Рассекая волны

С неба перестали падать обломки. Воздух был наэлектризован страхом, болью, отчаянием, безысходностью. Смертью. Отовсюду доносились крики паники и мольбы о спасении. Артём перешагивал через бьющиеся в конвульсиях тела в поисках своего брата. Кругом была кровь, переломанные кости. И слёзы. Для этих людей уже всё было кончено. И смотреть на этот кошмар было невозможно. Стоны и рыдания не стихали. - Ты… - Артёма за ногу ухватила чья-то рука, и он опустил голову вниз. - Ты… Разорванный рот, пустые глаза, половина черепа отсутствует. Артём с трудом подавил отвращение. Сделал шаг назад. - Ты сидел рядом со мной… - Искорёженная гортань запульсировала. - Ты сидел рядом со мной. Как ты смог уцелеть? Почему на тебе ни царапины? Артём осмотрелся в поисках своего брата. «Ты сидел рядом со мной». - Антон! - крикнул он, и эхо тут же поспешно ответило ему: - Он… он… он… - Антох… Артём побежал, задыхаясь от дыма. А затем вновь оглянулся. Вокруг были переполненные трибуны. Люди приветствовали их. - Мы сделали это, Артюха! - просиял Антон, обнимая брата. - Сделали… Артём схватил близнеца за руку, не сводя с него глаз. - Значит, всё хорошо? - В его голове роилась масса вопросов. - Всё лучше, чем просто хорошо. Уж поверь. - Рассмеялся Антон, одной рукой поглаживая золотую олимпийскую медаль на своей груди, а второй касаясь такой же медали на груди брата. - We are the champions…* - Слегка фальшивя напел он. - Значит, весь этот кошмар был всего лишь сном, - облегченно выдохнул Артём. - Я больше никогда не буду спать, и не отойду от тебя ни на минуту. Антон надел на голову Тёмы бейсболку и развернул ее козырьком назад. После чего прильнул к его губам жарким поцелуем. Целуя брата Артём понимал, что совершает ошибку. Ужасную ошибку. Но отпускать близнеца не хотел. Тот отступил сам. - Я больше не любимец фортуны. - Неправда, - фыркнул Артём. - Правда, - Антон отступил ещё. - Не ходи за мной. - Тох… - Артём сделал шаг вперед. Их взгляды встретились. - Не ходи, я сказал, - Антон снял с себя медаль и повесил её на шею брата. Уголки его губ дёрнулись в намёке на улыбку. - Живи за меня. - Нет… Нет, я не смогу. - Сможешь. Так надо. Артём скривился от слов брата. - Пообещай мне кое-что, - попросил его Антон. - Что? - голос Артёма дрожал. - Никогда не теряй надежду и веру в собственные силы. Артём зажмурил глаза и помотал головой. Когда же он открыл их снова, то увидел, что Антон лежит навзничь на земле. Его невидящий взгляд направлен в вечность. А всё пространство вокруг окрашено ярко-алой кровью. Артём стоял над телом близнеца ошеломленный и сломленный. - Я вытащу тебя отсюда, - судорожно всхлипнув, он наклонился к нему, но едва его руки дотронулись до брата, как тот превратился в песок. Рассыпался по размокшей от крови земле. - Нееет… - Артём… Артём… Кто-то осторожно тряс Соколова за плечо. Он резко проснулся. Открыл глаза, не понимая, где находится. - Всё хорошо? - поинтересовался Игнат. - Сколько времени? - хрипло спросил Артём. Во рту у него пересохло. - Половина второго. Тебе, видимо, приснилось что-то. Артём сел на постели. Потёр глаза. Его сердце всё ещё бешено колотилось. Голова раскалывалась невыносимо. - Я поеду домой, - сказал он, сжимая пальцы и плавно выдыхая. - Поздно уже ехать домой, - тихо ответил Игнат. - Оставайся. - Я не могу… Не могу. Прости. В его голосе Игнат различил нотки отчаяния. - А я не могу отпустить тебя на мотоцикле в таком состоянии, - настаивал брюнет. - И сейчас во мне говорит не любовник, а врач. - Ладно, - уступил Артём. - А как у врача, у тебя таблетки от головы случайно не найдётся? - Найдётся, - отозвался Игнат. - Но давай сначала попробуем другой способ… Он устроился в изголовье кровати и принялся лёгкими движениями массировать Артёму голову. Соколов закрыл глаза. *** Полина отложила рисунок на подоконник, чтобы подсохла краска и отправилась в ванную мыть руки. Дойдя до коридора, она услышала, что мама на кухне разговаривает по телефону. Вообще-то, у Поли не было привычки подслушивать, но фраза, сказанная Мариной заставила её замереть и навострить уши. - Кать, да о какой любви ты говоришь? Я никогда его не любила. А замуж вышла только из-за Польки. - Голос Марины звучал холодно и жёстко. - В тот момент мне не до любви было. Если бы он не предложил выйти замуж, я бы аборт сделала. Полина сглотнула. Она слышала слово «аборт», но не знала, что оно означает. Однако, интуитивно чувствовала, что слово это… опасное. - Вот и вся любовь, Катюх, - усмехнувшись, продолжала тем временем Марина. - Если бы я тогда не залетела, то в жизни бы не вышла за него. Мало того, что он эгоист, да ещё и чёрствый, как сухарь. Полина тихонько прошмыгнула в ванную, размазывая по щекам слёзы. Она уже давно догадывалась, что её родители не любят друг друга, но всё-таки слышать об этом ей было тяжело. У её подружки-одноклассницы Дашки тоже родители не любили друг друга, и сейчас она живёт с мамой, а папу видит раз в месяц. Полина не хотела видеть папу только раз в месяц. Она умылась и, пряча глаза, вышла из ванной. - Поль, через пять минут обед, - сказала Марина, которая как раз закончила разговаривать по телефону. - Угу. - Полина пришла на кухню, и села за стол. - Что случилось? - спросила Мара, заметив красные глаза дочери. Девочка беспомощно посмотрела на мать, затем сделала глубокий вдох. - Мам, а что такое аборт? - спросила она, смотря в стол. Марина удивлённо посмотрела на неё: - О чём ты? - Я слышала, что ты говорила тёте Кате. - Сердце Полины гулко застучало где-то в горле. - Тебя это не касается, - Мара поставила перед дочерью тарелку с супом. - Ешь. Полина пожевала губу. Взяла в руку ложку. - Ты сказала, что если бы вы с папой не поженились, то ты сделала бы аборт. Я хочу знать, что это такое? - Поймёшь, когда вырастешь. Марина выпрямила спину. Она знала, что так отвечать на детские вопросы не следует, но к правдивому ответу про прерывание беременности Мара готова не была. Поля же не собиралась ждать столько времени. И когда вечером пришёл домой Павел, попросила его зайти к ней. - Пап, можно у тебя спросить кое-что? - лицо Полины выражало сильнейшую степень озабоченности. - Разумеется, - с теплотой в голосе произнёс Пашка. - Что такое аборт? - спросила девочка, пытливо всматриваясь в лицо отца. Паша внутренне напрягся, но постарался не показать этого. У него было правило отвечать на любые вопросы дочери. - Это такая операция. - Он помедлил, думая, как лучше объяснить, а затем добавил: - Помнишь книжку «Откуда берутся дети»? - Да, - кивнула Поля. - Но там такое слово не встречается. Я проверила. - Да. Там про это нет, - согласился Елагин. - Я просто хотел уточнить, помнишь ли ты откуда берутся дети? - Конечно, помню, - протянула Полина. - Так вот, - Пашка прочистил горло. - Когда женщина не хочет ребёнка или не может его родить по каким-то причинам, то его удаляют у неё из живота. Это называется аборт. - Это больно? - полюбопытствовала Поля. - Во время самой операции женщина спит, - ответил Паша. - Поэтому ей не больно. - И ребенок спит? Павел задумался над очередным ответом. - Малыш, такую операцию делают тогда, когда ребёнок ещё ребёнком не стал. Там только крохотная клеточка, из которой в дальнейшем начал бы развиваться ребёнок. - Он постарался объяснить более-менее понятно, в то же время не желая сгущать краски, тем более ему ещё предстояло выяснить, с чего вдруг его девочку взволновал этот вопрос. Несколько секунд Полина сидела молча. Затем сказала: - Ясно. Елагин накрыл ладонью руку дочери. - А теперь можно мне у тебя спросить кое-что? Полина кивнула. - Откуда ты услышала про аборт? - От мамы, - промолвила она. - От мамы? - удивлённо переспросил Пашка. И Поля пересказала отцу то, что услышала из разговора Марины с сестрой. Паша молча вздохнул. - Ты тоже никогда не любил маму, да, пап? - Мы с твоей мамой были слишком молодыми, когда решили пожениться. А по молодости легко перепутать настоящую любовь с простым увлечением. - Я родилась по ошибке? - в глазах Полины плескались слёзы, а губы дрожали. - Нет, - тут же ответил Елагин. - Мы с мамой поженились по ошибке, но твоё рождение ошибкой не было. Да, мы тебя не планировали, но мы были очень счастливы, что ты у нас появилась. - Паша обнял дочь, а она положила голову ему на плечо. - Я не представляю своей жизни без тебя. Полина сглотнула, прокручивая слова отца в голове. - Вы разведётесь? - в её голосе послышался страх. - Не знаю, малыш. Честно, не знаю. - Пап, а ты можешь взять и полюбить маму? Она же такая красивая и добрая, когда не злится и не ругается на нас. Пашка усмехнулся такой детской непосредственности. - Я бы очень хотел этого, но кого любить, а кого нет решает наше сердце. - Как это? - ответ Паши вызвал у Полины смятение. - При виде любимого человека, вот здесь… - Он приложил ладонь к сердцу. - Начинает что-то трепетать. Ты не можешь объяснить это словами, просто чувствуешь, что тебе хорошо с этим человеком. И тебе хочется, чтобы он всегда был рядом. - Пап, - Полина судорожно вздохнула и облизала губы. - Если вы с мамой разведётесь, я буду видеть тебя раз в месяц? Павел погладил дочь по голове. - Тебя я никогда не брошу, - мягко проговорил он. - Слышишь? Полина всхлипнула и кивнула. - Ты всегда будешь моей девочкой. *** Сделав себе кофе, Елагин вернулся за рабочий стол и в ожидании балансового отчёта зашёл на страницу Артёма во «вконтакте». Новостей у Тёмы, как и всегда было не густо, но, тем не менее, Пашка узнал, что Артём теперь работает не в бассейне, а в аквапарке, однако причин, по которым он сменил работу Соколов не указал. На несколько секунд палец Паши завис над иконкой страницы Игната и, в конце концов, всё-таки нажал на неё. Но лучше бы он этого не делал. Страница Игната просто пестрела совместными фотками с Артёмом. И вроде бы ничего предосудительного в них не было, если, конечно, не знать, что оба парня - геи. На одной из последних фотографий, опубликованной буквально пару дней назад, Артём выглядел беспечным и невозмутимым, он улыбался раскрепощённо и слегка небрежно. Елагин обеими руками обхватил кружку, кофе уже остыл и сделал несколько глотков. А после он скачал фото Тёмы, чтобы сохранить в папке с фотографиями. В следующие дни Пашка поймал себя на том, что стал часами просиживать на страницах то Артёма, то Игната. Рассматривая фотографии он всё пытался понять, действительно ли Тёма счастлив с этим парнем? Хорошо ли ему с ним в постели? Думает ли он о нём, когда занимается сексом с этим Игнатом? Кто из них чаще сверху? Да и что, вообще, примечательного в этом Игнате? Этот черноволосый парень с пирсингом и вечной многозначительной ухмылкой раздражал Пашу. Бесил одним своим существованием. Павел понимал, что ему надо просто перестать таскаться на страницу Артёма и его парня, но почему-то не делал этого, как маньяк-извращенец наблюдал за их жизнью. Но даже, когда он несколько дней воздерживался от визитов во «вконтакт», образы Артёма и Игната продолжали вертеться у него в голове. В итоге он вернулся к старому и проверенному способу под названием «клин клином вышибают». Он вернулся к эпизодическому сексу без обязательств. Череда любовников, сменявших друг друга, не иссякала. Как только воспоминания ударяли под дых, а мягкий свет маяка-светильника не дарил больше утешение и надежду, он ехал в клуб. Как только начинали одолевать мысли, что без Артёма в его мире не хватает чего-то очень важного и нужного. Того, без чего жизнь казалась серой и пресной, он знакомился с новым парнем, который на несколько часов помогал ему забыться. А месяц спустя он удалил свою страницу из социальной сети, чтобы не было соблазна наблюдать за счастливой жизнью того, кого он любил…