Спасибо, бабушка

Ясная ночь, освещенная только блеском звездного света и сиянием яркой луны. В полночь желтые лучи уличного света осветили наступающую тьму, отбрасывая несметное количество теней на асфальт. И поскольку атмосфера была окутана тьмой, Лиса оставалась на своем балконе дольше, чем когда-либо с тех пор, как купила эту квартиру. Бездумно уставившись ни на что, особенно с зажженной сигаретой между пальцами, которую она никогда не знала, что снова будет использовать. Сегодняшний разговор с Миной не закончился так, как она ожидала. Мина угрожала ей этим утром, но еще хуже было, когда они снова разговаривали во второй половине дня. Она не знала, почему Мина не согласилась расстаться, ведь у нее был другой роман, кроме нее: разве она не станет счастливее, если будет свободна и будет делать то, что она хочет делать? Но нет, Мина не согласна с расставанием и угрожает ей, что расскажет декану о Лисе и Джису, что расскажет миссис Манобан о них. Дело не в том, что она боится своей мамы, просто она не хочет, чтобы ее бабушка расстраивалась, особенно бабушка Джису. Она не хочет, чтобы Джису потеряла свою работу и стала поводом для обсуждения в городе, потому что она женится на своей студентке, поэтому ей тяжело. Либо она останется в этих гнилых отношениях, либо просто позволит Мине разрушить жизнь Джису. — Не знала, что ты куришь, — Даже если Лиса не оглядывается, она знает, кому принадлежит этот голос. Лиса снова выпустила дым кольцами, которые на мгновение смело задерживались в воздухе, прежде чем растворялись в полуночном воздухе. Она сняла фильтр, бросила окурок на землю и наступила на него. Манобан взяла еще одну трубку и положила фильтр. Она зажгла его и смотрела, как трубка перед ее губами заполнена белыми завитками горящего табака. Она затянулась и почувствовала, как это сладкое жгучее ощущение вилось в ее легких и горле, разрывая его связь с головой, и, наконец, выпустила его в огромное облако, наблюдая, как свет создает абстрактные цвета из легкого тумана, все еще висевшего в воздухе. — Планируешь убить себя сигаретой? — снова спросила Джису, быстро подошла к младшей, выхватила сигарету изо рта Лисы и бросила ее в воздух. Джису жалко того, на кого она упадёт, — Я не хочу быть овдовевшей рано, Лиса! — Ты выкинула сигарету с моим фильтром, Ким Джису! — скулит Лиса, широко распахнув глаза. — Мне все равно, даже лучше, что у тебя нет никакого фильтра, чтобы никогда не курить снова, — Джису издевалась, — Ты бы не рассталась с Миной, если просто так себя вела. Лиса качает головой и садится на перила, что Джису находит привлекательным: — Дело не в этом, Чу, — говорит ей Лиса со вздохом. — Ты действительно хочешь совершить самоубийство? Слазь оттуда! Ты не умерла от сигарет, но, вероятно, умрешь, когда упадёшь, — сказала Джису, отодвигая Лису от перил, и подтолкнула младшую к одному из стульев на балконе. Лиса хихикает, потому что Джису ругает ее, как мама: — Почему ты ведешь себя как миссис Манобан? — О, я? — насмешливо спросила Джису, — Разве я не собираюсь быть миссис Манобан, когда мы поженимся? — Туше́, — хмыкнула Лиса и снова вздохнула. Они сидели в тишине, а не в неловком молчании, их молчание как-то успокаивало и говорило само за себя, это было размеренно, так что они могли чувствовать присутствие друг друга. Лиса глубоко вздохнула и посмотрела на нее: — Как сильно ты любишь свою работу? — спросила она, когда никто не осмеливался говорить снова после минуты молчания. — Точно так же, как я люблю Дальгома, — произнесла Джису небрежно. — Твоя собака? Джису кивнула: — Он моя жизнь так же, как моя работа, Лиса. Ой. Лиса не знала, что сказать, поэтому предпочла казаться спокойной и уставилась на темное небо перед ними. Джису повернула голову к младшей: — Почему? У тебя есть планы не дать мне работать после того, как мы поженимся и займемся домашними делами? — Такое возможно? — Спросила Лиса. — Нет, — немедленно ответила Джису, и Лиса изогнула брови, — Как мы будем жить, если я перестану работать? Ты все еще студентка, Лиса, и я не хочу, чтобы наши родители помогали нам деньгами. Лиса чувствует себя более серьёзной внутри, она не знает, что делать дальше. Если она расстанется с Миной, она погубит Джису, и если она останется в этих отношениях, она навредит Джису тоже. Лиса втянула носом воздух и взъерошила волосы: — Что за херня? — бормочет она себе под нос, но это не проходит мимо ушей Джису. — Если хочешь знать, ты всегда можешь поговорить со мной о том, что у тебя на уме. — Иногда ты просто грубишь по поводу того, что скоро станешь моей женой, — возражает Лиса и закатывает глаза, а Джису смеется над ней, — Можешь ли ты быть добра ко мне хотя бы раз? Или умрешь, если сделаешь это? — Ты такая требовательная. — А ты такой противная. — По крайней мере, я не тупица, — Джису шутила, а Лиса громко смеялась, заставляя соседей включить свет и, возможно, удивляться, почему они слышат смех посреди ночи, и Ким ударила ее по руке, чтобы заставить младшую замолчать, — Поспокойнее! Ты весь дом поднимешь! — Прости, — пробормотала Лиса и все еще смеялась, но не так громко, как до этого. Старшая отворачивается от Лисы. Люди думают, что смех — это совокупность звуков, исходящая изо рта, но когда младшая смеялась, это было совсем не так. Смех был в ее глазах, в том, как ее лицо превращалось в определение расслабленной радости и безудержного веселья. Хотя это было не только в ее лице. Ее смех звучал изнутри, именно так она и была устроена. Простое пребывание с Лисой в течение нескольких минут было лучше для Джису, чем целый день отдыха с собой наедине. Одних только взрывов ее смеха, ее хихиканья, ее улыбок было достаточно, чтобы увести Джису далеко от ее забот и напряженности этой современной жизни, которая приближалась к ним. Лиса перестала смеяться, когда заметила, что Джису замолкла. — Уже поздно, почему ты здесь? Старшая была ошарашена и обернулась в сторону Лисы с хмурым выражением лица: — Ты навоняла сигаретами, очень сильно, запах задержался в коридоре до твоей комнаты, как я могу спать? Тебе следовало сначала закрыть дверь, прежде чем зажечь ее. — О, сожалею, но ты уже выбросила мой фильтр, так что мне нечем дымить, можешь снова заснуть. Джису открыла рот, чтобы что-то спросить, но снова закрыла его и покачала головой. Она хочет спросить о Мине и о том, что может быть причиной того, что она курит, но она остановила себя. — Тебе тоже пора спать, нам завтра рано вставать, — говорит ей Джису, стоя на ногах. Лиса нахмурилась и посмотрела на неё: — Почему? — Нам нужно забрать твоих родителей и бабушку в аэропорту. — Ой, — только и могла сказать Лиса, — Я забыла о помолвке. — Обидно, — прямо сказала Джису и перевела взгляд на Лису, — Иди в свою комнату и немного поспи, пожалей три оставшиеся клетки мозга. — Боже мой! Не могу поверить, что твое поведение может быть ещё хуже! — Боже мой! Не могу поверить, что ты можешь быть ещё более раздражающей, чем уже есть, — восклицает Джису, подражая тому, как говорит Лиса, и побежала внутрь, когда увидела, что младшая встала с игривой ухмылкой на губах. Она вскочила на диван и накрыла все тело одеялом до головы: — Почему ты прячешься? — спросила ее Лиса, расхаживая рядом со старшей, — А почему ты там? — Я пытаюсь спать, пожалуйста, заткнись. — Неее, скоро-буду-миссис-Манобан, — поддразнивающе протянула Лиса и встала рядом с Джису. — Ааа, Лиса! Поставь меня! — визжит Джису, когда Лиса поднимает ее с дивана и начинает идти к их комнате, — Положи меня! — требовала она, но Лиса просто смеялась над ней, и у Джису не было выбора, кроме как обхватить руками шею младшей, чтобы не упасть. Они выглядел как молодожены, Лиса несла ее как невесту, а Джису обнимала Лису за шею, поэтому не могла скрыть покрасневших щёк. Когда они наконец добрались до кровати, Лиса осторожно уложила ее и заползла в кровать рядом с ней: — Ты маленькая, но такая тяжелая, — жалуется Лиса, протягивая ей руки, а Джису игриво отпихивает ее. — Никто не просил нести меня сюда. — Я не позволю тебе снова спать на этом диване, Джису, так что да, мне нужно нести тебя, даже если никто не просит меня сделать это, — говорит Лиса, пока обхватывает крошечную талию Джису, обнимая старшую. И Джису чувствует, что ее сердце хочет сгореть, Лиса, кажется, привыкла к этому, хотя они делали так только один раз, как будто их тела были слиты друг с другом. — Расслабься, я не собираюсь насиловать тебя, пока ты спишь, — прошептала Лиса ей на ухо, и Джису шлепнула Лису по руке, которая покоилась на ее талии, заставляя младшую рассмеяться, — Спокойной ночи, Чу. Тело Джису расслабилось в руках Манобан, которые напряглись, когда Лиса притянула ее ближе: — Спокойной ночи, Лиса, — прошептала она через минуту и услышав слабое сопение Лисы, закрыла глаза и позволила себе дрейфовать в стране грез, надеясь, что завтра все будет хорошо.

***

Пробуждение может быть очень резким, особенно если ваши сны лучше реальности. Самое печальное в этом то, что со временем даже память о твоем сне исчезнет — если тебе посчастливится вспомнить, что он вообще был. Тогда вы остаетесь с этим одиноким чувством отрешенности, оставленным для исследования в большой пустоте эмоций. Единственное доказательство того, что у вас когда-либо был сон, в котором вы начинали сталкиваться с реальностью, сложнее, чем вспомнить, о чем вы мечтали. Медленно и неохотно Лиса раскрывает свое лицо. Она моргает, закрывает глаза и снова моргает. Лучи солнечного света проникают в окно и ослепляют ее, она садится, отрывает ноги от кровати и протирает пальцами глаза. Она потянулась и зевнула. Девушка наблюдает, как ее ноги свисают над не совсем белым полиэфирным ковром, и в течение минуты зависает, лай заставляет Лису развернуться назад на кровать. Там, где Дальгом рычит на нее, как будто он готов разорвать своего врага, и Лиса держит взгляд в неподвижном бессознательном состоянии, когда белый меховой шар снова залаял. Лиса резко встала, как только Дальгом подбежал к ней. — Что за херня, Дальгоми! — восклицает она, пока использует подушку в качестве щита, — Джису! Он пытается укусить меня! — Крикнула Лиса, и услышала шаги, идущие к комнате. — Дальгоми! — закричала Джису, когда подняла собаку и посмотрела на Лису извиняющимися глазами, — Прости. — Ему нужно привыкнуть к моему присутствию! Научи его, чтобы он относился ко мне как к своей новой чертовой мамочке! — закричала Лиса, указывая на собаку с расширенными глазами. Джису хихикает и качает головой: — Он привыкнет к тебе, не волнуйся, — сказала она, а затем положила Дальгома на кровать Лисы, прежде чем снова развернулась на каблуках, — Так, ладно, мы должны быть в аэропорту, поэтому я возьму что-нибудь в дорогу, чтобы вы все еще могли позавтракать. — Почему ты так спешишь? — Я нет, просто не хочу, чтобы твои родители ждали нас, — Лиса не произнесла ни слова, когда пошла в ванную, чтобы сначала принять душ, и позволила Джису самостоятельно собраться. — Эй, Чу? — Джису обернулась к двери, когда голова Чеен показалась в проеме. — Привет. Блондинка широко открыла дверь, чтобы показать два платья, которые держала, одно — простое черное длиной выше колена, а другое почти такое же, но бледно синее: — Как думаешь, какое из них понравилось бы Дженни? — Дженни понравится все, что ты наденешь, тебе не о чем беспокоиться. Чеен надулась и опустила плечи: — Но я хочу выглядеть лучше, чтобы ей не приходилось смотреть на других девушек. Лиса услышала свою лучшую подругу, как только вышла из ванной, посмеиваясь, на что Чеен вздохнула и шлепнулась на край кровати, младшая села рядом с ней и обняла блондинку за талию: — Рози, ты всегда выглядишь лучше, чем кто-либо, особенно рядом с кошачьими глазами, если она когда-либо посмотрит на кого-то, это не твоя потеря, расстанься с ней… — Лиса! Мы говорили о моей лучшей подруге, — Встала Джису и ударила младшую по руке, — Не слушай эту тупицу, Рози, Дженни преданна, и ей понравится любое платье, которое ты наденешь, так что не беспокойся об этом, но пока я не могу тебе помочь, нам нужно идти, потому что ее родители прилетели. — О, хорошо, спасибо, кстати, — Чеен села и поднялся с кровати, — Поздравляю с помолвкой, — сказала она, прежде чем подошла к двери с довольной улыбкой на губах. — Я говорю вам, если Дженни… — Заткнись, Лиса! — Джису ударила Лису, и блондинка показала ей язык, прежде чем уйти. — Тебе действительно нужно перестать причинять мне боль, Джису, — говорит Лиса ей, потирая руку, на которая теперь след ладони Джису, но девушка с красными волосами просто смеется над ней и уходит.

***

— Где Джису? — спросила Сыльги Лису, в то время как ее глаза все еще были прикованы к спине Айрин, готовящейся к вечеринке, на которую они собирались. — Она в их квартире с Дженни и Рози, — замирает Лиса и быстро стучит по экрану своего телефона, а Сыльги замечает это. — С кем ты переписываешься? — С сукой. Сыльги изогнула бровь: — Ты про Мину? — Лиса кивнула старшей, — Почему ты все еще пишешь этой девушке? Я думала… Лиса оборвала ее ругательством: — Эта сука пытается действовать мне на нервы, поэтому мне нужно, чтобы Мина пришла на помолвку и остановилась. — Чего? — спросила Сыльги в замешательстве, — Что ты имеешь в виду, когда говоришь, она действует тебе на нервы? Лиса вздохнула и положила свой телефон рядом с собой, прежде чем взглянуть на Сыльги. Может, ей нужен кто-то, чтобы поговорить об этом, может, ей нужна чья-то помощь. И с помощью подруг, она могла бы обезоружить Мину, пытающуюся разрушить жизнь Джису. — Послушай, Сыль, Мина угрожает мне, что если я порву с ней, она расскажет декану о наших отношениях, и Джису могут выгнать с работы, а я не хочу, чтобы это произошло, — говорит ей Лиса, но Сыльги хмурит брови, не врубаясь, — Ты понимаешь, что я пытаюсь сказать? Она погубит Джису! Сыльги неприятно смеется, что заставляет Лису смотреть на нее в недоумении и растерянности: — Теперь я знаю, почему Джису сказала, что ты самый глупый человек, которого она когда-либо знала, Лис. — Что… что ты имеешь в виду? — Твоя бабушка уже говорила о твоих отношениях с Джису, как раз перед тем, как она начала работать в СНУ, — говорит ей Сыльги и продолжает смеяться. У Лисы отвисает челюсть, она не может поверить, что Мина подловила ее на этом, — Все преподаватели знают о ваших отношениях с Джису, почему ты так глупа, чтобы этого не замечать? — Я… что… ты имеешь в виду? Сыльги кивает ей и похлопывает Лису по плечу: — Подруга, что с тобой? Лиса откидывается назад, закрывая лицо ладонью и стонет: — Боже мой! Все это время я так переживала из-за этого! — Переживала почему? — спросила Айрин, когда она подошла к девушкам и села рядом со своей женой. — Этой молодой леди прямо сейчас угрожает Мина, — в ответ Сыльги все еще смеется. — Что? Тогда почему ты смеешься, дорогая? — Потому что-, — Лиса вздрогнула, убрав руки с лица и раздраженно вздохнув, — Я думала, декан понятия не имеет обо мне и Джису! — Что? Джису не говорила тебе об этом? — Нет! Так что мне все время было трудно справляться с Миной. — Ой, — произносит Айрин и смеется вместе с Сыльги, — Тебе не нужно беспокоиться об этом, если кто-то спросит тебя о Джису, просто скажи им, что она твой профессор, — Добавила Айрин и громче рассмеялась, когда они обе встали, и Лиса с хмурым видом поднялась с дивана. — Я попросила ее прийти, так что, — рассказывает им Лиса, когда они все уже подошли к двери и готовы уйти. Сыльги и Айрин огрызаются на Лису. — Почему ты это сделала? — Айрин спросила ее скептически и ударила по руке. — Я просто хочу, чтобы она знала обо мне и Джису, — сказала Лиса, пожав плечами. — Но что, если она устроит там сцену? — спросила ее Сыльги и слегка толкнула в плечо. — Ей лучше не стоит, и мне нужно, чтобы она была там, я просто дам ей пощечину за то, что она не такая уж большая потеря, — сказала Лиса злобно. Она не знала, когда начался ее гнев на Мину. Кажется, как раз на днях она любила ее и рыдала, потому что женится на на ком-то другом. Но когда Мина признала, что она изменяла ей, вся ее любовь к девушке просто так исчезла, и теперь она презирает девушку и тот факт, что она стремится разрушить жизнь Джису и добавляет огонь, который она избегает, чтобы загореться. — Будем надеяться, что она не испортит вечеринку Лисы, — произнесла Сыльги и похлопала ее по спине, прежде чем они по отдельности сели в свои автомобили.

***

— Хочешь сделать ставку? — произнесла Чеен, когда стояла рядом с Лисой на конце лестницы, ожидая, когда Джису выйдет из своей комнаты. Задний двор резиденции Ким заполнен большим количеством гостей, их профессоров, их друзей и, конечно же, декан СНУ. Члены семьи Джису и другие друзья рядом с Дженни и родителями Лисы с бабушкой, которая очень счастлива, потому что Лиса пришла на помолвку. Старушка нервничала, что Лиса могла отступить и бежать, но когда она увидела внучку у ворот с ее искренней улыбкой, она поняла, что Лиса больше не против, и она уверена, что сможет удовлетворить просьбу своей лучшей подруги. — Какую? — спросила Лиса блондинку, последняя ухмыляется и играет бровями. — Что ты будешь пускать слюни на свою невесту. Лиса хмыкнула и пихнула Пак: — Я привыкла видеть красивых женщин, сегодняшний вечер не исключение. — Посмотрим, — произнесла Чеен и положила руку на плечо Лисы, когда та подняла глаза, и Лиса проследила за ее взглядом. Тогда она увидела Джису в клетчатом зеленом платье с высоким разрезом в сочетании с толстым поясом и легким макияжем. Лиса открыла рот, увидев свою будущую жену, и, когда Джису начала спускаться, Лиса почувствовала, что весь ее мир замедлился. Она смотрела на самую красивую девушку, которую она когда-либо видела. Прекрасные темно-красные волосы, которые лежали прямо на ее плечах, и карие глаза орехового ореха, которые могли поглотить галактики. Ее идеальная кожа, которая выглядела такой хрупкой, но такой мягкой, с бесчисленным количеством веснушек на носу. Щеки цвета роз и ресницы длиннее, чем когда-либо видела Лиса. Это была девушка, которая, я знаю, изменит мой взгляд на жизнь. Подумала Лиса, продолжая смотреть на Джису. На середине лестницы их взгляды встретились, и сердце Лисы пропустило удар, она держала взгляд так долго, как могла, девушка с красными волосами мелькнула своей теплой улыбкой Лисе, когда наконец стояла перед ней, которая все еще смотрит на нее с благоговением — Ты пускаешь слюни. Лиса быстро положила руку ей на рот и нахмурилась, когда поняла, что Джису смеется над ней, а Чеен хихикает сбоку, подталкивая ее за талию. — Видишь? Я же говорила, у тебя потекут слюни, когда увидишь ее, — Блондинка дразнила ее и протягивала руку своей девушке, — Давай, Джен, нужно оставить эти слюни Лисы со своей невестой. — Я не пускаю слюни, окей?! — шипит Лиса, но три девушки просто смеются над ней, и Чеен с Дженни уходят. — Ты хорошо выглядишь, — говорит ей Джису, когда другие девушки наконец отправляются на задний двор, где остальные гости ждут их выхода. Лиса одета в черный женский смокинг с черными туфлями из спандекса, а ее волосы до плеч светло-каштановые, завязаны в пучок. — Кто-нибудь уже говорил тебе, что ты потрясающе красива? Джису опустила голову, пытаясь спрятать лицо за белоснежными пальцами, ее щеки стали цветом, конкурирующим с розово-розовым оттенком лака для ногтей, и сияли сквозь щели. Это первый раз за всю историю, когда Лиса делает ей комплимент, и она не может не чувствовать себя такой тронутой. Джису дернула губы, заставляя улыбку не вспыхивать: — Много кто, — произносит Джису и закрывает глаза, чтобы скрыть уже покрасневшие щеки, а младшая девушка хихикает, зажимая щеку Джису. Лиса целует Джису в уголок рта. — Черт возьми! Вы, ребята, видели то, что я видела?! — Обе девушки обернулись по сторонам и увидели, что их друзья смотрят на них с дразнящей улыбкой, — Боже мой! Скажи мне, что ты не поцеловала Джису! — добавила Сыльги, закрывая лицо тонкими пальцами, но заглядывая между ними. — Заткнись! — произнесла Лиса, опуская голову, чтобы скрыть смущение. — Боже мой! Ты поцеловала ее! — восклицает Сыльги, поднимая указательный палец и ахая. — Нет! — Да! На основании ваших красных ушей, вы лжете! — настаивала Кан. Лиса стонет и яростно качает головой: — Я поцеловала ее в щеку! — Ты должна была поцеловать ее на свадьбе! — Сыльги! Клянусь Богом, ты так раздражаешь! Две девушки продолжают ссориться, и вскоре к ним присоединился Чеен, а Дженни и Айрин сидят рядом с Джису, которая все еще шокирована случившимся. — Ребенок говорит правду, — произнесла Айрин, увидев красную помаду над уголком губ в форме сердца. — Это неожиданно, — сказала Дженни, ткнув Джису в талию, из-за чего старшая девочка отвлеклась от своих мыслей и положила руки туда, где Лиса поцеловала ее. — Эта придурошная почти украла мой первый поцелуй, — бормочет она и качает головой, но улыбка ползет по ее сердцевидным губам.

***

Когда ведущий на вечеринке заговорил, они покинули две пары и вернулись к своим столам, атмосфера между ними стала неловкой, над ними установилась тяжелая тишина, более плотная, чем напряжение в атмосфере. Неуверенные глаза бесцеремонно оглядывались вокруг и старались не уловить других проходящих мимо взглядов. Они просто ждут, чтобы ведущий назвал их имена. — Пожалуйста, давайте похлопаем нашей недавно помолвленной паре! Лалиса Манобан и Ким Джису! Просто выход на сцену делает дыхание Джису быстрым и поверхностным. Она чувствует, как ее пульс бьется в висках. С облегчением поднявшись к своему креслу, потому что между ступенями и дрожащими ногами она боится споткнуться, но это невозможно, когда Лиса крепко держит ее за руку, как будто от этого зависит ее жизнь. Аплодисменты распространились по всему заднему двору. Там задвигались стулья, когда люди встали для оваций, и счастливая пара подошла к столу, нервно улыбаясь и держась за руки. Они сгибают свое тело на 90 градусов, прежде чем сесть на середине сцены. Когда толпа перестала аплодировать, Лиса повернула голову к старшей и собиралась говорить, но женщина средних лет прервала ее. — Мэм, снаружи девушка ищет мисс Лису. Пара нахмурила лбы, но вскоре Лиса поняла, кто это был: — Могу ли я отойти на минуту? — спросила она, и Джису посмотрела на бабушку, прежде чем она кивнула, затем Лиса встала, но снова остановилась, прежде чем смогла сделать один шаг. — Мне нужно, чтобы ты пошла со мной. — А? — Пошли, — повторяет Лиса, хватая Джису за руку и тащит старшую к столу, где их семьи радостно разговаривают, — Мама? — позвала она. Миссис Манобан извинилась перед мамой Джису и повернулась к дочери: — Да, Лиса? — Мы выйдем, там моя подруга, с которой мне нужно поговорить. — Почему бы тебе просто не пригласить ее… — миссис Манобан была прервана кем-то: — Лиса? — Лиса обернулась и увидела Мину, смущенным взглядом смотрящую на нее, — Что происходит? — Ее взгляд опустился на Джису, которая переплела свои руки с руками Лисы, и смятение на ее лице изменилось на гнев, и она перевела взгляд на Лису, прямо на ее глаза. — Здравствуйте, я миссис Манобан, мама Лисы, — Женщина подходит к девушке с теплой и добродушной улыбкой, — Спасибо, что пришли, пожалуйста, располагайтесь. — Куда пришла, мэм? — спросила Мина, но не смела оторвать взгляд от любовницы. — О, ты не пришла сюда на помолвку Лисы и Джису? — Что? Что? — глаза Мины и ее рот были широко распахнуты в выражении ошеломленного удивления, и, хотя она смотрела прямо на Лису, казалось, вообще не замечала ее, — Н-но что насчет наших отношений? Малыш? Беседа гостей остановилась. В одну секунду стало тихо, а затем начались негромкие переговоры, пока то же нервное напряжение не заставило снова замолчать, когда они услышали, что сказала Мина. Лиса застыла так же, как и Джису, когда они почувствовали, что все глаза направлены на них. Громкий разговор затих, когда стекло, которое держала миссис Манобан, упало на землю. — Ты сделала предложение мне на прошлой неделе, детка, почему ты поступила так со мной, — Мина издала крик, и от гостей, особенно от родителей пары, раздался громкий вздох. Белые костяшки пальцев от слишком сильного сжимания кулака Лисы и стиснутые зубы от попыток промолчать, ее сгорбленная поза источала враждебность, похожую на жжение кислотой, резку, мощь. Ее лицо было красным от подавленной ярости, и когда Мина даже положила руку ей на плечо, она повернулась и мысленно ударила ее. — Какого черта?! — Крикнула Лиса, и Мина отступила, — Я никогда не предлагала тебе! Что ты блять творишь?! — Джису слегка сжала ее руку, чтобы помешать младшей ударить. — Эй, успокойся, — спокойно сказала Джису, потирая ладонь Лисы. Она не знала, что делать в это время из-за за смущения от осуждающих взглядов, который они получали от толпы, шепота ее коллег, сплетен, которые наверняка пойдут после этой ночи. Она действительно злится и расстроена, но если она сломается, как Лиса, это ухудшит ситуацию, поэтому она просто решила успокоить младшую, даже если внутри себя она бьет Мину по лицу. — Что, черт возьми, происходит с Лисой?! О чем говорит эта девушка? — Миссис Манобан кричала на нее. — Мама! Поверь мне, я не знаю, о чем она говорит! — Кто она такая? — Я ее девушка, — ответила Мина. Крики гостей намного громче, чем до этого, что приводит друзей в шоковое состояние и они бегут к паре. — Мина, пожалуйста! Убирайся отсюда, — говорит ей Чеен, но японка только качает головой. — Нет! Ты знаешь, что я ее девушка, почему ты не говоришь им правду? — Она уже рассталась с тобой! — ответила блондинка и сделала шаг к Мине, но Дженни оттащила ее назад. — Она не смогла, — Произнесла Мина и посмотрела на Лису, — Она никогда не расставалась со мной, на самом деле, у нас было свидание вчера. Лиса три раза подряд провела рукой по своим пепельно-каштановым волосам и уставилась на бывшую. Она рычала больше, чем говорила: — Я рассталась с тобой вчера! И я пригласила тебя сюда, потому что я хочу, чтобы ты увидела, что я женюсь и что ты уйдешь из моей жизни! — Но я никогда не соглашалась! — Достаточно! — плюнула Джису, что заставило их прекратить свои споры. — Проваливай! — Кричала она на японку с убийственным взглядом, указывая пальцами на дверь. Мина рассмеялась и покачала головой: — Я не уйду, пока Лиса не скажет им правду и… — она замолкает, глядя на Джису отвратительными глазами, — Разве профессору не запрещено иметь отношения со своей студенткой? — Тебе трудно оставить Лису в покое, сука? Дженни хмыкнула ей в спину и быстро остановилась, когда Чеен зашипела на нее. Японка оглянулась на Ким, чтобы увидеть своего профессора, и Дженни подняла левую бровь. — Прежде чем ты смутишься еще больше. Тебе нужно уйти, Мина, — произнесла Лиса гораздо более спокойным голосом. — Но что насчет нас? Ты сказала, что любишь меня, правильно? Ты обещала мне, что я та, на которой ты женишься. Лиса потерла ладонями глаза на упрямство Мины. Она не собирается отступать, пока не рассорит их: — Пожалуйста, я умоляю тебя. Мина заплакала, и Джису это уже не волновало, когда она увидела, что ее бабушка выглядит обиженной на сцену, которую видела прямо сейчас. Когда пожилая женщина сжала свою грудь, Джису быстро подбежал к ней. — Бабушка! — Она кричала, когда рука старушки упала вбок и она потеряла сознание.