторону провода:       — М-м-м… Я вас слушаю, — раздался монотонный голос Чарльза.       — Чарли? — не найдя ответа сказала волчица.       — Он самый… кто вы и как на меня вышли? — казалось, олень был чем-то занят, судя по бормотанию под нос и громкому клацанью кнопок на заднем фоне.       — Это я, Кейтлин, — представила волчица, — Ты меня не узнал?       — Кейтлин… Кейтлин. Ничего не знаю… Бум! — вдруг воскликнул в трубку Чарльз, да так громко, что волчица дёрнула ухом, — Хэдшот, сучки! Ха-ха! Затащил всю катку! Ну и кто из нас теперь «MVP», а?! Я у тебя спрашиваю, сраный «Декстайп Новакс», вонючий задрот! Да ты даже не в топе, тупой нубяра! У-ху!       — Чарльз? — прервала его восторг Кейтлин.       — А? Да-да, продолжайте. Я вас слушаю… Простите, я сейчас очень занят и…       — Извини, что отвлекаю тебя от видеоигр. — настойчиво отрезала девушка.       — Кхм… — замялся Чарльз, но тут же неловко парировал упрёком упрёк, — Я вам не горячая линия! Вы вообще кто?       — Кейтлин, — ещё раз представилась она, — Чарли, напряги мозг и вспомни свою «лучшую» подругу.       — Мисс «Вынос мозга»? —память оленя прояснилась, — Такую ворчливую мадам вроде тебя трудно забыть, Кейт. Рассказывай, что у тебя опять случилось. Снова копы?       — Почти.       — Что значит «почти»?       — Мне нужна твоя помощь с Федеральным бюро расследований в США.       Из мобильника послышался издевательский ироничный хохот, задевший волчицу за нитку самолюбия. Её только что посчитали за идиотку.       — Я давно догадывался, что с головой у тебя не порядок, девочка. Но чтобы показывать зубы федералам?..       — Сначала дослушай меня.       — Ладно-ладно-о-о… — с такой же ироничной интонацией протянул собеседник, — Убеди меня в том, что твоя задумка не будет равносильна самоубийству.       — Мне нужна не столько сама служба безопасности, сколько её пропуск. Необходимо просто достать идентификационную карту, или как она у них называется…       — Кейтлин, что у тебя за привычка постоянно усложнять себе жизнь? Я знаю пару умельцев, которые тебе сделают такую же карту, только в два раза дешевле и без риска для здоровья.       — И работать она тоже будет, как настоящая?       — Эм-м-м… За это не ручаюсь.       — Лёгкий путь тоже не всегда правильный, Чарли. Мне нужна полностью достоверная версия пропуска ФБР, чтобы у меня точно не возникло лишних «проблем».       — Бред, — коротко отрезал Чарли, — Полный бред.       — Если ты не хочешь помогать — дело твоё. Мне всё равно придётся ехать в Лос-Анджелес. Буду искать другие варианты… — Хитрая чертовка знала — этот компьютерный червяк пойдёт на любые условия, лишь бы не потерять возможность загрести долю, отработать которую ему особого труда, в общем-то, и не составит.       — Стой! Ладно-ладно… Кхм… не могу же я тебя оставить вот так, — своевременно проявленная галантность и притворная «забота» — один из способ Чарльза прикрыть свою бесконечную нужду в деньгах, сидя на шее и вынимая тройную плату за свои услуги из бюджетов не только богатенькой дамочки, но и всей организации в целом, — Что тебе требуется?       — Пропуск ФБР.       — Это я понял. Для чего он тебе?       — Секрет. Проявишь снисходительность к даме и подруге своей мечты — посвящу в план.       Вздох.       — Тебе нужно убежище, да? — подавленно задал вопрос Чарльз, заранее зная ответ.       — Можешь уже наводить порядок в своей берлоге.       — Ну да, гостиницы ведь для слабаков…       — У меня не настолько много денег, как тебе кажется, Чарли.       — Поэтому живёшь ты в неотмеченном на карте прибрежном городке для «белых воротничков», носишь дорогие костюмы и катаешься на хорошем автомобиле.       —…Пока ты отсиживаешь зад в своем доме и играешь в видеоигры. Чарли, зависть до добра не доводит. Тебе уже четвёртый десяток пошёл, а ты до сих пор не можешь устроить себе активную жизнь?       — Моя жизнь — это в свои сорок сидеть на жопе, играть в игры и обеспечивать инфой тебя и твоих друзей из Веги за чисто символическую плату. И знаешь что? Меня это устраивает. Так что давай ты останешься при своём мнении, завалишься в мой дом и быстро сделаешь свои дела, чтобы глаза мои тебя не видели в рекордные сроки после твоего приезда.       — Готов выставить девушку, нуждающуюся в помощи, за дверь?       — Эта девушка и сама себя вполне способна прокормить.       — Я слышала, ты любишь игрушки про рыцарей. Тебе есть, чему у них поучиться, нахал.       — Моя дверь открыта до завтрашнего утра. Советую поторопиться, если не хочешь мокнуть на улице. У нас тут так-то сезон дождей, льёт несколько суток подряд.       — Дожди в солнечном Лос-Анджелесе?       — Капризы погоды, пупсик. Возьми с собой зонт. До встречи в Штатах, адрес ты помнишь.       Гудки. Олень сбросил трубку раньше, чем дождался ответа. Такое неуважение разбудило в Кейтлин тихий гнев, однако выплёскивать его было не на кого, да и не сильно нужно было.       Выйдя обратно на кухню, Кейтлин застала Артура спящим, оперевшись на лапы. Поспать этот парень любил сладко и долго, но новая работа точно избавит его от «совиного» режима сна. Толкнув волка в плечо, Кейтлин разбудила соню и сказала тому прямо в заспанные глаза:       — Собирай свои вещи, мучачо. Мы едем в Лос-Анджелес.       Тот сумел ответить только сонливым мычанием.