Брат мой

С каждой секундой становилось все хуже. А еще снова было холодно. Скорее всего, времени у меня мало, подумал Локи. Надо действовать сейчас. Сейчас... Только еще минуту посижу и отдышусь. Уж на один-то удар мне хватит сил. На один последний удар. Я подзову, подпущу тебя поближе. Я хочу быть близко-близко, чтобы видеть в твоих глазах все. Я попрошу тебя обнять меня... И вдруг Тор начал действовать на опережение. Грубо, по-своему, неожиданно, снова будто пытаясь продемонстрировать, кто главнее, кто сильнее. Как ладонь на шее, как красный плащ на нем с утра. - Ты ранен, - и хватается за воротник, и руки уже ищут застежки на груди. - Где? Локи не успел справиться с собой. Убери от меня руки! Не имеешь права! Не трогай! Последнее вырвалось уже вслух, с невнятным шипением, которое точно не стоило издавать тому, кто пытается играть роль брата. Вырвался, отталкивая его, вжался в стену, напряженно глядя в голубые глаза. Прохладный спокойный взгляд. Такой твердый, такой самоуверенный. Он даже не дернулся. Даже не испугался. Он даже не задумался над тем, что произошло. Впрочем, умение задумываться никогда не было твоим коньком, Тор. До недавнего времени - точно. Тор примирительно поднял руки. Сел напротив. Все равно слишком близко... Постой, перебил себя же Локи, разве тебе не этого надо? Именно этого. Тебе ж еще дотянуться до него. Тебе еще в глаза ему смотреть. О, как это будет прекрасно - видеть, как оттуда, из голубых глубин, постепенно исчезает его самоуверенность, самолюбование, надежда... Близко - это хорошо. Неприятно, но нужно. Потерпи, Локи. Сколько раз ты терпел его руку на своей шее? И не просто терпел - улыбался в ответ. Придется потерпеть еще раз. Странно, что он не отодвинулся. Странно, что не ударил... Или не странно? Все плывет, мысли плывут... Почему так холодно?.. Надо собраться, Локи. За тобой последний удар - и партия будет сыграна. Никто из вас не выйдет из этой пещеры. Кажется, это называется "пат"... Надо собраться, Локи! Локи немного сполз вниз по стене, усилием воли собрал мысли в кучу. Тут, собственно, уже и плана никакого не было нужно. И особых актерских талантов. А нужно было надавить на жалость, что сейчас сделать более чем легко, и заставить себя не оттолкнуть, наоборот - принять помощь. А потом ударить. Коротко и точно ударить в сердце. Локи всегда бил точно. И промахивался только, когда сам того хотел. Разве что там, на башне Старка... Хотел ли он промахнуться тогда? - Это яд, - сказал он, глядя в сторону, - их когти ядовиты. - Локи... О, вот теперь тебе меня жалко. Наверное, я и выгляжу сейчас жалко. Все правильно, так и надо... Голова такая тяжелая... - Но! - дам тебе надежду, тебе нужна надежда, тебе всегда нужна надежда, нужен свет в конце тоннеля, тебе нужно верить, что во всем есть смысл, что добро победит зло... Скажи мне, сын Одина, я - зло? Ты потому постоянно меня преследуешь? Тебе нужно победить меня? Или в глубине души ты просто надеешься, что вместе со мной исчезнут твои внутренние демоны? Твое прошлое? Даже немного жаль, что ты не успеешь увидеть, насколько ошибаешься... - Но! У меня есть шансы справиться. Тебя бы он убил сразу. А у меня почти иммунитет. Их сила - это и моя сила теперь. Она должна его нейтрализовать. Нужно просто немного подождать. Как много слов. Как тяжело связывать их в предложения. Лишь бы не сказать чего-то лишнего. Лишь бы не отклониться от сценария. Как холодно... Зачем вы сделали из меня то, что сделали?! Совсем не аса, но уже и не йотуна. Я мерзну из-за вас! Наконец, Тор действует по плану. Хотя думает, что никакого плана нет. Как все знакомо. Как циклично. Он оказывается рядом. Все еще уверенный. Большой, теплый. Отвратительно, лживо теплый. Лживо добрый. Да с чего ты вообще стал таким?! Кто тебя просил?! Мне не нужен ты. Твоя помощь. Твое королевское снисхождение. Мне не нужен ты... Мне холодно... - Обопрись на меня. Он снова командует, приказывает, по-хозяйски обхватывает за плечи... Я не вещь! Я - равный тебе! Впрочем... кого я обманываю... Мы оба знаем, кто я такой. Я из тех монстров, что ты десятками, сотнями уничтожал. Я просто очередной монстр. Локи послушно валится к нему на колени, Тор держит его. Терпимо. Дышу. И даже почему-то теплее. И нет чувства, что это - странно. Но ведь это - тоже объятия. Что изменилось? Как больно... Если бы раньше, Тор... Если бы ты сделал так раньше... Почему теперь? Почему ты за мной ходишь? Кажется, я сказал это вслух. Отзвуки эха в голове... Надо следить за языком. - Ты не можешь умереть. Звучит как угроза. Локи открывает глаза. Ты готов, Тор? Ты уже на грани? Открытый, напряженный. Что это? Страх во взгляде? Я действительно тебе дорог? Тем лучше. Значит, ты все-таки поверил в меня. Значит, не пат, значит, я все-таки выиграл. Тебе будет больнее. Сейчас? Или еще подождать? Подождать. Пока дышу. Пока тепло. И вдруг остро захотелось оставить его в живых. И просто уснуть вот так, в его объятиях. Просто потому, что в них было очень тепло. И выжить самому, проснуться с утра. Где-нибудь в Асгарде, где-нибудь в детстве. К горлу подступили слезы. - Не умирай! И снова он не просит. Требует, приказывает, трясет за плечи. И плакать уже не хочется. Потому что не по кому плакать. У нас не было нас, Тор. У меня ведь тоже не было брата, ты хоть немного помнишь об этом? Где бы я ни проснулся, тебя там все равно нет! - А что ты мне сделаешь? - плюнуть бы тебе в лицо, в твои лживые голубые глаза. Но нельзя. Оттолкнешь. Уйдешь. Это твое излюбленное занятие, это твое хобби: отталкивать и уходить. А потом преследовать. Обвинять и избивать. - Найду тебя! - рычит он, но тут же тон меняется, и Тор будто уговаривает, будто убеждает. - Я же постоянно за тобой хожу, помнишь? Найду и убью еще раз! Лично! Ты почти плачешь? Или это уже галлюцинации? Руки дрожат. Странно: мне уже не холодно, а я все равно дрожу. Пора, сын Одина. Мне слишком больно. Еще немного - и я уже не смогу дышать. Пора. Сейчас. Локи всматривается в его лицо. В каждую черточку. Прислушивается к его сердцу. Это не трудно - оно колотится громко, быстро, очень отчетливо. Кажется, оно у него большое. Не в метафорическом плане, в физиологическом. Слишком уж сильные и гулкие удары. Сейчас. Он собрался с силами. Вложил в ладонь ледяной кинжал. Ударить, не отводя взгляда. Он уже проваливается куда-то, он чувствует, что проваливается, уже даже не так больно, боль уже нырнула в окутывающую его темноту. Теплую. В твоих руках тепло... Где были твои руки? Где был твой смех? Где ты был?! И он бьет. С силой, со злостью, с досадой. Точно в сердце. Кулаком. Потому что все обрушилось, все разрушилось еще тогда, у небольшого огонька среди холодной тьмы, из-за его смеха. Как малый ребенок... На мидгардской скале... Они снова на той скале. Только Тора никто не забирает. Тор что-то говорит ему. Обнимает, шепчет. И ему тепло. Он плохо разбирает слова, они ему и не нужны. Но Тор что-то спрашивает. Что? - Почему ты меня спас? Убить тебя. Должен я. Я сказал это вслух? Вдруг нет? Вдруг он не расслышал? Надо объяснить ему. Это важно - объяснить ему. - Я должен тебя убить. - Еще успеешь, - обещает Тор. Где-то вдалеке кружит самолет. Где-то вдалеке слышится жуткий вой. Но это - вдалеке. В других мирах, в других снах. В этом сне Тор держит его в руках. В этом сне Тор почему-то имеет на это право. Какой странный теплый сон. Ему хочется проснуться с утра. Хорошо... А потом были какие-то куски, обрывки снов, рваная ткань. И Тор держал в руках, что-то говорил, рассказывал, спрашивал. Иногда получалось отвечать. Казалось, что получалось. Но разобрать, что было настоящим, уже не мог. Потому что все вокруг было ненастоящим. Потому что Тор был ненастоящим. Выдуманным. Из сна. Когда стало совсем темно и тихо, Локи решил, что умер. Подумал о том, что до Хельхейма недалеко, и это, наверное, хорошо. Не придется долго добираться. Задумался над тем, а должен ли он добираться, или Хель сама придет за ним. Как вообще нужно вести себя, если умер? Задумался над тем, кто же из них все-таки выиграл: он или Тор? Подумал, что Хель придется приложить немало усилий, чтобы вырвать его из рук Тора. Тор ходил за ним так много времени, что теперь просто так не отдаст. И вдруг понял, что все еще ощущает его руки на себе. Сын Одина чуть ослабил хватку, но продолжал держать. Локи осторожно приоткрыл один глаз. Тор сидел, закрыв глаза и привалившись к стене. Одна рука - под головой, вторая обхватывает за плечи. Локи лежит на его коленях. Теплые тяжелые руки, ровные ритмичные удары сердца. А это не так страшно, с легким изумлением подумал он, скосив глаза на его ладонь у себя на плече. Почему это оказалось не так страшно? С каких это пор ты заслужил право так держать меня? Ты просидел со мной всю ночь? Локи смотрит вверх. Да, чувства не обманывают его, ломтик неба над колодцем уже снова пепельно-серый. Значит, утро. Очередное утро в Нифльхейме. Я не смог убить тебя вчера, я был слаб, мне виделись разные вещи. Что если я проговорился? Кажется, во сне я говорил тебе, что убью, и ты даже что-то отвечал. Но нет. Ты ведь сидишь, держишь, значит, веришь. Как всегда, веришь. Ха. Снова получается лучше, чем я думал. Я выжил, а ты наверняка привязался. Теперь ты уж точно привязался. Я же пожертвовал собой ради тебя. И ты - в моих руках. Все еще впереди, сын Одина. Я еще успею тебя достать. И на этот этот раз тебе будет куда больнее, чем было бы раньше, чем было бы этой ночью. Голова слегка гудит, но это не страшно. Ничего не страшно. Игра стоила свеч. Хочу увидеть твои глаза сейчас. - Тор, - тихо, хрипло, слабо. Он вздрагивает, открывает глаза. Взгляд осмысленный. Значит, ты не спал. Это приятно. Всматривается растерянно, недоверчиво. Потом резко разворачивается, одновременно хватая за плечи и разворачивая Локи, вжимая его в скалу и оказываясь еще ближе, чем был только что. Локи чувствует его тяжелое дыхание на своем лице. Тор продолжает смотреть прямо в глаза и... снова злится? Холодный пронзительный, полный ярости взгляд. Локи готов с отчаяньем застонать. Какой повод теперь, Тор? Мне не стоило выживать? Но ты же сам просил не умирать! Тебе никак не угодишь! Сколько бы я ни старался! Хочешь ударить? Ну, бей! Он сжимает губы, чтобы те не пытались снова искривиться в неприятной усмешке, чтобы с них не сорвалось никаких гадостей. Я не буду давать тебе лишнего повода. Хочешь бить без повода? Бей... Тор медленно чеканит, не отводя взгляда: - Больше. Не смей. Так. Делать. Снова приказывает. Не имеет права! Ведь не имеет? - Как? - холодная усмешка все-таки прорывается наружу, Локи вскидывает брови. - Умирать, - говорит Тор, отпускает, резко встает и поднимает голову, будто бы изучая небо, но Локи понимает - чтоб не показывать лица. Он по голосу слышит, что что-то не так. Голос дрожит. Голос Тора дрожит! А ты молодец, Локи, ты молодец... - Умирать, - сдавлено повторяет Тор, глядя вверх, - подставляться, жертвовать собой. Не надо меня спасать. Какой ты, оказывается, чувствительный, Тор. Ты плачешь? Локи улыбается. Холодно и ядовито. Но прогоняет усмешку и серьезно спрашивает: - Почему? Тор молчит какое-то время, собираясь с мыслями. Локи борется с проклятой усмешкой. Тор опускает голову, понимая, видимо, что глупо так долго прикидываться, что изучаешь небо. Там ведь даже нет ничего - нифльхеймское небо пустое. Опускает голову, но в глаза не смотрит, смотрит в землю и мрачно, очень холодно, снова очень четко, видимо, чтобы Локи расслышал и правильно понял, произносит: - От этого ничего не изменится. Мое отношение к тебе не изменится. Твой приговор не изменится. Локи вздрагивает. Не этого он ожидал. Хороший ход, Тор. Открыть карты - это очень хороший ход. Но свои я, с твоего позволения, пока придержу при себе. Ты боишься, что я прикидываюсь, сын Одина. Боишься и хочешь знать, так ли это. Но ты не знаешь, почему. Ты думаешь, я делаю это все ради того, чтобы выжить. Надо отдать тебе должное, ты понял мой предыдущий план. Но в тебе слишком мало отчаяния и слишком много веры, чтобы понять нынешний. - Тор, - Локи, справившись, наконец, с лицом, говорит снова очень серьезно, глядя снизу вверх. Он немного удивлен и растерян, - Тор, я не потому... я просто хотел защитить тебя... - Ты не должен меня защищать! - внезапно срывается на крик Тор, но Локи больше не боится его криков. Они ему даже приятны. Ему приятно, что сын Одина балансирует на грани. Он понимает, что сейчас все-таки не выдержит - ухмыльнется, а то и вовсе рассмеется ему в лицо. Рывком встает, оказываясь рядом, снова слишком близко, но недостаточно близко и, продолжая движение, вторым рывком прижимает Тора к себе, обхватив руками за шею. Вовремя - усмешка все-таки проскальзывает, но Тор ее не видит. Он тяжело вздыхает и обнимает его в ответ, снова прижимая к себе.