Бешенство

– Пашенька… – Галка повернулась к Пашке и удивлённо посмотрела на него, – ты чего такое говоришь? – Прости, – отвернулся от неё Пашка, – я не могу. И ещё не хочу, чтобы ты зря надеялась. Ты заслуживаешь, чтобы тебя любили, а не этого… По лицу Галки прошла тень. Её глаза сузились, а губы искривила злая улыбка. Она быстро прошла вдоль ряда брачующихся, приблизившись к Спартаку, размахнулась и ударила его по щеке рукой. – Это всё из-за тебя, пидор проклятый, –прошипела она и обернулась к пастве. – Не верьте ему! Он проклятый содомит! Это из-за него Пашенька на мне жениться не хочет! Он соблазнял моего жениха и наговаривал на меня! Толпа тихо загудела и двинулась вперёд. Алинка испуганно вскрикнула, схватила Василису за руку и потащила её прочь. – Галюня! Дочка! Ты чего говоришь? – к Галке подбежала тётя Маша и схватила её за руку. – Опять меня учить вздумала? – заорала на неё Галка. – Да ты мне всю жизнь испоганила! Где ты была, когда мне плохо было? А я скажу где… Ты пила! Ты меня на бутылку променяла. Алкоголичка! Толпа медленно надвигалась, недовольно гудя, словно рой потревоженных ос. Вокруг Спартака и тёти Маши образовалась пустота. – Вяжите проклятого содомита и блудницу бахусову! – громко выкрикнул из-за спин своих прихожан отец Сергий. – Под замок их! – Стойте! – Пашка попытался прорваться через толпу к Спартаку, но сильные руки схватили его и потащили в сторону деревьев, росших вдоль забора. – Оставьте меня! Мне нужно к нему! – бился Пашка, стараясь вырваться, пока его не оглушила звонкая пощёчина. – Ты чего его бьёшь? – испуганно пискнула Алинка. – Чтобы в себя пришёл, – буркнула сердитая Васька, продолжая одной рукой придерживать Пашку. – Успокоился? – спросила она его и, не дожидаясь ответа, продолжила: – Ещё немного, и до этих идиотов дошло бы, кто ты. А ты нам тут нужен! – Зачем? – спросил Пашка, продолжая смотреть на яркое зарево костра. – А как мы без тебя спасать их будем? – тряхнула его за руку Алинка. – Пошли домой, – Васька развернулась в сторону жилых блоков. – Надо будет подумать. В доме было темно и пусто. Не включая свет, Пашка сразу плюхнулся на диван и, обхватив голову руками, стал шептать себе под нос. – Это я виноват! Какого чёрта меня дёрнуло отнекиваться? Ну повенчал бы нас этот святой педофил, ничего бы не случилось! – Хватит истерить, – Васька присела рядом с ним, – а то сейчас ещё влеплю! – Я дурак, – поднял на неё глаза Пашка, – всех подвёл, Галку расстроил. – То есть бросив девушку перед алтарём, ты считаешь, что просто её расстроил? – толкнула его в плечо Васька. – Да ты её до бешенства довёл. Раньше не мог ей всё сказать? А если честно… Я такого поворота сама не ожидала. Я думала, что Спара Галка бросила и к тебе ушла. Никогда бы не подумала, что он по тебе так сох. – Да у них любовь завертелась еще пару недель назад, – рассказала Алинка. – Потом Пашка заболел, ну и пока в бреду был, ему там привиделось что-то, и он головой тронулся на почве религии. В общем, Галка этим воспользовалась, а дальше ты сама всё знаешь. – Мда… – Васька почесала затылок, – Санта Барбара какая-то. Но давайте лучше подумаем, как их отсюда вызволять. Понятно, что как только мы их вытащим из-под замка, вам нужно будет бежать. Первое, что нужно сделать, это узнать, когда их собираются казнить. Вернее, заразить. – Это я смогу, – заёрзала на месте Алинка, – я у отца Сергия любимица. Он меня от себя не отпускает. Я прикинусь, что возмущена тем, что моего родного брата с пути истинного Спартак пытался сбить, посижу у него на коленках, бороду потереблю, он мне и расскажет. – Я тебе запрещаю, – рявкнул на неё Пашка, – это опасно! Он может заподозрить тебя. – Братишка, когда у него на коленях сидит красивая молодая девочка, его мозг отключается, – подмигнула Алинка, – а тронуть он меня не посмеет. По крайней мере, до свадьбы. Так что за мою невинность можешь не бояться. – А вдруг их решат казнить уже завтра? –напрягся Пашка. – Не-е-е… – покачала головой Васька. – Насколько я знаю, отец Сергий любит всякую показуху. Он сначала устроит суд и только потом объявит время казни. Но и тут без спектакля не обойдётся. Так что ему однозначно понадобится время для подготовки. – А как мы их из-под охраны сможем вывести? – посмотрел на Ваську Пашка. – Ну, можно охранников опоить чем-нибудь, – пожала плечами Васька, – или просто молотком по голове. Но это как вариант. – А если их подкупить? – предложила Алинка. – Да, этот вариант лучше, чем молоток – кивнул Пашка. – Вот только… что мы можем предложить? У нас, кроме Фиата, ничего нет, да и тот будет нам нужен. – Можно денег дать, – ответила Алинка, – соберём, у кого что есть. – В наше время с деньгами только в туалет ходить, попу подтирать, – хмыкнула Васька. – Нужно что-то весомое и ценное. – У нас ничего нет, – вздохнула Алинка. – У меня есть, – раздался голос. Галка стояла в дверном проёме. Её белый сарафан был заляпан грязью, а венок сполз на затылок, запутавшись в растрёпанных волосах. – Что тебе здесь надо? – недовольно спросила у неё Васька. – Я бы тебя сейчас прибила нахрен! В семье разное может случиться, но чтобы вот так, своих сдавать… – Погоди… – остановила её Алинка. – Ты что, не видишь? Она плачет! Галка и правда плакала, растирая грязными руками слёзы, оставляя на щеках чёрные полосы. Она упала на колени и поползла в сторону дивана. – Пашенька… – выла Галка, – прости меня дуру! Это я виновата! Я тебя около себя удержать хотела. Хотя видела, как ты мучаешься! Прости! У меня с этой свадьбой совсем голова замутилась! – Сядь, – Пашка помог ей подняться и усадил рядом с собой на диван, подвинув недовольную Ваську, – успокойся сначала и скажи, что у тебя есть, чтобы подкупить охрану? – Вот… – Галка раскрыла кулак и показала драгоценности старой балерины. – Они старинные и дорогие. – А она дело говорит, – радостно улыбнулась Васька, забирая украшения. – Есть тут один охранник. Еврей, бывший скупщик. Не спрашивайте, что он делает в православной общине. Я думаю, что как раз он и оценит побрякушки. – Я виновата, я и пойду их выкупать, – уверенно вскинула голову Галка. – Тем более, что я у Спартака в долгу. – Что за долг? – повернулся к ней Пашка. – Когда я его выдала, он мог бы всем и мою тайну открыть, – тихо всхлипнула Галка. – И меня бы вместе с ними под замок закрыли. – Что за тайна? – спросила подругу Алинка. – Давай уже, всё говори! – Эту тайну только мама и Спартак знают, – начала Галка, отряхивая сарафан на коленях. – Я в четырнадцать лет аборт сделала, и после этого детей у меня не может быть. – Господи… – шепнула Васька и погладила по плечу плачущую Галку. На следующий день Алинка прибежала в дом отца Сергия и с порога гневно воскликнула: – Батюшка! Да как же так? Мой братец всю ночь в молитвах провёл, чтобы прощение выпросить. На коленях перед Галиной ползал, просил, чтобы она его простила. Ты уж, батюшка, накажи этого пи… содомита, по всей строгости! – Не кричи, ласточка моя! – улыбнулся ей отец Сергий и поманил к себе рукой. – Я всех грешников накажу. Лучше съешь конфетку, радость моя, полакомись. Алинка довольно улыбнулась и, взяв в руки леденец на палочке, уселась на колени к отцу Сергию. – Вкусно? – заулыбался батюшка, гладя её по голым коленкам. – Вкусно, – улыбнулась Алинка, и сладкими от конфеты губами поцеловала отца Сергия в щёку. – А когда казнишь грешников? Мне так хочется посмотреть, как они будут умирать! – А вот через два дня и казню, – Сергий приобнял Алинку за плечо и поцеловал в лоб. – Тебя с собой посажу в первый ряд, чтобы ты ничего не пропустила. – А не обманываешь? – строго посмотрела на отца Сергия девушка. – Точно через два дня? – А чего ты так интересуешься? – сощурил глаза батюшка. – А потому что хочу подарок этот от тебя получить как раз ко дню нашей помолвки, – и Алинка, превозмогая отвращение, запустила пальчики в густую бороду отца Сергия.