Я - отец саламандры

      Мое пробуждение сопровождала сильная боль. Тело ломило, ног и рук я не ощущал, а во рту пересохло. Я закашлялся, когда не получилось сказать ни слова. Кто-то бережно подал мне воды и помог напиться. Я с трудом открыл глаза.       - С возвращением к живым, маг, - сообщил мне незнакомый голос.       Ответить не получилось, я снова хрипел. В этот раз мне дали не воду, а пряный напиток. Я глотал спасительную влагу, ощущая, как по телу проходит тепло. Силы возвращались, боль отходила. Я рассматривал серую комнату и темноволосого изнеможённого мужчину рядом. Он был худой, довольно высокий и бледный. В полумраке комнаты его глаза показались мне красными.       - Зовут Викторий, но можешь обращаться ко мне Вик, - представился он. - А ты кто?       - Руслан. Где я?       - Это пограничная крепость. Тебя нашел вчера патруль около песчаного озера, - сообщил Вик.       - Где мой сын? – с тревогой спросил я.       - Прости, но людей там больше не было. Скорее всего, его съела песчаная тварь.       - Нет! – застонал я. Я ненавидел себя за то, что не уберег Остина.       Я закусил руку, сдерживая вой боли. Эта боль разъедала сердце, её ни чем не вылечить. Я вжался в подушку и закричал, игнорируя слова Вика.       - Эй, полегче, маг! Ты спалишь все!       Я сел на постели, заметив повязку, сильно пахнущую травами, на боку. Туда вошел шип змеиного хвоста. Неужели эта тварь сожрала моего сына? Убью голыми руками!       - Остановись! – вскочил с места Вик.       Вокруг меня полыхал огонь, постель была испорчена. Воздух наполнился неприятным запахом паленого. Злость и боль клокотали в сердце, хотелось крови и мести. На голову мне вылили холодной воды. Я поднял злой взгляд на мужчину. Вик отошел, испугавшись.       - Прости, я не знал, как по-другому привести тебя в чувство. Только бешеного огненного мага в крепости не хватало.       Я встал с сожженной постели и спросил про одежду. Стоять голым перед незнакомцем было не стыдно, все чувства пожирал огонь внутри. Вик принес мне мои джинсы и серую тунику, как на нем. Я решительно направился к двери, хоть каждый шаг отдавал стреляющей болью в боку. Вик закрыл передо мною дверь, его серые глаза полыхнули красным. Он показался мне опасным, хоть сначала выдался безобидным.       - Тебе нельзя вставать, ты еще слаб.       - Плевать. Я должен покарать убийцу сына! - твердо сказал я.       - Эту тварь тоже притащили. Она во дворе, - сообщил Вик.       Мужчина больше не препятствовал, а вывел меня во двор из барака. По-другому назвать это длинное строение невозможно. На память пришла ассоциация с тюремными блоками. Сейчас я отметил, что все люди были в этой серой робе. Многие собрались полукругом в восточной части большого прямоугольного двора. Вик повел меня в ту сторону, я сжимал кулаки от ярости и гнева. Толпа меня пропустила, я оказался в первом ряду. Напротив возле каменной стены на цепи сидела черно-красная ящерка. Крупный мужчина бил её кнутом, а еще двое кидали в него подожженную траву, от её запаха кружилась голова даже у меня. Саламандра уворачивался от кнута с каждым разом все медленнее. Люди вокруг молча наблюдали, у меня от гнева закипала кровь.       Это мой сын, прикованный к стене, в шкуре ящерки!       - Отойди от него! – крикнул я на незнакомого мужчину с кнутом.       Все обернулись ко мне. Я выпустил свой огонь и оттолкнул всех от саламандры. Люди, а может среди них были и нелюди, с удивлением уставились на меня. Руки сами делали странные фигуры, и появился огненный меч. Им я перебил цепь, которая удерживала саламандру. Ящерица упала на пол, дурман от трав тоже сжег, и попросил сына вернуться в человеческий вид. Саламандра не сразу стал человеком. Пока я держал щит от нервных людей, сын перекинулся, но удержаться на ногах не смог.       - Остин! – подхватил я слабого подростка.       Щит рухнул, и крики людей нахлынули на меня. Я прижимал к себе ребенка, выставляя вперед огненный шар.       - Кто подойдет к моему сыну – убью! – на полном серьёзе сказал я.       Вперед выступил широкоплечий мужчина с кнутом.       - Я комендант Двадцатой крепости. Назовись, маг.       - Я… - договорить мне не дал звук трубы и крики на стенах.       - Нападение!– кричал комендант, размахивая кнутом уже по людям. - Всем по местам!       Они медленно разбрелись по постам, беря в руки оружие. Комендант смерил меня злым взглядом и побежал на стену. Это была его ошибка, ведь он остался на открытой местности, а нападали летучие твари. Птички оказались сильно похожи на птеродактилей с доисторического прошлого моего мира, только еще кислотой стрелялись. Я утащил сына под навес, замечая, что коменданту откусили голову за считаные мгновения, а остальное тело залили кислотой. Группа людей в легких доспехах убили одну тварь, остальные – в серых одеждах фактически были пушечным мясом. Крики боли разносились по двору, лужи кислоты и никакого порядка.       Мне надоело сидеть в стороне и смотреть как гибнут невинные. Я оставил ослабленного сына в безопасности и вышел из укрытия. Сбить птицу огненным шаром получилось с третьей попытки, когда она пикировала вниз на бегающую добычу. Острые когти распороли на части спину мощному мужчине. Он рухнул на песок и превратился в громадного волка. Правда, подняться на лапы не смог – тело ослабло из-за потери крови. Бой был похож на избиение младенцев. Птички быстро переловили самых слабых и сбежали с добычей. В итоге тридцать мертвых и пропавших без вести, двенадцать раненых.       Я отдышался, стоя среди горелых туш и изумленных людей в сером. Они не ожидали, что я вступлю в бой? Может, я сделал что-то не то?       - Нужно трупы убрать и сжечь, - сказал я ко всем. - Кто писать умеет?       Несколько человек подняло руки, в том числе и Вик.       - Нужно написать имена погибших.       Как ни странно, но меня послушали. Медленно трупы и части тел сложили в кучу за воротами крепости, я поджег все. Мертвечина привлекает хищников и способствует развитию болезней. Когда мы вернулись во двор, все смотрели на меня с немым любопытством. Вперед вышел Вик.       - Воевода, - сказал он, капая каплю крови на песок двора.       Его клич подхватили и другие люди и нелюди. Я ощущал, как усталость уходит. Отыскал навес, где оставил сына и поднял спящего подростка на руки.       - Нужно раненых куда-то снести в одно место и позвать доктора.       - Кого? – переспросил один из оборотней.       - Врача, лекаря, целителя?       - Нет у крепости таких талантов, - развел руками Вик.       Раненных похватали и понесли в небольшой домик. Их сложили штабелями на пол, испачкав все кровью. Я не силен в медицине, но первую помощь оказать смогу.       - Вик, мне нужно пару помощников, - обратился я к нему.       - Хорошо, найду.       Минут через десять, пока я устроил сына на узкой койке, Вик привел трех парней в бордовых туниках. У одного были остренькие уши, выдавая в нем полукровку эльфа. Я показал, как перевязывать раненых и зашивать их. Сам наложил несколько шин и тугие повязки. Двое раненых скончалось от ран, пока до них дошла очередь. Им ничем я не мог помочь.       Полуэльф нехотя промывал раны, накладывал мази и неизвестные мне травы; второй человек перевязывал раненых очень слабо, у него трусились руки, третий - упал в обморок. Его оттащили под стену. Остин очнулся, когда я окончил перевязывать пятого раненого. Сын сел, подпирая стену с тревогой смотря на меня.       - Отец…       - Все хорошо, Остин, мы в безопасности.       - Я бы так не думал, - прошептал себе под нос сын, но я все услышал.       Сын поднялся с места и подошел ко мне, уткнувшись носом мне в плечо. Я обнял ребенка, шепнув, что горжусь его отвагой. Мои молчаливые помощники ни на что не годились, кроме полуэльфа. Парня звали Ноэль, но почему-то все в крепости звали его Эль. Как оказалось, он был личным постельным рабом покойного коменданта, других двоих шлюх драли уже заключенные. Крепость служила местом для ссылки заключенных: существа отбывали срок от десяти лет до пожизненного. Люди в добротной одежде – наемники, которых добирали, чтобы следить за заключенными. Но и здесь комендант экономил: вместо положенных сорока их было двадцать пять, причем в бой пошли не все в трезвом виде. Такая дисциплина заставила меня поморщиться.       Я начинал простым пожарником, потом служил в МЧС, был инструктором тактики в военном училище. Увиденное в крепости заставило нервничать мою дисциплинированную натуру. Особенно, когда вошел в «лазарет», а двое наемников насиловали шлюху с двух сторон. У меня прямо дар речи пропал, хорошо, что Остин сориентировался и приложил обоих огненным хлыстом.       - Вон отсюда! – крикнул подросток.       Они выскочили, натягивая штаны на ходу. Я привалился к стене, осознавая увиденное. Все в этом мире геи, ведь женщин, как вида не существовало… Пока я осмысливал в какое дерьмо вляпался, сын помог подняться пареньку и уложил его на постель. Парень сжался в комочек и попросил шепотом немного передохнуть. Наверно он подумал, что я тоже захочу продолжить экзекуцию. От подобных мыслей меня едва не вырвало.       - Я его помню, - сказал сын, принеся пострадавшему стакан воды. – Арин - водный маг, это он случайно помог мне переместиться.       - Разве маги могут быть рабами?       - Официально – нет, - пожал плечами сын, - но крепости никто не проверяет. К тому же ошейник блокирует магию, и доказать он ничего не сможет. Разве его кто-то узнает и пожалуется в магический совет, тогда начнется разбирательство.       - Ясно.       - Отец, мы поможем ему? – смотрел на меня с надеждой сын.       - Конечно, Остин, если это будет в моих силах.       Толком я не понимал, чего ожидал от меня сын.       - Арин, ты согласен? – коснулся его напряженного тела мой сын.       Синеглазый человек закивал, вцепившись в одеяло тонкими пальцами.       - Согласен, господин. Лучше вы один, чем другие…       Я покачал головой – парня было жаль, но раб, тем более постельный, мне не нужен. Маг бы сгодился, но парень не скоро еще сможет оклематься, чтобы нормально колдовать. Я посмотрел на сына, который заботливо перебирал темные пряди уснувшего водника.       - Он помог мне сбежать. Если бы не он, у меня не было бы вас, отец, - говорил Остин. – Я хочу отблагодарить его.       - Для начала ему нужно выспаться, потом снять с него ошейник. Дальше будем смотреть по обстоятельствам, - предложил я, укрывая сына.       Остин остался лежать рядом с водником, охраняя его сон. Я устроился на полу, положив под голову рюкзак сына.