Бешенство

– Спар! – позвала Васька сверху. – К тебе тут пришли. Спартак вытер грязные руки о тряпку и неохотно полез из ямы. – Кого там принесло? – буркнул он себе под нос. – Я там так хорошо приладил сальник. Придётся опять искать нужное положение. – Не ворчи, – шепнула ему Васька, – там твой соперник пожаловал. – Кто? – не понял её Спартак. – Ну, парень рыжий, который твою девушку увёл, – пояснила ему Васька. – А… – кивнул Спартак, – лан… Я скоро. Только смотри там, ничего не трогай. У меня всё на мази! Выйдя из гаража, Спартак увидел возле пристройки Пашку, который задумчиво пинал ногой кирпич, вросший в землю. – Ты чего пришёл? – спросил Спартак, подходя ближе. – Сам не знаю, – признался Пашка и пожал плечами. – Просто мне Сергий дал перерыв на час, а я сам не заметил, как тут оказался. – Ну, раз пришёл, давай присядем, – предложил ему Спартак, показывая глазами на лавку внутри мойки. Пашка молча достал из кармана мятую пачку сигарет и протянул её Спартаку. Оба закурили, разглядывая помещение мойки. – Я всё думаю… – начал говорить Пашка, – а правильно ли я всё понял? – Ты о чём? – поднял на него глаза Спартак. – Я о слове божьем, – задумчиво объяснил Пашка. – Там многое можно по-разному понимать. – Это как? – удивился Спартак. – Разве может быть разная трактовка? – Конечно, может, – затараторил Пашка. – Вот, например, грехи. Их семь. Так? – Наверное, – неуверенно пожал плечами Спартак. – Семь, – уверенно кивнул Пашка. – Так вот… ни один грех не может существовать без второго. Вернее, из одного греха может образоваться сразу несколько. – А-а-а… – понял его Спартак, – например, из зависти может родиться прелюбодеяние и воровство. – Ну, да, – кивнул Пашка. – Но я про другое часто думаю. Там нигде не написано, что любовь – это грех. Отец Сергий говорит, что любая любовь, которая не может принести потомство, греховна. А разве любят для этого? – Слушай… – поморщился Спартак, – да не заморачивайся ты. Любит, не любит. Ромашка какая-то. Если ты хочешь разобраться в своих чувствах, то тут, по-моему, всё понятно. Ты любишь Галку и женишься на ней. – Не люблю… – тихо ответил ему Пашка. – Тогда зачем женишься? – удивился Спартак. – Не знаю… – пожал плечами Пашка. – Потому, что так надо. – Кому надо? – взорвался Спартак и подскочил на лавке. – Тебе надо? Или, может, так надо Галке? А о тебе она подумала? О том, чего хочешь ты? Или ты сам не знаешь, чего хочешь? Тогда идите вы с ней знаете куда!... – и парень в сердцах пнул ногой пустое ведро. – Я хочу вернуться в наш автобус, – тихо заговорил Пашка, – чтобы была ночь, и только мы вдвоём… Спартак замер на месте. Пашка смотрел на него как прежде, с любовью и нежностью. Но уже через секунду его взгляд помутнел и он добавил: – Но я знаю, что это невозможно, потому что я обещал жить правильно. – Да пошёл ты… – психанул Спартак и вышел из мойки, громко хлопнув дверью. После ужина вся компания собралась в гостиной, и Спартак рассказал им всё, что удалось узнать за эти дни. – Господи… – прошептала тётя Маша, – да это настоящая секта! Что ты предлагаешь, Спартак? – Я предлагаю валить отсюда. И чем скорее, тем лучше, – уверенно сказал тот. – Нет! Только не сейчас! – крикнула Галка. – У нас послезавтра с Пашенькой свадьба! Мы никуда не уедем, пока не поженимся! – Хватит верещать! – прикрикнул на неё Спартак. – Ты понимаешь, что мы тут все рискуем?! – Так и скажи, что ты просто не хочешь, чтобы мы с Пашенькой были вместе! – закричала на него Галка. – Вот и вали отсюда, куда хочешь! А мы все остаёмся! – А ты всех спроси. И главное, у Рыжего спроси, хочет ли он жениться! – заорал в ответ Спартак. – Я чего-то не знаю, или мне это кажется? – шепнула тётя Маша Алинке. – Не кажется, – так же шёпотом ответила ей Алинка. – Опять выходит, что большинство за то, чтобы остаться, – вздохнула тётя Маша. – Я не могу оставить Галочку, а Алинка не оставит Пашу. – А вот и нет, – усиленно замотала головой девушка, – я за то, чтобы бежать отсюда. Знаете, что мне отец Сергий сегодня сказал? Что я уже девушка на выданье, и что он лично хочет позаботиться о моём счастье. И ещё добавил, что если я хочу жить, как у Христа за пазухой, то должна быть послушной. Он решил на следующем Празднике Счастья выбрать меня в качестве третьей жены! – Погоди, – остановила её Галка, – Праздник Счастья только через несколько дней после Праздника Любви! Давайте пойдём на компромисс и убежим после того, как отец Сергий нас повенчает. Всё равно к побегу надо будет подготовиться! Ну, что? Кто за? Все, кроме Спартака, подняли руки. Правда, Спартак заметил, что Пашкину руку подняла Галка, держа её за локоть. Брезгливо сплюнув, парень вышел на улицу, громко хлопнув дверью, и отправился гулять по территории пансионата. Он сделал несколько больших кругов, не глядя на часы, и только по тому, что сильно устал, понял, что время уже позднее и пора спать. Перед сном он решил выкурить сигарету, для чего привычно свернул за угол дома на знакомую лавочку. Увидев на скамейке Пашку, Спартак от неожиданности вздрогнул и остановился. – Ты чо тут сидишь? – спросил он, плюхаясь рядом. – Невеста в кровать к себе не пускает до свадьбы? – Мы не спим вместе, – спокойно ответил Пашка. – Я всё это время ночевал на полу на матрасе. – И как ты ей объясняешь такое поведение? – ухмыльнулся Спартак. – Говорю, что до свадьбы мы не будем этим заниматься, – грустно ответил Пашка. – А после свадьбы придётся, – открыто издевался Спартак. – Это называется супружеский долг! – Хватит! – неожиданно крикнул на него Пашка. – Прекрати! Мне и так тошно! – Тихо ты, – Спартак прижал палец к своим губам, – всех разбудишь. – Спартак… – Пашка обернулся к нему и зашептал, – я, когда тебя вижу, мне в голову мысли разные приходят. – Это какие мысли? – снова хмыкнул Спартак. – Надеюсь, не греховные? Но Пашка, казалось, не услышал колкости. – Я думаю о том, что неверно понял послание, – снова заговорил он. – Мне дан второй шанс, и я должен прожить эту жизнь, не совершая прежних ошибок. Не знаю, почему я решил, что главной ошибкой был ты? Я жил неправильно, но это никак не связано с тобой, понимаешь? Я игнорил ближних, был закрыт от них. В этом мой главный грех! Я не должен замыкаться в себе и отгораживаться от близких и любимых людей, чтобы потом не кусать локти. Я должен уметь слушать и говорить. – Погоди… – остановил его Спартак, – а от меня тебе что нужно? – Помоги мне… – Пашка посмотрел на него с мольбой в глазах. – И чем я… – начал Спартак, но Пашка, не дослушав, обхватил его шею и, притянув к себе, поцеловал в губы. Спартак не знал, что и думать о случившемся. Он вошёл в дом и, усевшись на диване в гостиной, стал задумчиво смотреть в окно. «Что это сейчас было? – спрашивал он себя. – Он вернулся ко мне? Или это был прощальный поцелуй перед свадьбой? Ведь убежал он обратно в Галкину комнату! Если бы он решил порвать с ней, то сейчас бы был со мной, а не с этой…» Но додумать он не успел. Свет в гостиной вспыхнул, и на лестнице он увидел недовольную Галку в белой ночной сорочке. – Ты думаешь, я не вижу, что ты делаешь? – зло зашипела она. – Слушай, а тебе не кажется, что гадишь тут ты? – нахмурился Спартак. – Ты ведь воспользовалась его временным помешательством! Ты просто насилуешь его! Неужели ты не видишь, что с ним происходит? – Вижу… – Галка подошла ближе и, прищурив и без того узкие глазки, сжала кулаки, – я вижу, что ты его соблазняешь. Речи всякие ему в уши льёшь и на грех напутствуешь! – Ты совсем, что ли, тут умом тронулась? – засмеялся Спартак. – Ты уже говоришь, как поповская жена. И вообще… чего ты раскомандовалась? Пусть Рыжий сам решит, чего хочет. – Он сам ничего решить не может, потому что слаб духом, – Галка топнула ногой. – Поэтому ему нужна твердая рука. А ты опору из-под него выбиваешь. Последний раз тебя предупреждаю: оставь Пашу в покое! – Даже не надейся! – не выдержал Спартак. – Я хочу, чтобы решение принимала не ты, и не я. А он! Решит он жениться на тебе, я препятствовать не буду. Уйду в сторону и, как говорится, совет вам да любовь! А если он… – Если – не будет! – снова зашипела Галка. – Я не собираюсь играть по твоим правилам! И предупреждаю тебя в последний раз: не стой у меня на пути!