Малиновый закат

      Знаете, есть миллионы историй, где влюбленные вместе просыпаются после бурной ночи, долго лежат в обнимку, целуются и шепчут друг дружке какие-нибудь приятные вещи. А потом вместе идут пить кофе, наслаждаясь компанией друг друга.       Так вот забудьте, это утопия.       По крайней мере для нас. Потому что я проснулся, когда мой будильник звонил уже семнадцатый раз, заставив Люка взять управление ситуацией в свои лапы и впиться когтями мне в плечо. Так себе начало утра.       Если пропустить то, как Антон пытался натянуть мои джинсы, как я носился по квартире в поисках своей футболки, как Люк выразительно мяукал, требуя завтрак, как я чистил зубы, нанеся зубную пасту на палец, потому что щетки у меня, естественно, не было, как Антон матерился, а я истерил, что без кофе никуда не выйду и, если выражаться цензурно, мы опаздывали.       Кое-как собравшись — с вещами и с мыслями — мы выскочили из дома и сели по машинам. Слава Небу, я вчера решил именно приехать, а не прийти, поэтому до Управления мы добирались на разных машинах. Просто объяснить наше совместное опоздание куда проще, чем еще и тот факт, что мы приехали на одной машине.       Влетели в Управление мы в 11:23. К счастью, коридор был пустой, и мы тихонько проскользнули к нашему кабинету… А ведь я и правда смирился, что он наш. На удивление даже в Общем Зале было пусто. Неужели все уже по заданиям?       — Вот вы где! — послышался голос с другого конца кабинета. Этот слегка бархатистый голос я без сомнения узнаю из тысячи. Это был мой глубоко уважаемый, любимый и единственный начальник, — Живо в мой кабинет!       Ну все. Терпеть не могу, когда мне делают выговор. Но делать-то нечего, и мы с Антоном без какого-либо воодушевления поплелись в кабинет Стаса.       — Скажу честно, я разочарован. — начал Стас, когда мы закончили наш парад позора, и в унылом шествии дошествовали наконец до места предварительной казни. — Особенно ты меня разочаровал.       И Стас, опираясь на стол двумя руками, кивком указал на меня. Я в свою очередь, сидел на стуле перед ним, с видом провинившегося школьника, который решил, что кинуть бумажный самолетик в учителя это забавно, а учитель решил, что забавным будет пригласить родителей к директору. И вообще это несправедливо! Пять лет приходишь исправно за полчаса до начала рабочего дня, и ни одного тебе благодарного слова. Зато как раз опоздаешь — на тебе выговор по полной программе.       — Почему вы не сказали мне, что у наших Окси и Алексея роман? — хитро улыбнулся этот невероятный дяденька с сердцем шиппера.       — Да ладно! Серьезно что ли?! — это был самый поворотный поворот из всех.       Во-первых, нихера не выговор нас ждал, а хорошая порция сплетен. А во-вторых, я никак не ожидал, что эти ребята встречаются. Хотя это, блин, логично!       — Абсолютно, — довольно кивнул Стас. А потом он наклонился ближе к нам и перешёл на шепот, — В день, когда мы рассказывали истории, они всю дорогу сидели в обнимку, — Ага, я это тоже заметил, — А вчера они вдвоем отпросились пораньше, а Паша случайно заметил, как Леша поцеловал Окси в щеку, перед тем, как они сели в ЕГО машину.       — Блин, а я и не знал, — честно признать, я был удивлен, но это так мило, я прям не могу!       — Вы серьезно что ли? — подал голос стоящий позади Антон. Я с удовольствием отметил, что в его речи не было упрека, — Я это заметил еще когда только пришел с Машкой помогать. Это же очевидно.       Стас молча выпрямился и, подойдя к Антону, положил ему руку на плечо.       — Ты у нас недавно, поэтому на первый раз прощаю, — он сделал эффектную паузу, а я был готов взорваться от сдерживаемого смеха, потому что лицо ничего не понимающего Антона надо было видеть, — У нас есть священное правило: все сплетни проходят через меня, потому что я — та еще бабка-сплетница. Ну все, ступай с миром, милок. — И он похлопал Антона по плечу.       Вот тут я уже не выдержал и заржал в голосину. И нет, это был не смех, это был именно ржач. Как я только со стула не упал? Стас, все это время сохранявший чудесную мину на лице, тоже рассмеялся. Только Антон стоял, растерянно хлопая глазами, и, видимо, вспоминал номер психушки. По-видимому так и не вспомнив, он решил поинтересоваться нашим ментальным здоровьем:       — Вы в порядке? — его голос звучал так растерянно, это так мило.       — В полном! — сквозь смех выдавил я.       Меня закоротило. По крайней мере, я так называю это состояние, когда тебе уже давно не смешно, но ты всё равно ржешь. Смеешься со своего смеха, смеешься с воздуха, смеешься потому что умеешь смеяться… Вот и я смеялся, мне было хорошо. Но еще лучше мне станет, когда я налью себе кофе, но пока я не в состоянии.       Наконец немного отойдя, я сообщил своим коллегам, что сейчас может начаться кофейная ломка, и тогда я за себя не ручаюсь. Поэтому Стас шутливо начал выгонять меня, и Антона заодно. Я честно сопротивлялся, но где-то в районе порога сдался.       — Кстати! — окликнул нас Стас, — Опаздывать — это нехорошо. — Он очень комично погрозил указательным пальцем.       Вот и весь нагоняй.

***

      Антон усердно заполнял что-то очень важное в компе в нашем кабинете, а я сидел на подоконнике, наслаждаясь прекрасным видом из окна, ароматным кофе и звуком нажимаемых клавиш. На самом деле я бы может и не сидел здесь, но кроме моего горячо любимого подоконника, стула на колесиках, на котором сидел Антон, и «стула для посетителей» свою задницу кинуть было некуда, а поскольку со стула не очень видно, чем там занят Антон, выбор седалища очевиден.       Мои размышления по поводу пристанища для моей задницы было прервано обеспокоенным голосом Стаса, доносившимся из коридора.       — Что же вы сразу не обратились?       — Обратился. Только я живу за городом, а там полиция не особо ринулась на поиски. Я все надеялся, что они что-нибудь найдут, но спустя неделю понял, что искать они и не собираются, а медлить в таком деле нельзя. — Ответил неизвестный мне голос.       Шаги приближались, и вот в двери показался мой начальник в компании мужчины лет пятидесяти.       Мужчина выглядел приятно. Он был где-то моего роста, крепкого телосложения. На нем была серая футболка с принтом и черные джинсы, в руках была кожаная куртка. Аккуратно подстриженная борода придавала его образу солидности.       — Вот эти молодые люди вам помогут, в этом деле они профессионалы, — тут один сидящий на подоконнике профессионал чуть не подавился кофе, — Виктор, расскажите им, что вам известно.       Антон с явным интересом слушал все, что говорили гости, и даже закрыл рабочий ноут, чтобы ничего не мешало смотреть на собеседника. Тем временем я решил все-таки слезть с насиженного места и встал рядом с Антоном, опираясь руками о стол.       — Неделю, а если быть точным, шесть дней назад пропал один мой хороший друг. Перед отъездом он сказал, что поедет с сыном и его друзьями на пикник, и в тот день не вернулся. Я ждал его ещё день, но он и не вернулся. Звонил его сыну — он не брал трубку. Я даже его бывшей жене звонил, но она не видела его, но, кажется, тоже начала волноваться. Тогда я обратился в областную полицию, но там мне ничего полезного не сказали, поэтому я прошу о помощи вас. — Мне сразу понравилось, как говорил этот человек: ровная, спокойная, размеренная речь. Он говорил только важные и правильные вещи, а в сумме с его бархатным голосом его речь доставляла только удовольствие, — Моего друга зовут Александр Марков, он чуть выше меня ростом, но при этом очень худощавый. У него темные коротко стриженные волосы, бороды он не носит. Он почти всегда носит пиджак, даже на дачном участке, — тут Виктор еле заметно улыбнулся, видимо, погрузившись в воспоминания, — Это доставляет ему особое удовольствие. Машина у него Рено Дастер 18 года, белая, всегда в хорошем состоянии. — Мужчина на время замолчал, — Ну вот, наверное, и все.       — Спасибо, это действительно все. Больше нам вряд ли понадобится, — довольно сказал Антон. В его голове уже появился план, это точно.       — Вы пробовали пробить номер авто? — поинтересовался Стас, но прежде, чем Виктор ответил, возмутился Антон:       — Зачем? Давайте лучше по номеру телефона пробьем!       — А это мысль. — кивнул я, — Только проблемка выйдет, если у него не включены геоданные.       — Не проверим — не узнаем, — оптимистично заявил Стас.       — Диктуйте, — сказал Антон, достав свой телефон.       Виктор послушно по памяти продиктовал номер друга и стал завороженно следить за действиями Антона.       — Вот черт! — выругался Шаст и, судя по звуку, кому-то позвонил, — Одну минутку… Алло, привет, Димас. — мой мозг тут же выдал картинку вечера в баре, когда я в первый и почему-то последний раз видел Диму. Блин, а ведь это именно он нам виагру подсыпал, сволочь, — Ага, да, нормально все… Слушай, у меня к тебе вот какая просьба: я тебе номер отправил, можешь отбить его местонахождение? Нет-нет, это по работе… Да, конечно, спасибо! За мной должок, я помню. Все, до встречи. — Тут Антон завершил вызов и положил телефон на стол, — Хорошо работать в разных городах — много разных связей, — улыбнулся он.       Стас и Виктор сидели с видом ничего не понимающих людей. Хотя Стас, может, и понимал хоть что-то, но вот в Викторе я сомневаюсь. Нужно было спасать ситуацию.       — Тааакс, пока мы ждем, может по стаканчику кофе?       Виктор воссиял.       — С удовольствием. — Сказал он. Вот она, родственная кофейная душа.

***

      Мы вчетвером сидели в Общем зале, когда Антону на телефон пришло смс. Пришло с самым обычным звуком, никакого разнообразия.       — Ну что там? — спросил я, когда Антон уже минуту смотрел в экран своего телефона.       — Он в лесу — ответил Антон, — Вот прям реально посреди леса.       Я нагло пододвинулся ближе и посмотрел в его телефон. Были открыты Карты, зеленый фон, а посреди — красный маячок.       — Ну и что? Точка-то отбита, значит едем! — очень даже позитивно заключил я.       — А можно я, ну, тоже с вами поеду? — спросил Виктор.       — Конечно, — прежде, чем я успел открыть рот для отказа, ответил Стас. Ну можно так можно, — И я поеду.       Я наградил своего начальника самым красноречивым взглядом, одновременно выражающим удивление и уважение. Стас довольно кивнул. Что ж, видимо, не такой он был и красноречивый, но Стас на что-то согласился. Надо бы узнать, на что конкретно.

***

      Выехали мы на двух машинах. Стас поехал с Виктором на его машине, а мы с Антоном выбрали повездеходнее из служебных. В один момент мне захотелось предложить заехать за шашлыками, но как-то не срослось.       Из города мы выехали только спустя сорок минут, потому что пробки. Потом еще минут пятьдесят ехали до нужного нам леса, и вот наконец мы оказались в окрестностях Ладожского озера. Лучше не буду описывать, как мы плутали по тропинкам, пока не попали на укатанную дорогу, по которой мы прибыли…       — Смотри! — Антон указал куда-то в глубь леса. Я присмотрелся: за поляной и правда виднелась какая-то машина, — И маячок где-то тут…       Мы завернули на полянку и пошли к машине. Вторая половина нашего небольшого отряда ехала немного позади, поэтому припарковались только тогда, когда мы были уже у долгожданной цели.       — В машине никого… Ключи в зажигании, значит… — Антон дернул ручку водительской двери, и та послушно открылась, — Машина открыта.       — Нам лучше. Обыщем автомобиль, а там… — я открыл багажник и застыл.

Живым — 25/17

      — О боже! — воскликнул где-то позади Стас.       В багажнике, в позе эмбриона, лежал человек. Словами не могу передать, как это зрелище меня шокировало! Он был почти голый — из одежды были только трусы — бледная кожа, закрытые глаза, впалые щеки, грязные волосы, слегка выпираюшие ребра… Я чувствовал, как сзади подошел Антон. Он не обнял меня, не поцеловал, он просто был рядом. Этого было достаточно.       — Саш… — невыносимо больно прошептал Виктор.       Несмотря на всю мерзость данного зрелища, что-то завораживало. Что-то заставляло всматриваться в это бледное лицо, рассматривать…       Глаза открыты       — А-а-а, — я отшатнулся назад, неожиданно встретившись с зелеными глазами этого полутрупа.       Если бы не Антон, я бы обязательно упал. А так я просто попал в крепкие, но не вызывающие подозрения, объятия. Правильно, Стасу пока не стоит знать об… Этом.       — Он жив! — радостно воскликнул Стас, а Виктор, кажется, потерял дар речи.       Очень удачно, что у Виктора в машине оказалась бутылка воды, и мы хоть как-то смогли напоить Александра, пока ждали скорую. Без нее, к сожалению, вытащить мы его не смогли бы.       — Спасибо… — прошептал подошедший сзади Виктор.       — Ну что вы, за что?       — За то, что нашли его, — он кивнул на своего друга, — Неделю не могли сделать то, что вы сделали за полдня! А если бы еще чуть задержались, его может уже и не было бы!       — Но сейчас он здесь, — легонько улыбнулся я.

***

      Мы с Антоном вошли в Александровскую больницу, куда увезли Сашу после освобождения из багажника. С того дня прошло трое суток, и медсестра сказала, что можем посетить Александра и наконец спросить, кто же с ним это сделал.       — Здравствуйте! — поздоровались мы, входя в палату.       — Здравствуйте… — голос пострадавшего звучал слегка неуверенно, — Вы уж извините, я вас плохо помню…       — Ничего страшного! — было бы странно, если бы он хоть что-то запомнил, при таком-то состоянии! — Меня зовут Арсений, а это мой коллега Антон. Мы помогли вашему другу вас отыскать.       — Ааа, понял-понял, Виктор мне о вас говорил, — мужчина слабо улыбнулся, — спасибо вам.       — Да не за что. — Я улыбнулся в ответ.       Как-то так повелось, что, когда мы с Антоном работаем вместе, большую часть разговора веду я, зато он задает главный вопрос. Сегодня не было исключением.       — На самом деле, мы пришли не только вас проверить, — надо заметить, Антон больше не бросает вопрос, как снег за шиворот, а аккуратно подводит к нему, — Вы можете вспомнить, кто конкретно вас закрыл в багажнике? И почему он это сделал?       Повисла небольшая пауза.       — Я очень хорошо помню, кто это был, — после молчания начал Александр, — Это мой сын сделал.       — Какой ужас! — искренне сказал я.       — Нет, вы не правы. Я его не виню — он был под травой, он не понимал, что делает. Я пытался отобрать у него эту дрянь, вот он и… Он не виноват, — как будто уговаривая себя повторил бедный отец.       — А… Вы знали об этом раньше? — спросил я.       — О том, что он употребляет? Конечно! Я уже давно пытался отучить его, но это, видимо, был последний раз…

***

      Вышли из больницы мы в смешанных чувствах.       — Антон? — окликнул я коллегу, когда мы сели в машину.       — Ммм?       — Я сейчас спрошу, только ты это… Честно ответь. — я остановился, подбирая слова, — Ты давно употребляешь? Очень сильно? Ты… Ты можешь бросить?       — Бросить? — Антон, похоже, был не готов к такому повороту событий, — Ох, Арс… Я столько раз пытался, и столько раз безуспешно, что…       — Пожалуйста! — уж как-то слишком жалобно попросил я, — Ради близких! Ради друзей!       — У меня нет никого… — отвернулся Антон. В смысле?       — У тебя есть я, — я широко улыбнулся и склонил голову на бок, — И Люк.       Антон долго смотрел на меня и улыбался, а потом вдруг наклонился и поцеловал в нос.       — Ради тебя и Люка попробую. Обещаю.