Драко очень изменился за лето...

Начало пятого года обучения в Хогвартсе принесло Драко массу удовольствия. Он ликовал в душе от того, с каким враждебным подозрением относились к Поттеру те пуффендуйцы и когтевранцы, которые ещё недавно так им восхищались. Да что говорить, ходили слухи, что даже с товарищами по факультету у Поттера был разлад. Триумф обернулся стремительным падением, и заклятый враг уже не выглядел таким цветущим и самодовольным, как прежде. В гостиной Слизерина считалось хорошим тоном от души перебрать все подробности ежедневного Поттеровского унижения, не забывая попинать при этом и его друзей: всех, начиная с семейства Уизли, заканчивая грязнокровкой-всезнайкой. Драко чувствовал себя особенно оживлённым, когда обсуждали последнюю, и старался это самое обсуждение возглавить. — Она омерзительна, — повторял он. — Просто омерзительна. — Да-да, ты это уже сто раз сказал за вечер, — закатывал глаза заносчивый Блейз Забини перед тем, как встать и уйти в спальню, оставив Драко одного, ведь к тому времени уже бывало достаточно поздно и в гостиной никого, кроме них, не оставалось. Вмешательство в дела школы министерства в лице Долорес Амбридж только порадовало Драко, ведь гриффиндорская компания, за которой он пристально наблюдал, день ото дня выглядела всё безрадостнее. Они думали, что все семь лет будут кататься как сыр в масле, пока идиот Дамблдор потакает их выходкам, покрывает их, да ещё и накидывает к концу года очков. Но теперь-то песенка спета. Так рассуждал Драко, пока не произошёл один инцидент. Это случилось, когда он отпросился с урока по истории магии. Было настолько скучно, что он соврал, будто у него болит живот, и направился к мадам Помфри. Крэбба и Гойла он, конечно же, прихватил с собой: а как без посторонней помощи человеку с заворотом кишок добраться до больничного крыла? Возможно, конечно, что они не столько шли в больничное крыло, сколько слонялись по замку, в целом двигаясь — но без спешки — в нужном направлении. И в одном из коридоров троице попался кот. Тот мирно прогуливался, бредя им навстречу, и не собирался менять курс, несмотря на появление школьников. Драко мигом его узнал. Это был тупой кот Грейнджер. Он видел его уже не раз в школьном экспрессе. — Это Живоглот. Неудивительно: какая хозяйка, такое и имя. Видимо, шутка так позабавила Гойла, что, когда они проходили мимо, он разбежался и с размаху пнул кота, отправив в далёкий полёт. Его подбросило, как тряпицу, и с силой ударило о каменный пол. Крэбб с Гойлом заржали, но получили от Драко по затрещине. — Сколько раз повторять: унижаем взглядом, а не кулаками. Это так по-магловски. И он немедленно унизил их презрительным, брезгливым взглядом. Затем подошёл к неподвижному животному и, не трогая, оглядел со всех сторон. Живоглот не дышал... Вот гадство! Драко поднялся и скривился, глядя на свою понурую свиту. — Меня окружают идиоты... Поднимите его! — Зачем? — прогудел Крэбб. — Затем, что я так сказал. Честь нести труп выпала Гойлу, и, после того как Драко ненадолго заглянул к мадам Помфри, слизеринцы направились к себе.

***

— Рон, ты не видел Живоглота? Гермиона металась по гостиной, но нигде не могла найти кота. И в спальнях его не было: она обыскала не только женскую, но и к мальчишкам заглянула, чем вызвала целый словесный поток жалоб у Рона. — Не видел, — нелюбезно отозвался последний, царапая пером свиток около камина. Он всё ещё обижался за то, что она увидела его грязные носки, и за то, что не соизволила помочь с домашним заданием. — Не понимаю, куда он мог деться… — Может, сбежал, — предположил Гарри, которого пропажа кота так же не особо волновала. Но всё же он не был таким равнодушным, как Рон. — Давай посмотрим на карте. К счастью, в гостиной кроме них уже никого не было, и Гарри без проблем развернул карту Мародёров. Ни следа Живоглота. — Он не в замке, — простонала она. — Может, он у Хагрида отсиживается? — с надеждой предположил Гарри. — Или он забрёл в Запретный лес и стал закуской для пауков, — пробормотал Рон, не отрываясь от свитка, за что Гермиона запустила в него подушкой.

***

Тупая грязнокровка! Неужели так сложно приглядывать за своим тупым котом? Драко мерил нетерпеливыми шагами гостиную, поглядывая на труп кота, разложенный на ковре, а Крэбб и Гойл в это время листали книги, принесённые из библиотеки. Их Драко выбрал сам. К сожалению, раздел некромантии не то что не был недоступен школьникам — возможно, его даже не было в Хогвартсе. Но зато нашлось несколько книг по заклинаниям, связанным с животными. Уже было далеко за полночь, поиски затягивались. — Ничего. Здесь ничего нет! — хором откликнулись дуболомы. — Ищите! — прошипел Драко. — Чтобы к утру выяснили, как оживить мерзкого кота мерзкой грязнокровки! С этим он направился в спальню, намереваясь хоть теперь отдохнуть. Но сон вышел скверным. Встал он рано и, спустившись в гостиную, обнаружил посеревших от недосыпа товарищей с тёмными кругами под глазами, но не ответ на интересующий вопрос. Как оживить кота, они не знали. Драко припрятал Живоглота за подушками дивана, несмотря на то, что от тушки уже начинал исходить смрадный душок, и решил подумать, что делать. Ответ нашёл его сам собой, когда после уроков навстречу попался Филч, куда-то тащившийся мимо школьников со своей кошкой под мышкой.

***

После того как были запрещены телесные наказания, старого завхоза не так радовали появления школьников в его каморке. Но чтобы кто-то добровольно к нему спустился!.. Это был благородный Драко Малфой, и в руках у него был… мёртвый кот! Филч хотел было подняться с табурета, на котором успел задремать, но тут же опустился обратно, когда мальчик подошёл и положил кота на стол перед ним. — Вот, — высокомерно произнёс тот и указал на животное. — Я хочу, чтобы вы с этим что-то сделали. — Филч от удивления раззявил рот. — Я заплачу. — Что я должен с этим сделать? — непонимающе проговорил завхоз, приподнимая труп кота и оглядывая на предмет повреждений. Сдох он явно не сегодня. — Хочу, чтобы он был как живой. Филч крякнул. — Это невозможно, парень. Я, может, и рад бы, но, пожалуй, даже Дамблдору не под силу его оживить, не говоря уж о таком скви… Короче, невозможно это и всё тут. — Я не прошу его оживить. Я прошу сделать его похожим на живого. Глаза мальчишки недобро сверкнули. — Вы ведь можете набить его чем-то и заставить двигаться. Кажется, у маглов есть такие куклы, которые двигаются сами по себе. — Ты, что, знаешься с маглами? — Филч сощурился. На лице мальчишки отразились брезгливость и даже злость. — Как вы только могли подумать? Вы знаете, кто мой отец? Филч задержал взгляд на разгневанном школьнике, а потом вновь посмотрел на несчастное животное. Он сунул кота в руки Малфою. — Вот у маглов и спроси, как его набить и заставить двигаться. А теперь убирайся отсюда, пока я не пожаловался на твои выходки профессору Снейпу.

***

Оставался последний шанс. Кота пришлось всё-таки прикопать, потому что слизеринцы уже начали жаловаться Снейпу на усиливающуюся вонь в гостиной. Драко похоронил Живоглота вечером возле теплиц, пометив место камушками. У него был план. Ведь он провёл это лето не впустую. Между приспешниками Тёмного Лорда из уст в уста передавалась история о его возвращении. И даже сам непосредственный участник тех событий успел похвастаться в кругу единомышленников, демонстрируя руку, что даровал ему взамен отсечённой Господин. А отец поведал эту историю Драко. Если уж самого Тёмного Лорда такой никчёмный червь, как Питер Петтигрю, сумел вернуть к жизни, то у него, Драко Малфоя, точно есть все шансы на воскрешение тупого кота тупой грязнокровки. Самое трудное заключалось в том, чтобы вызнать у профессора Снейпа состав зелья. Драко месяц ходил за ним, прикидываясь увлечённым зельеварением, неспешно подбираясь к самому главному вопросу. Ему стало совсем не до Поттера и компании. Однако он не мог не заметить, что Грейнджер была порой рассеяна в последнее время и выглядела печальной. Не то что бы он прямо присматривался или следил за ней… И вот сокровенный вопрос был задан, и профессор Снейп воззрился на него с невиданным доселе изумлением на вытянувшемся лице. — Позвольте поинтересоваться, с какой целью вы спрашиваете меня об одном из самых могущественных составов на свете? — Летом я свернул голову любимой канарейке троюродной кузины и намерен исправить эту оплошность. Тёмные глаза Снейпа остались холодными, а взгляд — строгим. — То есть ваш интерес носит не теоретический, а даже практический характер? Драко любезно улыбнулся. — Да, и только вы можете мне помочь. — Такой состав не так-то просто приготовить, любая мелочь может исказить результат. Однако, — он выдержал паузу, — мне было бы любопытно почитать отчёт. Это не значит, что я собираюсь вам его дать. Но, повторюсь, я заинтересован в отчёте о воскрешении… канарейки. Во взгляде профессора читалась насмешка. — Отчёт в свиток вы бы сочли удовлетворительным? — Вполне. Поэтому я не оставлю завтра после занятий на своем столе запечатанный конверт с составом, записанным исчезающими чернилами. Вы слышите, не оставлю. — Я вас понял, сэр. Все же Драко сдержанно уважал декана факультета за его принципиальность.

***

«Проклятая Амбридж! Чтоб ей провалиться!» — негодовала про себя Гермиона после очередного вопиющего случая наказания Гарри за правду. Она собиралась пожаловаться на неё МакГонагалл и как раз направлялась к той, когда на пути возник Драко. Их столкновения один на один теперь всегда заставляли её нервничать: после того случая, когда в прошлом году он намекнул ей, что качается. Неизвестно, чего ещё от него можно было ожидать. Хоть они и не разговаривали больше, а после Святочного бала он будто стал ненавидеть её с новой силой. Но в этот раз Драко загородил ей дорогу.  — Отойди, — с угрозой приказала она. Ей было вовсе не до шуток. — Я бы попросил по-хорошему, но… — Драко оглянулся по сторонам, хотя никого не было в этой части коридора, затем недобро улыбнулся, — но уверен, ты будешь сопротивляться, поэтому… Его рука, прятавшаяся в складках мантии, взметнулась к ней, сверкнули ножницы. Гермиона испуганно вскрикнула и дернулась в сторону, но почувствовала, как прядь волос угодила между лезвий. Ножницы клацнули, и вот Драко уже держит отнятые волосы в руке, гадко насмехаясь над её унижением. — Всего-то. Гермиона попыталась огреть его сумкой, но он увернулся. Тогда она закрыла руками полыхающее от обиды лицо и побежала в сторону ближайшего женского туалета. Ни о какой МакГонагалл уже и речи быть не могло, к ней она не могла заявиться в слезах. Гермиона час рыдала в компании плаксы Миртл. Да, она знала, что Драко злой человек, но не настолько же?! Или ей просто было обидно, что именно с ней и именно он поступил настолько низко…

***

Итак, у него было готовое зелье, была с собой также выкопанная кость Живоглота, были волосы грязнокровки, заменяющие плоть слуги, — для животного и этого было достаточно. Но нужна была ещё кровь врага… — Я вполне могу сойти за врага, — рассудил он. — Для его хозяйки так точно. Драко пытался не вспоминать, какой ошеломлённой она была, когда он отрезал её волосы. Больше ненависти он мог заслужить, только если бы убил Дамблдора на её глазах. Стояла тёмная ночь, и Драко в полном одиночестве заседал в мужском туалете, единственном месте, где можно было всё провернуть без угрозы быть пойманным.

***

Она не хотела больше видеть Драко. Никогда в жизни. Гермиона никому не рассказала о случившемся, но твёрдо решила, что отныне этот тип мёртв для неё. Но её воли было недостаточно, чтобы избавиться от Драко. «Покойник» нагнал её, когда она пыталась скрыться за портретом Полной Дамы, бросив непочтительное «Йоу, Грейнджер!» ей в спину. — Отвали! — прорычала она. — Это твоё? Гермиона обернулась и не поверила глазам. Драко держал в руках её Живоглота... Кот недовольно бил хвостом и в целом выглядел крайне раздражённым, но это точно был он. — Как?.. — она не находилась со словами. — Верни его! Драко состроил мину. — А для начала поблагодарить не хочешь? Гермиона окинула его гневным взглядом, но не было похоже, что он собирается над ней издеваться, что теперь её кот у него, или требовать чего-то взамен. — Спасибо, — пробормотала она себе под нос. — Не слышу. Маглы вас совсем не учат манерам, что ли? — Спасибо! — выкрикнула Гермиона ему в лицо. Драко фыркнул, подошёл ближе и всучил ей Живоглота, который на удивление долго находился в чужих руках без попыток вывернуться или оцарапать. Гермиона успела заметить, что левая ладонь у Драко перебинтована. Она подняла на него изумлённый, вопрошающий взгляд. Они давно не стояли так близко друг к другу. — Теперь у тебя есть хоть что-то чистокровное, — насмешливо протянул он. — А мне пора писать свиток для Снейпа. И он оставил её с ворчащим Живоглотом на руках.