Гарри Поттер и Перстень чародея

Я твое повторяю имя этой ночью во тьме молчаливой, и звучит оно так отдаленно, как еще никогда не звучало. Это имя дальше, чем звезды, и печальней, чем дождь усталый. (с) Ф. Г. Лорка

***

      Гарри не последовал совету Снегга и не стал отправлять Малфоя в родовое поместье. Вместо этого, он позвал Кикимера и приказал тому днём и ночью охранять тело слизеринца. Кроме того, он наложил на спальню защитные чары, и теперь никто, за исключением, разумеется, эльфа-домовика, не мог проникнуть туда, без его, Гарри, ведома. Покончив с этим безрадостным делом, он направился прямиком в министерство. Пора было приводить в действие новый план.       Мракоборцы уже ждали его в специальной комнате для больших совещаний, сидя за длинным овальным столом. Пройдя через обычные приветствия и вопросы типа: "Как дела, Босс?", Гарри не мешкая приступил к делу. По совету Дамблдора, он рассказал мракоборцам всё и даже продемонстрировал гримуар, высоко подняв книгу над головой, чтобы всем было хорошо видно. Повествуя о ритуале превращения людей в зомби, он внимательно наблюдал за лицами всех собравшихся. Хорхе Ривера и Лианна Мэддок были явно поражены его словами и несколько раз переглянулись между собой. Гарри понял, что они вспомнили слова мамы Рамлы, которые теперь обрели для них смысл. Многие выглядели удивлёнными, а Элеонора Брэнстоун и Кевин Фаррелл, который был младше Гарри на семь лет и не любил всякого рода неприятности, выглядели попросту испуганными. Когда же Гарри объявил, что всем им придётся поочерёдно нести ночную вахту в Отделе тайн охраняя гримуар от похищения, Эмили Тейлор недовольно поджала губы, а сидевшая рядом с ней Трейси Дэвис прицокнула языком. - Расписание смен будет готово сегодня, в конце дня, - закончил Гарри, обводя присутствующих внимательным взглядом. - А пока, все свободны. Займитесь своими текущими делами.       Мракоборцы шумно задвигали стульями, поднимаясь и вполголоса обсуждая между собой прошедшее собрание. Гарри делал вид, что складывает пергаменты на столе, а сам украдкой наблюдал за присутствующими. Никто не вёл себя странно, не задавал вопросов о книге и не пытался рассмотреть её поближе. А что если Гарри параноит? Может и не было среди них никакого шпиона, и тогда его план провалится, как и все остальные, а Малфоя не за чем будет возвращать к жизни. К столу подошли Фей Данбар и Трейси Дэвис. - Гарри, можно тебя отвлечь на минутку? - Фей положила перед ним на стол кипу бумаг. - Нужна твоя подпись, чтобы отправить эти дела в архив. Она была чуть ли не единственной, кто обращался к Гарри на "ты". Остальные предпочитали звать его "Босс", "сэр" или, на худой конец, "мистер Поттер". Называть Боссом его первым начал Ривера, и всем, почему-то, это очень понравилось. Даже те, кто учился с ним на одном курсе, вроде Трейси Дэвис и Уэйна Хопкинса, предпочитали теперь обращаться к Гарри на "вы". Понятное дело - начальник. Гарри быстро просмотрел бумаги и потянулся за пером. - Наконец-то закрыли дело с теми проклятыми котлами, - похвасталась Фей. - А О'Нил нашла тех, кто использовал лепреконское золото для покупки "Молний". - Отличная работа, - похвалил Гарри, ставя свою роспись поверх министерской печати с надписью: "Закрыто". Фей кивнула, довольно улыбнувшись. - Да, раскрываемость в этом месяце возросла. Идём на премию! Дэвис, стоявшая чуть позади девушки, снова прицокнула языком, выражая сомнение. Данбар повернулась к ней. - Выше нос, Дэвис, будет и на твоей улице праздник, - подбодрила она коллегу. - Кстати, Гарри, - обратилась к нему Фей. - У нас тут несколько человек освободилось, не хочешь перебросить их на расследование по наркотикам? Кажется, Трэйси и Хуану не помешает помощь. - Не нужна мне никакая помощь, - сразу ощетинилась Дэвис. - Людей у нас и так хватает. Не хватает улик. Гарри поднял глаза от пергамента, чтобы посмотреть на девушек. - Отличная идея, Фей, - сказал он. И добавил, обратившись к Дэвис. - Не отказывайся, Трейси, свежий взгляд на дело не повредит. Кто там у тебя есть, Данбар? - Так, посмотрим, - Фей задумчиво подёргала себя за косу. - Найджел Уолперт сейчас свободен, он участвовал в операции с перстнем, а потом занимался проклятыми котлами. Ещё, Кевин Фаррелл, он работал с О'Нил. - У них с Рионой ирландский тандем, - фыркнула Трейси. - Ага, а ещё фан-клуб "Кенмарских коршунов", - усмехнулась Фей. - Давно пора разбить эту сладкую парочку, - пробормотал Гарри, не отрываясь от бумаг; он как раз просматривал отчёт о лепреконском золоте, составленный О'Нил. - Они говорят о квиддиче больше, чем о работе. - А я о чём, ну, - весело подтвердила Фей. - Забирай его к себе, Трейси. Гарри поставил последнюю подпись и просушив чернила, отдал бумаги Фей. Девушки ушли, а Гарри направился к себе в кабинет, размышляя по дороге о графике дежурств возле гримуара. Перед уходом Трейси Дэвис попросила не назначать ей сегодня смену, потому что у её подруги, Дафны Гринграсс, был сегодня день рождения. Но Гарри и не собирался ставить её первой. Сначала он хотел поставить тех, кто имел хоть какой-то скрытый мотив, либо вызывал его подозрения. А кем именно мог быть этот человек, Гарри только предстояло выяснить.       Он заперся у себя и принялся напряженно думать. Ему было неприятно размышлять о том, кто из его людей мог бы стать предателем, но на сантименты времени не было. Гарри взял пергамент, перо, чернила, и принялся выписывать имена всех мракоборцев. После каждого имени он останавливался и мысленно прокручивал в голове все известные факты об этом человеке. Элеонора Брэнстоун, тридцать лет. Стаж работы мракоборцем - девять лет. Училась на факультете Пуффендуй. Специалист по защитной магии. Семьи и детей нет. Статус крови - маглорождённая. Стефан Корнфут, тридцать два года. Стаж работы мракоборцем - пять лет. До этого работал в Отделе магического правопорядка, Заместителем Отдела магических происшествий и катастроф. Учился на факультете Когтевран, прекрасно владеет боевой магией. Женат, детей нет. Статус крови - чистокровный. И так далее, и так далее. Наконец, Гарри добрался до фамилии Ривера и крепко задумался. Мог ли Ривера, пользуясь связями своей семьи, снова начать заниматься тёмной магией? Хорхе был старше Гарри на шесть лет, но никогда не учился в Хогварсе, и Гарри мало что знал о его прошлом, до того момента, как Волан-де-Морт уничтожил всю его семью. Двенадцать лет беспорочной службы показали, что кубинец предан команде и делу, но что если... Гарри яростно потёр лицо. Он не хотел об этом думать. Но он не мог не думать, не подозревать всех и каждого из своего окружения. Ривера ненавидел пожирателей смерти. Он ненавидел Малфоев, считал, что те незаслуженно избежали наказания. Мог ли он из-за этого нарушить закон, связавшись со злодеями только чтобы наконец добраться до Малфоя и покарать его? И Гарри решил, что мог. Он вписал имя Хорхе в первую смену и двинулся дальше. Следом на подозрении у Гарри стояли выпускники слизерина - Агнес Монкли, Имоджен Стреттон и Трейси Дэвис. Монкли была чуть младше Гарри, но перевелась в мракоборческий отдел всего три года назад. Гарри помнил её по Хогвартсу. Однажды, когда он учился на шестом курсе, Агнес и её друг, Шон Моррис, напали на него в одной из травологических теплиц. Тогда Гарри казалось, что Монкли очень неприятная личность, но, спустя годы, девушка изменилась и даже попросила прощения за тот эпизод в прошлом. Монкли была превосходным бойцом, но никогда не не перегибала палку, в отличие от того же Риверы или Данбар. Она всегда четко следовала инструкциям и следила, чтобы все остальные тоже придерживались правил. Гарри не был уверен в её причастности к делу, но всё-таки поставил её в смену после Риверы. Имоджен Стреттон тоже была из числа тех, кто досаждал Гарри в прошлом. Но, в отличие от Монкли, она вовсе не собиралась извиняться за своё поведение. Стреттон была полукровкой, чья семья делала вид, что вовсю разделяет взгляды Волан-де-Морта. А когда вторая магическая война закончилась победой над Тёмным Лордом, Стреттоны быстро изменили своё мнение и принялись уверять всех, что всегда оставались на светлой стороне. Возможно именно поэтому они отдали свою единственную дочь в мракоборцы. За все годы службы Гарри ни разу не удалось уличить Стреттон в чем-то незаконном. Хотя, пару раз были довольно спорные ситуации с её участием, но Имоджен всегда ухитрялась выходить сухой из воды. Что же до Трейси Дэвис, её Гарри стал бы подозревать в последнюю очередь. Трейси была его одногодкой и училась вместе с Пенси Паркинсон, Милисентой Булстроуд и Дафной Гринграсс. Гарри питал к ней особое расположение, потому что однажды она спасла ему жизнь, во время очень сложной операции в Глазго. Да и во времена учебы Трейси никогда не изводила его насмешками, как другие слизеринцы. Единственным недостатком Дэвис были её амбиции. Она была очень властной, любила командовать, от чего очень часто сталкивалась с Фей Данбар, тоже желавшей продемонстрировать свои лидерские качества.       Гарри работал над составлением расписания ещё час. Солнце стояло высоко в зените, за волшебным окном в его кабинете пели птицы. Очевидно, Отдел магического хозяйства пребывал сегодня в отличном расположении духа. К Гарри то и дело заглядывали мракоборцы, чтобы спросить совета или поделиться новостями. Лианна Мэддок принесла отчёт по делу о партии проклятых медальонов, которое она расследовала вместе с Отделом по выявлению и конфискации поддельных защитных заклинаний и оберегов. Пару раз забегала Фей, сообщила, что в обед к ней заходила Джинни и передала для Гарри пирог с патокой, от миссис Уизли. Найджел Уолперт зашёл попросить Гарри прикрепить его к расследованию серии краж, которые предположительно были совершены с помощью исчезательных шкафов. Но Гарри отказал ему, поскольку уже обещал определить его в команду Дэвис и Диаза. Наконец, расписание смен было готово, и Гарри, почти довольный собой, вывесил его на общую доску объявлений. - Проклятье, у меня сегодня первая смена! - выругался Ривера, изучив расписание. - А что, у тебя были какие-то планы на вечер? - спросила Эмили Тэйлор. - Да нет, - почему-то смутился кубинец. - Не особенно. Но Гарри заметил, что отходя от доски Ривера явно выглядит расстроенным.       Гарри был занят работой до самого позднего вечера. Предстояло как следует подготовиться к будущей засаде, которую он решил провести самостоятельно, не посвящая в свои планы никого, даже Гермиону. Гарри знал, что сообщать кому-то подробности плана сейчас опасно. Ведь шпионом в отделе мог оказаться кто угодно и даже тот, кого Гарри никогда бы не подозревал. Именно поэтому он лично отправился сперва за разрешением к министру, а затем, к невыразимцам, в Отдел тайн, куда ранее этим утром решил поместить гримуар для охраны. Конечно, с этим отделом у него были связаны не лучшие воспоминания, но он здраво рассудил, что шансов поймать там преступника будет гораздо больше, чем где-либо.       Мантия-невидимка и пузырёк с сывороткой правды дожидались своего часа в ящике стола. А сочинение Джитуку уже отправилось в Зал артефактов. В девять часов вечера Гарри сделал вид, что устал и, демонстративно попрощавшись со всеми, отправился как будто бы домой. Но как только золотые решетки лифта захлопнулись, он надел мантию-невидимку и спустился прямиком на девятый уровень.       Подземелье встретило его холодом и тишиной. Голые стены обступили невидимого Гарри со всех сторон, а впереди маячила хорошо знакомая простая чёрная дверь. Гарри пошёл вперёд, стараясь производить как можно меньше шума. В это время в отделе как правило никого уже не было, но осторожность не помешает. Гарри вытянул вперёд руку с зажатой в ней волшебной палочкой и прошептал: - Алохомора! В мёртвой тишине собственный шёпот показался ему до ужаса громким. Дверь, скрипнув, отворилась, пропуская Гарри в чёрную круглую комнату, наполненную голубоватым пламенем свечей. Послышался знакомый рокот, и стены комнаты завращались. Гарри зажмурился, чтобы не видеть мелькающих перед глазами синих полос, а когда всё стихло - снова открыл глаза. Он уже знал, что делать дальше. - Покажи мне комнату с самыми опасными артефактами, - громко приказал он в пустоту, и справа от него тотчас распахнулась одна из множества безликих дверей. Гарри поспешно вошёл в неё и замер, оглядевшись по сторонам. Перед ним открылось просторное помещение с высокими, как в соборе, потолками. Вещи здесь располагались в особом порядке, находясь друг от друга на значительном удалении. Многие предметы, ввиду своей опасности, были помещены под специальные защитные сферы, а некоторые даже прикованы толстыми, вделанными в пол цепями. В целом, у Гарри создавалось впечатление, что он находится в большом и очень странном музее. Вот, на постаменте лежит большая древняя книга в обугленной до черноты обложке. Чуть подальше - старинные доспехи, потемневшие от времени. Забрало шлема иногда шевелится, издавая противный скрежет. Рядом с доспехами деревянный идол со зловещим лицом, забрызганный чьей-то кровью. Гарри неспешно двинулся вдоль экспонатов, туда, где он оставил сегодня днём гримуар. Смена Риверы начиналась ровно в полночь, а значит, у Гарри было в запасе ещё несколько часов. Он выбрал себе местечко в самом углу, откуда открывался хороший обзор, и затаился. Прошло около получаса. Гарри нещадно клонило в сон. Проведя бессонную ночь в компании Малфоя, он вынужден был весь день зевать и пить кофе. Но это несильно помогало, и Гарри мечтал проспать хотя бы пару часов, чтобы только восстановить силы. Он закрыл глаза всего на секунду, а в следующее мгновение его разбудили чьи-то шаги. Это был Хорхе Ривера, который только что заступил на дежурство. Гарри поморгал, пытаясь сообразить, что происходит. Если Ривера уже здесь, значит, наступила полночь, а он всё-таки заснул, сидя на полу под мантией-невидимкой. Напевая что-то себе под нос, Ривера прошёл вглубь зала, туда, где на постаменте, окруженный защитными чарами, лежал гримуар. Гарри видел, как кубинец подошёл к нему и пробормотав что-то на испанском, постучал пальцами по заколдованному стеклу. Стекло на миг озарилось белым сиянием, и Ривера, испуганно выругавшись, поспешно отдёрнул руку. Он бродил по залу еще минут двадцать, то и дело останавливаясь, чтобы получше разглядеть тот или иной предмет. Наконец, он вернулся к гримуару и наколдовал себе кресло, желая, по всей видимости, устроиться поудобнее. Скорчившись в своём углу, Гарри терпеливо ждал, что будет дальше, но ничего не происходило. Ривера дремал, сидя в уютном кресле, и Гарри с каждой минутой ощущал себя всё большим идиотом. От долгого сидения на холодном полу затекли ноги. И с чего он вообще взял, что Хорхе Ривера способен выкрасть гримуар? Ведь это именно Ривера привёл их к маме Рамле. А если он и правда шпион, то зачем ему помогать им в расследовании? Гарри уже отчасти надеялся, что кубинец заснёт, и тогда можно будет незаметно покинуть Зал артефактов, чтобы отправиться домой и наконец-то нормально выспаться. Но тут дверь ведущая в круглую комнату снова отворилась, и послышались чьи-то шаги. Гарри замер, напряжённо всматриваясь вглубь зала. Ривера тоже проснулся и вытащил палочку. Шаги раздавались всё громче. Кубинец поднялся из кресла и спросил удивлённо: - Что ты здесь делаешь? - Buenas noches, mi amor, - раздался в ответ женский голос. - Не ожидал меня здесь увидеть? Сердце у Гарри забилось очень-очень быстро. Он знал, кому принадлежит этот голос. Это была Лианна Мэддок.