Смех колокольчиков

Сакура не поняла, что с ней произошло. Ещё несколько секунд назад она находилась на празднике, среди своих друзей. Потом она услышала крик, начался какой-то переполох. Наруто побежал в сторону резиденции Каге, Сакура хотела последовать за ним... но не могла. Последнее, что она почувствовала, как ноги её словно приросли к земле. Затем её окутала непроглядная тьма. Сакура всхлипнула, пытаясь побороть слёзы горечи и отчаяния. Не хотелось быть слабой девчонкой: настоящие шиноби умеют скрывать эмоции. Но Харуно, подумав об этом, начала плакать. В месте, где она находилась, было ужасно душно, и Сакура понадеялась, что задохнется в собственных слезах. А может, её специально сюда поместили, чтобы она умерла от удушья? Внезапно тьма рассеялась, Сакура автоматически закрыла руками лицо, чтобы Тоби (она стопроцентно верила, что он снова её похитил) не видел её слёз. Каким было удивление Харуно, когда она услышала около себя незнакомые голоса. Она взглянула на противника — это были шиноби в масках Анбу. — Что будем делать с ней? — спросил один из шиноби. — Какие были приказания сверху? — Не знаю, — ответил кто-то. — В мою работу входило лишь поимка этой девчонки. — Сейчас Такаюки-сама придёт и всё разъяснит, — вмешался третий голос. — Слышали, Мей с балкона сбросилась? — шиноби засмеялись. — Да, старушка совсем плоха стала. — Какая же она старушка? — возразил кто-то. — Ей всего по-моему тридцать лет. — Но уже стара для мужчин, поэтому и мучается, — засмеялся другой. — Скорее бы Такаюки-сама стал Мизукаге. Он обещал нас повысить. Вот тогда заживём! Послышались шаги, Анбу замолчали. В комнату кто-то зашел. — Такаюки-сама, что нам делать с этой девчонкой? — Свяжите и оставьте здесь, — ответил Такаюки-сама. Сакура осмелилась посмотреть на своего похитителя, и каким же был её шок, когда она узнала в нём Юки-сана! Организатора пошлого фестиваля! Харуно еле сдерживала себя, чтобы не наброситься на этого обманщика, понимая — с Анбу она не справится. «Снова всё упирается в силу! Та же ситуация, что и с пленом в Акацки!» — со злостью подумала Сакура, когда один из Анбу принялся её связывать. Когда шиноби, пользуясь случаем, решил её облапать, куноичи не стала сдерживаться и сконцентрировав чакру в кулаке, отбросила извращенца на несколько сотен метров. Шиноби пробил своим телом часть стены. Остальные Анбу, повинуясь безмолвному приказу Такаюки, бросились к Сакуре. Она, применив неожиданную ловкость, увернулась от всех ударов и расправилась с Анбу также, как с их предыдущем напарником. Такаюки, судя по всему, не был шиноби, и Сакура без труда отправила его в нокаут, когда он попытался её задержать. Харуно пробила стену в комнате, чтобы выйти из помещения минуя парадный вход, увидела, что находится в неизвестном месте. Перед ней раскрылось чистое зеленое поле, над которым раскинулось ночное небо, испещренное звездами. Сакура ловко слезла вниз и бросилась бежать неизвестно куда. «Свободна, свободна! Неужели свободна?!» — подумала она. Она на миг обернулась назад и увидела, как за ней вдогонку бежит целый отряд Анбу. «Ну уж нет, я вам просто так не...» — Сакура, потеряв бдительность, врезалась во что-то твердое, по её определению — бетонную стену. Хотя ничего такого она в поле не видела. Харуно, потеряв равновесие, упала на землю... — Нет-нет-нет! — голос куноичи сел, она подумала, что сошла с ума. — Только не ты! Только не ты снова! Перед ней стоял Тоби. Как, как он тут оказался?! Этот страшный человек в маске, чья душа, словно каменный обелиск, бетонная стена, в которую Сакура, как подумала, врезалась! Вдруг Харуно подняло на ноги нечто, выросшее из земли — Зецу. Она сразу узнала это странное существо по его желеобразному белому телу. Сакура опомнилась, хотела пробежать мимо Тоби, но Зецу схватил её своим телом, не давая сделать и шагу. — Какого чёрта?! — прокричала Харуно. Послышались истошные крики. Тоби, применив технику шарингана, вырубил целый отряд Анбу. — Ну что, хорошо погуляла? — спросил Тоби, усмехаясь. Ответом было изумленное лицо куноичи, которое ещё больше развеселило лидера Акацки. Губы её дрогнули, она задержала дыхание, чтобы снова не заплакать. Тоби резко схватил её за подбородок, не сводя с неё своего пленительного, кроваво-красного шарингана. От испуга Сакура вскрикнула и разрыдалась. — Теперь тебе не будет скучно, — добавил Тоби, довольный реакцией пленницы. Учиха направился в здание Анбу, прокручивая в голове план поимки джинчуурики шестихвостого. — Тоби, а что делать с ней? — спросил озадаченный Зецу. — Пусть девчонка идет с нами, — ответил Обито. — Возможно, джинчуурики будет ранен, а ему ещё надо дожить до извлечения семихвостого. Зецу освободил тело Сакуры, но связал её руки своеобразной веревкой из белой массы. Харуно всё рыдала, не в силах успокоиться и чем больше она винила себя за несдержанность, тем больше ей хотелось плакать. — А что ты думала, мы просто так тебя отпустим? — сказал ей ухмыляющийся Зецу. — Ха! Я думал, ты догадаешься, что Тоби вернется за тобой. Надеюсь, воспоминания о празднике останутся у тебя надолго, потому что своих друзей ты увидишь ещё очень нескоро... Тоби скрылся в ночной темноте, телепортировавшись в здание. Зецу, обхватив своим телом Сакуру, отправился по следам Учихи. Это произошло так быстро, что Харуно еле сдержала рвотный рефлекс; у неё родилось такое чувство, будто все внутренности прилепились к позвоночнику. Зато такая встряска прекратила её истерику. Сакура снова очутилась в комнате, где её пытались связать Анбу. Такаюки, застывший от страха, не знал куда себя деть. — В-вы меня так просто не в-возьмете! — засмеялся он и оскалился, словно безумный. Он выбежал в полуразрушенный коридор, а Тоби проследовал за ним. — Похоже, у нас гости, — сказал Зецу, увидев, как в поле появилось новое войско Анбу. В этот миг появилось несколько шиноби, которые заключили в огненное кольцо Катона Зецу и Сакуру. Человек-алоэ быстро среагировал, разделившись на нескольких белых Зецу, один из которых удерживал Сакуру. Но вскоре после этого раздался взрыв, разлучивший куноичи с её охранником. Сакура не могла поверить, что ей снова предоставился шанс убежать. Харуно окружило несколько человек из Анбу. Видимо, их уже предупредили, что Сакура всё-таки не так слаба, как кажется, и они решили действовать по-серъёзному. Они сгруппировались, сложили печати и атаковали Сакуру Суитоном. Водная стена не позволила пробиться Харуно через войска, и она забежала обратно в здание. Пройдя в коридор, она спустилась по лестнице и услышала оглушительные крики Такаюки. Сердце её дрогнуло, когда она представила себе, какие муки ему приготовил Тоби. Будь она сильнее, она, может быть, даже и спасла бы несчастного сценариста, простив ему своё пленение. Но Харуно, решившая как можно дальше уйти от Тоби, зашла в какой-то лабиринт. Она никак не могла найти выхода наружу, а когда начала искать обратную дорогу, то и вовсе заблудилась. — Чёрт возьми! — воскликнула Харуно. Её злости не было предела. Она изо всех сил ударила по ненавистной каменной стене, которая рассыпалась в мгновение ока. Сакура увидела знакомую дорогу и поспешила вернуться назад и найти другой выход. Но только не через лабиринт! Чем дальше она шла, тем отчетливее доносился голос Такаюки, молящего о пощаде. Вскоре она увидела пыточную камеру, в которой, судя по всему, находился Юки-сан. Харуно хотела бежать обратно, на улицу, но бой с Анбу всё ещё не утихал. Тогда куноичи решила переждать неблагоприятные события, и когда прошла чуть вперед, увидела в темноте силуэты Тоби и Такаюки. Харуно спряталась за стеной, трепеща от ужаса. А что если лидер Акацки заметит её? Сакура не могла смириться с возвращением в логово Акацки. А вдруг она достанется Такаюки? Вспыхнувшая злость к сценаристу помогла Сакуре перебороть страх, и куноичи решила посмотреть, чем закончится встреча этих тиранов. Тоби требовал у сценариста раскрыть местоположение джинчурики, на что Такаюки сохранял лишь героическое молчание. Тогда лидер Акацки схватил за горло сценариста и припер его к стене. «Почему бы ему не использовать свой шаринган?» — подумала Сакура. Она вспомнила, как Тоби обезвредил целое войско Анбу. — «Значит, он потратил много сил и не хочет пользоваться своими глазами... Тогда зачем вообще оставлять Анбу в живых? Наверное, чтобы оставлять меньше следов. Иначе никак.» — Т-ты... чудовище! — прохрипел сценарист. Тоби ослабил свою мертвую хватку, подумав, что Такаюки может задохнутся. Мужчина безвольно сполз по стене на пол, не в силах отдышаться после такого потрясения. — Я? Чудовище? — засмеялся Обито. — И это говорит мне тот человек, который продает людей в рабство?! Меня забавляет твой дар перевоплощения: на публике ты ставишь из себя дурачка, пытающегося бросаться сатирой на угоду зрителю, а на деле — губитель множества жизней, работорговец! Сакура не могла поверить словам Тоби. Работорговля — ужас многих людей, которые жили в прошлые века. Но никак не в настоящее время! Разве в цивилизованном обществе такое возможно? «И какое оно цивилизованное, наше общество? — подумала Сакура. — Нам грозит Четвертая Мировая Война — чем и пользуются лживые люди, чтобы нажиться на несчастьях других!» — Если я продам Утакату в рабство, — ответил Такаюки. — У него появится гарантия хоть на какое-то будущее. А ты собираешься его убить, использовать в своих целях вопреки его воле! Вот кто из нас губитель человеческих жизней! Вот кто из нас чудовище! — Ты можешь говорить мне всё что угодно, когда на деле предстает совершенно другая картина... Опять за старое? — Тоби усмехнулся. — Если тебе так угодно, то я действительно чудовище. В какой-то степени. Сакура почувствовала, как у неё холодеют кончики пальцев: прямо сейчас Тоби снял маску! Но темнота поглотила всё вокруг, и Харуно не увидела ничего абсолютно. Лишь Такаюки смог лицезреть что скрывалось под маской Тоби. Сценарист подумал, что он сошёл с ума. Существо, которое он считал лишь выдумкой своей больной фантазии, оказалось реальным человеком! Он не мог спутать этого лица ни с кем другим. Вот оно, Чудовище. — Нет, нет, этого не может быть! — в отчаянии вопил Такаюки. Мужчина махал руками, пытаясь отбиться от ненавистной фантазии, которой он считал Тоби. — А теперь ты расскажешь мне всё, о чём я тебя попрошу, — любезно попросил Тоби. — Ты отплатишь мне за тот день, когда я посмел оставить тебя живым. — Д-да, да, всё, что пожелаешь, — неожиданно для себя произнес Такаюки, готовый пойти на всё, чтобы избавиться от призрака прошлого. Харуно, подумав, что сейчас Тоби и Такаюки займутся джинчурики, в облегчении облокотилась об стену. Ноги её подкосились, и она села на пол. Как жаль, что Сакура не смогла увидеть лица лидера Акацки! Одна из тайн мира шиноби раскрылась бы для неё. — Что ты здесь делаешь? — спокойствие Сакуры нарушил голос из темноты. Харуно невольно подняла глаза и увидела ненавистный шаринган, который освещал всё вокруг. Сердце Харуно словно остановилось от испуга. Тоби схватил куноичи за руку и рывком поднял. Харуно, понимая, что бежать ей некуда, снова в одну секунду вернулась к тому состоянию отчаяния и безысходности, в котором находилась в логове Акацки. — Отчего же ты такая грустная? — вдруг спросил Тоби. — Предпочитаешь, чтобы тебя продали в рабство и навсегда лишили свободы? — Разве Акацки не гарантируют мне той же участи? — с вызовом ответила Сакура. Тоби так и не отпускал её, ведя с собой по коридору, на улицу и Сакура подумала, что на руке останется большущий синяк. — По крайней мере, тебя никто не тронет, пока ты будешь находится у нас в логове, — ответил с усмешкой Тоби. — Тебя бы могли продать в пользование какому-нибудь богатому феодалу в качестве наложницы, а может вовсе в публичный дом. Акацки ты в таком качестве не интересуешь. Снова эта холодная усмешка. Сакуре стало любопытно, можно ли вывести Тоби из себя? Такаюки не в счёт, потому что ему так не удалось вызвать у Учихи порыв всепоглощающего гнева, и Обито добился своего, когда очередной насмешкой ввел Такаюки в безумие. — Я слишком свободолюбива, чтобы быть в рабстве, — с гордостью ответила Сакура. — Если из всех зол выбирать меньшее, то, да, я бы выбрала смерть в Акацки, вызвав у их лидера порыв слепого гнева. — Прикуси язык, девочка, — ответил ей Тоби. — После таких слов я вряд ли отпущу тебя погулять. Сакура разозлилась, но решила принять ту же тактику, что и Учиха. Она не показала своего гнева, сделав вид, что эта колкая насмешка нисколечки не затронула её трепетную душу. Между тем, она и Тоби выбрались наружу, где их ждал Зецу. — Я не стал их убивать, как ты сказал, — обратился он к лидеру Акацки. — Ты уверен, что их нужно оставлять в живых? — Да... — ответил Тоби. Он в последний раз взглянул на полуразрушенное здание, вспоминая, не оставил ли он там никаких следов. После этого Обито применил пространственно-временную технику, телепортировав Сакуру в её кукольный домик. Зецу остался в Тумане: ему предстояло завершить ряд дел, порученных ему лидером Акацки, в том числе и проверить, где находиться Утаката — Такаюки назвал им его координаты. А сам Обито ощутил, как никогда, острую необходимость побыть в одиночестве.