Что шепчет вам искалеченный разум?

Вэгги днями и ночами напролет сидела в своём номере, выбираясь лишь при надобности, ведь обязанности никто не отменял Каждый раз, когда она ночью видела Майкла, который каждый Божий день менялся с Джейсоном, девушка тихо вздыхала. Он не жаловался, не радовался, не требовал какой-либо зарплаты. В чем его мотив? Почему он здесь? Аластор сказал, что она сможет это понять, если будет внимательно слушать его. А она слушала внимательно. Но Радио Демон что-то недоговаривал, именно то, что являлось самым важным, но девушка не могла понять что. Единственное, что она знала, так это то, что именно Аластор первым встретил Майкла, и именно он заселил его в Отель. Но зачем и почему, никто не знал, да и Демон не собирался говорить. Иногда Вэгги заглядывала к Майклу в номер, приносила еду и расспрашивала о его смене ночью. В ответ она получала либо молчание, либо отрицательные и положительные кивки. Но ни единого слова. Ни одного. Демоница никогда напрямую не спрашивала у Майкла почему он здесь, что его мотивирует находится тут. Но этим днём девушка решилась, она обязательно должна была у него спросить. Вэгги постучала Майерсу в дверь и осторожно приоткрыла её с вопросом: «Можно войти?» Майкл стоял перед зеркалом в комнате, держа руки на маске, но резко отпустил её, когда заметил свою знакомую. — Прости, не хотела беспокоить. Я просто хочу узнать у тебя одну вещь. Ты не против? — Вэгги медленно вошла в комнату и закрыла за собой дверь. Хоть что-то удачно вышло — он не голый. Майерс медленно подошёл к девушке, остановился, сохраняя расстояние около метра и положительно кивнул. Девушка впервые видела его без ножа в руках. — Отлично. В общем… Я хотела спросить, почему ты здесь? Не в Аду… В Отеле. Почему ты вообще нам помогаешь? До самой бойни у входа мы тебя знать не знали, а ты сразу встал на нашу защиту. Тебе что-то пообещал этот ублюдок Аластор? — маньяк слегка дернул рукой, словно отреагировал на слова. Потом эта же рука потянулась в карман на груди комбинезона и вытащила оттуда фотографию. Майкл несколько секунд смотрел на фото, пока Вэгги не спросила, что там изображено. В этот момент убийца словно опомнился и протянул фотографию девушке, медленно и словно неуверенно. На фотографии была красивая девушка, маленький мальчик и младенец у него на руках. Когда Вэгги взяла фотографию, Майерс тыкнул пальцем на пацана, а потом на себя. — Это… ты? А это видимо твоя семья, верно? Вы очень красивые, правда. И выглядите счастливыми… — демоница не говорила Майклу, что читала досье, — …но что случилось? Майкл медленно присел на кровать, и девушка вместе с ним. Взгляд маньяка опустился к полу, плечи плавно поднялись и опустились, под маской послышался звучный вздох. Кажется, Вэгги могла лицезреть первое проявление хотя бы какой-то эмоции мужчины. И это явна была грусть, навеянная воспоминаниями. Вдруг — «гром среди ясного неба». Убийца потянулся к маске вновь, стянул её с себя. Перед девушкой сидел мужчина вовсе не страшный. Да, неухоженные волосы и щетина, грязь и запекшаяся кровь, но это был обычный человек. Волосы паренька с фотографии явно с возрастом потемнели до каштанового цвета. Ни мускула на лице не двигалось, как не подавали эмоций и глаза. Пустые, словно впадины на морском дне, вот какое ощущение они за собой оставляли, несмотря на то, что это были абсолютно обычные глаза. Глаз демоницы распахнулся от такой неожиданности. Ещё немного, и левый тоже показался бы из-за челки, но молчание в номере прервалось. — Я… виноват. Вот что было громом среди ясного неба. Майкл Майерс заговорил с ней. Она знала, что он может, да, но его низкий и тихий голос стал столь неожиданным «подарком», что и не описать. — Я… испортил. И девушка понимала, что он имеет ввиду. Его мать совершила самоубийство из-за него, а младшую сестру после этого и вовсе забрали в другую семью. Несомненно, Майерс жестокий серийный убийца, но почему же он об этом жалеет? — А почему ты пришел сюда с Аластором? Что он… — но Вегги перебили. — Семья. Майкл ответил на вопрос чётко и коротко. Видно, больше ему нечего было сказать, ибо он снова надел маску, встал лицом к зеркалу и оставшееся время просто стоял, пялясь в него. — Он что, пообещал тебе вернуть семью? — Вэгги уже в открытую удивилась. И снова привычная картина вернулась. Майкл лишь кивнул, ничего не говоря: снова вернулся к своему нормальному состоянию. Демоница понятия не имела о способностях Аластора, ибо то, что он показывал, могло быть далеко не пределом его возможностей. Недоверие было жутким, но у неё и в мыслях не было говорить о том, чтобы Майкл отказался от своей идеи и веры. Этот человек всю жизнь существовал кровью и насилием. И вот, когда есть шанс снова зажить… неужели она все это разрушит? Единственное, что она хотела сказать перед своим уходом, она сказала доброжелательным и тёплым голосом. — Слушай, Майкл… Знаешь, семья ведь это не только те, кто тебе родня. Семья это твои друзья, близкие. Необязательно пытаться прыгнуть выше головы, пытаться воротить прошлое. Я хочу, что бы ты знал — в настоящем у тебя тоже есть всё это, прямо сейчас. Дверь захлопнулась, а Майерс снова принялся стоять напротив зеркала, смотря на себя, и лишь спустя несколько минут повернулся. Он смотрел на закрытую дверь, а потом снова на фотографию себя и любимых ему людей. «В настоящем у тебя тоже есть всё это». Слова въелись в голову. Неужели это действительно так? Что ему делать? Какое решение принять? За этот день Майкл Майерс впервые ни разу не взялся за нож. Впервые заговорил с кем-то после смерти матери. Впервые открылся. И весь день он впервые пытался принять свое собственное отражение в зеркале…