Равноценный обмен

После появления света, всё вдруг окутало тьмой. Не слышно было ни звуков, ни запахов. Появилось ощущение, что ты попадаешь в невесомость и не можешь даже пошевелиться. Это пугало. Очнулся Ли в непонятном положении. Он точно помнил, как на его руках лежал Торин, умирающий от колотой раны на груди. Они были на краю ледника, с которого было видно поле битвы. Но теперь он не чувствовал холода ото льда, а на руках не чувствовался вес тела гнома. Запахло лекарствами. Ли резко вскинул голову, что было ошибкой, ведь перед глазами сразу же потемнело, а голова закружилась. Пейс осмотрелся. Он находился в больничной палате, где была куча разных пиликающих приборов, которые немного нервировали. Но самое странное было то, что все они были подключены к телу Ричарда… Ричард! Он вернулся в свой мир! Но что-то омрачало его безграничную радость. — Ричард? — неверяще спросил он и легко потряс любимого, — Милый, что с тобой? Но глаза Ричарда не открывались. Он тихо лежал без реакции на вопрос Ли, из-за чего тот запаниковал. Он взял большую руку Ричарда в свою тонкую и изящную и нежно припал к ней губами. — Я так скучал, Рич, — сказал он и прижался лбом ко теплому боку мужчины. Он пролежал так несколько минут, но потом почувствовал, что что-то ерошил его волосы и уже хотел подняться, но вопрос, повисший в тишине палаты, опередил его. — Ли? Тот поднялся и заглянул в синие, уставшие, но такие любимые глаза, которые неверяще смотрели на него. — Боже, да! Рич, любовь моя, это я! — в крикнул он и, скинув сапоги, пробираясь сквозь провода приборов взобрался на постель и буквально лёг на Ричарда, обнимая того также, как и обнимал бы самое дорогое в своей жизни. А оно так и было. — Ли, ты меня задушишь! У меня вообще-то травма! — сказал Армитидж, но сам в то же время ещё крепче обнял мужчину, зарываясь носом в его волосы и нежно целуя за ушком, — Я так скучал, милый. — Ты представить себе не можешь, как я скучал! — сказал тот, посмеиваясь от того, что борода обнимавшего его мужчины щекоталась, — Знаешь где я был? — Средиземье? — вопросительно поднял бровь Ричард. — Погоди… Откуда ты знаешь? — отстранившись ошарашено спросил Ли. — Я, знаешь ли, тоже очень удивился, когда вытащил из-под льда не тебя, а светловолосого эльфийского короля. — О, так Трандуил был с тобой! Значит он в безопасности и вернулся домой к сыну. Тут лицо Ли поникло, а в воспоминаниях всплыла картина лежащего на льду умирающего Торина. Он вздрогнул. Из оцепенения его вывел голос Ричарда. -… И чтобы ты больше никогда не поступал так безрассудно! У меня же чуть сердце не остановилось, когда ты под лёд ушел, — ругал Пейса за его проступок Армитидж, но заметил заминку мужчины, — Эй, котенок, ты чего? — Мне нужно кое-что тебе рассказать… — Что? Что-то случилось? — Нет. Или да… Я не знаю, Ричард! Там в Средиземье я встретил мужчину, который был очень похож на тебя внешне, но не внутренне. Его зовут Торин. Он подобрал меня, когда я только попал в тот мир и мы прошли с ним огромный путь, чтобы вернуть его дом. Это огромная гора, Рич, и вся она полна драгоценностями. А Торин был королём в этом подгорном царстве. Я очень привязался к нему, но когда он наконец добрался до горы, то его разум помутился. Он объявил битву за гору и я даже не знаю жив ли он сейчас. Из-за того, что он так похож на тебя и стал мне очень дорог за эти дни, я хотел помочь ему излечиться, но… Рич, прости меня! Прости меня, любимый! О-он… Изнасиловал меня. Я не хотел этого, но не мог сопротивляться. Он… Он был почти как ты, но нежности там не было. Знаешь, в какой-то момент я хотел обернуться и увидеть там тебя. Чтобы ты поцеловал меня и приласкал, как и всегда. Но с другой стороны я давно не был с тобой и моё тело оголодало по удовольствию. Рич, я знаю, что это подло, но… Я изменил тебе. Если ты не сможешь меня простить, то хотя бы не гони. Потому что люблю я только одного мужчину — тебя. Он залился слезами, а ошарашенный Армитидж непонимающе глядел на нежного и самого дорогого мужчину в своей жизни. Он хотел приподнять я и обнять его, но провода от приборов помешали. Но Ричард не прекратил попытки достучаться до своего любимого, даже несмотря на все те слова, что он только что сказал. — Ли, — он взял за руку Пейса, — Не плачь, молю! Я ведь тоже не безгрешен. Тот эльф, которого я вытащил из воды, был очень похож на тебя! Он был по-королевски заносчив, но в нем были твои черты и я тоже, тоже не удержался, слышишь, Ли? Я поцеловал его. И знаешь, в отличии от тебя я сделал это по своей воле, поэтому мой поступок ещё отвратительней. Он сам открыл мне глаза: сказал о том, что своим поцелуем я предаю нашу с тобой любовь. Но знаешь что? Для меня всегда самым важным человеком будешь ты. И я ни за что не отступлюсь от своих слов. Потому что я тебя люблю, Ли, больше всего на свете. — А я тебя, — заплаканный Ли улегся на кровати рядом с Ричардом и нежно поцеловал его в губы. Он простит. Простит ему это недоразумение, сам не лучше. Но самое главное, что они сейчас вместе. Лежат рядом и любят друг друга. — Ли, черт, я ещё кое-что должен тебе сказать, — вдруг сказал Ричард и заерзал на постели, потянувшись к своей одежде, аккуратно сложенной на тумбочке, но порывшись в карманах, он досадливо вздохнул, — Как я мог его забыть? — Кого Рич? — спросил Ли смотря на любимого, который судорожно продолжает искать что-то. — Черт, Ли, прости меня. Не будет все правильно, как у людей, но я все же должен тебе это сказать. Слушай, мы с тобой очень долго знакомы и… Ай, ладно! — Ричард махнул рукой и нежно взял ладони любимого в свои. Тот затаил дыхание, а Армитидж, собравшись с мыслями выпалил, — Ли Гриннер Пейс, ты… выйдешь за меня?

***

Трандуил очнулся из-за холода и запаха крови. Он поднялся с земли и осмотрелся. Вокруг было поле битвы: с ледника он видел как живые бродили среди тел мёртвых. Слышался плач и крики, но все уже закончилось. Рука его наткнулась на что-то тёплое и влажное. Обернувшись он увидел Торина, который лежал и уже почти не дышал. Трандуил призвал свою магию. Да, он действительно дома. По его телу струятся магические потоки, которые долго хранились в земле этих мест. Положив грязную голову гнома на свое колено и приложив руки к его груди, Лесной король принялся залечивать раны уже, похоже, бывшего врага. Он нежно проходил я пальцами по мелким ранкам на лице, которые почти сразу же исчезли. Он почувствовал, как сердце Торина забилось быстрее, а вскоре тот дёрнулся и сделал глубокий вдох. — С возвращением, — с издевкой сказал Трандуил, — Будь добр, не дергайся, хорошо? Твоя рана ещё не полностью зажила. — Трандуил? — спросил Торин, удивившись неожиданной простоте речи короля, и уже хотел было соскочить с колен Его Величества Лесного короля, но тот остановил его. — Черт, Торин, я же попросил не дёргаться? Что из моих слов было непонятно? — рассержено спросил Трандуил, — Если бы не я, то ты был бы уже мёртв, поэтому прекрати шевелиться. Лежи спокойно. — Где же Вы были, Ваше Величество, все это время? Испугались крови? — продолжил ехидствовать Торин, но тут вспомнил кое-что, — Погодите, а где же Ли? Он был здесь! — Теперь он дома вместе с возлюбленным, — не выражая никаких эмоций, произнёс Трандуил, хоть на душе его было грустно. Он больше не увидится с Ричардом. Единственным напоминанием о нем был ворчливый гном на его руках. Просто прелестно. — Ну, он хотя бы в надёжных руках, что не может не радовать, — печально усмехнулся Торин и повернул голову. Лицо Трандуила было задумчивым. Его нежные руки с очень длинными изящными пальцами светились белым, а от упорства он даже чуть закусил губу. Чтобы не искушать себя, гном перевёл взгляд на торс эльфа и приподнял бровь, — Погоди-ка, а что это на тебе надето? — Ах, это? Одежда из того мира, Не было времени сменить. Но она вполне удобная. — Где это видано? Лихолесский король не в своих дорогих тряпках и без побрякушек. Удивительно! Да, Торин сейчас пытался показать себя непринуждённым и острым на язык, как и всегда, но было одно «но». Это был прекрасный, почти домашний лесной эльф рядом, у которого были просто фантастические руки и глаза. От такой картины Торина стало тесно в штанах, но он очень постарался не показать себя в таком свете перед Трандуилом. Когда процесс лечения закончился, беловолосый эльф отстранился и встал. — Нужно торопиться, скоро стемнеет, а мне бы хотелось как можно скорее добраться до своего леса, — сказал Трандуил надменно, снова возвращаясь в свой образ холодного и отстраненного короля. Но, как не странно, не надолго. В его мир безразличия вдруг ворвался голос вставшего со льда и взявшего его руку в свою гнома. — Может все-таки останетесь на празднование победы, эльфийская королева?