Дикая охота. Руины рассвета

Мальчишка с круглыми, почти прозрачными глазами зачерпнул пятерней пригоршню отяжелевшего от влаги снега, принялся комкать его, формуя и уплотняя. На Тэарана`Ренгара он зыркал исподлобья, как было принято смотреть на чужаков, однако не уходил и дела своего не оставлял – и тем самым будто бы демонстрировал: это его земля, он в своем праве. Убедившись, что посторонним дела до него нет, он широко размахнулся, щурясь, и запустил снежок в дощатую стену какой-то хлипкой неопрятного вида постройки. Ледышка с глухим стуком ударилась о потемневшее дерево, разлетелась серебряными брызгами, влепляясь самим ядром в поверхность. На стене уже красовались такие же отметины: парень давно упражнялся в меткости. И Тэаран ждал уже слишком давно – явно дольше, чем они рассчитывали. - Что могло пойти не так? – вслух задал он вопрос, уже давно вертевшийся в голове. Ответа Тэаран не требовал, вполне осознавая всю степень риторичности, однако Дайрен-Лис решил философствовать. - Что угодно – и вместе с тем примерно ничего. Наихудший вариант – в тоннели вышли дикие, и группа столкнулась с ними. Чуть менее вероятный, но тоже паршивый – их перехватили лояльные противнику ведуны, либо же ваши собратья. Лаз мог обрушиться, и здесь тоже вариантов несколько: или они погибли, или же идут в обход, пробивая новый тоннель. А может быть, все совсем банально, и они просто задержались по какой-то очень глупой и очень человеческой причине. Вы и сами говорили, Тэаран, люди не способны в полной мере продемонстрировать истинную дисциплину, даже когда на кону стоит их жизнь. В таком случае, чего вы ждете теперь? Определенности и ясности. Самой возможности делегировать полномочия и сохранить при этом всю систему скоординированной. Но о каком делегировании мы можем говорить, если все идет наперекосяк с самого начала? Конечно же, этого Тэаран’Ренгар не озвучил – лишь едва заметно поморщился, поднимая воротник длиннополого зимнего камзола; промозглый ветер то и дело норовил, будто зверь, вцепиться в незащищенное горло. Что ж, хоть что-то в мире оставалось постоянным: обычно в это время года погода в долинах стояла переменчивая, так как начинался Маин`Алатэар, иначе – Последний Танец Зимы, месяц взбесившихся ветров. В сердце гор Верданора, на плато Ашаллаир, выходили триединые сыновья Зимы – чтобы развеять огромными веерами прах своей матери. Хрустальным, костяным и шелковым веерами они взметали вихри серебряной пыли, и вихри эти сталкивались, перепутывались, будто нити в руках неумелой кружевницы, а потому метели были то морозными и сухими, секущими кожу, то мешались с дождем, от чего все деревья одевались в тонкую ледяную корку, то тяжелели от тепла, устилая мир влажным снегом на радость детям, лепившим из него крепости, фигурки зверей, лабиринты… Сейчас ветер с гор казался отсыревшим, взъерошенным и угрюмым, а потому озябнуть ничего не стоило. Тэаран откровенно маялся, и чем сильнее затягивалось ожидание, тем сильнее нарастала необходимость отвлечься, как-то очистить сознание от тревог. Взглянув на Лиса, он кивком указал на хлипкую постройку в отметинах снежков. - Я ошибусь, если предположу, что в этом, с позволения сказать, здании может храниться не хозяйственная утварь, а что-то вроде тренировочного оружия? Дайрен скользнул взглядом по сараю, а затем насмешливо сощурил рыжие глаза: - Это нужник, друг мой. Вы, конечно, можете поискать там что-то вроде тренировочного оружия, хотел бы я на это посмотреть, но вряд ли ваши поиски увенчаются успехом, - заметив, как кривится Тэаран, Лис развел руками, состроив гримасу, которая должна был имитировать сочувствие. – Да, конечно, не фарфоровый вазон, но что делать? Если вы не взяли его с собой в поход, придется привыкать. Или же это может послужить хорошим стимулом для захвата дворца владыки – не знаю, как долго вы протянете без достойных удобств, не знаю… - Если вы считаете такие выпады элегантными, рекомендую вам потренироваться еще: на текущий момент это выглядит примитивно, - скупо посоветовал мужчине Тэаран’Ренгар, каменея: люди с поразительным удовольствием шутили на темы, которые в приличном обществе не принято было даже поднимать, это он обнаружил довольно давно. - Не обижайтесь, Тэаран, меня просто забавляет то, как вы реагируете, - Лис оттолкнулся от перил террасы, с которой они оглядывали местность. – Если вы хотите занять себя и поупражняться, с радостью составлю вам компанию. - Вы фехтуете? – вздернул бровь посол. – Мне казалось, ваше основное оружие - ведовские способности. - Мое основное оружие – это обаяние, к остальному я прибегаю, когда первое не срабатывает, - улыбнулся ему Дайрен. – И прежде с вами оно срабатывало, а сейчас я допустил оплошность, приходится прибегать к второстепенному, чтобы исправить ситуацию. Малец! – он окликнул паренька – кажется, тот был часовым, совсем еще юным. Мальчик вздрогнул, обернулся к ним, настороженно разглядывая, а Лис миролюбиво поинтересовался. – Не подскажешь, где бы нам с моим приятелем найти тренировочные шесты? Или что-то похожее? Мы бы хотели размяться, пока ждем товарищей. Некоторое время парень пристально разглядывал их, а затем неохотно указал куда-то вправо: - У старой кузни стойка с рухлядью – глядишь, там и есть чего, коль не все забрали… Голос его ломался, и мальчишка очень старался басить. Лис махнул ему рукой, лучась дружелюбной улыбкой: - Спасибо! Доброго дежурства! – речной паренек, сам того не заметив, приосанился, а Дайрен, понизив голос, взглянул на Тэарана. – Видите? Обаяние и ничего, кроме. - И как это мы не догадались отправить вас и ваше обаяние в Эредан на личную встречу с владыкой? – посол направился следом за Лисом, который уже легко и непринужденно сбегал по старой скрипучей лестнице – доски потемнели и, казалось, грозили подломиться прямо под ногой. – Возможно, не пришлось бы организовывать всю эту кампанию. - Вы можете сделать это, друг мой. Но в таком случае, я запрошу еще одну бутыль вина Награйн. - Пришлю вам ее в вазоне, - не меняясь в лице, пообещал Тэаран. Лис в ответ лишь расхохотался, чуть запрокидывая голову – рыжие длинные пряди, собранные в низкий хвост, скользнули по лопаткам. Своей яркостью и громкостью этот человек неимоверно раздражал. Миртовый Лог оказался в большей степени деревней, притом переживающей запустение. Все селение расположилось в низине, устланной рощей миртов – крученых, с витыми ароматными ветвями. Здесь они достигали высоты в несколько саженей, и Тэарану было непривычно видеть их такими: некоторые экземпляры выращивались в оранжереях Верданора и как нельзя лучше подходили для основы в искусстве эрелд-сайн, цветущей ветви каэдир-сайн – отдельные сорта орхидей охотно приживались на их витых кронах. Но если домашние деревца отличались миниатюрностью и изящностью, здесь мирты выволакивали из-под снега крученые корни, разбрасывали в разные стороны ветви и в своей густой сени прятали утлые домишки на сваях. Некоторые стволы росли прямо сквозь дощатые воздушные террасы, которые здесь обрамляли едва ли не каждый дом и в отдельных местах образовывали целые мосты. С востока и юга Миртовый Лог окружала едва ли не стена хвойного леса, на западе протянулся заболоченный берег реки Дис, течение которой здесь замедлялось, спотыкаясь о ребра холмов, и по весне мутные воды подтапливали деревню, спадая только к лету. Пахло сыростью и пряной корой, промокшими старыми досками, деревья ежились в протаявших снежных лунках. Тэаран'Ренгар мимолетом подумал, что его брат Гил, должно быть, счел бы здешний пейзаж поэтичным, не лишенным очарования – ему же самому было неуютно. Болотистая местность навевала тоску, а поддаться этому состоянию – значило лишиться твердости и сразу же сдать позиции еще до начала основного действия. В ситуациях, когда требовалось сохранить ясность ума, он отдавал предпочтение тренировкам либо чаепитию, и сейчас выбор был очевидным: нагрузка рассеивала беспокойство несколько эффективнее. Стойка с оружием у кузни представляла собой ведро, в котором обнаружились не слишком искусные заготовки (назвать это мечами язык не поворачивался), багор, пара тяпок и вилы… Лис все же умудрился найти бамбуковые шесты, пускай и коротковатые для них обоих, легким движением перебросил один Тэарану, затем огляделся. - Только, боюсь, нам с вами не найти здесь мягкого и ровного песка или сколь-нибудь подходящего зала с настилом, Тэаран. Не слишком примитивно для вас, упражняться в грязи? - Дайрен, ваши попытки задеть меня или высмеять уже начинают раздражать, поскольку выглядят они откровенным фарсом. Я не зритель на вашем представлении. Не утруждайте себя – и заодно не утомляйте меня, - раздражение и впрямь поднялось изнутри, прорезаясь и в голосе, к его вящему неудовольствию. Почему-то с Лисом не удавалось сохранять равнодушие: этот человек специально выводил на эмоции, раз за разом пробуя, как далеко можно зайти. Это напоминало интерес мальчишки, швырявшего с берега камни в спокойное озеро, чтобы проверить, на какую высоту могут подняться волны. И вода, несомненно, способна была принять любой камень и в скором времени успокоиться, однако мальчишка все сильнее рисковал оступиться и вымокнуть до нитки; Тэаран'Ренгар просто пока еще не решил, следовало ли преподать ему урок последствий или это не стоило его внимания. - Упаси меня небо пытаться высмеять вас, Тэаран. Я всерьез беспокоюсь о вашем комфорте – вы производите впечатление утонченной персоны. В лучшем из смыслов, - Дайрен направился под сень миртов чуть в стороне от домов, умудряясь при этом посматривать на него. – Да и мне уже выпадала честь сражаться с вами бок о бок. Я вполне осознаю, что вы опасный противник. Однако роза остается розой, даже если целиком покрыта шипами. И нет, я не пытаюсь вас унизить. Я пытаюсь сделать вам комплимент. - Я нахожу розы весьма тривиальным цветком и в целом полагаю, что это самый подходящий символ напыщенности, который только можно вообразить, - сообщил ему Тэаран, сосредотачиваясь на собственных ощущениях контакта стоп с поверхностью. Его учителя всегда говорили, что тренировка начиналась задолго до того, как соперники совершали первое приветственное па. - А я нахожу их необычайно красивыми, - сообщил Лис так, будто эта информация могла быть хоть сколько-то значимой. – В особенности белые. Вы напоминаете мне их. И какие же тогда цветы вы любите? - Я люблю книги, Дайрен, не цветы. Поэтому не могу судить о каких-либо предпочтениях в этой области, у меня их скорее нет, - они вышли на подобие опушки, исполосованной проплешинами подтаявшего снега и напитанной влагой почвы, испаханной слоистыми корнями. Стопы ощущали себя неустойчиво, и Тэаран дал себе время поизучать место шагами, почувствовать всем телом пространство вокруг себя, пустоты в нем и препятствия, примечательные объекты. Разум сразу же принялся выстраивать варианты маневров, выбирая наилучшие – и это даже было немного скучно. Он ощущал, что Лис наблюдает за ним, но предпочел игнорировать это. - А как же страсть вашего народа к созерцанию проявлений природы? – Дайрен принялся разминаться, выписывая шестом размашистые петли в воздухе. Шагал он при этом легко, почти танцуя, умел взаимодействовать с пространством за своей спиной и вокруг, периодически демонстрировал достаточно сложные приемы, сохраняя при этом непринужденность движения и искусно вплетая их в общие траектории. - В последние годы я редко имею время на созерцание ради созерцания. Чаще всего это необходимость, вызванная потребностью в высвобождении фокуса внимания, переключении его на другой объект. Это освежает разум, обыкновенный акт очищения сознания. Они встали друг напротив друг, оценивающе разглядывая. Никто не начинал первым: Тэаран ждал, ожидал и Дайрен. Ведун чуть сощурился, позволяя себе очередную улыбку – из тех, что неизменно раздражали: - И что же, ничто не способно привлечь ваше внимание одной лишь естественной красотой? - Для меня естественная красота проявляется в балансе, и наличие этой характеристики в чем бы то ни было, несомненно, привлечет мое внимание, - не шелохнувшись, сообщил ему Тэаран, умолчав о том, что дисбаланс тоже привлекал внимание – однако в отрицательном смысле. Судя по всему, именно поэтому один взгляд на этого человека заставлял едва ли не морщиться от вычурности, излишества, чрезмерной яркости. Не удивительно, что ему нравились розы. Какая невероятная пошлость… - Поясните? – Дайрен приподнял брови, изображая подобие интереса. - Насколько я помню, мы намеревались размяться, - вежливо напомнил ему Тэаран. - Да, однако вы не нападаете, - Лис развел руками и вновь улыбнулся, едва ли не нахально. И это уже начинало не просто раздражать. - Вы пока еще не дали мне повода. - Вы выглядите так, будто этих поводов у вас уже набралось с десяток, - вдруг он склонил голову набок, с сомнением разглядывая Тэарана. – Вам действительно хочется сейчас поупражняться? Тэаран воззрился на него, с трудом удерживая лицо. В этой всеми благими силами забытой дыре, где ныне насчитывалось не больше четверти сотни мрачных местных жителей, он ожидал свое смехотворное войско, умудрившееся пропасть где-то в подземных тоннелях еще на этапе сбора. Стояла мерзкая, промозглая погода, все шло наперекосяк с самого начала, единственным его собеседником здесь оказался человек с неимоверно неприятным характером, и он имел наглость чуть ли не иронично интересоваться, на самом ли деле Тэаран'Ренгар хотел сейчас размахивать палкой, оскальзываясь на снегу вперемешку с грязью… Конечно же, ничего подобного он не хотел. - Мне нужно чем-то себя занять, и вы, как мне показалось, вызвались составить мне компанию, - напомнил он Дайрену. – А вместо этого вы… - …Саботирую весь процесс, вы правы, - подхватил Лис, забрасывая шест на оба плеча. – Так что там с красотой баланса, господин Тэаран? Мне любопытно. - Дайрен, ради Неба… - поморщился Тэаран'Ренгар. Настроение его портилось с каждой секундой все сильнее, и самое лучшее, что он мог сейчас сделать, чтобы восстановить собственное равновесие – это уйти и просто не видеть этого напыщенного фокусника, балаганного шута, мнившего о себе слишком много… - Но вы ведь не хотите сейчас всего этого, - убежденно проговорил ведун, кивком головы указывая на шест в его руке. – И даже не верите, что поединок как-то повлияет на ваше состояние. Вам просто нужно сбросить куда-то собственное волнение, однако по-настоящему это не отвлечет вас – потому что вы прекрасно владеете оружием и достаточно тренируетесь, и это просто механическое действие, часть вашей рутины, по сути. - Откуда бы вам это знать? – язвительно осведомился Тэаран'Ренгар. Раздражение его обретало все новые и новые оттенки. Дайрен-Лис вдруг окинул его взглядом целиком, медленно, будто бы взвешивал на весах, оценивал, мерил. От этого стало абсолютно неуютно. - Считывается с вашего тела. С того, как вы себя держите, как стоите. Это сквозит во всех ваших движениях, походке, даже в наклоне головы. Вы в прекрасной форме, Тэаран, это не лесть, и вы это тоже знаете. Как и то, что отработка заученных приемов нисколько вас не успокоит и не поможет сконцентрироваться, и счастливее не сделает. И я предлагаю вам не загонять себя самого в угол. - В таком случае, что вы предлагаете? – Тэаран очень не любил моменты, в которых ему не удавалось контролировать собственное состояние. Совокупность факторов играла против него, заставляя его ощущать явно свою уязвимость, и это казалось унизительным. В его статусе и возрасте не пристало поддаваться эмоциям, и уж тем более опасно было делать это сейчас, с учетом всего того, на что он намеревался пойти. Ему так нужен был холодный рассудок, а нынешняя ситуация в полной мере демонстрировала, что прежде он не уделял достаточно времени самодисциплине – иначе сумел бы взять необходимый ресурс и чувствовал бы себя по-другому… - Можете сделать вот так? – ни с того ни с сего спросил ведун, вдруг перехватывая шест и находя баланс на одной ноге. Поставив конец шеста на носок сапога, он некоторое время придерживал его, а затем убрал руку. Тело его легко находило равновесие, как только шест начинал крениться, в каждую секунду отстраивая вертикальность нехитрой конструкции. - Зачем? – уточнил посол после непродолжительной паузы. Занятие виделось максимально бессмысленным. - Ни за чем, - пожал плечами Дайрен-Лис, продолжая удерживать шест – и ни на секунду не оставаясь в одном положении. – Тут нет какой-то особенной цели, лишь одна – не уронить шест. - Дайрен, я предпочитаю… - Книги цветам и другие занятия – такому досугу, да, я помню, - отмахнулся от него Лис. – А еще я ужасно надоел вам прямо сейчас. Заключим же соглашение: если вы продержитесь дольше семи секунд, я отстану от вас и не буду вам докучать. Если нет – вы расскажете мне о том, как связываете красоту и баланс. По-настоящему расскажете, так, как вы в действительности чувствуете. - Почему вас так интересуют мои рассуждения на данную тему? – этого он и впрямь искренне не понимал. Мысли свои Тэаран'Ренгар предпочитал доверять дневникам, изредка – обсуждать их с кем-то посторонним, и уж точно Дайрен не входил в круг тех лиц, которых он мог бы счесть подходящими собеседниками. К его удивлению, подобного рода контакт у него сложился разве что с новоиспеченной королевой Тиннереда, однако с Атеа в целом не работали привычные схемы. - Потому что мне интересны другие люди, - улыбнулся ему Дайрен, не отрываясь от своего занятия. – И вы – в частности. Ну так что, по рукам? Некоторое время Тэаран разглядывал его, ощущая себя донельзя глупо. Абсурдность ситуации сложно было осмыслить целиком, и пытаться, наверное, даже не стоило. Не особенно фиксируя собственные действия, он мельком взглянул на шест: трюк не выглядел сложным, а перспектива наконец остаться без назойливого внимания скомороха несколько тешила. Вздохнув, Тэаран вновь сфокусировался на стопах, перенося вес на одну опору, легко нашел точку равновесия, а затем повторил жест Лиса, устанавливая конец шеста на носок сапога. Но как только он убрал ладонь, бестолковая палка сразу же пошла в наклон; неловко взмахнув руками, Тэаран попытался удержать ее, меняя положение тела в пространстве, подстраиваясь, однако это не помогло, и он поймал шест уже практически у земли. Он непонимающе замер, пытаясь понять, почему все произошло так быстро – то же самое движение у Дайрена выглядело естественно и просто. Хмурясь, Тэаран вновь попытался проделать трюк, однако успеха в этом не достиг. Вероятно, точка опоры была недостаточно устойчивой, и можно было попробовать немного другое положение… - Вы проиграли, - сообщил ему Лис, с любопытством наблюдавший за тем, как Тэаран ищет точку, на которой равновесие наконец можно было бы поймать. - Я не объявил, что мы начали отсчет, это – пробные попытки, - парировал Тэаран, стараясь не отвлекаться. Ведун звонко расхохотался. - О, посол, вы недаром занимаете свой пост! Что ж, пусть будет так. Однако я немного не о том: вы проигрываете на каждой попытке, потому что стараетесь ловить баланс в статике. - Баланс предполагает статику, она является его условием, - то, с какой легкостью сам Дайрен умудрялся удерживать шест, почему-то… Нет, даже не раздражало – с удивлением Тэаран'Ренгар обнаружил, что невозможность выполнить задачу с первой попытки сердит. Чувство казалось далеким, практически и вовсе забытым, узнавать его заново было странно и слегка неприятно. И – как-то еще. - Не соглашусь с вами. Баланс предполагает поиск в динамике и калибровку в каждый момент времени. Вы дышите, и каждый ваш вдох и выдох буквально на волосок смещает положение ваших мышц, - он наконец перехватил шест в руку, прекращая бахвалиться – хотя, пожалуй, на самом деле такого контекста в его действии не было: просто Дайрен обладал навыком, таким бессмысленным по сути навыком, который вдруг приковал к себе внимание Тэарана – своей несуразностью и отсутствием практического применения в жизни. – Все ваше тело задействовано в момент этого крохотного смещения, как и в момент, когда вы переносите вес на поверхности стопы. Вы видели, я не замираю истуканом, я постоянно двигаюсь, и только так возможно сохранить баланс. Вы же пытаетесь замереть. - Да, потому что только при абсолютном равновесии двух элементов возможно удержать равновесие всей конструкции, - Тэаран выпрямился, с неудовольствием отмечая собственную неспособность добиться успеха в, казалось бы, незамысловатом действии. – Статика – это тотальное присутствие в собственном центре. Момент сведения всех колебаний к нулю. - С моей точки зрения, это не момент сведения всех колебаний к нулю, а встраивание в их узор. И да, вы можете достичь абсолютного равновесия, надо полагать – или его подобия. Однако при этом вы не учитываете все прочие элементы. Хотя бы даже – равновесие вот этого шеста, его собственное. Силу, с которой собственный вес тянет его к земле. Эта вещица тоже обладает своим центром и тотально в нем присутствует, не так ли? Однако этот центр уводит ее в положение, которое вам не подходит, и значит, дело не в том, обнаружите ли вы в ней или в себе такую идеальную неподвижность. Соединив два неподвижных объекта, вы не обретете статику. Как минимум потому что вы живы, и в вас в каждую секунду существует движение. В этой задачке изначально заложен диссонанс. - И в чем решение? – это тоже требовало смирения: задать вопрос, признавая собственную невозможность разобраться самостоятельно. Его учителя всегда говорили, что глупость не в признании незнания, и в его умалчивании; однако менее унизительным от этого момент с признанием не становился – и ведь казалось, что Тэаран'Ренгар так давно не испытывал трудностей с осознаванием своих сил, компетенций и способностей. Обычно ему ничего не стоило со всей ответственностью и прямотой обозначить, где проходят границы его осведомленности. С другой стороны, планирование государственного переворота и подготовка мятежа тоже не является частью твоей ежедневной рутины. Внутренний голос вновь звучал отцовскими интонациями. - В контакте, - с готовностью отозвался Лис. – Баланс между двумя и более элементами возникает не в одном из них, и даже не в двух по отдельности. Он рождается на границе их контакта. Смотрите, - кивком головы он указал на собственные стопы. – Баланс между вами и землей возникает в той тонкой зоне, где ваши ступни соприкасаются с поверхностью. Там лежит связь, которая определяет характер конкретного равновесия, его особенности, положение всех элементов – так, чтобы между ними создавалось незримое натяжение, нить. Без нее волшебства не происходит. Если вы переместитесь, характер этой связи изменится, она станет другой, и вам придется снова ее осваивать – уже иную, новую. Условия меняются каждый миг, и секрет баланса для меня – в сонастройке. Смягчите колени, не делайте их жесткими – иначе вы блокируете возможность для тела найти новую форму этой связи. Сосредоточьтесь на области, где шест соприкасается с тыльной стороной стопы – почувствуйте, как смещается его центр, как притягивает его к земля. Попробуйте не замереть, а синхронизироваться с этим внутренним движением и найти ему противовес, то, что удержит его от падения. Слушайте границу контакта, она расскажет все, если вы обратитесь к ней. Не к объектам, а к тому, что соединяет их. - Между ними нет ничего, - возразил ему Тэаран'Ренгар, хмурясь – и не понимая, почему вдруг на мир опустилась тишина, и почему вдруг течение его мыслей остановилось: его внимание больше не распылялось на них, оно было приковано к предмету разговора. – Эти элементы остаются разъединенными, они отдельны. - Да, но это не означает, что между ними отсутствует контакт, - словно в подтверждение, он вновь продемонстрировал ему, с какой поразительной легкостью, почти играючи, может вертикально удерживать шест носком ботинка – и как при этом тело его балансирует, и впрямь постоянно движется, улавливая самые тонкие колебания их взаимного… равновесия? Тэаран не знал, можно ли было употребить именно такой термин, но контакт на самом деле невозможно было отрицать – иначе он не мог объяснить, как еще Лис проделывал это. – Без этой границы, в которой и происходит все, мы с вами просто видели бы хаос из элементов, разрозненную кучу вещей, объектов, застывших и по сути мертвых. Безмолвных. Между ними ничего не рождается, и это не про баланс. Потому что баланс – всегда связь. Он – несовершенство, которое стремится познать себя и сплетение связей внутри себя, освоить их, находить в каждый момент времени и учитывать; как значимое, позволяющее всей системе жить и реализовываться. Он говорил, этот странный рыжий человек, сумма элементов с самыми причудливыми взаимосвязями, которые Тэаран не понимал; и странным образом то, что он говорил, вдруг раскрывалось как-то иначе – через раздражение, несогласие, авторитетность его собственного знания и опыта, через плотную личную неприязнь. Дайрен не нравился ему, однако его слова рождали внутри импульс к действию, и игнорировать этот зов Тэаран'Ренгар не мог: любая информация требовала доказательства, подтверждения или опровержения, которое бы принадлежало ему самому. Пожалуй, ситуация стала еще абсурднее, и еще луну назад он едва ли мог вообразить себе нечто подобное. Однако прямо сейчас посол Верданора в Тиннереде, Тэаран'Ренгар, занимался какими-то глупостями, в которых вдруг открывались тонкие, едва уловимые состояния. Граница, о которой говорил Дайрен, сначала ощутилась поверхностью, странной жесткой областью, что обладала поразительной твердостью; в нее невозможно было проникнуть силой, подчинить ее – она не поддавалась, как секретер с искусным механизмом, защищавшим его от тех, кто не знал особенностей этого механизма. Неприступность незримого злила, злила и безаппеляционность его, почти насмешливая: будто бы разоблачавшая глупость Тэарана, его неспособность замедлиться и проникнуть в суть вещей. И сердило это до тех пор, покуда он не сдался: Тэаран не сумел бы описать, что именно изменилось в этот момент, что именно он сделал – просто вдруг граница истончилась, ее несокрушимая плотность перестала иметь значение. За ней он ощутил, как в моменте в крохотной точке, в которой конец шеста соприкасался с его стопой, сместился вес – и тело его подстроилось вдруг, нога сама двинулась в сторону, не позволяя падению стать неизбежным. Он неловко взмахнул руками, и это ничего общего не имело с красотой формы отточенных ударов на тренировках, это было так несуразно, грубо, глупо, некрасиво… Но ему удалось три секунды удерживать шест, и в эти три секунды он успел удивиться тому, как сильно он чувствует свое дыхание, как причудливо его мышцы складываются в напряженные цепи, в каждый миг отличные друг от друга, и как внутренняя концентрация укрепляется, как направляется внимание – отточенным кончиком пера, выводящего линию. Все его существо следило за этим процессом, углублялось в него, и Тэаран'Ренгар осознал вдруг, как давно он чувствовал что-то подобное. И это сразу же породило вопрос: чувствовал ли он вообще хоть единожды – подобное, с такой степень погружения и того самого контакта, о котором говорил ведун? Ему не удалось преодолеть барьер в пять секунд, и в какой-то момент Тэаран наконец решился признать это. Впрочем, никакого неудовольствия этот факт не вызывал. Выдохнув, посол обернулся, взглядом находя Лиса – и вздрагивая вдруг от того, как странно смотрел на него ведун; Тэаран'Ренгар попросту не мог прочесть его взгляд. Молчание затягивалось, и тонкое ощущение покоя подернулось вдруг рябью волнения, тревоги, которую он поспешил обозначить словами, покуда та не стала тотальной. - Надо полагать, я выглядел нелепо? – спросил он, возвращая себе контроль над ситуацией. Да, Тэаран'Ренгар позволил себе выглядеть нелепо, это было целиком и полностью его решение… - Напротив – я любовался, - негромко проговорил Дайрен, и в голосе его не было насмешки. Тэаран приподнял бровь. - Чем, позвольте спросить? Он ожидал чего угодно: шуток о выражении лица, всяческих колкостей по поводу отсутствия грации… Однако Лис удивил его, мягко улыбнувшись: - Несовершенством, которое стремится познать себя и обращается абсолютной гармонией. Что ответить на это, он не знал – а потому застыл в смятении, не понимая, как себя вести. А Дайрен подошел к нему в абсолютной тишине зимнего дня, забрал из рук шест, глядя прямо в глаза – и, кажется, глубже, а затем развернулся и зашагал прочь. Несколько секунд Тэаран в странном оцепенении смотрел ему вслед, а затем все же окликнул – для этого ему понадобилось чуть ли не встряхнуться, сгоняя прочь наваждение. - Дайрен, - ведун обернулся через плечо, плавным движением – и сейчас Тэаран видел в нем какой-то удивительный баланс, прежде неразличимый. – Спасибо вам, - он сам не знал, за что именно благодарил, однако назойливый гул мыслей стих, да и состояние в целом стабилизировалось. И, судя по всему, Лис оказался прав: едва ли привычная тренировка могла быть столь же эффективной. Он позволил себе сдержанно улыбнуться. - Вы победили. А я задолжал вам ответ на вопрос. - Вы уже ответили на него своим телом, - если бы Тэаран'Ренгар не знал себя, то мог бы подумать, что брошенная вскользь фраза заставила его задержать дыхание на один миг. Однако это, возможно, было просто следствием этих странных минут. Дайрен-Лис продолжил как ни в чем не бывало. – Но я с радостью послушаю и ваши мысли. Поэтому давайте на том сойдемся, что вы задолжали мне беседу, когда мы завершим наше дело. - Что ж, давайте. Есть вероятность, что по такому случаю я все же отыщу для вас Награйн. - И неужели в вазоне?.. – в притворном восхищении приподнял брови Лис. Тэаран наградил его самым выразительным взглядом, на который только был способен, и Дайрен развел руками. – Простите. Не мог удержаться. - Очевидно, мне придется привыкнуть, - вздохнул Тэаран'Ренгар, с отстраненным удивлением думая о том, что это признание потребовало от него куда меньше усилия, чем ожидалось. - Есть такая вероятность, - он вновь задержал взгляд на его лице дольше, чем того требовал этикет, но Тэаран не успел обдумать это: ломающийся мальчишечий голос эхом раскатился среди домов, всполошив стаю ворон, что устроились в кронах. - Важек вернулся! И полукровки с ним – ватагой!.. - Как все складно, - Лис вновь стал собой – насмешливым, будто бы все время посмеивающимся внутри себя над никому кроме него непонятной шуткой. Но почему-то прямо сейчас он не раздражал так же, как прежде. Так ему казалось, покуда Дайрен не добавил. – Пойдемте, господин посол. Познакомитесь со своими подданными. Заодно призовете к ответу, почему они заставляют светлейшего ждать. Будем надеяться, что причина имелась достойная, иначе не завидую всем тем, кого вы наградите точно таким же взглядом, как награждаете меня. - Полагаю, что таким взглядом я награждаю только вас, Дайрен, - сообщил ему Тэаран, нисколько не лукавя. Только этот человек вот так мастерски умел бесить. И наверное, к этому и впрямь стоило привыкнуть.