Фотография

      — Ну и? — напомнил о своём существовании Ларри, заметив, что Эш как-то зависла.       — Ты должен сфотографироваться с Салом, будто вы пара, — наконец озвучила свою идею Кэмпбелл.       — А у меня спросить никто ничего не хочет? — совершенно не желая ни с кем фотографироваться, возмутился Фишер.       — Ну я же не просто так наводила тебе красоту, — усмехнулась девушка. — Давайте.       Оба парня были немного в шоке от такого действия. Вот только Джонсон уже собрался его выполнять, пока Сал продолжал возражать.       — Фишер, не ной, вставай, — крепко схватив его руку, пытаясь тем самым поднять с дивана, строго сказала Эшли.       — Я не буду фоткаться.       — Тебя не спрашивают, — отталкиваясь одной ногой от дивана, чем увеличила свою силу, нахмурилась Эш.       — Ты мне руку оторвёшь, — уже не на шутку разозлившись, всё же спокойно сказал Сал.       — Пришьём, если оторву. Подъём!       Ларри, наблюдавший за этой сценой в метре от них, на удивление не смеялся. Ему было правда без разницы, с кем фотографироваться, когда и в каких условиях. Тем более, сейчас это обещает быть смешным. Но шатена удивляло то, как сопротивляется Фишер. Он сейчас даже начал казаться серьёзным. Не смеётся, не подкалывает Кэмпбелл. Было даже заметно, что он на грани ударить девушку.       В конце концов Сал согласился спустя десять минут уговоров Эш. Шатенка была назначена фотографом и ей очень хотелось воспользоваться фотоаппаратом Фишера. Парню, конечно, было страшно за него, так что он внимательно следил за каждым движением девушки. При этом приходилось иногда ей показывать, что и как делать. И в один из таких моментов Сал усмехнулся и тихо спросил, чтобы только Эшли услышала:       — А ревновать не будешь?       Кэмпбелл обернулась, смотря на парня с непониманием. Но потом она вздохнула и хотела наступить голубоволосому на ногу, однако воздержалась, вместо этого спокойно сказав:       — Не переживай, не буду.       Фишер и Джонсон, как и предполагала Эш, были совершенно несерьёзны. Они не стеснялись делать что-то, но всё это обязательно сопровождалось смехом и шутками. И вроде бы вот, должна выйти нормальная фотография, но внезапно Сал что-то говорил и всё портил этим, потому что в это же мгновение вся серьёзность вновь улетучивалась. Кэмпбелл, конечно, сама всё это придумала, но ей уже хотелось поскорее с этим разобраться. И по большей части даже не потому, что Ларри ей нравился. Скорее, ей уже надоели его с Фишером идиотские шутки.       За очередным приступом смеха Джонсон с Салом сделали что-то реально странное даже для них.       — Знаешь эти фотки, где девушка с парнем типа танцуют? — смеясь, спросил Фишер.       — Что-то вроде этого? — тоже смеясь и взяв Сала за талию, Ларри наклонился, заставляя голубоволосого, немного не ожидавшего этого, прогнуться в спине, чтобы сохранить безопасное расстояние. На пару секунд оба затормозили, благодаря чему с лиц пропала улыбка. В этот момент Эшли не растерялась, делая фотографии. Фишер, мягко улыбнувшись и что-то найдя в этом, обвил шею Джонсона руками и немного расслабился, позволяя Ларри держать его, как в танце. Кэмпбелл, совсем не понимающая, что происходит, всё же продолжала нажимать на кнопку на фотоаппарате. Однако долго это не длилось. Уже через несколько мгновений снова раздался громкий смех. Джонсон убрал руку, думая, что Сал сообразит, что делать, но тот, за смехом не заметивший этого, в итоге упал на пол, продолжая смеяться там. Даже Эш улыбнулась. Она просматривала фотографии, которые успела сделать, с замиранием сердца. Пожалуй, она становится слишком эмоциональна, когда дело доходит до чего-то милого и романтичного.       — А ведь это реально круто, — сказала Кэмпбелл, рассматривая каждую деталь на самой удачной фотографии. — Сал, ты стал в два раза больше похожим на девушку.       Пока Фишер продолжал смеяться, лёжа на полу, Ларри подошёл посмотреть, что вышло. Когда он увидел результат, усмехнулся.       — Это не уже Сал, а Салли какая-то, — прокомментировал шатен. — Ты здесь серьёзно на себя не похож.       Найдя в себе силы, голубоволосый всё же поднялся и взял фотоаппарат, чтобы для себя решить, правда ли всё так классно. Фишер вздохнул, понимая, что он действительно стал похожим здесь на Салли. Даже мужская одежда не выдавала то, что на фотографии двое парней. Но по крайней мере, эта девушка была вполне симпатичной. За счёт того, что лицо Сала оказалось повёрнутым к камере профилем, половина со шрамами не была видна. Можно было заметить лишь небольшой шрамик на переносице, но, как уже подметил парень, при желании его можно легко убрать.       — Сал, тебе действие обработать эту фотку, а тебе, Ларри, выложить её к себе в Инстаграм, — сказала Эшли.       — А мне за это заплатят? — спросил Фишер, откладывая фотоаппарат в сторону.       — Эм… Нет, — усмехнулась девушка, садясь на диван.       — Жаль, — вздохнул голубоволосый. — А можно я уже смою всё со своего лица?       — Смывай, — закатила глаза Кэмпбелл. В принципе, ничего другого она и не ожидала. Не станет же Сал теперь всегда так ходить.       Всё же этот вечер был весёлым, несмотря на некоторые детали. Торт был вкусным, кофе и чай тоже, даже вышло сделать пару снимков. Фишер приехал домой только ближе к десяти часам после полудня. Как и всегда, его встречал Гизмо. Парень взял кота на руки и пошёл в свою комнату, включая ноутбук. Он планировал прямо сейчас заняться той фотографией. Ещё когда голубоволосый впервые увидел её, появилось какое-то вдохновение, а в голове всплывали варианты того, что можно добавить, а что стоило бы подправить. Хотелось даже сделать что-то винтажное. Сал в принципе обожал старые фотографии, которые имели, возможно, не самое лучшее качество, но были очень атмосферными. Всегда, смотря на подобные картинки, в голове появлялись кадры с каким-то сюжетом, какой-то историей, предшествующей этому моменту. Фишер считал эти фотографии более живыми в сравнении с современными. Тогда люди только получили возможность запечатлевать разные мгновения из жизни, сейчас же это вошло в привычку.       Вот так, сидя со спящим на коленях котом и слушая музыку, голубоволосый работал над этой фотографией, пытался довести её до идеала. Для вдохновения и каких-то мелких идей, добавляющих атмосферы, рядом лежал телефон с разными фотографиями двадцатого века, которых у Сала набралось в галерее уже достаточно. На этот раз парень сидел в разы дольше, чем обычно, хотя бы потому, что появилась ещё одна идея, как можно обработать это фото. В итоге только ближе к часу ночи Фишер закончил и, ещё раз просмотрев, что получилось, отправил Ларри две фотографии. «Миленько вышло)» — хотел написать Сал, но тут же передумал. Звучит как минимум странно, мало ли Джонсон подумает не о том. Ого… Фишер, ты случайно не волшебник?

Да, на самом деле я скрывал это от тебя. Прости, что не сказал раньше.

Ахах Ты серьёзно сидел до часа ночи?

Хочешь сказать, что ты уже спишь?)

Нет, но я и делами никакими не занимаюсь.

Это не дело, а искусство, дурачок :D

М-да… Я завтра выложу фотографии. Сейчас как-то лень)       Фишер усмехнулся, отправляя эмодзи «окей» и закрыл чат. После этого он отправил результаты Эш. Просто чтобы вместе посмеяться. Ахаха, это то что я хотела видеть) Салли и Ларри… А знаешь, мне уже нравится это.

Спустя некоторое время выходит книга про молодую танцовщицу Салли, у которой появляется ученик Ларри, да? Или наоборот?

Хм… Неплохо придумано. Добавить грустную предысторию, запутанные отношения и счастливый финал и будет вообще шик. Но перейду я к этому нескоро) Мне бы закончить уже эту книгу, которую я пишу.

Ты что-то пишешь? -.-

Время от времени.       Голубоволосый сидел, пытаясь вспомнить хотя бы один диалог с Кэмпбелл, в котором бы она упомянула про то, что пишет какую-то историю. И даже странно, что она не сказала об этом. Обычно, если что-то происходит в её жизни, Эш говорит об этом сразу.

Окей, ты от меня начинаешь что-то скрывать. Скоро ты выйдешь замуж, а я даже об этом не узнаю.

Ахах, а ты беспокоишься о том, когда я выйду замуж?) Или тебя волнует то, что я стала тебе меньше доверять?

Не понял. Ты мне что, не доверяешь?

Ну, знаешь ли…)       Что значило это «знаешь ли», Сал так и не понял. Но да, его волновало то, что ему стали меньше верить. И если такое чудо, как например замужество Эшли, всё же случится, а Фишер об этом не узнает, это будет настоящая трагедия. И тут всё даже без шуток. Голубоволосому не нравилось то, как начали разворачиваться события. Эш была его единственным настоящим другом, которому реально можно было бы доверить свою самую сокровенную тайну. После переезда из Нью-Джерси парень мог о таком только мечтать. Они познакомились, когда он устроился на работу в журнал «Today» и с того момента Сал считал Кэмпбелл самым классным человеком, которого он только встречал, просто потому, что она с ним общалась. Да, сейчас в жизни Фишера появился ещё и Ларри, но без Эшли всё-таки всё не то. Так что эта ночь была проведена наедине с кучей вопросов наподобие «Что я сделал не так?», «Может, пошутил обидно?», «Она вообще это всерьёз написала или нет?». Да, Сал вспомнил, как по его инициативе свинка была названа именем Кэмпбелл. Это было лишь дополнением в копилку «обидных шуток». Проблема Фишера в том, что он задумывается обо всём только тогда, когда всё произошло и нужно действовать желательно сиюминутно, когда думать уже нет особого смысла и времени. В общем-то, сначала делает, а потом думает. Возможно, это из-за того, что большую часть «сознательной жизни» он провёл наедине с собой, то есть думать о других не было необходимости. Ведь тогда все его мысли были заняты лишь фотографией, пейзажами и так далее, но никак не тем, что происходило вокруг него. Даже ту ситуацию с Джонсоном Сал забыл очень скоро и не так уж сильно кусалась совесть. Одним словом, и в двадцать один год Фишер, видимо, не научился общаться и исполнять роль хорошего друга. А возможно, всё это лишь в голове и на самом деле всё прекрасно, просто голубоволосый себя накручивает, кто знает. Но да, терять достаточно близкого человека, когда всё наладилось, очень не хотелось.       Проснуться пришлось в восемь часов утра из-за того, что одно толстое и далеко не лёгкое рыжее существо запрыгнуло прямо на Сала. Парень вздохнул, переворачиваясь на другой бок, чем сбросил с себя кота, и прячась от него под одеялом в попытках снова уснуть, как всегда. Вот только на этот раз Гизмо был действительно голодным, потому что вчера про него совсем забыли. Даже странно, что ночью не было слышно его жалобных просьб, но возможно, Фишер просто очень крепко спал. Голубоволосый решил сжалиться над питомцем, так что встал с кровати и направился с телефоном на кухню. Кот побежал за ним, путаясь в ногах. А Сал начал проверять социальные сети, всеми силами стараясь не наступить на Гизмо. Было сообщение от Ларри, которое он прислал в четыре часа утра. Я знаю, что уже поздно пишу (а может и рано), но у меня появилась идея и мне нужна твоя помощь.       Насыпая сухой корм для кота, Фишер одной рукой напечатал ответ.

Что за идея и почему именно в четыре утра?

      Было глупо, конечно, ждать ответ. Скорее всего, Джонсон всё ещё спит. Но Салу спать, на удивление, не очень хотелось. Фишер сделал себе кофе и сел на диван, включая телевизор. Переживания об отношении Эш к нему всё ещё не давали покоя. Сал снова взял телефон и открыл чат с Кэмпбелл, задумавшись. Ему хотелось что-нибудь написать ей, возможно, даже напрямую спросить, не обидел ли он её.

Привет. Как дела?

      Это было не совсем то, что хотел написать Фишер, но больше ничего не пришло в голову. Доброе утро :) Да как обычно. А с чего бы вдруг ты интересуешься?

Эм… Это что, так странно?

Даже не знаю, что тебе сказать. В таком случае, как твои делишки?

Тоже неплохо.

      Больше он ничего не написал. Не придумал, как можно аккуратно выйти на тему, волнующую его. Прямо спросить он не мог. Эшли тоже не проявляла признаков жизни и вскоре вышла из сети. Сал лишь вздохнул, понимая, что это провал.       А уже через час ответил Ларри. Доброе утро. В общем, хочу фотки на крыше.

Ахах, твоё «хочу» — для меня закон. Может, какие-нибудь более конкретные пожелания?

Нет, просто фотки на крыше) Мне уже двадцать один, а у меня нет таких фотографий.

Трагедия, конечно.

Я о том же. В общем, мы же договорились, да?)

Ага.

Я заеду к тебе где-то в четыре часа, ладно?

Окей, до встречи.

      Этот день проходил в целом, как и любой выходной. Фишер посмотрел сериал, договорился о фотосессии с какой-то девушкой на завтра, несколько раз перекусил, поиграл с Гизмо. До встречи с Джонсоном оставалось совсем ничего, так что Сал, уже готовый, сидел на диване с котом на коленях, смотря телевизор. Вокруг царило спокойствие, животное мурчало. Голубоволосый даже чуть не уснул, когда внезапно открылась входная дверь. Парень резко обернулся, из-за чего Гизмо тоже покинул сон. Кот побежал к двери, в проёме которой показался Фишер-старший.       — Так и думал, что дверь открыта, — вздохнул Генри. — Привет, Сал.       — А ты что здесь делаешь? — вместо приветствия спросил парень, подскакивая с дивана и выключая телевизор.       — Мог уже и нормально ответить.       — Это нормальный вопрос.       Мужчина закатил глаза, снимая обувь и доставая связку ключей.       — Я ненадолго, — сказал он, подходя к своей старой комнате, которая после его переезда всё время была закрыта. Он оставил там вещи, которые ему не нужны, чтобы не тащить всякий хлам в новую квартиру. Генри зашёл в комнату, подходя к шкафу и пытаясь там что-то найти. — Не понял. Ты лазил здесь?       — Эм… Нет. Комната была закрыта, как я мог здесь лазить?       — Ты из меня дурака делаешь? — нахмурившись, произнёс Фишер-старший. — Где папка с документами?       — Какими документами? Какая папка? — не понимая, чего от него хотят, спросил парень. — Пап, комната была закрыта, я не заходил сюда после того, как ты переехал. Откуда мне знать, где твои документы?       Генри начал что-то говорить, когда в руках у Сала зазвонил телефон. Он, даже не посмотрев, кто звонит, сбросил вызов, продолжая спорить с отцом. В конце концов, Фишер-младший сдался, обречённый слушать нотации старшего.       — Я думал, уже в двадцать лет ты додумаешься, что не нужно лезть сюда, раз уж комната закрыта на ключ…       — Мне двадцать один… — вздохнул парень, понимая, насколько всё запущено. К слову, после того, как Генри перестал отсылать деньги, он ни разу даже не позвонил, не поздравил хотя бы с днём рождения или Новым годом.       — Какая разница, умней всё равно не стал, — тихо пробубнил мужчина, продолжая поиски по всей комнате, при этом выражая всё своё недовольство.       Салу пришлось отойти, когда услышал дверной звонок. Парень открыл дверь. Перед ним был Ларри.       — Привет. А ты чего сбросил вызов? — спросил шатен.       — Да так… — скрестив руки на груди, ответил Фишер.       — Мы едем или как?       — Можешь подождать буквально минут десять… — начал только голубоволосый, когда из комнаты Генри донеслось:       — Сал, если я не найду эту чёртову папку, пеняй на себя…       — Да, едем, — кивнул Фишер, надевая кроссовки и хватая рюкзак.