Недостаточно

Константин мирно посапывает, уткнувшись носом мне в бок и крепко обхватив руками и ногами. Я же полулёжа смотрю в окно на стремительно светлеющее небо. Неяркие звёзды уже вот-вот уступят своё место первым солнечным лучам, а я всё пытаюсь заставить себя уснуть. Но вряд ли у меня это получится. Я боюсь засыпать. Двери заставлены стульями, чтобы в случае чего хоть немного задержать незваных гостей. Куча оружия разложена рядом с кроватью, а также под ней и на ней. Приказы об усилении охраны, новые маршруты для караульных и расписание учений для дворцовой стражи давно уже готовы и ждут лишь подписей Константина и Зиглинды. И еще один приказ о регулярной очистке прилегающих ко дворцу территорий от строительного мусора. Список идей о том, как обезопасить двери и окна. Утром я покажу его и наместнику, и кузнецу. И, наверное, Мазхару. Книги Афры просмотрены и зачитаны до дыр в местах, где я нашла хоть каплю пользы для себя, как для телохранителя. Такого больше не повторится. Дворец наместника Торгового Содружества станет самым безопасным местом на всём Тир-Фради. Пусть бог острова посылает хоть всех своих рогачей. Мы будем готовы. Правда, надеюсь, Айдена среди них всё же не будет. Его убивать я бы точно не хотела. — Так и не смогла заснуть? — раздается сонный голос Константина. — Нет. Но ты поспи еще. Я разбужу, — шёпотом отвечаю я, поглаживая его по голове, забираясь пальцами между веточек. — Я могу помочь… — Не нужно, — тихо отвечаю я, тут же спускаясь, чтобы уже по-нормальному улечься рядом с ним лицом к лицу. — Всё будет хорошо, Клэр. Вот увидишь. Второй раз нас врасплох не застанут, — говорит Константин, целуя меня в лоб. — Не застанут, — стараюсь я произнести это как можно твёрже, но на самом деле уверенности в своих словах у меня нет и в помине. — Все документы об изменениях в охране и о новых назначениях уже готовы, кстати, — на всякий случай добавляю я, зарываясь носом ему в шею. — Ты ж мой маленький трудоголик, — посмеивается Константин, стискивая меня в объятиях. — Да как ты смеешь меня в таком обвинять! — ёрничаю я, прижимаясь к нему посильнее. Спустя пару десятков минут мне наконец-то удаётся расслабиться внутри тёплого кокона из нежных рук и одеял, и я с лёгким сердцем проваливаюсь в полудрёму…

***

Проснувшись от скрипа двери, я мигом вскакиваю, ища глазами Константина. И тут же нахожу его в дверном проёме с подносом в руках. — Эти чашечки на меня не напада́ют, честное слово. Отставить панику, капитан Клэр, — тихо смеётся он, поймав мой встревоженный взгляд. — Лучше бы слуги принесли чай. Ты же вчера чуть не погиб, Константин, — тут же начинаю я ворчать. — Ну хватит, хватит. Ты беспокоишься, и это понятно. Но сама подумай, какова вероятность двух нападений два дня подряд, ммм? — растолковывает он мне, словно ребенку. — Тем более… в связи с ночными событиями, у прислуги сегодня тоже будет много забот. — Можно я тогда хотя бы оставлю Варфоломея при тебе? Хотя бы в ближайшие дни? — Не стоит. Генерал прислала новых охранников еще ночью, — отмахивается он. — Лучше просто отдохни как следует. — Зиглинда мне потом по самое не балуйся отдохнёт, — насмешливо отвечаю я, наблюдая за еле удержавшим непристойный смешок Константином. — А вот мне действительно пора. Очень много всего сегодня нужно решить. А еще я наконец-то дождался прибытия моей обожаемой кузины! Думаю, она заглянет в ближайшие часы, — воодушевлённо говорит наместник, по своему обыкновению целуя меня в щеку перед уходом. Я в ответ лишь вздыхаю, про себя отметив, что раз де Сарде в городе, значит и Петрус тоже. — Хочу расспросить её поподробнее об этом местном божестве, — прищурившись, добавляет наместник. — Расскажешь ей про сегодняшнее нападение? — Нет, не думаю, что это хорошая идея, — с сомнением протягивает Константин. — Хотя загадывать не буду. Может, и расскажу, — договаривает он уже в дверях. Наспех позавтракав и собравшись, я вышла в коридор и сразу же обнаружила семерых стражников и несколько дворцовых слуг, безуспешно пытающихся оттереть кровь, впитавшуюся в паркет. Ко мне тут же быстрым шагом привычно заспешил Варфоломей. — Капитан Клэр, я хотел бы перед Вами извиниться, — досадливо начал он. — За что? — я сразу же напряглась. — Если бы я вчера был тут, на своём месте, то всё сложилось бы по-другому. Я не должен был… — Всё сложилось бы по-другому для Вас, Варфоломей. Вас бы убили, несмотря на всю Вашу прыть. Давайте-ка посчитаем, с семерыми расправились мы с Константином при побеге. И восемь было в засаде в главной зале. Вы серьезно считаете, что справились бы со всеми? — красноречиво смотрю я него, как на дурачка. — Нет, но… — Вот и ответ, — жестко перебиваю я. — Я рада, что всё сложилось именно так, как сложилось. Рада, что Вы остались живы, потому что последовали моему приказу отправиться в казармы. Этот вопрос исчерпан. Всё понятно? — Понял, капитан, — опускает он глаза. — Спасибо. Я устало пожимаю плечами. Уточнять еще и за что «спасибо» мне совсем не хочется. На выходе из дворца нам навстречу попадается разящий перегаром де Курсильон в самом что ни на есть потасканном виде и насквозь провонявший какими-то приторными благовониями. Сразу же становится понятно, где он провёл эту ночь. Вот это его ждет сюрприз… если, конечно, Константин решит ввести вредного старика в курс дела и объяснить, почему сейчас даже кухарки латают дыры в стенах главной залы, а придворные музыканты стаскивают туда мебель со всего дворца. На ходу обменявшись с нами парой приветственных фраз, Курсильон быстро проскакивает мимо меня внутрь здания.

***

Зиглинда как обычно встречает меня своим задорным подростковым хихиканьем, будто для неё и не было этой ужасной ночи. — Видели новую афишу «Красавицы и Чудовища»? — показывает она нам явно сорванный откуда-то плакат, изображающий… нас этой ночью в таверне. Я в жёлтом платье и с охуевающим от происходящего лицом. Константин в одной лишь драной рубахе до колен и почему-то нарисованный просто огромным, больше меня раза в два. И Варфоломей с карикатурно вытянутым чуть ли не до груди подбородком, гневно целящийся прямо в зрителя из своего ружья. — Даже стесняюсь предположить, для чего этому новому персонажу нужен такой длиннющий подбородок… — словно прочитав мои мысли, глумится Зиглинда и пошло улыбается, глядя на лицо стремительно краснеющего Варфоломея. — Константин подписал все предложенные мною нововведения. Вы одобряете? — тут же пытаюсь я перевести тему. — Я их пока не смотрела, — сразу мрачнеет она. — Всю ночь пришлось заметать следы по указу нашего осторожнейшего из губернаторов! Вот ему не насрать, обидятся островитяне или нет, если они сами же на него напали! — вовсю негодует Зиглинда. — Это скорее для жителей города, генерал. Чтобы невиновные островитяне не попали под горячую руку. У нас же даже есть один туземный торговец… — начинает приводить доводы Варфоломей. — А ты теперь у нас знаток политики, что ли? — закатывает глаза Зиглинда, недовольно вздыхая. — Ладно, как уж есть. А теперь давайте-ка наконец займемся делом, — совсем уже груснеет она, кивая на гору бумаг на своем столе. — Куда пошёл, Варфоломей? Ты теперь тоже в упряжке. Людей и так не хватает, а документов вон сколько, — ехидно окликает она уже направившегося к выходу Варю. На шестом часу бумажной волокиты я уже абсолютно поддерживала решение Зиглинды оставить Варфоломея с нами. В этот раз писанины было действительно огромное количество. Без третьего человека бы мы сидели до завтрашнего утра. Наконец, спустя еще пару часов разборов и обсуждений, мы наконец-то закончили. — И передай наместнику, что люди будут не раньше, чем через месяц. И это еще минимальный срок, учитывая все произошедие недавно события, — бросает мне Зиглинда перед моим уходом. — Какие еще люди? Мы же только что все посты расставили, людей вполне хватило, пусть и впритык, — недоумеваю я. — Варфоломей, выйди, пожалуйста, — внезапно говорит генерал. И продолжает лишь после того, как за Варей захлопывается дверь. — Твой дружочек-пирожочек уже с самого моего назначения генералом требует от меня солдат для сопровождения каких-то там очередных священных раскопок Телемы. И я, безусловно, предоставила бы охрану… но вот только куча людей умерли при попытке госпереворота. А теперь еще и вчерашнее нападение. Я точно никуда никого не отправлю, пока не прибудет очередной корабль с новобранцами. Так ему и передай. — А сами почему ему не скажете? — спрашиваю я её, ехидно щурясь. — А зачем, если ты есть, — недовольно бросает она, жестом указывая мне на дверь.

***

Не дойдя до кузницы нескольких метров, я слышу громкий окрик: — Сова-Воительница! Сова-Воительница! — настойчиво голосит туземец на всю округу. После десятого повторения этой странной клички я сдаюсь и, лишь кивнув кузнецу, сворачиваю к докучливому островитянину. — Добрый вечер! Извини, что долго не заходила. Дела… — сразу же начинаю я с оправданий. Хотя на самом деле мне просто было неловко подходить к торговцу, имея пустой кошелёк. — Дела! — протягивает он мне сложенный вдвое листок бумаги. — Сияющий Старец передал тебе это. Я машинально беру и разворачиваю записку, сразу же понимая, про кого говорит Костодув. — А мне какую-нибудь кличку дашь? — посмеивается рядом Варфоломей. — Смотря что придётся тебе по душе, — тут же берёт его в оборот торгаш и начинает демонстрировать свои товары, пока я читаю сообщение Петруса. Варфоломей практически сразу выбирает огромный чёрный и блестящий меч, который одной рукой-то еле поднимешь, и платит за него тройную цену, купившись на крайнюю приветливость и щенячьи глазки торгаша точно так же, как и я в свое время. — Ну что, достоин я теперь прозвища? — горделиво спрашивает Варя, явно рассчитывая уже наконец-то получить эпичное местное имя. — Надёжное Дупло, — с улыбкой отвечает ему Костодув. Я тут же закусываю себе губы, чтобы не заржать в голос прямо там. Ну не везет парню с именами. Ни с нашими, ни с туземными. — И как это связано с покупкой? — недовольно цедит телохранитель. — А никак, — как можно более наивно отвечает торговец, и только теперь я понимаю, что островитянин умеет вести дела гораздо лучше, чем мы, глупые ренайгсе, от него ожидаем. — Но зато это связано с Совой-Воительницей. Сова всегда в центре событий. На виду. И все видят лишь ее битвы. В то время как у Дупла роль еще важнее — оно оберегает и защищает Сову. Помогает. А иногда даже жертвует собой ради неё. Дерево упадёт — а совята внутри него выживут. Во время любой бури там самое безопасное место… — вовсю философствует туземец с видимым удовольствием. — Ладно, ладно. Я понял, — сворачивает раздражающий его разговор Варфоломей, явно не желая быть Дуплом. — Вообще-то уже почти стемнело, надо бы возвращаться, капитан, — издалека начинает он. Я сразу же понимаю его прозрачный намёк. Мы бегло прощаемся с Костодувом и, так и не дойдя сегодня до кузнеца, идём во дворец. Как всегда я притормаживаю у подножия лестницы. — Варфоломей, на сегодня Вы свободны, — как можно более легкомысленно говорю я. — Но… капитан? После того, что произошло ночью… Это ужасная идея, при всём моём уважении. Нужно наоборот как можно сильнее укрепить охрану, а не отпускать еще и меня, — негодует Варя от моей глупости. — Простите Варфоломей, но сегодня придётся Вам пойти у меня на поводу, — развожу я руками. — Если, конечно, не хотите, чтобы дворцовая стража узнала только что приобретенное Вами прозвище, — хитро подмигиваю я. — Можете рассказывать, что хотите, — телохранитель смотрит с укором, явно не поняв, что я пошутила. — Варфоломей, конечно же, я никому никогда не расскажу об этом. Это была просто неудачная шутка. Простите, — со вздохом поясняю я. — Но Вы должны вернуться в казармы всё равно. Это приказ, — строго говорю я, но вижу, что он всё еще мечется между моим тупым приказом и своей рациональностью. — Ну каков шанс, что нас будут атаковать две ночи подряд? И еще я просто… хотела бы побыть с наместником наедине. Без лишних ушей под дверью, — перебираю я всевозможные отговорки. Видя, что сегодня ему меня не переспорить, Варфоломей сдаётся и уходит в казармы. Я же поднимаюсь до середины дворцовой лестницы и, убедившись, что лейтенант Надёжное Дупло скрылся за углом, неспешно спускаюсь обратно и следую за ним на почтительном отдалении обратно в казармы. То есть в таверну. То есть в бордель. Ведь, согласно записке Петруса, мне стоит явиться туда как можно скорее.