Последний пункт

Дима сидел за своим столом и что-то зубрил, хотя прекрасно понимал, что ничего не запомнит, но попробовать стоило. Дух парил сзади и смотрел на конспект, лежащий рядом со студентом. Олежа не решался обратиться к своему сожителю. Он нервничал. Душнов закрыл лицо руками, собираясь с мыслями. Это не так уж и легко сказать. Убрав руки от лица и набрав воздуха в грудь*, он открыл рот, но тут же закрыл. Дима уже мирно посапывал, положив свою голову на руки. Олежа тихо посмеялся и укрыл его одеялом. Опять всю ночь трудился без устали, старался хоть что-то запомнить. Отлетев к окну, он задумался, усаживаясь на подоконник. По ту сторону открывался красивый пейзаж только-только просыпающегося города. Сегодня выходной, поэтому людей на улице нет, только кое-где пробегали кошки или собаки. Из раздумий вывело кряхтение. Олежа повернул голову на звук. Дима проснулся и потянулся к телефону. Протяжно простонав, он начал что-то бурчать себе под нос. Дух смог разобрать лишь «Какого фига я проснулся так рано» и «Что б вас…». Побрацкий встал, потягиваясь, при этом кладя одеяло на место. После этого начал медленно убирать все свои тетради в сумку. Душнов подлетел к Диме, пытаясь как-то без слов обратить на себя внимание. Ничего не получилось, поэтому он прокашлялся в кулак. Побрацкий немного вздрогнул от неожиданности, но посмотрел на духа. — Д-доброе утро, — язык заплетался, а голос дрожал, выдавая волнения своего обладателя. Дух поднял руку, помахав ей. — Доброе, — чуть хрипло произнёс в ответ Дмитрий и продолжил своё дело. Олежа сложил свои пальцы в привычный жест: указательные пальцы касались друг друга. — Я хочу обсудить с тобой кое-что…— начал дух, посматривая на конспект. Дима краем глаза наблюдал за ним. — В конспекте остался последний пункт… — Ты про «Поцеловаться с однокурсником(цей)»? — беря в руки конспект и поворачиваясь к Олеже, произнёс Побрацкий. — Если честно, то я даже понятия не имею, как нам его выполнить. — Зато я имею, — дух опустил взгляд в пол. — Ох, — до Димы дошло, — я, эм, даже не знаю. Повисло неловкое молчание. Олежа не решался посмотреть на своего друга. Он разозлился на себя, ибо предлагать такое, да ещё и парню... Так нельзя. — Забудь, — дух снова отлетел к окну. Дмитрий смотрел на конспект в своих руках. После аккуратно подошёл к Олеже. — Что вообще будет, когда все пункты будут выполнены? — Я не знаю. Вроде должен переродиться. Побрацкий приуныл. Снова повисло молчание. Олежа сел на подоконник, облокотившись спиной на стену. Минуту погодя Дима сделал то же самое. На небе появились тучи, солнце медленно скрывалось за ними. — Получается, я тебя больше не увижу? — продолжил разговор Дима. — Получается, что так, — не отрывая взгляда от окна, ответил дух. — Тогда я не хочу выполнять этот пункт. Хвост Олежи предательски дёрнулся. Душнов изменился в лице, вопросительно смотря на Побрацкого. — Я настолько привязался к тебе, что уже не могу представить свою жизнь без тебя. Понимаешь? — Дмитрий зарылся своей рукой в волосы, чуть сжимая ладонь в кулак. Дух усмехнулся. — Понимаю. У меня то же самое. — Не можешь представить жизнь без себя? — попытался пошутить Дима. — Хах. Нет. Без тебя, — посмеялся дух. — так ты согласен? Дима слез с подоконника и прошёл в середину комнаты. — Я боюсь, что больше не увижу тебя. Не хочу терять близкого человека. Но и держать тут взаперти тоже не могу. Олежа подлетел к Диме. У обоих блестели глаза от слёз. — Я так много не успел тебе сказать, — смотря прямо на Олежу, прошептал Дима. — Зато успел многое показать. Дух коснулся губами чужих губ, закрывая глаза. Дмитрий ответил на поцелуй. После чего прижал к себе друга, радуясь, что тот не проходит сквозь него. Солёные дорожки появились на его щеках. Последнее, что он почувствовал — холодные руки, сжимающие его кофту на спине. Теперь он стоит, обнимая себя за плечи, тихо плача. — Олежа?… За окном пошёл дождь.