There Is A Town

[ Багаж угнетает Маттео Гьяччо ]

Transport, motorways and tramlines Starting and then stopping Taking off and landing The emptiest of feelings

      Забудьте всё, что он говорил о шуме в самолёте. Зона выдачи багажа намного хуже.       Кто-то толкнул Гьяччо, пока он ожидал багаж,— один из тех незнакомцев, с которыми ему не посчастливилось разделить личное пространство. Он напрягся, сжал кулаки, чтобы после наброситься и сломать ублюдку челюсть, но тяжёлая рука коснулась его плеча в предупреждении, не больше. Сорбет не горел желанием трогать людей, находя любое физическое общение с ними неприятным. Гьяччо никогда не понимал, почему мужчина спит так часто, но он прекрасно понимал это. Даже если это будет лёгкое прикосновение, Сорбет стиснет зубы, ясно продумывая в голове план убийства. Точнее, только если твоё имя не Стефано Джелато.       Гьяччо расслабил кисть руки, но вы ошибётесь, если подумаете, что расслабился сам Гьяччо. Он никогда не расслаблен, на самом деле. Он бы не дожил до своих лет, если бы позволял своей защите ослабнуть. — Они потеряли наш багаж. — Терпение. Уверен, он скоро прибудет. — Эти уёбки потеряли его. — Не выражайся.        "Ты мне не папа" хотел бы огрызнуться он, но нельзя. Они под прикрытием, в конце концов, так что сейчас Сорбет и есть его папа, во всех смыслах. И он всё равно лучше, чем его настоящий отец, что уже говорит о чем-то, учитывая, что Сорбет расчленяет людей живьём. Никто не рассказывал ему лично, что сделал Сорбет в Милане, — по крайней мере, сами Сорбет и Джелато — но Гьяччо не тупой. Он подслушал сплетни Формаджио и Иллюзо, и он может сложить два и два. Это не его собачье дело. Его собачье дело — это их миссия.       Джелато был рождён для подобной работы. Такие города имеют камеры, глаза и уши повсюду, но его станд показывает маршруты, по которым он может пройти незамеченным, уничтожить любого офицера полиции, представляющим угрозу, что делает его хорошим союзником под прикрытием для Пассионе. The Devil's Right Hand попросту бесполезен в бою, но поэтому он и носит с собой пистолет. Мало того, Джелато лингвист в команде, бегло говорящий на английском, испанском, французском, корейском, нескольких итальянских диалектах, сносно на русском и, достаточно для простого разговора, мандаринском. Да, он не может рвать тела напополам как Ризотто, и вы не увидите его, уничтожающим полный автобус как Прошутто, но он правая рука в их команде не просто так. Он креативный. Стрела дала ему станд, единственная сила которого — цветовое кодирование предметов, и он как-то ухитряется провернуть, на первый взгляд, бесполезную способность, в оружие, которым он творит полный хаос.       Сорбет всегда работает с Джелато. Эти двое будут работать с другими, прямо как сейчас, но, как прописано в их контракте, они не будут разделены ни при каких обстоятельствах: куда бы ни шёл Джелато, Сорбет будет следовать за ним. Говоря откровенно, Гьяччо считал, что это тупо, потому что всё пойдёт по пизде, если они когда-нибудь расстанутся. Впрочем, они были партнёрами ещё до рождения Гьяччо, так что, возможно, есть лишь маленький шанс того, что это случится. Сорбет — буквально мускулы их команды. Размер Ризотто Неро с дом, но и он не может продержаться дольше пяти минут против Сорбета в спарринге. Его кулаки быстры, а уж ножи тем более, но он имеет некую личную неприязнь к огнестрельному оружию, — Гьяччо не знает, почему; он знает только то, что Ризотто приказал ему не любопытствовать — хоть и умеет стрелять не хуже остальных в команде. Hell Broke Luce поглощает страх из своих целей, поэтому он может в благих целях использовать это в сторону своих союзников, чтобы поддерживать их спокойными и сосредоточенными на миссии, или он может озвереть и уничтожить вражеский инстинкт самосохранения. Его станд может и вселять страх, но напуганные люди — непредсказуемые люди. Он больше подходит для пыток и допросов, чем для боя. Как-то раз, Гьяччо просил Сорбета использовать станд на нём, чтобы смог потренироваться или научиться преодолевать ужас, но он отказался. Сказал, что не хочет быть причиной его травмы, какую бы херню это не значило. Он что, думает, что Гьяччо слаб?       Они оба опасны. Дайте им пушку, дайте им нож, и они устроят вам ад. Но дело в том, насколько бы креативными они не были, их станды не сделают много в бою. Обычно, это нормально, но тогда, когда они далеко от контролируемой Пассионе территории, Ризотто настаивает на подстраховке.       Сам мужчина категорически исключается. Ризотто и Джелато могли бы сработаться, но, если дела пойдут не по плану, никто не хочет потерять лидера и его правую руку одновременно.       Прошутто очень силён, но после его последней миссии в Америке, будет лучше, если он не будет некоторое время показываться в стране. Или не некоторое. Последнее, что им надо, это ФБР у них на хвосте.       Baby Face Мелоне бьёт больно, но он не очень хорош для густо населённых городских районов, где каждый может заметить тебя. Мало того, Сорбет и Мелоне не будут сотрудничать ни при каких условиях, согласно строгому приказу управления Ля Сквадры, что, проще говоря, означает, что Сорбет сломает Мелоне челюсть в то же мгновение, когда тот снова отпустит комментарий в сторону женщин. Когда это происходит в штабе, Сорбет прикусывает себе язык, а Мелоне держится от него как можно дальше.       Формаджио и Иллюзо полагаются на хитрость и обман, им просто не имеет смысла работать с двумя убийцами, которые так же полагаются на уловки.       Так остаётся у нас Гьяччо. Конечно, по сравнению с остальными он молод, но в задницу это, окей, всем нужно прекратить называть его ребёнком, потому что он не ребёнок. У него есть старшинство по стажу перед половиной Пассионе, так что этим блядям стоит начать уважать его. Единственный, превосходящий по силе Ризотто Неро, это Гьяччо, и если кто-то посмеет забыть об этом, он приморозит их же хуи к их штанам, только дайте ему повод.       Он не против работать с двумя мужчинами. Он уже проходил через подобное. Конечно, Сорбет дрыхнет весь день и абсолютно точно является наискучнейшим в мире мужчиной среднего возраста, несмотря на должность убийцы ("Гьяччо, мне лишь 37."), но он и самый терпимый в их команде, не считая его одержимость письменными заданиями. Джелато — это нескончаемое производство шумов и телодвижений, — редко сидит на месте, редко затыкается — но он подавляет это при Гьяччо, раздражает реже остальных и уважает его как ассассина.       Ну просто... Им правда нужно быть под прикрытием именно как семья?       Их багаж наконец появился на ленте. Сорбет не сказал ни слова о том, что их багаж всё же не потерялся, а просто молча взял его, но Гьяччо всё равно вскипал от злости, что вселенная снова выставила его неправым.