Я обязательно скажу тебе...

      Полдень нового дня 5738 года, день не предвещал ничего особенного, всё было как всегда.       Стояло знойное лето и казалось, как будто было жарче чем обычно. От жары пересыхало в горле и хотелось пить. Не помешал бы и тёплый летний дождь, так было бы куда лучше. Дул небольшой ветерок, из-за этого становилось чуть-чуть прохладнее, но всё равно было жарко.       Ген стоял у берега реки и думал о всяком непривычном. Ему начала нравится жизнь в деревне Ишигами. Однако тот часто задумывался, что было, если бы окаменение так и не случилось. Технологии дошли бы до такого уровня, что страшно только подумать. Но это — каменный век, всё вернулось к истокам. И как бы странно то ни было, но теперь надежда всего человечества лежит на плечах одного 16-летнего парня — Ишигами Сенку. Асагири смело мог назвать того ну просто безумцем. Наука для Сенку — всё, иногда он даже не обращает внимания на окружающий его мир и то что вообще происходит вокруг него полностью погрузившись в работу. Казалось бы, что не так с этим парнем? Однако в этом весь Сенку. Гену даже нравилась его эта черта.       В последнее время Асагири начал замечать своё странное поведение по отношению к Сенку, просто на автомате пытается отстраниться от него, лицо горит, сердце бьётся как бешеное. Хочется сквозь землю провалиться, честное слово.       — «Нет, нет, не могу я о таком думать, мы же оба парни…» — пытался убедить Ген сам себя, но все без толку, он просто не мог оттолкнуть те чувства, которые уже являлись частью его личности. Иногда он сам не мог объяснить словами эти чувства, но снова и снова пытался:       — «Ведь каждый раз когда я вижу как он старается и страдает из-за этого, мне становится… больно? Хотелось подойти и поговорить, чтобы тот отвлёкся хоть на секунду от работы. Аж не по себе от этого становилось. Ведь я не такой уж сентиментальный» — размышлял он. Да и работа менталиста несёт в себе целую кучу лжи, так что скрывать эти чувства было чем-то тривиальным.       — «Но если я никогда ему не признаюсь?» — тут же Асагири начинали одолевать другие чувства, это было чем-то вроде — беспокойства, но немного другое. Ведь разрушенные в прах желания и мечты всегда пахнут кровью…       — Ну и чё ты здесь делаешь? — этот голос звучал так близко, что Ген аж вздрогнул.       Это оказался Сенку. После всего, что Асагири сам себе надумал, ему было не по себе рядом с Ишигами, хотя это зависело не только от недавних мыслей.       — А? Что? — Ген ушёл так глубоко в свои мысли, что не заметил, как тот пришёл. Он лишь вздрогнул и посмотрел на Сенку, как идиот.       — Что ты здесь забыл, я спрашиваю. — тот так демонстративно ковырнул в ухе показывая всю пофигистичность к ситуации, на столько демонстративно, что захотелось его ударить. Хотя в этом весь Сенку, смотрит на всё безразлично, иногда кажется что его просто невозможно ни чем удивить.       — Да так, просто отдыхаю. Рабский труд вообще-то является нелегальным! — Иногда Гена очень раздражало то, что Сенку эксплуатирует ручной труд местных жителей, ведь даже если тот и стал главой деревни это не значит, что её жители превратились в рабов (тем более что Асагири тоже попадал в эту категорию).       Ишигами же на такой резкий ответ лишь косо улыбнулся и слегка усмехнулся.       — «Его улыбка иногда кажется милой и невинной, особенно когда это не касается подобных вещей. Чёрт! И о чём я вообще думаю сейчас!»       Ген почесал затылок и еле слышно выдавил, что всё равно уже собирался уходить.       Иногда подобное поведение Гена вызывало просто отвращение у него самого, ведь ему уже давно не 15, и быть таким осторожным со своими чувствами для начала просто странно. Ведь раньше подкатить к какой-нибудь девушке не составляло никаких проблем, а теперь его как будто что-то торкнуло и переклинило, так что сам себя понимать перестал.       Расстояние от реки до деревни было совсем не велико, однако сейчас казалось будто их разделяет вечность.        Поход назад длился дольше, чем, казалось, когда он раньше возвращался от реки в деревню один. Погода по прежнему была ужасная. Было всё так же невыносимо жарко. Только лёгкий ветерок как-то спасал ситуацию. Деревья тихо шуршали, якобы напевая себе какую-то летнюю мелодию. В лесу пахло сыростью, видимо утренняя роса не успела высохнуть из-за падающих теней невысоких деревьев. Веяло прохладой, в лесу чуть холоднее чем на открытой местности, но это не значило что не было жарко.       — Ты не против, если я отправлю тебя с Хромом за нужными мне ингредиентами? Хотя даже если ты и против, меня это мало интересует. — Сенку как всегда в своём репертуаре, его не интересует мнение других если ему что-то резко приспичит.       — Нет, а зачем? — Ген натянул свою «улыбку». Все мы знаем, что он то сейчас не сильно хочет улыбаться, в такой-то атмосфере, да ещё и с человеком которого всеми силами старается оттолкнуть. И вовсе не потому, что тот был ему противен, как раз наоборот.       — Вот и прекрасно. — Радости в этих словах Сенку было трудно заметить, но Ген знает, ведь когда его глаза так воодушевлённо горят — это явный признак хорошего настроения Ишигами.       Вот Ген и Сенку уже дошли до деревни, тут как всегда было оживлённо. Жители трудились на благо деревни или же занимались своими делами, каждый делал то что душе угодно.       Асагири не горел особым желанием куда-либо идти, тем более, что погода была не самая лучшая, которую только можно было себе представить. Но раз уж это требовалось, «во имя продвижения цивилизации!», значит придётся, ничего не поделаешь. Хорошо что хоть не один пойдёт, а с Хромом, хотя это не самая лучшая компания. Что Сенку, что этот «гений науки» — оба отбитые на всю голову.       В списке ингредиентов, что нужны были Сенку, Ген понял примерно, ничего. По словам Сенку, Хром знает где всё это найти.       — «И ведь, казалось бы, я-то им зачем нужен, но так ведь лишняя пара рук не помешает! Чёрт возьми, я что, похож на грузчика?!» — Гена не устраивала ситуация того, что Сенку воспринимает его только как «лишнюю пару рук». Его профессия заключалась в том, чтобы наблюдать за людьми, изучать их, оценивать и находить слабости, а не в том чтобы таскать тяжести. Он надеялся, что хотя-бы после этого недолгого похода, тот сможет поговорить с Ишигами, ведь если он не скажет ему сейчас, то не сможет сказать никогда. Сенку стал для Гена самым близким человеком, и если тот от него отстраниться, то у него по факту больше никого не будет.       — Я больше не хочу… никого терять…         — Что ты сказал? — Хром точно не услышал, только лишь тихое «терять».       — А? Нет, ничего важного. — ''Я не горю желанием просвещать его в свои мысли». Гену было попросту не нужно, чтобы кто-то ещё знал о его чувствах.       — Ты это, скажи, нам ещё долго идти? — у Гена не было карты, так что тот не имел ни малейшего представления куда идти.       — Ещё пару минут и мы на месте. — У Хрома горели глаза от предвкушения, в отличие от Гена.       — «Надеюсь мы не будем здесь до поздней ночи» — это всё что лезло сейчас Гену в голову, ведь уже смеркалось, а по ночи добираться до деревни он не очень то хотел.