Фрагментарные заверения

Ирука тяжело сглотнул, переводя взгляд с лица Какаши на свиток в его руке. — ...Как долго тебя не будет? — тихо спросил он. Чувство вины свернулось в желудке АНБУ, превращаясь в разочарование. — Я не знаю, — это был честный ответ. Он действительно не знал. Спасательная миссия А ранга может быть очень непредсказуемой по времени. Извлечение может длиться от нескольких дней до нескольких месяцев. Команда чунинов, сумевшая послать сигнал бедствия с помощью призыва, сама по себе была чудом. Они занимались разведкой, когда их миссия провалилась, другие известные детали были в лучшем случае минимальными. Ирука молча кивнул. Они оба знали, что это значит. Какаши не будет здесь во время выпускного экзамена в Академии. Долг прежде семьи. Ирука полез в свою новую оружейную сумку и вытащил один из кунаев. Он протянул его Какаши. Держащие рукоятку пальцы мелко дрожали. — Вот, он будет защищать тебя. На долю секунды он увидел высокого блондина, протягивающего ему трехзубый кунай, а не маленького шатена. Какаши потряс головой. Здесь и сейчас было то, что он должен был защитить. Ты не можешь снова потерпеть неудачу. Кунай Ируки кобальтово поблескивал. Какаши провел по нему пальцем, когда сунул подарок в сумку. — Мне пора идти, — он направился к ближайшему окну. — Помни свое обещание, Какаши! Какаши с улыбкой посмотрел на него с подоконника. — Ты тоже Ирука, — он надел маску АНБУ на лицо и прыгнул в темную ночь.

***

Из-за нервов каждый шаг, который делал Ирука, казалось, приближал его к неизбежной смерти, к его безвременной кончине. Он хорошо спал этой ночью, даже будучи один в квартире. Тревога подняла его на рассвете. Даже корзина с фруктами, которую с неистовыми пожеланиями принес Гай, не смогла остановить неприятное чувство в животе. Экзамен должен был начаться через час. Ирука спрятал нос в зеленый шарф с сюрикенами, который дал ему Какаши, и вздохнул. Ты можешь это сделать, Ирука! Он продолжал говорить это себе. Вся эта подготовка не пропадет даром. Ты сдержишь обещание. Какаши, Гай и Генма нашли время, чтобы помочь ему. Они будут им гордиться. Вход в Академию маячил перед ним. Ирука сунул руки в карманы брюк и сжал кулаки. Успокойся, успокойся, успокойся. Если так и дальше будет продолжаться, переживания повлияют на его результаты. Он ходил около Академии, чувствуя, как крутит желудок. — Ирука? Почему ты еще здесь? Он рывком повернулся на голос, лицо немного сморщилось, когда он попытался сдержать слезы. — Йошино-сенсей. Она посмотрела в блокнот, который держала одной рукой и нахмурилась. — Ты идешь следующим, чтобы сдать экзамен. Ирука уставился на свои ноги. Казалось, что они сделаны из свинца. — Я знаю. — Тебе стоит поспешить внутрь. — Йошино-сенсей резко ткнула блокнотом в сторону открытой двери. Шикамару-тян из-за этого проснулся в своей переноске у нее на спине. Он мрачно моргнул и что-то тихо возмущенно пробормотал. — И перестань стискивать зубы. Разве я не говорила тебе, что это плохая привычка? — Извините, Йошино-сенсей, — пробормотал Ирука и прижал руку к челюсти. Дерьмо. Он немного приоткрыл рот, чтобы облегчить тупую боль. Ее хмурый взгляд смягчился. — Ох, Ирука. — Йошино подошла к своему молодому ученику, темные глаза смотрели на его лицо. — Не сомневайся в себе сейчас. Я знаю, как усердно ты работал. Если бы ты не был готов к экзамену, я бы тебя к нему не допустила. — Она подняла бровь и положила руку на бедро. — Или вы сомневаетесь в моей оценке, молодой человек? Ирука побледнел. — Н-нет, Йошино-сенсей! — он вскинул руки и яростно замахал ими в отрицании. Она игриво толкнула его к двери. — Тогда иди туда и заставь меня гордиться. Пре-генин споткнулся на ступеньках, оглянувшись на своего сенсея через плечо. Она показала ему большой палец. Ирука почувствовал, как тяжесть упала с его плеч. Йошино-сенсей верила в него. Какаши и Гай тоже. Он не подведет их. Я дал обещание. Теперь пришло время сдержать его. С решительным кивком Ирука направился внутрь.

***

В классных комнатах на втором этаже тихо, школа была пустой. У младших учеников был выходной, когда начались выпускные экзамены. Он оказался в одной из таких комнат. Посередине стоял единственный стол со свитком на нем. Инструкции, явно оставленные Йошино-сенсей, написаны на доске: «Свиток содержит письменный экзамен. Открой его и ответь на вопросы. Срок полчаса.» Ирука схватил свиток. У него было мало времени. Он развернул свиток, разложив его на столе. — Ага, — похоже, это был стандартный свиток хранения. Ирука потратил несколько драгоценных минут, изучая печать, чтобы убедиться. Ага. Выглядит довольно стандартно. Он собрал чакру в ладонь и рассеял ее в печати. Из нее вырвался знакомый клуб дыма. Ирука схватил лист с вопросами и столкнул свиток на пол. Тест состоял из десяти вопросов. Большинство из них были гипотетическими сценариями, которые спрашивали, как он отреагирует и что он сделает. Некоторые из них были задачами для расчета траекторий оружия, а другие — на расчет дзюцу, которые они изучили в классе. Он набросал ответы, исписав страницу каракулями, как обычно писал Какаши. Опрятность была не так важна, как необходимость уложиться в срок. Ну, пока экзаменаторы могли это прочитать. Резкий стук в дверь класса раздался, когда Ирука бросил карандаш. Мебуки-сенсей открыла дверь. — Время истекло, Ирука-кун. Пожалуйста, сдай свою работу и иди со мной. Я проверю твои физические навыки: тайдзюцу, обращение с оружием и выносливость. — Да, сенсей! — Ирука написал свое имя на листе и отдал его стройной женщине у двери. Харуно Мебуки была сенсеем-чунином и преподавала в начальных классах у шести и семилетних детей. Ирука плохо знал ее, но она казалась доброй женщиной. Младшие дети следовали за ней, как цыплята и постоянно говорили о ней. Его привели на полигон, прилегающий к Академии. Они были зарезервированы исключительно для обучения пре-генинов. Ряд целей был раскидан по полю, они были установлены на разных расстояниях, высотах и ​​углах. Мебуки-сенсей провела ногой по гравию. — Попробуй поразить цели из-за этой линии, Ирука-кун. Сначала кунай, потом сюрикен. Ты можешь начать, когда будешь готов. Она перевернула страницу в блокноте и приготовила ручку, чтобы делать заметки. Ирука вытащил драгоценный кунай из его новой сумки, которую Какаши подарил ему. Попасть в цель не должно быть проблемой. Какаши тренировал его, пока он не стал делать это автоматически. Он схватил кунай за ручку, молча желая, чтобы живот перестало крутить. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. «Попади в яблочко», — сказал голос Какаши в его голове. Ирука двигался инстинктивно, позволяя десяткам тренировок со своим другом направлять его. Два куная поразили первые цели с глухими ударами: тридцать пять и семьдесят пять метров. «Еще раз». Новые кунаи ощущались идеально сбалансированными, как будто они были созданы для него. Еще один глухой удар раздался от цели на ста двадцати метрах. Он попал в белое кольцо ближе к центру. «Шире движение запястьем». Частая ошибка, которую он совершал, когда нервничал. Четвертый кунай попал прямо в центр ставосьмидесятиметровой цели. «Через плечо». Ирука повернулся, сделал шаг влево и, не задумываясь, бросил кунай через плечо. Какаши позаботился о том, чтобы он мог поразить цель, не видя ее. Кунай попал в цель на ста двадцати метрах. Затем Ирука вытащил сюрикен, повторяя броски кунаями. Рутинные действия прогнали неприятное чувство в животе. Я сдержу свое обещание Какаши, просто подожди. Мебуки-сенсей периодически делала в своем блокноте заметки. — Хорошо, Ирука-кун, этого достаточно. Пожалуйста, подойди сюда. — Она указала на участок рядом с мишенями и положила блокнот на пустую скамейку. — Я оценю твои тайцзюцу и выносливость в спарринге. — Она легко встала в стойку одного из основных ката Академии. — Это только для оценки твоих навыков. Я не буду наносить ответные удары. — Да, сенсей. — Ирука встал в одну из слегка измененных стоек, которые Какаши показал ему. Мебуки-сенсей была невысокой женщиной. Она рано вернулась из декретного отпуска, как и Йошино-сенсей. Если бы он мог использовать ее маленький рост в своих интересах, она могла бы упасть. Атака по ее ногам может сработать. Ураган листа, кажется, подходит. Ирука наклонился вперед, затем резко ударил левой ногой в живот учителя. Мебуки с легкостью блокировала удар, как и надеялся пре-генин. Ирука сильно ударил правой ногой по ногам чунина. Она вошла в удар, приняв его на свое согнутое колено. Ирука отскочил назад, чтобы встать на ноги, и снова напал на учителя. Так продолжалось некоторое время. Ирука пробовал разные подходы под разными углами. Удары руками и ногами блокировались. Он пробовал ударить ее коленом, затем локтем, даже попробовал Динамический Выход с сильным ударом, нацеленным на ребра Мебуки. Ни один из ударов не попал в цель. Все эти тренировки на выносливость с Гаем, трюки, показанные ему Какаши, научили его побеждать более сильного противника. Но, казалось, ничто из этого не нарушило ее защиту. Ирука не мог нанести прямой удар по ее ногам или ступням. Для Ируки Харуно Мебуки была непреклонной силой. К двадцатиминутной отметке Ирука был покрыт потом и тяжело дышал. Из-за истощения ныли мышцы. В качестве последней попытки он напал на учителя еще раз. Он нанес удар в грудь Мебуки, когда она скрестила руки, чтобы отразить удар, Ирука схватил ее за предплечье и перевернулся через ее голову. Ирука нырнул в ее слепую зону и сильно ударил каблуком по затылку. Удар пришелся именно туда, куда он и хотел. Мебуки с удивлением вскрикнула. — Достаточно! — она зарычала, убийственное намерение поднялось с внезапным изменением темперамента. — Шаннаро! — она развернулась с ослепительной скоростью и ударила кулаком в живот Ируки, прежде чем он приземлился. Он вскрикнул, схватившись за живот, и тяжело упал на спину. — О нет, Ирука-кун! — Мебуки опустилась на колени рядом с ним, убийственное намерение исчезло так же быстро, как и возникло. — Я так виновата. Я не хотела так реагировать. — Она помогла ему сесть, рука на его животе засветилось зеленым. — Я не ожидала, что ты нанесешь мне удар. — Сенсей отрицательно помахала свободной рукой перед лицом, как будто это не она только что ударила ученика в живот. Ирука побледнел и тяжело сглотнул. И что он должен был на это ответить? «Я в порядке?» По его позвоночнику пробежала дрожь. И это замечательный сенсей, о котором постоянно говорили маленькие дети? Мебуки Харуно была абсолютно ужасающей женщиной. Она широко улыбнулась и похлопала его по животу. Удивительно, но это не было больно. Преподаватели Академии знали базовые медицинские ниндзюцу, но Ируке это понадобилось впервые. — Ну вот, ты как новый. Давай отведем тебя на последнюю часть твоего экзамена, хорошо? Ирука вскочил на ноги. — Д-да, сенсей! — здоровая доза испуганного уважения заставляла его быть как иголках все то время, пока Мебуки не передала Ируку и блокнот Акимичи Чоуби. Толстый Акимичи мягко улыбнулся и положил руку на голову пре-генина. — Ты вырос, Ирука. Я уверен, что у тебя все получится. Пожалуйста, встань там. — Он указал на большой крест, нарисованный на траве. — Спасибо, Чоуби-сенсей. — Ирука почтительно поклонился и занял свое место. Чоуби был первым сенсеем Ируки, когда он только начал учиться в Академии. Пре-генин на мгновение увлекся воспоминаниями о заботливых руках и нежных словах. В тот первый год им преподавали самые основы. Они учились читать и писать, как сидеть на месте, работать вместе, идти на компромисс, наращивать выносливость. Терпеливый, заботливый учитель облегчил работу таким маленьким детям. Чоуби поправил очки. — Хорошо, Ирука, я бы хотел, чтобы ты продемонстрировал баншин и хенге. — Да, сенсей. — Ирука вскинул руки, складывая печати: баран, змея, тигр. По бокам от него появились два клона. Он быстро сложил новый набор печатей: собака, кабан, баран. Ирука почувствовал знакомое, теплое мерцание чакры, проходящей по его коже. Дым взвился вокруг него и его клонов. Когда все прояснилось, перед Чоуби появились Нара Йошино, Хатаке Какаши и Майто Гай. Сенсей одобрительно промычал и черкнул что-то карандашом в блокноте. — Сейчас я брошу в тебя несколько кунаев. Я хочу, чтобы ты использовал дзюцу замены, чтобы уклониться, — засунув блокнот под мышку, Чоуби достал три куная из кобуры и бросил их в Ируку. Казалось, кунай попал в цель, вонзившись в живот Ируки. Его тело начало разрушаться. Потом появился клуб дыма, и на его месте с грохотом упало бревно. Чоуби улыбнулся. — Отлично, Ирука. У тебя есть пять минут. Покажи мне, пожалуйста, какие еще дзюцу ты практиковал. В воздухе просвистел сюрикен вместе со своей теневой копией. Оба сюрикена вонзились в бревно прямо под кунаем учителя. Ирука спрыгнул с крыши школы и с усмешкой скинул бревно с нарисованного на земле креста. Чоуби-сенсей по сути дал ему разрешение выпендриться. И Ирука собирался сделать именно это. Ирука поднял руки, быстро складывая печати, которые уже довел до автоматизма: тигр, бык, тигр, крыса. — Суйтон: Водяная пуля. Он отвернулся от Чоуби, когда чакра свернулась в его животе. Ирука глубоко вдохнул через нос и выпустил поток воды, который оставил большую лужу на мокром песке. Затем пре-генин сложил правой рукой печать тигра. Его фигура замерцала. С небольшим клубом дыма он исчез и появился в паре метров от того места, где стоял раньше. Он все еще работал над шуншином с Какаши. Пара метров была максимально большим расстоянием, на которое он мог уйти при своем нынешнем уровне мастерства, но Ирука надеялся, что это впечатлит независимо от небольшого расстояния. — Две минуты, Ирука. — Чоуби-сенсей закрыл карманные часы, наблюдая за мальчиком сквозь круглые очки. Ирука глубоко вздохнул. У него на лбу выступил пот и слегка дрожали руки, когда он поднял их, чтобы сформировать следующий набор печатей: змея, обезьяна, конь. — Катон Дан. — Ирука почувствовал, как его запасы чакры упали, когда он вздохнул, наполняя воздух чакрой, собирающейся в его легких. Усталость после всех усилий, приложенных на экзамене, начала его догонять. Он резко выдохнул, заливая огнем лужу, которую он создал чуть раньше. Еще одно. Ирука сложил руки в печать быка, собираясь закончить с дзюцу Сокрытия в тумане. Я могу сделать еще одно. Его зрение потемнело по углам, когда он сложил печать змеи и потянул свои истощающиеся запасы чакры. Большая рука опустилась на плечо Ируки. — Достаточно, Ирука, время истекло. — Пре-генин моргнул, затем моргнул еще раз. Лицо Чоуби-сенсея медленно поплыло в поле его зрения. — В классе А-04 есть вода и закуски. Почему бы тебе не съесть что-нибудь? Отдохни и пополни свой запасы чакры. Мне нужно обсудить твое выступление с другими прокторами. — Он мягко улыбнулся пре-генину. Они оба знали, что Ирука перестарался. Акимичи Чоуби был просто слишком любезен, чтобы указать на это. — Один из нас придет к тебе, когда мы закончим. Ирука положил руки на пояс, его плечи устало опустились. Страх пополз по позвоночнику, стало холодно и неуютно. Он согнулся в неустойчивом поклоне, вспомнив манеры, которые привили ему родители. — С-спасибо, Чоуби-сенсей. Он завалил свой экзамен. Это было плохо.

***

Ирука укусил яблоко, заставляя себя жевать. Неприятное чувство вернулось, скручиваясь в животе, пока ему не стало казаться, что он проглотил камни. Последнее, что он хотел сейчас, это есть. Но Чоуби-сенсей был прав — свежие фрукты и вода, предназначенные для студентов, сдающих экзамен, помогли ему пополнить энергию. Его зрение перестало плыть через некоторое время после второго яблока и нескольких ягод клубники. Он сделал глоток из полупустой бутылки с водой и попытался помешать своему разуму блуждать. Попытался и у него не получилось. Он рассмотрел каждую мелочь за последние два часа. Он едва закончил письменный экзамен за отведенное время. Он позволил своим нервам взять верх и не попал в цель кунаем. После того, как Какаши потратил так много времени, тренируя его. И все эти тренировки на выносливость с Гаем. Он все еще быстро уставал. Чоуби-сенсей дал ему шанс показать всю свою тяжелую работу, и он потерпел неудачу в последний момент. Все потому, что он был слишком наивен, чтобы осознать свои пределы. Ирука зажмурился от подступающих слез. Я обещал Какаши. Бутылка захрустела в его руках. Он выпил оставшуюся воду и бросил пустую бутылку в мусорную корзину рядом со учительским столом. Я обещал Какаши. Дверь классной комнаты открылась, оторвав Ируку от его тревожных мыслей. — Йошино-сенсей. — Ирука встал, когда его сенсей закрыла за собой дверь. Шикамару-чан спал в своем обычном месте на ее спине. — Иди сюда, Ирука. — Он никогда не слышал, чтобы Йошино-сенсей использовала этот тон раньше. Пре-генин немного побледнел, но сделал, как было сказано. Его ноги становились все тяжелее с каждым шагом. Это было оно. Он потерпел неудачу. — Мебуки-сенсей, Чоуби-сенсей и я оценили твои результаты в каждом разделе выпускного экзамена. — Она смотрела на него очень серьезно. Теперь к нему обращалась жена командира джонинов, а не его любимый сенсей. — Ты переоценил печать, потратил драгоценное время и на письменном этапе, и на этапе ниндзюцу. Ты позволил своим переживаниям повлиять на твою меткость. Ты показал отсутствие осознания твоих собственных ограничений. Ты не знаешь, когда остановиться. Эти аспекты могут привести к смерти твоих товарищей по команде во время активной службы. Ирука поморщился от резких слов. Он сжал руки за спиной, впившись ногтями в ладони. Он боролся с желанием убежать. От унижение его щеки покраснели. Заднюю часть шеи и уши жгло. Ирука стиснул зубы так сильно, что заболела челюсть. Это было хуже, чем он думал. Он отдал все, что имел, и эффектно провалился. Он зажмурился, сдерживая слезы, угрожающие пролиться. Вся эта тяжелая работа была впустую. Мне очень жаль, Какаши. Йошино-сенсей встала перед ним на колени. — Я не знаю, почему ты решил сдать экзамен на год раньше. Я уверена, что у тебя есть свои причины. Какими бы они ни были, я уверена, что Кохари и Иккаку гордились бы, каким ты вырос. — Она схватила его за руку и слегка сжала. — Ирука, посмотри на меня. Пре-генин открыл глаза, по щекам потекли слезы. — Прости, Йошино-сенсей. Она разрешила ему сдать экзамен на год раньше. Ирука подвел ее так же сильно, как и Какаши с Гаем. — Будешь ли ты больше доверять себе? Твоего усердия в работе хватило бы на трех студентов. — Нара Йошино нахмурилась и покачала головой. — Я имела удовольствие быть твоим учителем в течение последних трех лет. Я видела, как ты превратился из маленького мальчика в решительного, умного молодого человека, которым ты являешься сейчас. Ты пострадал больше, чем любой ребенок. Я боялась, что твои потери утопят тебя. — Она положила ладонь ему на щеку. Ирука мог почувствовать, что ее мозоли стали мягче из-за того, что она не была сейчас на активной службе. — Вместо этого, ты здесь, двигаешься вперед. Ты показал лучшие результаты на экзамене в той половине выпускного класса, которую мы оценили. Ты не только выполнил письменные требования и требования ниндзюцу, но и превысил стандарты Академии по тайдзюцу. Ты — всесторонний боец ​​с прочной основой, на которой ты можешь строить дальнейшие навыки. Чоуби-сенсей последние полчаса не умолкал о твоих суйтон и катон-дзюцу. Недостатки, которые я упомянула, это то, с чем твой джонин-сенсей поможет тебе разобраться. — Йошино-сенсей… — Ирука уставился на своего сенсея, осмелившись позволить робкой надежде появится поверх уныния и растерянности. — Э-это значит...? — он замолчал, боясь спросить то, что он так отчаянно хотел знать. Йошино вытащила хитай-ате Конохи из своей оружейной сумки. Она повязала его ему голову и мягко откинула его челку. — Поздравляю, Умино Ирука, генин Конохагакуре. Ты сдал. Я так горжусь тобой.

***

Время, прошедшее с момента освобождения Кьюби: восемь месяцев