Фотография

      Прошло пару недель. Сал проснулся в холодном поту от звонка в дверь. Понимая, что полное одиночество оказалось обыкновенным кошмаром, парень выдохнул, накрываясь с головой одеялом. Этот сон был слишком реалистичным, однако он уже начал забываться, как и всегда. В дверь продолжали звонить, но Фишер даже не думал подниматься. Позвонят и уйдут, подумав, что дома никого нет. Однако незваный гость оказался слишком настойчивым. Уже спустя минуту голубоволосый пробубнил что-то себе под нос и встал с кровати, по дороге окончательно просыпаясь. Он подошёл к двери, открывая её. Перед Салом стоял Ларри, с усмешкой рассматривая его.       — Ты что здесь делаешь так рано?.. — вместо приветствия спросил Фишер.       — И тебе доброе утро, — сказал Джонсон. — Я же тебе написал, что приеду.       Голубоволосый с непониманием смотрел на Ларри.       — И кстати, уже десять утра. Не так уж и рано, — пожал плечами шатен.       Сал вздохнул, давая другу пройти в квартиру.       — Так что ты хотел? — вернулся к своему первому вопросу Фишер.       — У меня есть идея для фото. Точнее, хочу кое-что попробовать.       — Уже интересно, — прокомментировал Сал, заходя в свою комнату. Ларри пошёл за ним, занимая место на кровати. — А почему именно у меня? Или мы куда-нибудь поедем?       — Нет, думаю, это можно сделать прямо у тебя.       — Надеюсь, я не буду снова девушкой? — взяв расчёску, усмехнулся Фишер, пытаясь привести свои волосы в порядок. Он нередко припоминал тот день и задавал этот вопрос чаще всего в качестве шутки.       — Ну... — протянул Джонсон, заставляя Сала обернуться.       — Давай. Говори, что задумал.       Ларри взял телефон и показал несколько фотографий Фишеру. На одной из них была девушка, на плечах которой лежали красивые руки. Другие фотографии были похожи на предыдущую, там тоже была модель и игра с руками. Ещё там были фото, на которых находились два человека, один из которых был повёрнут профилем к камере и как-то взаимодействовал со вторым, будь то рука на щеке или нечто подобное. Это были достаточно лёгкие фотографии, но в их простоте и таилась некая эстетика.       — Всё ясно, — кивнул Сал. — Я в деле. Только для начала поем. Будешь чай?       — Да, — улыбнулся Джонсон.       Пока Фишер ел хлопья с молоком, парни обсуждали, что у них будут за фото. Нужно было спланировать, как это сделать, чтобы потом не импровизировать и не получилась просто каша. Было принято решение, что всё будет сделано на полу, так как нормального стула без спинки здесь не было, а Сал, чьи руки появятся на фотографиях, не желал буквально тянуться к Ларри. Похоже, это единственный раз, когда голубоволосому мешал рост Джонсона. Фон будет просто белым, а всё остальное можно будет придумывать на ходу. Разве что созрел вопрос, будет ли появляться лицо Фишера на фото.       — Нет, — сразу запротестовал Сал, когда Ларри предложил ему это. — Мне хватило того раза.       — А в чём проблема? Вышло ведь нормально, я бы даже сказал отлично.       — Нет, — без всяких объяснений отказывался голубоволосый.       — Ну... Закроешь лицо волосами, — предложил Джонсон.       — Не... — хотел снова возразить Фишер, но потом он задумался. — У меня где-то был парик...       — Откуда он у тебя?       — Неважно. Но у меня есть парик, — будто это какое-то чудо, произнёс Сал. — Будет две шатенки, — рассмеялся он, из-за чего Ларри закатил глаза, усмехнувшись.       Как и всегда, Фишер всё готовил, пока Джонсон просто сидел и наблюдал за ним, порой смеясь и добавляя свои комментарии. Сал не доверял ему ничего, считая, что сам справится куда лучше и быстрее. Пока голубоволосый искал парик, Ларри без дела рассматривал комнату, когда его взгляд остановился на лаке для ногтей. Парень подошёл к столику, на котором лежала интересующая его бутылочка и взял её в руки.       — Что ты там взял? — со вздохом спросил Фишер.       — Лак для ногтей, — честно ответил шатен.       — И зачем он тебе? — усмехнулся Сал, не отвлекаясь от поиска.       — Не знаю, — пожимая плечами, сказал Джонсон.       — Может, накрасим тебе ногти? Будет у тебя маникюр, — в шутку предложил Фишер, на что получил согласие. — Ты серьёзно хочешь? — повернувшись к другу, уточнил он, будучи немного удивлённым. Ларри кивнул. Лицо Сала искривилось в странной улыбке, после чего голубоволосый встал и со смехом сел на кровать, что сделал и Джонсон.       Фишер сидел в позе лотоса, сосредоточенно окрашивая ногти шатена в чёрный цвет. Да, его это до сих пор немного смешило, но всё же теперь даже ему стала интересна реакция Джонсона на его, скорее всего, первый в жизни маникюр. А Ларри наблюдал явно не за тем, как преображаются его ногти. Его взгляд намного больше привлекал сам Сал, который за своим увлекательным делом этого совсем не замечал. Возможно, шатену не столько нужен был этот маникюр, сколько касания Фишера, которых на самом деле очень мало. А ведь они даже ни разу не обнимались...       Если говорить честно, Фишер видел, что с Джонсоном что-то не так, просто не обращал на это особого внимания. Эти взгляды, порой странные шутки. Сал просто продолжал наивно верить, что всё это чепуха, что так и должно быть. Он думал так неосознанно, даже не задумываясь обо всём том, что происходит. А в последнее время Ларри стал несколько... спокойнее и тише, стал больше наблюдать и меньше говорить. Но голубоволосый не заметил даже этого. Точнее, считал, что это нормально. Любой человек может устать. И, возможно, это случай Джонсона. В общем-то, Фишеру казалось, будто совсем ничего не изменилось с самого начала их дружбы.       Наконец Сал, рассматривая, что вышло, объявил свою работу оконченной. Ларри вышел из своих мыслей, оценивая результат.       — Классно, — единственное, что он сказал. Голубоволосый улыбнулся, считая это успехом.       Фишер так и не нашёл парик. Скорее всего, он выбросил его, когда делал уборку, посчитав эту вещь ненужной. После этого начался спор.       — Неужели этот парик придал бы тебе какую-то уверенность? — не понимал Джонсон.       — Возможно.       — У тебя какая-то боязнь камеры?       — Нет. Я просто не люблю фотографироваться.       — И как бы тебе помог парик?       — Это было бы, по крайней мере, смешно, — пожал плечами Сал. — В любом случае, было бы непонятно, что на фото я. Париком можно было бы закрыть лицо. А по моим волосам уже можно догадаться, что это я.       — Давай хотя бы попробуем. Если тебе не понравится, тогда удалим фото или я просто не буду выкладывать...       — Мне точно не понравится, — нахмурившись, сказал Фишер.       — Тогда просто оставим на память, — продолжал искать какое-нибудь решение Ларри.       — Может, лучше позвать Эш?..       — Зачем? — будто предложение Сала могло что-то испортить, спросил шатен.       — Ну ты же хочешь такую фотографию? И я не думаю, что есть большая разница, кто на ней будет. А Эш, к тому же, симпатичная.       — Эшли сегодня занята, — нахмурившись и отводя взгляд, сказал Джонсон.       — Эм... Но у неё же сейчас выходные. Обычно она...       — Она поехала к брату, — перебил его Ларри.       — К Бену? Зачем? — никак не мог понять Фишер. — И почему она мне об этом не сказала?       — Откуда я знаю? Но она мне написала, что сегодня уезжает к нему.       Сал, задумавшись, пару секунд смотрел прямо на друга, но потом, пожав плечами, сказал:       — Ладно, может, попробуем. Но ничего не обещаю.       Фишер отвернулся, поэтому не видел, как победно улыбнулся Джонсон. Да, голубоволосого немного насторожило то, как Ларри пытался его отговорить от помощи Кэмпбелл. Такое ощущение, будто от этого зависела его жизнь. Пожалуй, это первый раз, когда Сал не смог найти оправдание поведению шатена. Разве что есть вероятность, что на самом деле Эшли сейчас дома, но они с Джонсоном поссорились или что-то вроде этого, поэтому шатен не хочет её видеть. А возможно, она действительно поехала к брату... Но тогда сложно объяснить такую реакцию Ларри на предложение позвать Эш. Ну уехала и уехала, что здесь такого, что может так его взволновать?..       Парни начали делать фото. Начали с тех, где Фишеру нужно было лишь играть руками на камеру. Первые минуты ему было немного неловко. Как парень не пытался, но просто выбросить из головы странное поведение Джонсона не получалось. Но потом голубоволосый немного свыкся с этими мыслями, решая, что у Ларри действительно возник какой-то конфликт с Эш, потому что лишь так можно было продолжать общаться как ни в чём не бывало, не прибегая ни к каким расспросам и рассуждениям. Начались какие-то шутки, поток всё новых и новых идей. Сал включил музыку, которая помогла окончательно отстраниться от всего, кроме фотографий.       Фишер решил посмотреть, что выходит. К нему подошёл и Джонсон, из-за его плеча просматривая результат.       — У тебя красивые руки, — сказал шатен, смотря на Сала, будто ожидал его реакции. Голубоволосый рассмеялся, делая вид, что он засмущался.       — Спасибо.       Через минут сорок непрерывной работы, парни решили перекусить. Ларри досталось печенье, а Фишер взял одну пачку детского питания.       — Ты до сих пор это ешь? — усмехнулся шатен.       — А что? Это вкусно, — объяснил Сал. — Зато я всё ещё помню, как из-за тебя я лишился половины пачки пюрешки.       — Ну, не половины, — закатил глаза Джонсон, но после этого он мягко улыбнулся. Явно грели воспоминания, — однако это было действительно немного смешно.       — Смешно? По-твоему, так подкрадываться к ничего не подозревающим людям — это норма?       — Нет, но... — хотел только начать оправдываться Ларри, когда Фишер громко рассмеялся. Скорее всего, его рассмешило лицо Джонсона в этот момент. Шатен снова улыбнулся, немного грустно смотря на Сала.       — В любом случае, прости, что тогда не пришёл. Знаю, извиняться уже как-то поздно, однако сейчас я понимаю, что остаться дома было не лучшей идеей.       На удивление Ларри не стал расспрашивать, почему именно Фишер не пришёл, хотя вполне мог сейчас это узнать, если бы сам голубоволосый смог дать конкретный ответ.       После перекуса парни снова вернулись к фотографиям. В результате некоторых рассуждений Сал всё же согласился появиться в камере. Но он старался закрываться лицо волосами. Так же для удобства голубоволосый взял небольшой пульт, с помощью которого и делалось фото, потому что постоянно бегать туда-сюда не очень удобно да и желания особого нет. По задумке на фотографии нужно было быть абсолютно серьёзным, что у Джонсона выходило очень легко, будто он был рождён для того, чтобы быть самой серьёзностью. А вот Фишер... Он правда старался не смеяться, но он вечно срывался, иногда неосознанно кладя голову на плечо Ларри в очередном приступе смеха. Шатен терпеливо ждал, пока Сал успокоится, при этом мягко улыбаясь и краем глаза наблюдая за ним. Но как только Фишера отпускало, парни сразу же продолжали начатое.       После каждой идеи они садились смотреть, что получается, поскольку следовало сразу удалять все неудачные снимки, чтобы потом они не мешали выбирать лучшие.       — Здесь есть, что ты хотел видеть? — спрашивал Сал каждый раз, когда они делали такие перерывы.       — Нет, — уверенно отвечал Джонсон. Но почему-то Фишеру начинало казаться, будто Ларри и вовсе не смотрит, что получилось. Такое ощущение, будто он только делает вид, что смотрит, а потом выносит своё твёрдое «нет».       — Ты же понимаешь, что моя самооценка скоро окажется ниже плинтуса? Я теперь даже не могу сделать тебе нормальные фотографии... — с насмешкой сказал голубоволосый. — И, кстати говоря, я тебя предупреждал, что я и фото — не лучшее сочетание.       — Да не в этом дело, — произнёс Ларри, рассматривая свои руки вместо фотографий. Видимо, маникюр его больше интересовал.       — А в чём? — спросил Сал, но, не получив ответ, задал ещё один вопрос: — У тебя есть хотя бы примерная картинка того, что тебе нужно? Да, ты показал мне то, что хочешь, но всё же... Может, у тебя есть ещё какие-нибудь пожелания?       — Вообще да, есть, — кивнул Джонсон, на что получил измученный взгляд друга.       — А раньше не мог сказать? Я не телепат, к твоему сведению, мысли не читаю.       — Я просто не уверен, что тебе понравится это, — признался Ларри, смотря на Фишера, будто по его эмоциям пытаясь понять, стоит ли заходить дальше.       — Знаешь, это «не уверен, что тебе понравится» немного пугает, — произнёс Сал. И это была даже не шутка. Это парень сказал на полном серьёзе. Когда странности Джонсона стали максимально заметными, тогда-то голубоволосый и начал их видеть. — Короче, чтобы не сидеть до ночи, лучше сделать это сейчас.       Камера снова оказалась на своём месте, после чего Фишер сел рядом с Ларри.       — И что же мне может не понравиться? — усмехнулся Сал, скрывая за этой усмешкой небольшой страх перед неизвестностью. Джонсон же внешне выглядел спокойным, даже слишком, что заставляло голубоволосого переживать ещё больше. Возможно, его страх и не имел смысла, кто знает. Однако справиться с такими эмоциями Фишер не мог, так что ему оставалось лишь не выдавать своего волнения. Как ни крути, но он хотел как можно быстрее с этим покончить, как и с любым делом, заводящим его мысли в тупик.       — Просто доверься мне, ладно? — пожалуй, уже слишком спокойно попросил Ларри. — Можно? — спросил он, указывая на пульт. Сал молча, без вопросов передал ему то, что нужно было Джонсону, после чего постарался отключить мозг. Быть тупым в такой момент намного лучше и, возможно, безопаснее для психики, чем вникать во всё сразу, как только всё происходит.       Ларри нажал на кнопку пульта, после чего таймер начал обратный отсчёт. Три... Шатен одну руку положил на шею Фишера, а другую, не заметив того, ему на колено. Сал не мог пошевелиться из-за разом нахлынувших эмоций, отличающихся особым разнообразием. Но больше всего, конечно, там было страха и совершенного непонимание того, что делает Джонсон. Так и хотелось выкрикнуть не своим голосом: «Что ты творишь?!» Два... Ларри приблизился к лицу Фишера, а на пальцы руки, прежде греющей своим теплом шею, начал накручивать голубые волосы. Сал не мог не отметить, что Джонсон до сих пор абсолютно спокоен, будто не происходит ничего необычного. И ведь этот парень сразу отводит взгляд, стоит лишь сделать ему комплимент или завести тему о его увлечениях. Этот парень начинал волноваться, когда ему казалось, что он что-то испортил. Да в конце концов, этот парень сам по себе застенчив, его запросто можно вогнать в краску. Один... Ларри сократил оставшееся расстояние до нуля, касаясь чужих губ своими. В полнейшем шоке Фишер не двигался, огромными глазами смотря на друга, что был слишком близко... ...А друга ли?..