Нелегкая вторая жизнь Санду-шеншоу

Звенел колокол. Непрекращающийся звук, от которого Цзян Чен начал приходить в себя. Голова была чертовски тяжелой, а мысли неповоротливыми. "Я что пил вчера?" – первая оформившаяся здравая мысль. Тело не пойми как само село на кровати, а рука ухватилась за голову. - "Что происходит?" Он был в комнате. Довольно аскетичной, но чистой и опрятной. Цзян Чэн не понимал, где он, еще некоторое время. Потом мысли наконец начали проясняться. Воспоминания об охоте навалились сплошным полотном, и Цзян Чэн судорожно начал снимать с себя одежду на груди. Раны не было. А еще на нем были ученические одежды ордена Гусу Лань. «Чертов Вэй Усянь!» Подорвавшись с места, у двери Цзян Чэну пришлось ухватиться за деревянный косяк - голова резко закружилась, а дыхание сбилось. «Да что происходит?! Раны нет, но чувствую я себя просто отвратно. И какого дьявола я в Гусу?!» Уже некоторое время Цзян Чэн признал ученические комнаты, которые когда-то занимал, будучи учеников клана Гусу Лань. Это было так давно, если подумать. Солнечный свет бил в глаза. - А-Чэн, почему ты не одет? Знакомый до боли голос с неповторимыми интонациями впился в уши, а глаза застыли на человеке, что встретил его у выхода, когда он наконец-таки вышел наружу. Это была она. Шицзе. Его сестра. Цзян ЯньЛи. Живая! Это ли не чудо? Цзян Чэн все никак не мог оторвать глаз от сестры. Слушая ее голос, он не разбирал слов, а потом, когда оцепенение спало, резко заключил ее в объятия, кажется, напугав. Спустя мгновения, все до единой из которых Цзян Чэн боялся, что это только сон, его шицзе обняла его в ответ, начав причитать, что он ведет себя странно. Пускай странно, пускай! Зато она рядом! - А-Чэн, ты в порядке? – обеспокоенный ее взгляд и рука, что утирает слезы, которых Цзян Чэн не заметил за грохотом своих чувств. Нет, ничего не было в порядке. Как мог быть мир в порядке в принципе, если в нем не было ее? И тем не менее, он практически половину жизни прожил без нее. Она умерла. В тот день, в Безночном городе она умерла у него на руках. И если бы сейчас он не слышал стук ее сердца, не чувствовал ее тепла, не видел румянца на ее щеках, он решил бы, что это чертов Вэй Усянь вновь воскрешает мертвых. Но даже так, он был бы благодарен, хотя несомненно переломал бы ему все кости до единой. - А-Чэн, ну, что случилось? Что тебя так расстроило? - Все в порядке, в порядке. Шицзе. - Конечно же, нет, - сестра ласково приложила ладонь к его щеке, и Цзян Чэн готов был расцеловать ее руку. – Посмотри на себя. Разве так должен выглядеть ученик клана Юньмень Цзян перед Ритуалом приветствия учителя? - … Ритуалом приветствия учителя? Это действительно были Облачные глубины во всей своей былой – до того, как Орден Цишань Вэнь сжег их, - красоте и величии. Цзян Чэн отдалено отмечал изменения, пока следовал за сестрой на ритуал. В принципе ему было глубоко наплевать на ритуал, единственное, чего ему хотелось – это держать Яньли в руках и смотреть на ее светлый лик, слушать ее голос. Небеса, как же он соскучился! - Ух, не опоздал! – у самых дверей в класс их нагнал Вэй Усянь. Мурашки пробежались по коже Цзян Чэна. Это был он, Вэй Усянь, Вэй Ин, - такой, каким его запомнило его сердце. Легкий и неуловимый как ветер, юный, шальной, веселый, родной. Осознание того, что он каким-то образом очутился много-много лет назад, да еще и в своем теле, накатило по новой, второй волне. И если первый шок от встречи с шицзе лишил всяких мыслей, то встреча с Вэй Усянем заставила ощутить эту реальность с небывалой силой. Вместе с этим ощущением на голову навалилось тонна вопросов.