Рассекая волны

В августе Марина со своей сестрой Катей улетела на две недели на Мальорку, Полину забрали на дачу Пашины родители, а сам Елагин готовился к открытию отеля, которое должно было состояться в середине сентября. Отъезд Павла в Москву неумолимо приближался. Они оба - он и Артём лишь беспомощно и где-то даже мучительно наблюдали за этим приближением, хотя и не говорили об этом, предпочитая молча умирать изнутри. Август был прекрасен. Яркий и солнечный, он окутывал город золотым жаром, а ночами дарил мягкую приятную прохладу. Артём и Павел ужинали на балконе. Соколов наконец-то нашёл подходящий столик, расписанный в морском стиле и интересный диванчик с обивкой в синюю полоску. Торшер-маяк, два подсвечника-якоря и декоративная морская сеть с ракушками на стену дополнили интерьер балкона. - Спать совсем не хочется, - сказал Пашка, доедая овощное рагу, и поднимая на Артёма глаза. Тот сидел над тарелкой, задумчиво прикусив губу. - Может, пойдём куда-нибудь? - предложил Павел, выгнув левую бровь. - Можно и пойти, - согласился Тёма. - Погода шикарная. - Погода-то шикарная, вот только был бы сейчас не август, а июнь, - вздохнул Елагин. - Чем тебе август не угодил? - Не люблю. Этот месяц отравлен приближением осени. Артём усмехнулся, смахивая со лба волосы: - Здесь сентябрь, да и половина октября - это ещё практически лето. Солнце продолжает липнуть к коже. Можно купаться. Море мелкое, остывает медленно. Пашка встряхнул плечами, подумав о том, что в октябре его здесь уже не будет. А там, где он будет в это время, надо уже тёплые куртки доставать и шарфы. Елагин решительно поднялся из-за стола, отгоняя от себя депрессивные мысли. - Пойдём в «Джонни», - сказал он, собирая пустые тарелки и залпом допивая бокал вина. - Ну, пойдем, - протянул Соколов, удивившийся предложению Паши. В гей-клуб они ходили крайне редко. Буквально пару раз за всё время их совместного проживания. И оба раза решения эти были спонтанными. Оказавшись неподалёку от клуба, они просто заворачивали туда, чтобы потусоваться и поглазеть на симпатичных парней, танцующих в облегающих плавках. Возбуждались оба. И ревновали друг друга. Но секс после этого был очень эмоциональным. Диким, жарким, крышесносным. Один раз они трахались прямо в клубе, во второй - хотели добраться до дома, но не смогли, занялись быстрым сексом в глухой подворотне, а после продолжили дома, достав из глубин тумбочки набор для БДСМ. *** - Хочу взять себе джин с тоником, - сказал Павел, глядя, как Артём усаживается за столик и откидывается на спинку кресла. - Ты будешь? - Не, возьми мне минералки с лимоном. - О’кей, - произнёс Елагин и, кивнув в сторону площадки, на которой танцевали полуголые парни, добавил: - Без меня не возбуждайся. - Обещаю. - Пальцы Артёма схватили Павла за рубашку, притягивая к себе для поцелуя. Находясь в клубе им обоим нравилось то, что здесь не нужно было прятаться, оглядываться по сторонам, и стесняться своих желаний. Здесь они могли быть самими собой и не бояться косых взглядов. - Теперь иди, - выдохнул Артём, отрываясь от Елагина и облизывая губы. Когда Пашка вернулся, Соколов непринужденно провёл рукой между его ног. - У меня внутри всё горит от предвкушения, - сообщил он любовнику. Паша взъерошил его волосы. - И какой из этих красавчиков тебя так завёл? - поинтересовался он, указывая глазами на танцпол. - Кого из них ты хотел бы хорошенько трахнуть, признавайся, птенчик? Это была своего рода игра. Каждый из них выбирал парня, который понравился больше других и начинал вслух фантазировать о его достоинствах, и о том, что именно хотел бы сделать с ним в постели. Эти фантазии заводили и возбуждали, заставляли пульс биться горячее и чаще, волновали кровь и вызывали стойкое желание. Артём хмыкнул и улыбнулся. - Вон тот, в чёрных плавках. - Он указал на невысокого шатена с подведёнными глазами и татуировкой на правом плече. - Теперь твой выбор. Павел долго и внимательно разглядывал парней, медленно потягивая коктейль. - Видишь парня, похожего на Курта Кобейна? - Елагин кивнул в сторону высокого молодого человека со светлыми, слегка волнистыми волосами длиной до плеч и небольшой коротко стриженной бородкой «эспаньолкой». - Который с чу́дной улыбкой? - уточнил Соколов. - Он самый. - И чтобы ты хотел с ним сделать? Пашка задумался: - Эм… Соколов приблизился к его уху и шепнул: - Давай, сокруши мои моральные устои. Паша притянул Артёма к себе: - Не думаю, что я могу тебя ещё чем-то шокировать. - А ты попробуй. - Я включил бы песню «Smells Like Teen Spirit»*, повернул его лицом к стене и взял сзади. Одно условие - на стене должно быть зеркало. Большое. Артём свёл брови и внимательно посмотрел сначала на «Курта Кобейна», затем на Павла: - Разденешь его полностью или всего лишь приспустишь джинсы с бёдер? - Раздену полностью, - усмехнулся Елагин и уточнил: - Сам же буду полностью одет. Ну… почти. - О’кей. Принимается, - протянул Соколов. Пашка отпил джина. - Твоя очередь. Он прошёлся пальцами по Тёмкиному подбородку, чмокнул его в губы и, не удержавшись, легонько прихватил зубами ухо. Желание горячим потоком понеслось по венам Артёма. - Так, - выдохнул он. - Не отвлекай меня. - Надо же, какой серьёзный, - поддел его Паша. - Как будто новенький «Харлей» выбираешь, а не способ потрахаться с незнакомцем. - Я ко всему подхожу основательно, - ухмыльнулся Артём. - Так… Раз у нас сегодня вечер «Нирваны», то я выберу песню «Come As You Are»**… Павел одобрительно кивнул. - …И возьму его в коленно-локтевой, - продолжил Соколов. - Из одежды хочу, чтобы на нём были стринги и галстук. В глазах Елагина сверкнули дерзкие искорки. - Минет? - спросил он, разминая член Артёма через джинсы. - Пожалуй, нет, - лёгким стоном отозвался Соколов. - Римминг? - вкрадчивый голос Пашки сводил с ума. - Точно нет. Паша наклонил голову к лицу Артёма и жадно поцеловал его. - У тебя тоже стоит? - спросил Тёма. - Проверь, - хитро улыбнулся Павел. Соколов запустил руку в его джинсы, нащупывая твёрдый стояк. - Это на меня или на «Курта Кобейна»? - Какой же ты ревнивец, - фыркнул Елагин. - С ним возможно и будет хорошо, но дух у меня захватывает только с тобой. - С этими словами Паша встал из-за столика и потянул Артёма за собой. - Пойдём потанцуем. Артём закинул руки Пашке на плечи, и тот притянул его к себе. В такт музыки они не попадали, да и вообще их движения мало походили на танец, больше напоминая брачные игры представителей фауны. Паша водил языком по шее Соколова, прикасался губами к его уху, а тот в свою очередь учащённо дышал и тёрся пахом о его пах. Волна страсти накрыла парней с головой. Неистовое возбуждение усиливалось, прорывалось, билось в их разгорячённых телах. Наградив Тёму долгим глубоким поцелуем, Павел развернул его спиной к себе и, обняв поперёк талии, вжался бёдрами в крепкие ягодицы. Поймав наконец-то музыкальный ритм, они начали медленно покачиваться. Грудь Артёма вздымалась, а по низу живота разливалось мучительно-приятное тепло. - Мне нужен только ты, - хрипло выдохнул Елагин ему на ухо. Артём приоткрыл глаза и вдруг замер в горячих объятиях. С противоположного конца помещения прямо на него смотрел Игнат. После того, как Соколов принял его запрос в «друзья» во «Вконтакте» они несколько раз списывались, но общались исключительно на нейтральные темы. Игнат больше не делал попыток пригласить его на свидание, ни слова не говорил про его московского любовника, и не вспоминал тот вечер, после свадьбы, когда Артём нашёл в себе силы не поддаться на его уговоры, и дальше поцелуев у них не зашло. Сейчас он стоял прислонившись спиной к стене, засунув руки в карманы чёрных карго и, не отрываясь, рассматривал Артёма. Соколов сглотнул под тлеющими угольками практически чёрных глаз, и отвёл взгляд. Его щёки обожгло румянцем. - Что такое? - спросил Пашка, почувствовав напряжение партнёра. - Пить хочу, - соврал Артём. - А что ещё хочет мой любовничек? - Руки Павла проскользили вдоль Тёмкиного тела и забрались к нему под футболку. Артём спиной чувствовал прожигающий взгляд Игната, но в тоже время желание не покидало его. - Идём домой, я проголодался, - проговорил Соколов. Елагин хмыкнул, продолжая кружить пальцами вокруг сосков любовника. - Я могу тебя быстренько покормить, - шепнул он ему на ухо. - Тогда идём вниз, - на губах Артёма мелькнула улыбка. В большой полутёмной комнате отдыха из отгороженных друг от друга кабинок раздавались шлепки соприкасающихся тел и глуховатые стоны. Уединившись, Елагин спустил с бёдер Артёма джинсы, и обхватил ртом его напряжённый ствол. Соколов зарылся пальцами в его волосы, прикрывая глаза. Ласка Павла отвлекла его от мыслей об Игнате. Кончил Артём быстро и бурно, заливая спермой Пашкин рот. После чего они поменялись ролями. Соколов знал наизусть, как подвести любовника к самой высокой ноте и делал это умело и искусно, чувствуя нетерпеливую жаркую пульсацию твёрдого члена Павла. Но это была лишь прелюдия к сексу, который их ждал дома. Поэтому, приведя в порядок одежду, любовники двинулись в сторону выхода. Они не заметили парня, который ревниво наблюдал на ними. Игнат покинул клуб почти следом за Артёмом и Павлом. Он шёл домой опустив плечи и сжав ладони в кулаки, думая о том, каким счастливым выглядел Артём в объятиях своего бойфренда. Душ Артём с Пашкой принимали вместе. Стоя под едва тёплыми струями воды, они потирались членами, ласкали друг друга руками и целовались то короткими мазками, а то глубоко, долго и самозабвенно. Когда же парни добрались до постели, то их стволы уже вовсю сочились влагой. Артём лёг на спину и, широко расставив ноги, потянул Павла на себя. - Войди, давай, - выдохнул он. Елагин наклонился к лицу Тёмы, поцеловал в кончик носа, одновременно прижимаясь головкой члена к его входу. - Не терпится? - проурчал Пашка. Артём устремил на партнёра свои глаза, потемневшие до глубокой, густой синевы. - А тебе терпится? Вместо ответа Паша рывком втиснулся в желанное нутро, ощущая, как разряд удовольствия проходит сквозь всё тело. Чувствовать вибрирующие стеночки вокруг своего члена было особым неземным наслаждением. Сердце Артёма бешено колотилось. Дыхание срывалось. Зашкаливало. Тягучие спазмы скручивали низ живота. Под стоны любовника, подчиняясь зову плоти Павел толкнулся глубже и начал ритмично двигаться. Соколов оглаживал его плечи и сжимал ногами крепкие бёдра, толкая на себя. Он кусал губы, выгибаясь. Его тело превратилось в пылающий огонь. Пашка наклонился к груди Артёма и втянул в рот сосок. Легонько сжал зубами, обвёл напряженную бусину языком, покатал между губ. Артём откинул голову и прикрыл глаза. Пах всё больше наливался сладостной тяжестью, желание скручивалось в тугой узел. Он выгнулся, приподнял бёдра навстречу мощным толчкам, подстраиваясь под ритм, и в этот момент Паша замер. - Ты чего? - Соколов попытался сфокусировать взгляд на лице любовника. - Мне надо сосчитать до десяти. - Павел прислонился лбом к его лбу. - Не хочу кончить слишком быстро. Артём ухмыльнулся, кивнул и начал потираться членом о живот Елагина. Пашка втянул в себя воздух. Досчитал до пяти. Выдохнул. И повторил ещё раз. Артём не выдержал. Ему было неважно слишком быстро он кончит или не слишком. Скрестив ноги за поясницей Паши, он толкнул его на себя. Павел зажмурил глаза. - О, чёрт… - простонал он. Соколов, вцепившись в плечи партнёра, стал сам насаживаться на его член. И мгновения спустя волны оргазма унесли их в бескрайний океан наслаждения.