Don't Tell Me There's No Hope At All/ Together We Stand, Divided We Fall (продолжение)

      Всё, что нужно было Билли, хранилось в Индианаполисе в большом сейфе на нижнем этаже хранилища. Ну, точнее, почти всё: была конечно же ячейка в Чикаго, ещё одна в Лос-Анджелесе, но та, что была в Индианаполисе, была ближе всего и содержала в себе всё необходимое, например, свидетельство о рождении парня, карточка социального страхования и парочка помятых фотографий. Он вынул и полностью опустошил ячейку, забрав пятнадцать тысяч долларов и папку с документами, прямо перед тем, как поехать обратно в Хоукинс. Он мог бы сыграть что-нибудь, чтобы заработать ещё больше, прежде чем покинуть крупный город в пределах шести часов езды, но решил не делать этого. "Работа" такого рода начинает приносить доход только после захода солнца, а ему не очень нравилась идея бросить пятнадцать тысяч мелкими купюрами просто валяться в машине, пока он будет стоять на углу улицы. Спасибо, но нет. Так что он просто поехал обратно в городок с двумя надёжно спрятанными сумками в багажнике Камаро, мчась по трассе будто был чёртовым гангстером. Примерно к восьми вечера он подъехал к дому Байерсов и протяжно простонал. Харрингтон здесь, вероятно, с Дастином и всей мелкой стайкой, и это просто, блядь, прелестно. Лучше быть просто не может. Ненадолго Харгроув остановился и просто задумался, стоит ли ему оставлять в машине сумки или нет, затем пришёл к выводу, что делать этого не стоит. Этот город, может быть, и населяют белые и пушистые людишки, но это вовсе не значит, что не найдётся во всей округе какой-нибудь дебил, который попытается залезть к нему в тачку. Вздохнув, Билли поднял крышку багажника, достал оттуда свои две заветные сумки и направился ко входной двери. — Билли! — радостно поприветствовала Джойс, как только он вошёл. — Как прошла поездка? Взял всё, что нужно? И тут внезапно, как по щелчку пальцев, Билли понял, что забыл сообщить ей, куда сегодня отправится. Но, как видно, шериф об этом позаботился. — Э, да — О, это отлично! — обрадовалась она. — На кухне стоит пирог с курицей, если хочешь. По всей видимости, Стив взял на себя обязанность готовить сегодня. Нотка обиды, что прозвучала в голосе Джойс, немного рассмешила парня, от чего тот слегка улыбнулся. — Я поел по дороге обратно. — соврал он. — Как там Макс? — О, она в порядке. — миссис Байерс замолчала, глядя на комнату Уилла. — Она выглядит довольно счастливой, так как Стив решил навестить её. Да, я знаю, что вы, парни, не ладите, но... — Да, думаю, я просто отнесу это в комнату и пойду спать. — внезапно прервал он, указывая на сумки, — если вы не против, мэм. — Говорила же, зови меня Джойс, — закатила глаза женщина и обречённо вздохнула. — И да, конечно, иди. После такой поездки ты, должно быть, сильно вымотался... Только проведай Макс сперва, ладно? Билли лишь кивнул, потому что он не может вздыхать больше. Харрингтон зависает с его младшей сестрой, и вместо того, чтобы проведать Макс, ему придётся смотреть на самодовольную рожу этого придурка и стараться не вмазать по ней. Полный отстой. Он закинул сумки с документами в их с Макс комнату и остановился у весящего на дверце шкафа зеркала. Тот выглядел потрёпанным, уставшим, с огромными синими мешками под глазами и не уложенными волосами. Он решил не заморачиваться с рубашками, выбрав старую и застиранную футболку с логотипом Mötley Crüe. Боже, он выглядит очень херово, но чёрт подери, Харрингтон уже видел его сегодня, так что знаете что? Похуй. Дверь в комнату Уилла была открыла, но Харгроув всё равно постучал. — Билли! — Макс подорвалась с места и повисла на брате размытым пятном из рыжих волос и розового кардигана, со всей силой сжимая его грудь. — Вот чёрт! — он пошатнулся назад, инстинктивно обхватил сестру одной рукой, а другой опёрся о дверной проём, стараясь не упасть. Макс отступила, осуждающе глядя на него. — Ты не сказал мне, что поедешь в Индианаполис. — нахмурила она свои брови. — Зачем ты туда поехал? — Нужно было в банк. — коротко ответил он, аккуратно отстраняя её от себя, — забрать кое-какие вещи. — Какие вещи? — Вещи, которые тебя не касаются. — он дал ей почти неощутимый щелбан по лбу, словно лишь малая часть того, что он мог сделать неделю назад, перед тем как её мама умерла. — Раз уж вас застукал, могу пойти поспать. Ради всего святого, не будите меня. Мэйфилд недовольно скосила на него взгляд, хмуря брови в обиде, затем посмотрела на Харрингтона и Уилла, которые всё ещё сидели на полу и наблюдали за тем, какая картина сейчас вырисовывается. Младший Байерс, как понял Билли, выглядел смущённым, но когда девочка повернула голову к брату, на её лице появилось странное выражение, будто она что-то поняла. — Да, хорошо. — произнесла она, отступив назад, — доброй ночи, Билли. Он глубоко вздохнул, ничего не ответив. — Ночи, чучундра. — Харгроув кивнул Уиллу, полностью проигнорировав Харрингтона, и вышел из комнаты. Блядь, как же он ненавидит этого парня. Билли просто плюхнулся на кровать полностью одетым, так же, как и несколько дней до этого. Завтра после школы он пересчитает все деньги, которые у него есть, а после поедет с Макс в торговый центр, чтобы купить одежду. Спать в джинсах время от времени не было проблемой, но вот уже наступила четвёртая ночь, и это кажется уже раздражающим. Билли заснул, как только удобно устроился на подушке. *** Проблема маленьких городков в том, что дело одного человека внезапно становится делом абсолютно всех в этом чёртовом городке. Именно поэтому, когда Билли вошёл в школу тем утром, он попал в волну перешёптываний и взглядов, потому что, конечно же, все знали, что его отец зарезал мать его сестры. Мило. Лучше быть просто не может. Харгроув игнорировал всё это, потому что по большей части его никто не доставал расспросами и тому подобным дерьмом. Очевидно, все были напуганы какими-нибудь слухами, которые появились за последние несколько дней по этому поводу, и именно поэтому никто не решался подойти к нему и заговорить. Утро прошло в молчании — он ни с кем не говорил, потому как даже учителя не желали вызывать его на занятиях, что было просто прекрасно. Тем не менее, как уже было сказано, парень явно не горел желанием зависать в столовой с кем-либо, когда начался обед, поэтому он взял свою еду в пакете (спасибо, Джойс, теперь он снова почувствовал себя десятилеткой) и направился к Камаро, чтобы поесть в тишине и спокойствии. Однако план провалился. Его уже кое-кто поджидал. — Байерс? — с явным недоумением в голосе спросил Билли — Что ты здесь забыл? Джонатан в ответ лишь неопределённо пожал плечами. — Люди спрашивают о тебе. — достаточно тихо ответил тот. — Все знают, что ты живёшь у нас, поэтому они думают, что я расскажу им обо всём и так далее. Я думаю, ты понял. Мне показалось, что тут будет тихо. Воу. Честно сказать, Билли даже и не думал о таком развитии событий. Он оценил, что Байерс хотя бы умеет держать язык за зубами. — Так почему ты не зависаешь у своей машины? — Ну, я заметил, что никто к тебе ещё не пристал. — парень неуверенно улыбнулся. — Я предположил, что ты не захочешь сегодня тусоваться с командой по баскетболу, поэтому твоя машина могла бы стать довольно безопасным местом. Никто не посмеет спрашивать у меня о тебе, если ты будешь рядом. Очень неплохо придуманно. Билли мог позволить ему перейти эту границу, но только потому, что это забавно. — Как я заметил, ты очень наблюдательный парень, Байерс. — усмехнулся Харгроув, облокачиваясь на машину. Джонатан хмыкнул. — Люди думают, что это стрёмно. Я много чего подмечаю, а как известно, такие вещи люди не любят. Плюс, ты же знаешь, я люблю фотографировать, что делает ситуацию ещё хуже. — Ага. — прохрипел Билли, выгнув бровь. — Теперь понимаю, как это произошло. Он посмотрел вниз и принялся рыться в своём рюкзаке в поисках коричневого бумажного пакета, который вручила ему мисс Байерс перед тем, как уйти на работу этим утром. Восхитительно, сэндвич с ветчиной и сыром. Спасибо, Джойс. Джонатан наблюдал за тем, как во рту Харгроува уже затерялась добрая половина сэндвича, после чего тот начал громко чавкать, прежде чем проглотить его. — Что? — Ничего. — мотнул головой Байерс. — просто... ты не очень много ел. Билли взглянул на остатки еды в руке. — Не был голоден. — оправдался тот, пожав плечами. — Но знаешь, нормальному мужчине нужно есть. — он откусил ещё кусок, на этот раз меньше, и выдул бутылку воды, которую Джойс заботливо упаковала вместе с сэндвичем. — Ага. Следующие несколько минут прошли в мёртвой тишине. Билли доел и залпом выпил оставшуюся воду, а затем сложил скомканный мусор в рюкзак и закинул его на плечо, игнорируя выражение лица Джонатана. — Будешь? — предложил он, вытаскивая помятую пачку сигарет из заднего кармана джинсов. — Оу, нет. Не курю. Билли изогнул бровь. — Серьёзно? Это странно. — Почему же это странно? Парень неопределённо пожал плечами, поджигая сигарету. — Ну, я имею в виду, это не вяжется с твоим... — он жестом указал на собеседника, — ты понял. — Вообще-то нет, — недоумённо ответил Джонатан. — Ох, боже, бля... вся эта твоя тема с нервозностью, непонятным творцом и так далее. — Я не понимаю... Что это вообще всё значит? Билли усмехнулся. — Не заводись, парень. Я видел все эти раскиданные по дому книги Хантера С. Томпсона. Ты не говоришь ни с кем кроме своего мелкого братца, его друзей, своей девушки и её бывшего. Это странно. — Стив - хороший парень, если не обращать внимания на рубашки поло. — Джонатан сделал недолгую паузу. — Ты читал Хантера С. Томпсона? Харгроув неопределённо пожал плечами. — Чел, который пишет, как люди обкуриваются дури разных типов и зависают в Вегасе?* Чёрт возьми, да, я читал его книги. Если хочешь, чтобы твой мозг взорвался, то спешу удивить. Я предлагаю русскую литературу. От "Братья Карамазовы" у меня основательно поехала крыша. Джонатан уставился, будто никогда раньше в глаза не его не видел, что, конечно же, странно, ведь они врезались друг в друга по пути в ванную раза четыре за это утро. — Ты любишь читать? — Я, к слову, состою не только из горячего тела и блондинистых волос, Байерс. — ухмыльнулся Харгроув, выдохнув сигаретный дым. — Я выпускаюсь не только потому что выебал мисс Грант, знаешь ли. И я абсолютно прекрасно понимаю, что говорю. — Ты-ты... Знаешь что? Мне прям от слова совсем не интересно, какие у тебя были шашни с нашей шестидесятитрехлетней учительницей английского. Ухмылка Билли превратилась в настоящий оскал, и Джонатан вздрогнул. — Ты облажался по полной, Билли Харгроув. — А то я не знаю, чел.