The Flaming Flower of the First House of the Noldor

Рассветное солнце медленно поднималось над крепостной стеной. Его уже почти не греющие лучи скользнули в открытое окно, прогулялись по полу, стенам, остановившись на моем ничего не выражающем лице. Я даже не подумала зажмуриться и закрыла глаза только тогда, когда их стало нестерпимо слепить. В таком положении — сидя на подоконнике, в том же праздничном костюме — я просидела всю ночь, запершись в комнате и не пуская к себе даже Лотанариэ. После того, как мне удалось сбежать из комнаты Нельяфинвэ, а вдогонку донеслось отчаянное «Я Н-НЕ ХОТЕЛ!..», я случайно врезалась в мимо проходящего Куруфинвэ, который, увидев художества на моей шее, потерял дар речи. Эльф почти остановил меня, хотел схватить за локоть, но я шарахнулась от него, как от прокаженного (тем самым удивив еще больше), помчавшись до своей комнаты. Потому что в чертах его лица проскальзывали черты рыжего… И только когда дверь за мной захлопнулась, смогла перевести дух, соскользнув вниз по стене. Истерика одолела меня, я задыхалась, но закрывала себе рот, дабы не голосить; шея ныла и постоянно тянуло кашлять. Как выяснилось, говорила я с трудом, каким-то сипением. Конечно, было бы лучше впустить всю ночь стучавшуюся ко мне Лотанариэ, которая не на шутку перепугалась, прознав о случившемся, но я сейчас никого видеть не хотела. Хотелось залезть маме под крылышко, сказать, как испугалась этого эльфа, испугалась возможной смерти, но я вовремя одергивала себя, что ее давно уже нет и плакаться я могу только самой себе… После, более менее успокоившись, я открыла окно и залезла на подоконник, дабы подышать свежим воздухом и прийти, наконец, в себя. Я говорила когда-нибудь о том, что тщательно необдуманные решения часто выходят мне боком? Так вот вам наглядный пример. А ведь было столько сомнений!.. К концу ночи в голову начали приходить более здравые мысли. Ведь Нельяфинвэ провел несколько лет в плену и Бог его знает, что там с ним творили. А я не утерпела и примчалась практически ночью. В темноте к нему, считай, подкралась… Собственно, под конец размышлений я даже перестала удивляться, что он так отреагировал. Я сама была виновата. Как мне казалось, моя персона в темноте напугала его практически также сильно, как и он меня. — Дура… — который раз за эту ночь ругала я себя сиплым голосом, потирая горло. Но стоило мне прикоснуться к шее, как перед глазами вставало его разгневанное лицо и будто рука феаноринга снова сжимала ее со страшной силой. И я вздрагивала, отдергивая руку. Когда ветер за окном стал уже совсем холодным и я продрогла до костей, удосужилась соскользнуть с подоконника и сесть на холодную кровать, обнимая себя руками. Надо было подумать, что делать дальше, как быть… И надо бы извиниться перед Курво. И перед Нельяфинвэ. Это в первую очередь. Но я даже думать не могла о том, чтобы еще раз зайти в те покои… Конечно, старший феаноринг может быть совсем не таким, каким я его увидела в первый раз (ведь братья и Тьелпэ, вместе с остальными эльфами, его любят и уважают) — умом я это понимала, но чувство самосохранения просто вопило, чтобы я больше не приближалась к этому эльфу! И, пока что, ум проигрывал в этой битве. В дверь раздались пару усталых стуков. Я подняла голову. — Наирэ, огонечек… Впусти меня, я умоляю тебя… — послышался высокий голос Лотанариэ. Боже, она, что, просидела под моей дверью всю ночь?! Я вскочила на ноги, отодвигая щеколду. Увидев встревоженное лицо лекарки и услышав ее облегченный вздох, у меня затряслись губы. По щекам сбежали пару слезинок, которые я вытерла рукавом. После чего повисла на эльфийке. Та крепко обняла меня, ласково поглаживая по голове, что-то шепча на квенья. — С тобой все хорошо? — отпрянув, спросила она, после опустив глаза. Да-а, за ночь просто красный след ладони превратился в черно-фиолетовый, который явно еще больше напугал итак напуганную Лотанариэ. — О Эру!.. Какой кошмар!.. Сильно больно? А глотать? Говорить можешь? Кашляла кровью?.. — посыпались на меня вопросы, как из Рога Изобилия. Я только и успевала кивать или мотать головой. — Все в порядке. — просипела я. Эльфийка закусила губу, погладив меня по щеке и вновь прижав к себе. Так простояли мы еще долго, пока лекарка не решила экстренно заняться моим лечением. *** — Ну, наконец-то здесь открыто! — воскликнул Туркафинвэ, влетая в комнату как раз в тот момент, когда Лотанариэ завязывала на моей шее шарфик, дабы я не перепугала обитателей крепости своим «прекрасным» видом. Я глянула на эльфа и незаметно сглотнула. Как же они все похожи… Охотник в два широких шага преодолел расстояние от двери до кровати, развязал шарф и, приподнимая мою голову за подбородок, пристально поглядел на нелицеприятный след ладони старшего брата. Я отвела глаза. Не только, потому что чувствовала свою вину в случившемся, а соответственно — стыд, но и потому что в данный момент все феаноринги воспринимались для меня как некто потенциально опасный. И неважно, что Тьелкормо не стал бы меня душить… — Что ты делала в комнате Нельо? — неожиданно строгим голосом спросил он, заглядывая мне в глаза. Хотя нет… это было вполне ожидаемо. — Лорд Турк…! — Молчи, Лотнэ! — прервал лекарку блондин, не мигая наблюдая за мной. — Я повторю еще раз: «Что. Ты. Делала. В комнате. Нельо?». Я сглотнула. Язык будто прирос к небу. Смотря в эти мерцающие серые глаза я невольно вспоминала вчерашний вечер и не могла вымолвить и слова. А после вообще начала подрагивать всем телом. Заметив последнее, Турко растеряно глянул на мою персону, после чего отпустил подбородок и отошел на шаг назад. Я опустила глаза на сомкнутые колени. — Прости… — меня хватило лишь на одно сказанное шепотом слово. Больше феаноринг ничего не сказал, но весь оставшийся день просидел со мной в комнате вместе с Лотанариэ. *** Вечером, убедив меня, что все в порядке, эльфийка уговорила мою светлость спуститься в Малый зал к ужину. Ну, как к ужину… Она думала, что я благополучно поем, но мне нужно было лишь увидеть Атаринкэ. Если к Нельяфинвэ подходить я пока не решалась, то перед кузнецом надо было извиниться. Таким удивленным как в тот раз я его никогда не видела. С нами пошел Хуан, дабы проводить до зала. Вот уж к кому мое отношение совершенно не поменялось за столько короткий промежуток времени. Я радостно обняла пса за шею и в компании его и лекарки пошла на первую, после происшествия, встречу с опекунами. Стоило нам войти, как все взгляды тут же были обращены на нашу троицу. Я неловко улыбнулась и махнула ладонью. Хуан отправился к своему излюбленному месту у камина. Мне приветливо помахали близнецы и Морьо. Собственно, только они здесь и находились. Я разочарованно вздохнула — пятого брата не было. Значит придется ужинать… — Pitya! Все хорошо? — начал Питьо. — Ничего не болит? — продолжил за брата Тэльво. — Ты напугала нас всех. — мрачно отозвался Карнистир, приглашая сесть на рядом стоящий стул. — Никогда больше так не делай, мелочь. — Да уж поняла… — просипела я, словив встревоженный взгляд всех имеющихся на данный момент опекунов. — Опасности нет, но ее горло сильно сдавливали, поэтому некоторое время она будет говорить сипло. Но лучше бы вообще помолчать. — сказала Лотанариэ, улыбнувшись всем присутствующим. Я кивнула сама не зная кому и отпила из бокала. Собственно, кто бы знал, что он предназначался вовсе не мне, но облегченно выдохнувшие эльфы даже не заметили моих поползновений. Собственно, в своей «прошлой жизни» я уже пробовала алкоголь. Да, 13 лет. Но на дворе был двадцать первый век!.. Правда, все, что я успела «продегустировать» — малоградусное пиво и алкогольный коктейль. Вино я никогда не пробовала. Особенно эльфийское. Скажем так, оно было больше похоже на какой-то сок. Причем очень вкусный. Оно казалось очень легким и пилось на раз-два. Поэтому, я даже не заметила, как вылакала весь бокал. Но когда ужин закончился (остальные, кстати, так и не появились), вино ударило в голову. Я пошатнулась, вставая со стула. Лотанариэ подумала, что это последствия бессонной ночи и чуть ли не силком отвела мое несопротивляющееся тело в кровать, наказав прямо сейчас ложиться спать. Поначалу я важно кивнула и даже попыталась таки окунуться в объятия Морфея… но все оказалось тщетно. Я встала с кровати, бормоча что-то себе под нос, и под странные, сиплые хихиканья пошла на подвиги. Признаюсь, даже я-пьяная не могла себе представить, куда же меня принесут собственные ноги… ведь моя персона очутилась прямо у дверей короля! Затуманенный крепким эльфийским вином разум отодвинул всех страхи и переживания на второй план. Все, что я отчетливо помнила на тот момент — нужно было извиниться перед кем-то. А раз я очутилась у дверей Нельяфинвэ, значит перед ним и нужно!.. По крайней мере, так мне думалось в те пару секунд перед тем, как я постучала в дверь. Некоторое время было тихо, после чего послышался чей-то приглушенный голос, видимо, разрешающий войти. Собственно, я бы и без разрешения зашла, но вдруг вспомнились те уроки этикета, что со мной некогда проводила Элениэль. Бедная эльфийка, что она только не пережила… Прикрыв за собой дверь, я туманный взглядом осмотрела комнату (на этот раз было светло), большое окно, выходящее на берега Митрима, пылающий закат, видимый из него, после обратив внимание на присутствующих. В покоях находился только Нельяфинвэ. Он немного расплывался и мне приходилось часто моргать. Заболела голова и затряслись руки. Видимо, алкоголь начинал терять надо мной силу, но было уже несколько поздно… Эльф полулежал на кровати с резным изголовьем, прикрыв глаза. Все те же неровно остриженные волосы лежали на подушке и широких плечах, поблескивая золотом в последних солнечных лучах. На одеяле расслаблено покоилась перевязанная практически до локтя левая рука. И я смутно догадывалась, что же с ней случилось… — Если ты вновь заведешь свою излюбленную шарманку, Кано — можешь не тратить время… — низким баритоном разнесся его голос по комнате, заставив пробежаться табун мурашек по моей спине. Кружилась голова, все тело просто требовало, чтобы я, наконец, легла!.. Хоть на пол. Но там было наверняка холодно и неудобно, поэтому моя персона решила пойти более опасным и, если честно, просто немыслимым путем. Не сдержавшись, я икнула и испуганно прикрыла руками рот, стараясь сфокусироваться если не на всей комнате, то хотя бы только на эльфе. Нельяфинвэ же приподнял брови, открывая глаза и тут же натыкаясь на мою светлость, немного шатающуюся, но таки пока что твердо стоящую на ногах. Сказать, что шоку феаноринга не было предела — ничего не сказать. — А… — только и смог вымолвить король Нолдор, оглядывая меня с ног до головы. Да-а, на моем месте явно должен был быть кто-то другой — по глазам вижу. — Я тут… Это… — бормотала я, медленными и неуверенными шагами приближаясь к кровати старшего. Думаю, многие уже раскусили мой коварный план. — В ощем — пршу прщения*!.. Ик!.. — и мое, уже сопящее во обе дырочки, тело пластом упало в ноги рыжему. *** Утро добрым не бывает, как говорится. И мое не было исключением. Взять хотя бы то, что проснулась я совсем не у себя в комнате и совсем не с Леди под боком. Стоило солнечным лучам пробежаться по моему лицу, как, сморщившись, будто съела ведро лимонов, я открыла глаза и уставилась в потолок. Совершенно незнакомый мне потолок. Это уже заставило напрячься. Что было странно — я совершенно не помнила, как оказалась в этой комнате. Да и вспоминать, честно, не очень хотелось. Протерев глаза, предприняла попытку подняться. Голова пошла кругом и моя персона решила на время оставить эту затею. Но это помогло мне увидеть, наконец, лежащую рядом перебинтованную руку. Я в лазарете? Навряд ли. Да и там не стали бы класть меня в постель с кем-нибудь вторым. А кто у нас еще может быть в бинтах?.. О нет. Не-е-ет… Нет… Но, черт побери, это был самый логичный вариант. Нелогичным было лишь мое здесь прибывание!.. — Вижу, проснулась. — раздалось справа от меня. Сглотнув, я медленно повернулась, имея возможность лицезреть рыжего феаноринга на очень близком расстоянии. Непроизвольно затянуло шею. Вопреки моим ожиданиям эльф выглядел дюже спокойным (как стадо мамонтов, как сказала бы моя подруга из прошлого), взгляд задумчиво блуждал по моему, уверена, бледному лицу. — Не тревожься, я не трону тебя. Именно после этих его слов я вскочила на свои две и отпрыгнула от кровати на добрый метр. Веры, скажу честно, особо не было. Нельяфинвэ с некой виной взглянул на мои скачки. — Знаю, ты боишься меня, но… — Если знаешь, то какого хрена я здесь делаю?! — непроизвольно вырвалось. Феаноринг удивленно поднял брови. — Ты не помнишь? — Не помню чего?.. — Вечером ты пришла в мои покои, после чего упала на кровать и заснула. Кано хотел унести тебя, но ничего не получилось — ты упорно не хотела отпускать одеяло. Я не в состоянии тебя поднять, поэтому ночь ты провела здесь. Так и хотелось просто хорошенько шлепнуть себя по лбу. На ум пришел вчерашний «сок», который резко перешел в разряд «сок, который нельзя пить ни при каких обстоятельствах!». — Кхм… — привлек мое внимание к себе рыжий, — Я… Я хочу попросить у тебя прощения… Я не хотел навредить тебе, маленькая аданет. Но прошу лишь раз, Нариэль, — было так непривычно слышать собственное имя из его уст, — Никогда не подкрадывайся ко мне. Я растеряно кивнула, после подумав и решив, что сейчас самый подходящий момент для ответных извинений. — И ты… кхм! Вы меня простите. Я не должна была приходить так поздно… Не успел Нельяфинвэ что-либо мне ответить, как я выдохнула и… позорно сбежала из покоев. Да-а, прям своя фишка появилась — чуть что — сразу бежать! Прелестно.