Я - отец саламандры

      Появление безымянного коменданта почти не повлияло на жителей крепости в первую неделю. Мужчина с пренебрежением относился к серой массе заключенных, шипел на оборотней и постоянно держал руку на хлысте. Я проводил тренировки, просматривал сметы с Виком, уделял время обучению и сыну. Арин ходил за мной тенью, шарахаясь от любого косого взгляда в свою сторону. У парня серьезно травмирована психика после пережитого. Почему он не хочет покинуть крепость?       Вместе с Тором мы составили примерный список тварей пустошей. Мне хватило змеюки и недоптеродактелей, оказалось, что есть существа и похуже. Одного не понимал, неужели за столько лет в крепости не могли сложить примерный календарь, когда нападают эти твари? Любой ученик средней школы вам скажет, что хищники идут к людям, когда не хватает естественного пропитания или люди к ним сами пришли. Арин подтвердил мою теорию. У птеродактилей как раз появились птенцы и им нужно больше пропитания.       Маг воды был умным парнем, просто ему не повезло попасть в руки работорговцев. Он обучал меня и Остина основам магии. Сын уже сравнялся со мною в росте, рыжие волосы отросли до лопаток. Арин посоветовал не обрезать волосы, ведь они показатель силы мага. Во время занятий водник расцветал и забывал про все на свете. Когда мы покидали «класс», он хватал меня за рукав и не отпускал. Сейчас, когда на нем не было ошейника, Арин мог проучить всех своих обидчиков. К счастью, водник предпочитал таскаться за мной, а не довольствоваться местью.       Быстро прошел еще месяц, заключенных переселили в общежитие по пять человек, Джулиар и Ноель поселились в отдельном домике. Полуэльфа я тоже освободил и сделал его целителем крепости. Ноель интуитивно мог лечить заключенных. Он учился готовить лекарства, ухаживал за своим плющом и уже собрал с него первые листочки.

***

      Утро в пустыне всегда начинается с яркого солнца и горячего воздуха. Целый год в этой местности стоит невыносимая жара. Сегодня я впервые собирался выбраться в ближайший городок подальше от этого пекла. Пока я собирался, в комнату зашел сын. Остин молча смотрел на меня щенячьими глазами. Я поправил широкий пояс на тунике и вздохнул. Сын испытывал мое терпение.       - Нет.       - Прошу, отец. Я ни разу не был в городе!       - Нет, это для твоей же безопасности, - наставлял я взрослого ребенка.       - Пожалуйста, - клянчил сын.       - В крепости все молчат о твоем происхождении, потому что обязаны мне и тебе жизнью. Вдруг кто-то из заезжих эльфов опознает в тебе саламандру?       - Я буду хорошо себя вести! – обещал он.       Я поднял глаза на улыбчивого Арина. Водник тоже решил присоединиться к нашему походу в город.       - Пусть идет, - робко сказал водник. – А то развалит крепость в ваше отсутствие.       Я вздохнул и махнул рукой. Остин от радости запрыгал на месте. Я улыбнулся, хоть внешне сын вырос, умом оставался ребенком. Мы надели на шеи кулоны для телепорта и переместились в ближайший город. Крепость я оставлял впервые и сам немного нервничал, оставил там Джулиара за главного.       Когда мы переместились в небольшой городок, Остин крутил головой во все стороны, его глаза светились любопытством. Мне тоже хотелось все разглядеть, но я одернул себя, вспоминая о возрасте. Хотя взять того же Арина – он был старше. Городок не имел названия, но был шумным и богатым на разных существ. Домики были почти все деревянные, но встречались и каменные двухэтажные строения. В первую очередь мы зашли к Кроссу, который поменял наш жемчуг на местные монеты.       В центре городка мы нашли трактир, где пообедали, а потом пошли на местный базар. Лавки с оружием, тканями и украшениями находились в одном углу. Овощные и мясные отделы были в противоположной части базара. Остин ходил от лавки к лавке и все рассматривал. Я запретил ему что-либо трогать руками, пригрозив, что больше не возьму с собой. Внешний быт местного населения был похож на позднее средневековье Земли с поправкой на наличие магии. Люди и нелюди ходили в привычных штанах и туниках, некоторые носили короткие плащи. Отсутствие женщин сразу бросалось в глаза, а парочки парней напрягали меня. Хотелось выматерить всех от души, но понимал, что легче никому не станет, особенно мне. Это в крепости парочки не попадались мне на глаза, а в городке никому не запретишь. На душе было гадко. К сожалению, Добрис теперь мой новый дом и мне придется смириться с радужными парочками.        Остин залип возле оружейной лавки и отвлек меня от самоедства. Я подошел к нему, Арин следом за нами.       - Отец…       Остин хотел себе клинок, но я не был уверен, что мне хватит золота на такую изящную работу. Арин улыбнулся и сказал, что магам не обязательно уметь махать мечами. Торговец – оборотень в возрасте – заверил нас, что работа качественна и пригодится в жизни, ведь всякое может случиться. В итоге, мы сторговались, и Остин получил свой клинок.       - У вас замечательные дети, - сказал мне напоследок оборотень.       Я лишь кивнул, наверно, со стороны действительно был похож на заботливого отца. Если с Арином нас можно объединить темными волосами, то Остин совсем не был на меня похож. Но все торговцы, с которыми мы говорили, упорно утверждали обратное. Остин радовался подарку, как маленький ребенок, очень шумный ребенок. Арин был его противоположностью – тихий, скромный и малообщительный. Я поймал себя на мысли, что водника тоже воспринимаю как сына, хоть парень предлагал себя для других услуг. Помню, как одним вечером в крепости Арин пришел ко мне и залез в постель. Он хотел расплатиться телом за мое покровительство. Я отругал его и хотел выгнать из комнаты. Арин плакал на полу, шепча извинения. Я взял его на руки и успокаивал. В ту ночь парень спал в моей постели. После того случая водник стал везде ходить за мною. Пару часов мы гуляли по городу, потом забрали все покупки и переместились в крепость.       Ступив на пыльный двор крепости, я заметил напряженность среди заключенных. Тяжелая атмосфера мне совершенно не понравилась. К тому же встречать нас никто не вышел. Мы оставили все покупки возле телепорта и пошли на поиски остальных. Первым я встретил Вика, который учтиво поклонился и убежал разбирать покупки для крепости. Из него вытрясти ничего не получилось.       - Пахнет кровью, - сообщил Остин.       Слова сына заставили меня сильнее занервничать. Возле дома коменданта мне встретился встревоженный Джулиар.       - Рассказывай.       - Комендант погиб, - смотрел в сторону оборотень.       - Как это случилось?       - Упал с лестницы, - говорил волк.       - Упал? Сам? – не верил я. – Скорее ему помогли. Я прав?       Только убийства мне не хватало. Я ведь стал привыкать к этому миру и его порядкам. Жизнь только вошла в привычную колею, а тут снова неприятности.       - Воевода, - посмотрел на меня оборотень, - он издевался над нашим соплеменником. Мы не могли стоять в стороне.       - Кто? – я уже понял, что Джулиар не причастен к убийству, он покрывал кого-то из своих.       Волк мялся. Другие оборотни молчали под моим испытующим взглядом.       - Я, - выступил вперед Мэар.       Я был удивлен, ведь от этого спокойного кота не ожидал таких радикальных действий.       - Где тело?       - Занесли в комнату, - ответил Джулиар.       - Арин, возвращайся в город и вызови Кросса, - приказывал я. – Тор, арестуй Мэара.       Оборотень не сопротивлялся, когда двое людей отвели его в карцер. Остальные стали расходиться по своим делам. Джулиар все еще стоял со мною.       - Это был несчастный случай, - настаивал на своем волк.       - Это уже буду решать не я, - ответил ему. – Видно я погорячился, оставляя тебя главным в крепости.       - Простите, что не оправдал ваше доверие, но я не мог больше смотреть на издевательства коменданта!       - Кто пострадал?       - Рианор. - Я не знал такого оборотня. – Раб коменданта, - уточнил Джулиар. – Вы ведь разрешили Мэару взять над ним наставничество, и тот не смог стоять в стороне.       - Почему у него такое имя? - спросил я, ведь знал, что все имена оборотней заканчиваются на -ар или -ат.       - Он уже родился рабом.       Мы дошли к лазарету, где хозяйничал Ноель. Он кивнул мне и указал на кушетку, где лежал покалеченный парень. Оборотень выглядел измученным и избитым. Все же кнут нашел свою жертву. Второй раб коменданта сидел рядом с другом и держал его за руку.       - Воевода, я подлечил его, но много старых ран, - говорил Ноель. – Нужно время, чтобы парень очнулся.       - Хорошо, - я обернулся ко второму рабу. – Тебя как зовут?       - Стейлз.       Парню на вид было лет двадцать, хоть я знал, что ему больше. Он потер шею, натягивая на плечи растянутую тунику. Несколько синяков на шее были точно укусами.       - Это что? – указал я на шею.       Стейлз занервничал, опуская глаза. Щеки парня покраснели.       - Я стал донором для вампира, - наконец ответил раб. – Он помогал мне прятаться от коменданта, тот срывал злость на Рианоре.       Сколько еще всего происходит в крепости под моим носом, а я не замечаю? К Вику у меня появились вопросы. Я оставил рабов на целителя и вышел во двор. Арин прибыл вместе с приказчиком спустя минут двадцать. Кросс вежливо поздоровался и поднял покрывало над трупом.       - Несчастный случай, - сказал я.       - Несчастный? – переспросил приказчик, вытирая руки об одежду. – И кто помог этому несчастью случится? Вас ведь не было в крепости, воевода.       - Не было, - не стал отрицать я.       - Пятьдесят ударов кнутом, - сказал Кросс, записывая что-то в пергамент.       - Никто не выдержит столько ударов.       - Они все смертники, воевода, а дважды никто не умирает.       Кросс кивнул своим помощникам, без которых он в крепость больше не являлся. Они унесли тело безымянного коменданта. Мне пришлось позвать заключенного. Кросс наблюдал, как оборотня привязывают к столбу. Под невзрачной туникой присматривались крепкие мышцы, парень был довольно красив и сильным духом. Я с недовольством смотрел, как Тор примеряет к руке кнут покойного коменданта. Первые пять ударов заставляли меня вздрагивать. Хотелось отвернутся и не видеть как на широкой спине со свистом появляются красные полосы. Оборотни смотрели на соплеменника без эмоций, некоторые заключенные злорадствовали. Мэар застонал после седьмого удара. Восемь, девять, десять. Я сжимал руки в кулаки, укрощая бушующий огонь внутри.       - Ваша очередь, воевода, - сказал мне Кросс.       - Зачем?       - Они должны помнить, что за неповиновение идет наказание.       Тор передал мне кнут с первой кровью. Полосы на спине оборотня были ярко-красными, а несколько уже кровоточили. Я никогда не наказывал никого физически. Даже сын за шалости самое большое мог остаться без сладкого или получал строгий выговор. Мое безрадостное детство с постоянной поркой не позволяло мне поднимать руку на кого-то. В этом мире все было по-другому. Свист кнута звучал в моих ушах жестоким приговором. Десять ударов я преодолел с большим трудом, дальше передал кнут Джулиару. Волк не сдерживал силу, ведь он не уследил за своим подчиненным. Тело оборотня уже висело на веревках, а спина превращалась в кровавое месиво. Я заставил себя не смотреть. Кросс покинул крепость после сорока ударов. Как только приказчик исчез в портале, я остановил пытку.       - Он все равно не жилец, - сообщил Джулиар, убирая кнут.       - Остальные десять он получит попозже, - заявил я, отвязывая бессознательное тело. Оборотни подхватили леопарда и отнесли его к целителю. Джулиар ушел с ними. Я распустил всех по делам, а сам ушел в домик. В пустой комнате хотелось напиться до состояния нестояния. Остин был рядом и положил мне голову на плечо, выражая озабоченность моими душевными терзаниями.       - Все в порядке, отец. Они понимают, что у тебя не было выбора, - говорил сын.       С другой стороны присел Арин, положив голову мне на колени. он выпрашивал тепла и внимания.        - Вы очень мужественно все вытерпели, воевода, - подбадривал меня водник.       Я был им благодарен, но от этого ставало еще гаже на душе. Этот мир жесток к сильным, и беспощаден к слабым.