Забытое

Олег идет по направлению к остановке. Резкие порывы ветра сбивают с ног и не дают застегнуться, вечно выбивая края одежды из рук. Поэтому Олег, бросив это бесполезное занятие, просто запахивает куртку, фиксируя ее руками на груди, и прячет лицо поглубже в воротник. Сегодняшние события все не хотят уходить из головы. Он совершил огромную ошибку, непростительную ошибку. И теперь староста чувствует себя почти что преступником, совершившим нечто ужасное. Весь день со сжимающимся сердцем он наблюдал за своим другом, сидевшим с Марией и, очевидно, не имеющим ни малейшего желания разговаривать с Олегом. «Вообще-то, я бы и сам с собой не разговаривал, если бы был на его месте», — он сжимает челюсть и напряженно выдыхает в светло-коричневый воротник весенней куртки. Староста понимает, что его слова были ужасны, а если еще и принять во внимание навыки общения и количество друзей Эдуарда, ситуация складывается отвратительная. Нужно что-то делать. Прежде всего — извиняться, но одним «прости, пожалуйста, я больше так не буду» отделаться не удастся. Обида у Эда, скорее всего, сильная, и Олег не имеет ни малейшего понятия о том, как должен вести себя с ним в ближайшее время. Для начала он решает написать ему с просьбой встретиться или созвониться, чтобы поговорить и обсудить произошедшее. Но по окончанию дня около сообщения все еще красуется надоедливая синяя точка, хотя Эдуард был в сети как минимум дважды за день, по крайней мере, дважды Олег ловил значок «online» рядом с его именем. На протяжении многих недель староста пытается встретиться с ним в школьной уборной, как обычно благородно отпрашиваясь с урока возвращать прогульщика за парту, но Эд, пропуская мимо ушей его извинения, не поднимая глаз, выходит за дверь. Олег пытается звонить, каждый раз слышит неизменное усталое «Кто?», начинает говорить и обнаруживает законченный звонок уже через пару своих слов. Также парень замечает, что и новая знакомая начинает отдаляться от него, общаясь больше с Эдуардом. От отсутствия общения Олег не страдает, зато постоянно слышит неприятные слухи о Марии и ее дружбе с «изгоем», в том числе и от ее новых подруг сомнительного поведения. Они улыбаются ей в лицо, беззаботно хохочут, а оказываясь в одной компании со старостой, всячески поливают ее грязью, стараясь выставить себя в лучшем свете. Но Олега, к сожалению, не привлекает ни одна девушка из этого собрания, ни кто-то еще из одноклассниц, ни даже Маша. В свободное от общения с людьми время Олег много размышляет об этой парочке. Он уверен, что новенькая уже давным-давно знает о их дружбе, но пока никто ничего не подозревает, а значит, она держит язык за зубами, что не может не радовать. Но не радуют мысли о том, что Эдуард вполне мог, изливая душу, рассказать новой подруге о ссоре со старостой, и именно поэтому девушка резко прекратила с ним общаться. Масла в огонь подливает еще и то, что Маша отдалилась как раз тогда, когда парни перестали разговаривать. После телефонного звонка, в ходе которого одноклассница сообщает, что Эдуард находится в душе, сердце Олега, кажется, останавливается. Усилием воли Олег заставляет себя сказать в ответ хоть что-нибудь, чтобы отвлечься от этой темы, и ляпает первое, что пришло в голову. В тот момент он понимает, что их взаимоотношения явно за гранью дружбы, но ни к Маше, ни к Эду с этой темой не подходит и не собирается. Просто молча принимает к сведению, наблюдая, как рушатся все его надежды. «Хотя, это и к лучшему». После предложения встретиться Олег бросает все свои дела, собирается не более, чем за пять минут и пулей вылетает из дома, отмахнувшись от родителей тем, что «в столь поздний час» он спешит на свидание. Они с большей легкостью отпускают сына к девушкам, чем на встречу с нелюдимым одноклассником из неблагополучной семьи, тем более поздним вечером. Родители опасаются, что Олег попадет под влияние своего друга, начнет вести отвратительный образ жизни и плохо учиться. Староста пребывает на седьмом небе от счастья, когда понимает, что Эдуард, хоть и в нетрезвом состоянии, но прощает его. Теперь нужно что-то менять в их отношениях. Нельзя ведь оставить все как есть и отмазаться тем, что больше он не будет мешать его с грязью в разговоре с другими людьми. Потому что это не будет правдой. Не обращая внимания на родителей, почти с визгами радующихся слегка растрепанному виду сына и спрашивающих, как все прошло, Олег, не раздеваясь, валится на кровать. Впереди два выходных, за которые необходимо обдумать дальнейшие действия. Уже спустя короткий промежуток времени Олег замечает, что открытое общение с ним идет Эдуарду на пользу. Он начинает пытаться налаживать контакт с одноклассниками, не забивается на дальнюю парту и не ходит вечно таким мрачным. По некоторым предметам получает хорошие оценки и, в целом, выглядит лучше, чем в предыдущие три года, что они знакомы. Староста искренне радуется за друга. Он всегда желал ему только лучшего, даже если это «лучшее» не включает в себя существование самого Олега. Наблюдая за тем, с какой счастливой улыбкой Эдуард обнимает Марию при встрече и как крепко он прижимает ее к себе, Олег внушает себе, что желает лишь, чтобы его друг был счастлив. Но на деле его жутко раздражают осмелевшие девушки, выразившие желание познакомиться и подружиться с Эдом. Те, кто не симпатизирует Олегу, давненько положили глаз на Ратникова, но боялись к нему подойти и заговорить, а теперь, когда оказалось, что он довольно открытый и даже в какой-то степени дружелюбный, женское внимание кучей свалилось на него. И Маша. Маша раздражает гораздо больше остальных. Потому что у нее с Эдуардом чувства взаимны. Староста не готов к тому, чтобы делить своего друга с кем-либо, он надеялся, что тот всегда будет только его. «Другом, конечно же, — каждый раз одергивает себя парень. — Только моим другом».

***

Мария завороженно смотрит, подпирая щеку рукой, как Эдуард рассказывает о Даниловой, пытаясь скрыть отвращение и раздражение за шутками, энергично жестикулирует, размахивая руками, иногда задевая края стола. Ей нравится смотреть на такого Эда, у которого есть чувства и эмоции, а не только маска равнодушия и мрачный взгляд. Хотя в последнее время его лицо за пределами Машиного дома становится более дружелюбным, чем раньше. На все том же письменном столе из светлого дерева лежит небольшой полиэтиленовый пакет, в котором несколько минут назад находились сладости и фрукты. Сейчас там осталось только яблоко и две груши, а в мусорном ведре у ног Маши покоятся две пачки из-под разноцветного мармелада. Третью она успешно заканчивает, не замечая этого за увлекательным рассказом друга. Он знает, что Мария жизнь готова отдать за мармелад. — Вот, — Эдуард с хлопком опускает руки на свои колени и тут же морщится не то от боли, не то от слишком громкого звука. Он сжимает губы и неуверенно смотрит на Машу, желая понять ее реакцию. Заметив взгляд, она мотает головой и быстро улыбается. — Извини, что вываливаю на тебя все это. Вывалил бы на Олега, если бы была возможность, — Эд, обратив внимание на действия девушки, решает, что ей стало настолько скучно слушать его разговоры, что она задумалась о чем-то своем и даже не заметила, когда он перестал говорить. Бледные пальцы нервно сжимают ткань брюк на коленях. — Да, извини, я действительно зря об этом заговорил. Как ты вообще? Улыбка постепенно соскальзывает с лица Марии, она вдруг понимает, как выглядела со стороны. А стоило всего лишь засмотреться на бегающие от злости светло-карие глаза и резкие движения рукой по волосам, чтобы под конец рассказа перестать вслушиваться в слова. Маша, заламывая пальцы на руках, неловко оправдывается, но делает только хуже и в итоге замолкает, уставившись на черные носки Эдуарда, наполовину скрытые брюками. — Неважно, — парень снисходительно улыбается, подпирая щеку рукой. — Так как ты?

***

Вернувшись под вечер домой от Марии, Эд, даже не проходя дальше прихожей, определяет наличие дома отца. В дальней комнате слышатся звуки телевизора, настроенного на очередной спортивный канал, хоть Алексей и не сильно интересуется спортом. До середины коридора, почти до кухни, тянутся следы грязных ботинок. Видимо, мужчина прошел некоторое расстояние и уже после понял, что забыл снять обувь — следы идут сначала в одну сторону, а потом заворачивают обратно. Ну и одной из замеченных в первую очередь деталей становится, собственно, верхняя одежда и обувь отца, находящиеся в шкафу на вешалках и полках. Эдуард закатывает глаза и как можно тише выдыхает, дабы не привлекать лишнее внимание отца. Осторожно и быстро вешает шуршащую куртку на вешалку, скидывает кроссовки, вовсе не заботясь о том, попали они на обувную полку или нет, и шмыгает в свою комнату. Как и раньше, закрывает дверь, случайно скрипнув ею, и поворачивает замок на ручке. И только тогда выдыхает. Кажется, все снова будет как раньше: отцовские пьянки закончились. Шаря в глубоком кармане своих брюк в поисках припасенной для школы сигареты, Эд вдруг улавливает тонкий, почти незаметный аромат духов Марии на своей рубашке. «Черт, кажется, теперь я не буду ее стирать», — радостно улыбаясь самому себе, думает он. Почему она вообще использует духи, находясь дома уже несколько дней? Все еще наполненный положительными эмоциями от встречи с Машей, Эдуард неожиданно для самого себя усаживается за уроки. В процессе привыкания к жизни в роли друга самого обсуждаемого мальчика в классе Эд начинает пытаться вникать в темы на уроках. Хоть он и пропустил мимо ушей добрую часть школьной программы за последние три-четыре года, в свободное от самобичевания и разборок с отцом время Эд иногда занимается интересующими предметами, коими являются, как ни странно, химия и биология. Но именно благодаря своим периодическим занятиям он имеет достаточно знаний по двум этим предметам, и сейчас, в девятом классе, вытянул их на четверки. Также, чтобы не терять свои необычайно высокие оценки, Эдуард пару-тройку раз в неделю делает домашнее задание. Хотя бы то, которое понимает. Где-то на девятом задании на тему окислительно-восстановительных реакций телефон, все это время покоившийся на подлокотнике дивана, тихо мяукает. Крупные цифры на главном экране показывают 2:00, а прямо под ними светится белый прямоугольник уведомления. Мария Трофимова. +1 новое сообщение. Эдуард удивленно хмурится, кладет ручку на середину тетради и берет телефон в руки, параллельно вводя пароль.

Мария Трофимова, 2:00 аня ж не живет в моем доме

Эд выдыхает еще более удивленно, чем хмурится. Вот уж точно то, о чем стоит подумать в два часа ночи перед учебным днем, так это нахождение надоедливой брюнетки в доме Маши. Эдуард Ратников, 2:00 Уверена что это то, о чем стоит говорить в это время?)

Мария Трофимова, 2:00 да, че она тут делала Мария Трофимова, 2:01 ахаха прости я наверно тебя разбудила

Эдуард Ратников, 2:01 Нет, я не ложился) Данилова могла быть в гостях у кого то

Мария Трофимова, 2:01 мы общаемся, у нее нет знакомых здесь кроме меня

Эдуард Ратников, 2:01 Значит появились, ты же знаешь Аньку) Иди спать, завтра в школу

Мария Трофимова, 2:01 ага, себе это скажи, я еще болею

Эд хлопает себя по лбу и тут же потирает его. Глупо вышло.

Мария Трофимова, 2:02 не, реально иди спать

Он быстро отвечает что-то вроде «Ладно, доброй ночи», чувствуя, как краска заливает бледные щеки, и в голове всплывают сцены из будущего, в которых Эдуард через пять лет подскакивает ночью с мыслью о том, как жестко он затупил тогда в переписке. Еще около часа он мучается с химическими реакциями и даже замахивается на следующую тему, но уже после первого задания решает отложить эту идею до изучения ее непосредственно в классе, с учителем. И еще некоторое время, уже лежа под голубым клетчатым пледом, Эд взахлеб читает учебник по биологии, уже зайдя на следующие, еще не пройденные темы. Учительница в школе не считает своей обязанностью рассказывать и объяснять что-то ученикам, предпочитая зачитывать параграф на протяжении сорока пяти минут, поэтому с таким же успехом можно изучать предмет самостоятельно. Чем, собственно, Эд и занимается. Но ближе к четырем часам утра, когда засыпать уже нет почти никакого смысла, сон все же побеждает Эдуарда. На пятом зевке за минуту он опоминается, трет глаза и принимает решение отложить учебник до следующего порыва учиться. Очки в темно-коричневой оправе аккуратно сложены на твердый учебник и вместе с ним опущены на пол. Эд поворачивается к стене, подкладывает руки под голову и почти мгновенно засыпает. И почти мгновенно просыпается.

***

— Не прогуливать школу целых четыре дня подряд? Не узнаю тебя, — смеется Олег, увидев Эдуарда, подходящего к школьным воротам с облупившейся голубой краской на них. Жизнь продолжает налаживаться. Пропущенных дней на учебе у Эда становится с каждой неделей все меньше и, оказывается, школьная жизнь может быть не такой уж плохой. Временами под его фамилией на страницах классного журнала проскакивают пятерки, в то время как двоек, раньше заполнявших все пустые клетки, становится гораздо меньше, а позже они и вовсе исчезают. Учителя счастливо улыбаются, говоря: «Можешь ведь, Ратников, если захочешь!». А Эд действительно хочет. Внезапно приходит осознание, что пропуск уроков по причине плохого настроения — абсолютно глупый поступок, ведь теперь даже самое ужасное настроение, обычно являющееся заслугой отца, могут поднять одни только приветливые улыбки одноклассников, сияющие со всех сторон. Поэтому школа для Эдуарда становится местом, в котором он может спрятаться от проблем, как было и раньше, в далекой начальной школе до того, как уехала Маша. Маша. В их взаимоотношениях все тоже идет отлично. Они много времени проводят вместе, постоянно переписываются вне школы и пару раз выбирались в центр прогуляться. Как оказалось, Мария — специалист в жизненных советах и разборах сложных ситуаций. С какой бы проблемой Эдуард к ней не обратился, она всегда поддерживает его и помогает все исправить. Родители Маши никогда не были против того, чтобы Эд гостил у них дома, а иногда и сами звали его на какие-то праздники или просто поболтать за чашкой чая. Также они не были против их совместных прогулок, пару раз даже оставляли друга дочери у себя на ночь, но на вопрос о том, не будет ли волноваться отец парня, тот всегда отвечал отговорками или молчанием. Эдуарду было тяжело спустя несколько недель после встречи рассказывать им о том, что его мать умерла незадолго до начала пятого класса, ведь именно с их студенческого общения с Полиной Владимировной началась дружба семей. Светлана — так звали мать Эда — раньше была очень близка с родителями Марии. Они с Полиной познакомились на первом курсе университета, с Аркадием, на тот момент молодым человеком Полины, на втором, когда однокурсница позвала Свету на какой-то семейный праздник. Позже она познакомилась со своим будущим мужем, а вскоре познакомила с ним и своих друзей. После окончания учебы подруги вместе с парнями решили взять квартиры в одном доме, чтобы всегда быть рядом. Они не верили в то, что когда-нибудь перестанут общаться. Но это «когда-нибудь» настало, хоть и совсем нескоро. Семья Трофимовых, как и Алексей, не понимали, почему Светлана вдруг перестала отвечать на их звонки и не отпускала сына к ним погостить. Это понимали лишь сам мальчик и его мать. Пара жутко скучает по былому общению с родителями Эдуарда. И новость о смерти Светы становится для них мощным ударом, поэтому о том, что из себя сейчас представляет Алексей Ратников, некогда заботливый, работящий муж и примерный отец, Эд рассказывать не решается. Так что уже на протяжении нескольких месяцев он врет о том, что папа просто много работает и почти не появляется дома, зарабатывая на жизнь себе и сыну, поэтому ребенок предоставлен сам себе. В упорное добывание денег достаточно трудно верится, глядя на уже отжившие свое вещи Эдуарда. Он, конечно, старается одеваться прилично, и у него это вполне неплохо выходит, но невооруженным глазом можно было определить «возраст» многих предметов одежды. И он, к сожалению, немаленький. Но помимо отца в жизни Эда неожиданно возникла еще одна назойливая проблема в лице Ани Даниловой. Уже на протяжении двух месяцев она раз за разом возвращается к Эдуарду с попытками «подружиться». Для такой личности, как Данилова, это как минимум странно. Второй раз она ни к кому не приходит, а если такое и происходит, то только потому, что у нее давненько никого не было, и остается последний вариант. Но Эд явно не был последним вариантом, ведь Аня издевается над ним стабильно раз в неделю после того, как переберет новую партию своих парней. И происходящее начинало здорово надоедать. Вот и сейчас, видимо, настал тот самый «раз в неделю». Услышав ненавистный стук каблуков позади себя, Эдуард глубоко вздыхает, подавляя порыв развернуться и испортить милой Анне макияж ударом по лицу. Олег, шагающий рядом с другом, что-то увлеченно рассказывает про количество домашней работы по геометрии и про то, что математичка уже совсем головой тронулась, пока поток его слов не прерывает Аня, грубо отпихнувшая его локтем и вцепившаяся в руку Эда. Отбрасывать мысли о сломанном припудренном носике одноклассницы становится все сложнее. — Эди-ик, какая счастливая случайность, что мы с тобой встретились этим замечательным апрельским утром, тебе не кажется? — невинно хлопая длинными подкрученными ресницами, щебечет Анька, будто это не она десять минут стояла за углом школы, выжидая, пока Эдуард появится в поле зрения. Услышав возмущенное «эй» с правой стороны, девушка поворачивает голову. — А, да, Бирюков, и тебе привет, — она брезгливо морщит нос, игнорируя попытки Эда высвободить свою руку из цепких лап охотницы за мужчинами, и впивается в одноклассника еще крепче, царапая его длинными красными ногтями. На секунду Эду кажется, что в белоснежном рукаве рубашки образуются дырки. — Мозги свои в чьей-то спальне забыла? — почти рычит Эдуард, отрывая женские пальцы от своего плеча и борясь с желанием переломать их все. К несчастью для Ани, Эд оказывается все же сильнее ее стальной хватки, и вскоре ошеломленная Данилова стоит в одиночестве, глядя на то, как Эд осматривает свою руку на предмет дыр в рубашке. — Найди себе кого-то со схожим уровнем интеллекта. — Ты намекаешь на своего дружка? — надув губы, покрытые бледно-розовой помадой, спрашивает Данилова и тут же бросается на шею Олега, при этом не забыв показать все свое отвращение к нему. «Да ей даже не принципиально, с кем, главное, чтобы хоть с кем-нибудь!», — пробегает ужасающая мысль в голове Эдуарда. Староста, уклоняясь от поцелуев в щеку и не только, смотрит на друга круглыми глазами, отражающими мольбу о помощи. Эд поспешно оттаскивает Анну от Олега, едва не выдрав ей уложенные в кудри черные волосы. — Ревнуешь, котик? — усмехается Аня, на что получает лишь издевательскую полуулыбку от Эдуарда и удаляющиеся в сторону школы спины парней. Она пытается заполучить Эда с того дня, как он стал общаться с Олегом, и о его существовании вспомнил весь класс. Анна давненько положила на него глаз, но грубость и отчужденность одноклассника настораживали, и вешаться ему на шею она не спешила — ждала подходящего момента. И вот он — самый что ни на есть подходящий. В случае чего, подруги не засмеют Аню за попытки пообщаться с уже бывшим изгоем, а может, даже станут соперничать с ней за его внимание. И сейчас, когда цель так близко, Данилова не собирается сдаваться, пока не получит желаемое. Она придумала решения для практически любого препятствия, каким бы оно ни было. И даже для такого противного белобрысого препятствия, как новенькая Машка Трофимова, с которой Эдуард постоянно ошивается в школе. На некоторых уроках они сидят за одной партой, она мило улыбается ему, а после школы их часто можно увидеть идущими вместе в сторону дома новенькой. Пару раз Аня замечала, как всего на несколько секунд их руки сплетаются вместе по какой-то совершенно случайной причине, после чего они смущенно отдергивают их, делая вид, что ничего не было. Сомнений у Даниловой не остается — одноклассники явно влюблены друг в друга, но молчат и изводят сами себя. Решение было обдумано еще пару недель назад, и Анна неимоверно гордится своим гениальным, как ей кажется, планом. Постоянные отказы и грубость Эдуарда уже нехило действуют ей на нервы. «Чем я хуже этой смазливой блондинки? — временами задумывается Аня. — Ничем. Я лучше». Зайдя в школу, она натыкается на Эдуарда с Олегом, уже уходящих в сторону кабинета. Эд, громко смеясь, приобнимает старосту за шею, другой рукой, сжатой в кулак, треплет волосы на его голове. Олег отчаянно тыкает друга в бок, сам не сдерживая смех. «Может, он все-таки не с Машей?» — озадаченно думает Аня, приподнимая бровь. — Шевели ножками, кукла, — с усмешкой окликает девятиклассницу гардеробщица, неизменно сидящая на стуле у окна с дешевым женским детективом в руках. — Людей задерживаешь. Анна закатывает глаза и морщит нос, но от прохода все же отходит.

***

На третьей парте среднего ряда Ане открывается прекрасный вид на влюбленную парочку. На переменах Маша, зевая, ложится на плечо соседа по парте, прикрывая глаза. Щеки Эдуарда еле заметно розовеют, он выдавливает из себя странно звучащий смешок и утыкается в экран телефона. Иногда парень приобнимает подругу за плечи, что жутко раздражает Анну, и она все чаще поглядывает на наручные часы в ожидании конца уроков. Уже через пару часов Данилова стоит у широкой колонны в коридоре школы, прямо перед гардеробом. Она знает, что Эдуард, как и каждый день до этого, будет ждать Марию у стены, чтобы вместе с ней и Олегом дойти до ворот школы и попрощаться. Сегодня старосту задержала классная руководительница, а это значит, что у Ани будет чуть больше времени на исполнение своего плана. Улыбнувшись своим мыслям, она отворачивается к зеркалу, делая вид, что поправляет макияж. Через пару минут у прозрачной стены гардероба показывается Эдуард. Он бросает мимолетный взгляд на спину одноклассницы, закатывает глаза и тут же отворачивается, увлеченно изучая дверь. Аня снова поворачивается. Она видит, как Мария, стоя у вешалок, накидывает на себя джинсовую куртку. Пора. — Ратников, как же ты меня доста-ал, — Данилова корчит обиженное лицо, проводя руками по плечам Эда, скрытым под черной курткой. Он тут же дергается и старается проигнорировать эти действия. — Не строй из себя недотрогу, котик. Мы оба знаем, что я тебе нравлюсь, — Аня хитро улыбается, глядя через стену в помещение. Маша направляется к выходу из гардероба, обеспокоенно глядя на Эдуарда и Анну, вьющуюся вокруг него. Данилова, проводя руками по лицу и шее одноклассника и наслаждаясь тем, как он пытается отодвинуть ее от себя, выжидает, пока новенькая подойдет ближе к выходу. Чтобы она все слышала. — Ты мне тоже нравишься, малыш. Аня запускает руки в кудрявые волосы, прижимая их владельца к себе, и впивается губами в сухие губы Эдуарда. Понимая, что ответа можно и не ждать, она слабо, но ощутимо кусает его, не разрывая поцелуй и не сдерживая удовлетворенную улыбку. Когда у Эда все же получается отпихнуть от себя одноклассницу, она видит, как сжимаются его кулаки и как часто он моргает. Анна на всякий случай отходит подальше, не исключая возможности получить по лицу за такой поступок. Но дело было сделано. Зная девушек, она уверена в том, что Мария больше не тронет Эдуарда. По крайней мере, в ближайшем будущем, пока все не вскроется и она не решит поверить в то, что произошло на самом деле. А пока что было достаточно пройти с уверенной улыбкой мимо дрожащей Маши, зажавшейся в угол у выхода.