Il gusto del tuo rossetto

— В шахматы умеешь? — Джорно сверлит дыру в паркете. — И что с того? — Аббакио начинает испепелять потолок. — Хочу поиграть. — Хоти дальше. Я устал, — Леоне испарился, слышались только шаги на лестнице, так как Джованна приковал взгляд к полу. «Сдался он мне,» — мужчина зашёл в комнатку и уронил пятую точку на кровать, что скрипнула. Аббакио, в поисках алкоголя, стал рыться в ящике тумбочки. — Всякий хлам, пара журналов, резинка… — Леоне остановился и свёл брови, — тоже резинка.       Два презерватива скромно лежали в самом дальнем углу ящика. Остались после Бруно, как и половина тюбика со смазкой, а ещё совместное фото. «Жизнь прямо издевается надо мной,» — Аббакио взял в руки фото и ухмыльнулся. — «Неплохое время». Фотография была аккуратно положена обратно, а вот остатки роскоши Леоне убрал в карман. «Хуй с ним. Что будет, то будет,» — мужчина прикрыл глаза. — «Если что, я бессердечная сука. Да».       Чёрная помада нанесена поверх старого слоя, платиновые волосы взлохмачены у корней — Аббакио выходит из комнаты.

***

      Прошло минут десять, а Джорно, нервно сглатывая, всё ещё сидел на диване. Надежда умирает последней. «Схожу постучусь».       Только Джованна поднялся на несколько ступеней, сверху смотрел Леоне. — Где там твои шахматы? — вместо ответа сдержанная улыбка. — Будем играть в алкогольные шахматы. Столько посуды у нас нет, поэтому ты выпиваешь рюмку, когда соперник теряет фигуру. — Не рановато ли тебе? — Аббакио до этого так никогда не улыбался. — Думаю, попробовать стоит. Ты же всё равно рядом.       Леоне чуть замешкался и отвёл, теперь менее самоуверенный, взгляд в сторону.       Молча он принёс несколько бутылок виски и две рюмки, пока Джованна расставил всё на места. — Чтобы проигрывать было тяжелее, — ухмылка вновь на лице. — Твой ход. — Спасибо, — ход. — Ага, — ответный ход. — Ты в порядке? Много пить не слишком хорошо, — лакированная доска пахла новизной. — И при этом ты просишь меня порубиться в игры с участием алкоголя, — Аббакио даже не знает, почему он согласился. Странное подобие улыбки снова прикрепилось на лице. — Да так, извини. Спонтанно вышло, — ложь.       Джорно убрал фигуру с доски. — Наливай себе. — Да. Я в норме. Моя печень потерпит, не такой уж я и старый, — наполненная посуда взлетела параллельно локтю. Одна есть. — Отлично, — стук фигуры. — Почему ты поцеловал меня вчера ночью?       Молчание и стук лакированного дерева друг о друга. Вопрос был внезапный и загнал разум в угол. — Я был пьян. — И всё же? — стук.       Последующие ходы прошли молча. Итогом послужила три рюмки в пользу Джованны и ещё четыре для Леоне. Мафиози решил прибегнуть к хитрости и поначалу использовать станд — рано напиться будет самой плохой затеей. Трюк старый, но рабочий. Аббакио пристально наблюдал за реакцией. Это напрягало. — Без понятия. Накрыло просто. Вот и всё, — мужчина снова ходит и срубает пешку. — Я уже знаю, кто проиграет. — Не спеши, — юноша опустошает стопку, вновь провернув трюк. На этот раз последний. — Ты как-то… — мужчину уже немного покачивало, в то время как Джорно уверенно держал стан. — Рот покажи. — Чего?       Аббакио отодвинул стол с шахматами, повалив несколько фигур, и приблизился к Джованне. С подозрением глядя на оппонента, Леоне взял того за подбородок и опустил челюсть. Наклоняя беднягу в разные стороны под разными углами, он ничего не заметил. Джорно успел развеять свой станд, а вот алкоголь остался. — Проехали, — Аббакио уже хотел отлучиться, но юноша облокотился на него, теряя сознание. — Блять, ты дурной? Лезет он… Леоне заметил, что что-то не так, и отлепил от себя Джорно. Почти неподвижное тело, медленно моргающее глазками. Снова молчание. — Пиздец, Джованна, я тебя ненавижу, уёбка. Говорил же, мелкий. Ещё и наебал, — Леоне шипел, матерился через каждое слово, и всё-таки взял мальчишку на руки, потащив того в комнату.       Аббакио бросил тело на кровать и собрался уйти. Только вот снова засмотрелся на объект своей ненависти. Ненависти ли?       Джорно зашевелился и схватил Леоне за штанину, притягивая к себе. — Останься. Пожалуйста..?       Мужчина не знал, что делать. Проигнорировать и опять пойти фантазировать или остаться и, возможно, выяснить отношения, выкинуть сумашедшего мальчишку из головы. Хотя в таком прекрасном состоянии «налей и выпей» только лежать, надежда была. Маленькая, но была.       Аббакио присел рядом на кровать.