Я не один

Осторожно, упоминание гета в прошлом у гг

***

Выходной… С утра настойчивое пиликанье оповестило о нескольких пришедших сообщениях, но Гэвин только сунул телефон глубже под подушку, чтоб не мешал спать. Зато едва продрав глаза, он раззевался, потянулся и, устроившись удобнее, уткнулся в экран, проматывая контакты. Предложение выпить от старой подруги… ну как подруги. Снимали как-то квартиры рядом, пару раз выпили, переспали и решили, что отношения не для них, а вот понимающий собеседник и советчик в быту гораздо полезнее. Но что-то в последнее время дружеские разговоры почти сразу перетекали в ее жалобы на очередного мужика, а заканчивалось все предложением трахнуться по пьяни. Нет уж, проходили, знаем. Старый друг. Звал в компанию таких же старых приятелей. Посидеть, вспомнить молодость, бильярд, пиво, все дела. А потом все нажрутся, бильярд забудут и начнут перетирать кости своим женам и телкам, обсуждать любовниц и сиськи в журналах. Придется с тоски упиться, а назавтра головы от подушки поднять не получится. И это проходили не раз. И сравнительно новый контакт. Неплохой мужик, работоголик, без загонов и особых претензий. Тихий бар, выпивка, попиздеть, потрахаться. Все по согласию. Раз в месяц или реже. Неплохой вариант был. Но Гэвин промотал его, даже не задумываясь. Потом поскреб щеку, заросшую щетиной, и поправил утренний стояк в трусах. День еще мог преподнести сюрпризы, и отвечать он пока никому не стал, даже на выпивку с друзьями не согласился, хотя это был самый приемлемый вариант. И не пожалел о своем решении ни разу, потому что днем, когда он тупил в субботнее шоу, раздумывая, заказать пиццу или китайскую еду, позвонил Найнс. Вернее, Рикард — у Гэвина каждый раз в груди екало, стоило произнести его имя. — Рикард? — спросил он, запнувшись. — Что-то случилось? — Насос качает, генератор генерирует. Все нормально, Гэвин, — ответил Рикард непривычно несерьезно, да еще и с нервным смешком. — Может… — он замялся, — выпьем? — В смысле выпьем? — Я подумал, — зачастил тот, — карта у меня теперь есть, только покупать особо нечего, зато теперь я могу пригласить тебя куда-нибудь. — Эээ… — Гэвин замер. — В благодарность. — За что это благодарность? — сразу посуровел он. — Слышь, ты что еще придумал? — Только за твое беспокойство, — быстро ответил Рикард. — Просто… в Киберлайф ты был со мной рядом, и даже мистер Камски о тебе спрашивал. — И что он спросил? — Гэвин рывком поднялся и сел на диване, отключая звук у телевизора. — Что это за помятый и нахальный тип спит в закрытой зоне, — со вздохом ответил Рикард. — Извини. Гэвин усмехнулся, вспомнив позавчерашний день и свое упрямство. Действительно, он настолько морально вымотался, что даже права не стал качать у лаборатории, в которую Рикарда завезли, а его не пустили. Важнее было, чтоб его починили, поэтому Гэвин молча сел в удобное кресло у входа и, сам того не ожидая, вырубился. Мог бы, конечно, и домой свалить, но… нет, не мог. Так и дремал, дожидаясь конца ремонта. Смутно помнился какой-то модный тип в очочках, который, проходя мимо, зацепился за его вытянутые в проход ноги и пару раз попытался пнуть его ботинки носком дорогущих туфель — поцарапал, наверное, — но сил у Гэвина хватило лишь на то, чтобы показать ему средний палец, взглянуть на дверь с ровно горящей красной надписью наверху: «Не входить», и снова закрыть глаза. Может, это Камски и был? Тогда жаль, что Гэвин все проспал — хотелось бы сказать ему пару… благодарных слов. И даже без сарказма. — А что еще сказал? Может, насчет твоей работы что-нибудь? Скажем, отругал за неосторожное использование предоставленных возможностей? — Нет, — засмеялся Рикард, и Гэвин заслушался — остро пожалел, что не видит его сейчас. — Мистер Камски никогда не был против такого использования возможностей и тестирования их в реальных условиях. В разумных, конечно, пределах. А я был разумен. — Да ну? — хмыкнул Гэвин и спросил иронично. — В том, что отрубился? — В том, что не отрубился. — Ха! Разумные пределы! Просчет вероятностей! А пришлось использовать запасной генератор, от RK800 не подошел! — Конечно же, разумные. У меня был, — Рикард выделил слово «был», — запасной генератор. И то, что не подошел от восьмого, не было критичным. Техников-то я вызвал. — А ты что-то разговорился, да? Мой пластиковый друг! — Так выпьем? По-дружески? — Без проблем, — Гэвин глубоко вздохнул и попытался подавить ползущую довольную улыбку. Впрочем, безуспешно. — Назначай время и место.

***

Место Рикард выбрал, конечно, пижонское. Не совсем уж скучное, но сам Гэвин в такое бы вряд ли пошел. Обычно он предпочитал шумные бары с толпой народа, где можно и затеряться, если давят тоска и печаль, и выделиться, если все отлично и хорошее настроение так и прет. А тут… Светлое полупустое помещение, большие окна, маленькие столы, стулья, модное меню и тириумные коктейли. Наверное, у него красноречиво вытянулось лицо, потому что Най… Рикард, увидев его реакцию, поскучнел и, кажется, расстроился. — Если хочешь, уйдем в другое место, — торопливо предложил он, вставая, едва Гэвин приблизился. Тот уже рот раскрыл, чтобы со смешком согласиться, но заметил, как сжал Рикард край стола, как забегали его глаза. Он оглядел его — в своем тренче, темной строгой рубашке и черных брюках он выглядел очень стильно, так, что у Гэвина в груди сдавило от волнения. Он представил, как Рикард будет себя чувствовать в любимом баре Гэвина, среди толпы пьяных и веселых людей, и тут же передумал. — Да ну, вот еще, — Гэвин отодвинул стул и расслабленно сел на него, закинул локоть на спинку. — Давай угощай, богач. — Кажется, я переоценил возможности своего дегустатора, — вздохнул Рикард совсем по-человечески и допил ярко-фиолетовый коктейль. — Чего это? Не вкусно? Стой! А тебе вообще бывает вкусно? — оторвался от своего десерта Гэвин и, глядя в озадаченное лицо, исправился: — Если что не так спросил — не обижайся. Хрен знает, что там у вас, в сообществе андроидов, нормально спрашивать, а что нет. — Как будто я сам знаю, что нормально или ненормально спрашивать у андроидов, — хмыкнул Рикард. — А переоценил, потому что моя лаборатория все коктейли разложила по составляющим в процентах, проанализировала состав, прогнала по таблицам и реактивам… Теперь любуюсь на формулу, а должен был ощущать воздействие на рецепторы, кратковременное усиление сигнала и в то же время легкую задержку его приема. Что? — улыбнулся он, глядя на изумленного Гэвина. — Так было написано в рекламе заведения. — Ага, я все понял, точно! — рассмеялся Гэвин. — Должен был опьянеть и чуть тормозить, но нет. — Нет, — согласился Рикард. — Лаборатория работает постоянно в фоновом режиме. — А обойти ее сможешь? Рикард самодовольно хмыкнул. — Конечно. Я ищу способы узнать и почувствовать как можно больше. Раз уж мне недоступен коннект. — Это хорошо, но ты уж не увлекайся. А то подсядешь на какую-нибудь вашу андроидскую дурь, и все. Рикард засмеялся, и Гэвин подумал, что все идет охрененно, раз уж он научился это делать. — Не подсяду. Скорее разложу на составляющие и оформлю как улику. — Жуть! Если бы я так с пивом, — и он передернул плечами. Лабораторию Рикард все же деактивировал, но полностью насладиться напитком все равно не смог — функция распознавания и сопротивления неизвестным препаратам, способным воздействовать на его системы, дефолтно запускалась снова и снова. — Зато было очень вкусно, — довольно сказал Рикард, когда они вышли из теплой кофейни в прохладный вечер. — У меня, оказывается, высокотехнологичные рецепторы, распознающие, — он покосился на Гэвина, — много всего. — Жизнь полна сюрпризов, да? — Гэвин сунул руки в карманы и шел, расслабленно пиная нападавшие за день листья. — Бывают и приятные. — Бывают, — ответил Рикард после недолгого молчания. Они как раз подошли к развилке: прямо виднелся дом Рикарда, налево была стоянка такси. — Зайдешь? — спросил Рикард, явно набравшись решимости — он сжал руки в кулаки и спрятал их за спиной. — Ты же должен посмотреть, что мне насоветовали твои девчонки. — Они не мои! Я их и не знаю толком… — запротестовал Гэвин, у которого в голове приятно шумело от пива. Или не от пива. — К тебе? А что? Конечно зайдем! Зайду, — он покивал и, прихватив Рикарда повыше локтя, потянул за собой. — Идем, что-то холодает.

***

— Ого, — Гэвин воодушевленно оценивал все, что видел, и начал с лампы на нижнем этаже, — сейчас свет там горел ровно и не дробил мир вокруг на кадры. А потом вошел внутрь квартиры. — И даже братика прикупил, — не удержал он язык и постучал ботинком по замершему у стены пылесосу. — Блядь! Извини! Я такой, сука, тупой, когда выпью. — Если ты думаешь, что особо острый, когда трезвый, то нет. — Да ладно, — ухмыльнулся Гэвин, донельзя довольный, что Рикард не обиделся на его дурацкое замечание, а даже пытался в остроумие. И, хмыкнув, прошел в комнату. — Что тут у тебя? Ого, хорошего прибавилось. — Главное — стойка современная, — почти похвастался Рикард, любовно глядя на сияющую синим стойку для подзарядки в углу. — Главное — диван охрененный! — отмахнулся Гэвин, скинул ботинки и, пройдя по мягкому ковру к большому дивану, с размаха на него сел, удобно устроившись на мягком сиденье. — А тот чего не выкинул? — он кивнул на старый, который стоял так же, как раньше — повернутым к окну, только задвинут был дальше, почти вплотную. — Чет я не заметил там крутого пейзажа. — Ну… так, — замялся Рикард и сменил тему: — Еще пива? — Вздумал меня споить и выведать секреты? Неси. — Ну какие секреты, Гэвин? Ты мне и так все показываешь на расследованиях, — Рикард поставил холодную бутылку на стол и сел рядом. — О, точно! Я вот все думаю, как ты это делаешь? — Что именно? — Расследуешь дела. Догадываешься. Понимаешь, где и что искать. Например, с маньяком. Почему ты решил рассмотреть его следы? С чего взял, что содранная плесень вообще что-то значит? Почему полез проверять голову на статуе? Да еще много таких же моментов. — Ну… — Гэвин пожал плечами и отпил большой глоток. — Детективов много в детстве прочитал, вот и нахватался. — Но я тоже много читал, — Рикард нахмурился, сцепил пальцы в замок. — Уж побольше твоего — извини, конечно. Да я скачал и разархивировал столько… на приличную библиотеку хватит… И ничего. Никаких озарений, никаких догадок… Только голый анализ. Я могу увидеть следы и улики, просчитать и реконструировать, сделать логические выводы, но я не могу узнать, где их можно искать, если они не на виду. — Ааа, понятно все. Разархивировал он, — хохотнул Гэвин. — Заархивируй обратно и сотри на хрен файл. Я научу тебя читать, Рикард. Мы еще сделаем из тебя крутого детектива, вот увидишь! Там же все на логике завязано, кстати, надо только ее… — Гэвин поиграл бровями, подбирая слово. — Прокачать? — Раскачать, — он долгим глотком допил пиво и, развернувшись к Рикарду, с интересом на него уставился. — Давай, открой какой-нибудь детектив. — Из старых? — неуверенно спросил Рикард. — Да без разницы. Главное — принцип. Вот читаешь ты: «Чувак в плаще шел по тропинке к оврагу». И что представляешь? — Представляю? Я читаю, все уже написано. Информация получена. — Ну нет. Вот какой чувак: худой или низкий, какая тропинка: утоптанная или извилистая, какой овраг: глубокий или искусственно вырытый. — Твоя логика, — моргнул Рикард, — какая-то… неровная. — Ага, понял принцип? — хохотнул довольно Гэвин. — Так, я отлить. У тебя есть куда? Туалет, в смысле, — обеспокоился он вдруг. — Не хотелось бы в окно, знаешь. С дивана, — и засмеялся. — Ха-ха, — задумчиво ответил Рикард и махнул рукой в сторону входной двери. — Там, справа. Гэвин нашел, где отлить и где умыться. И даже в зеркало насмотрелся на свою довольную рожу, а когда вернулся в комнату, в первый момент испуганно отпрянул — в полумраке, по тропинке, заросшей густыми кустами, шел, крадучись, человек в черном. При виде Гэвина он остановился и, присев, приготовился напасть. Конечно, Гэвин напал первым! И едва не снес столик, сдвинутый к стене, когда ногой разбил чувака в черном на мелкие пиксели. — Реакция, — одобрительно сказал Рикард из полумрака. — Но ослаблена алкоголем. — Это… что было? — Преконструкция, — ответил Рикард терпеливо. — Я читаю. — Ааа, — протянул Гэвин и по стенке прошел к дивану. Сел рядом с Рикардом, с интересом глядя на разворачивающуюся картину. — Охренеть, как в кино. — Кино? — почти обиделся Рикард, поворачиваясь к нему. — Гораздо лучше! Я могу создать мир вокруг нас и даже запахи синтезировать. И шум листвы, например. — А ветер сам надувать будешь? Или вентилятор? — и, пока Рикард не обиделся, исправился: — Вот это технологии! Высокие. А это умение вообще зачем? — Это просто преконструкция. В расширенном варианте. Такая читалка, — добавил он иронично. Гэвин отвел от него взгляд и прищурился, когда картинка поплыла, сменила фокус и расстояние. Теперь они смотрели на длинный извилистый овраг, пересекаемый дощатым мостиком, на кое-где заросшую тропинку и людей, размером с кошек, на ней. — А знаешь, — тихо сказал он наконец, глядя на лицо Рикарда в полумраке. — Это реально круто! У тебя, оказывается, такая фантазия. Тот развернулся к Гэвину, сел ближе и взглянул ему в глаза. Замялся ненадолго, но, решившись, сказал: — Я умею фантазировать. Я долго этим занимался, когда был тут один. — То есть… все время? Рикард кивнул, а за его спиной постепенно таяли и овраг, и мост, и люди на тропинке. — Все время. Это… странно, конечно. Может, ты подумаешь, что я совсем двинутый и… уйдешь, но я хочу тебе показать. За его спиной постепенно становилось светло, и Гэвин, глядя поверх его плеча, увидел их департамент: столы с терминалами, детективов и офицеров, постовых андроидов и помощников. Все вокруг неуклонно наполнялось звуками, шумом, голосами и звонками. Полупрозрачные поначалу фигуры потемнели, налились силой, заговорили, зажили своей обычной жизнью. — О, Найнс, — за спиной Рикарда остановился Фаулер — не отличить от настоящего. — Элла передала тебе спасибо — ее аллергия почти прошла. — Не за что, Джеффри. Я же говорил, что нужно просто сделать анализ крови — прошлое лекарство ей не подходило, — ответил Рикард, не отводя взгляда от ошарашенно молчащего Гэвина. — Привет, Рикард! — сзади подошла Тина с пончиком в руке. Наклонилась и оперлась о плечо Рикарда, рассыпая по его рубашке сахарную пудру. — Привет, Гэвин — человек-детектив! Какие дела? — Хотели пригласить тебя на обед в новый семейный ресторанчик за углом. Его открыла на прошлой неделе семья андроидов, — ответил настоящий Рикард. Тина посмотрела на пончик, покрутила его и откусила кусок. Распахнув глаза, попыталась смахнуть пудру с плеча Рикарда и только растерла ее по ткани. — Не могу отказаться, мальчики, если вы угощаете! — ответила с полным ртом и упорхнула к своему столу. — Найнс, — подошел серьезный Коннор, с коротким стуком положил на стол тонкую флешку. — Я тут скинул некоторые наработки по нашему прошлому делу. Посмотрите с детективом Ридом, может, что и пригодится. У вас же тоже расследование по поставкам «красного льда»? — Спасибо, Коннор. Ты очень помог, — ответил Рикард, все еще глядя только на Гэвина. Напряженно. Почти обреченно. Ловя все оттенки эмоций на его лице. Пытаясь понять, вычислить, что тот скажет. Как отреагирует. А потом по одному или парами подходили другие сотрудники департамента: говорили пару слов, смеялись, шутили. Бен рассказал несмешной анекдот и хохотал над ним, не замечая, как переглядываются Крис с постовыми андроидами, которые тоже не поняли, где смеяться. Андерсон рассказал, что учудил Сумо, пока его не было дома. И даже предложил зайти как-нибудь, погулять с собакой. — Составишь компанию Коннору, он не будет против. И Коннор рассеянно кивнул от своего стола. Постовой андроид помахал рукой от стойки. — Найнс, иди сюда, расскажу тебе интересную историю. Ральф неподражаем! Рикард только помахал рукой в ответ. — Ну, — напряженно спросил он наконец у Гэвина после долгого молчания. — Что скажешь? А тот не мог ничего ему ответить — горло перехватило. Он опустил голову и с силой растер лицо ладонями, пытаясь прийти в себя, успокоиться. И едва справился с реакцией на показанное — сердце колотилось где-то в горле. А потом собрался и серьезно посмотрел на Рикарда. В его светлые, беспокойные, такие живые глаза. — Воображаемые друзья не вариант, Рикард, ты же понимаешь это? Надо жить, а не притворяться. — Да знаю я! И понимаю, что все это, — Рикард махнул рукой назад, и люди за его спиной немедленно осыпались пикселями, которые растаяли у самого пола, — не реально. Я просто подумал… пусть у меня будет хоть это… Гэвин втянул воздух сквозь зубы, сжал руки, чтобы Рикард не увидел, как они дрожат. — Да, не реально. Настоящим друганам ты можешь вломить, да хоть пинок дать или по роже вмазать, если они тебя разочаруют. — А эти не разочаровывают… — Да блядь! Ты же понял, о чем я! — А ты понял, о чем я. Да? Гэвин только кивнул. — А я? — спросил он наконец после недолгого молчания, во время которого в который раз изучал лицо Рикарда, ловил каждую отразившуюся на нем эмоцию. — Ты не показал, что делал я. Или меня в твоих преконструкциях не было? — Ты был! И есть! Только… — Покажи мне, Рикард. Кем был я в твоих… — слово «мечтах» едва не сорвалось с губ Гэвина, но он удержал его. Рикард ничего не ответил, только за его спиной из света соткались две фигуры. Одна из них потянулась к другой, и настоящий Гэвин увидел, как он протягивает руку, как касается ладонью щеки Рикарда, а тот прикрывает глаза и, склонив голову, улыбается, наслаждаясь прикосновением. — Блядь, пластиковый ты… блядь! — только и смог сказать Гэвин. — Иди сюда, Рик, детка… И он потянул Рикарда к себе, обхватил ладонями его лицо и, едва не дрожа от волнения, коснулся его губ сначала сорванным дыханием, а потом и своими — сухими и жесткими. И застонал, реально не смог удержаться, когда Рикард приоткрыл свои губы, и его влажный язык погладил, лизнул его в ответ. В голове билось только его имя, в руках Гэвина правильно, идеально ощущалось его лицо, а поцелуй становился все глубже, выкидывая Гэвина за ту грань, где он еще мог о чем-то думать, что-то понимать. Одно он чувствовал: вот оно, здесь и сейчас, наконец-то сбылось то, о чем он даже и мечтать себе не позволял. Вот настолько был идиотом… — Как я хотел коснуться тебя на самом деле, в реальности, — Рикард едва оторвался от губ Гэвина, уперся своим лбом в его и говорил, обжигая дыханием. — Я могу закрыть глаза и смоделировать прикосновения, которых нет, но я всегда знал, что на самом деле это не ты. Что я тебе не подхожу. — Почему это не подходишь? — Гэвин продолжал держать лицо Рикарда в своих ладонях, только легко поглаживал его щеки пальцами, пытался что-то увидеть с такого расстояния и снова прикрывал глаза — слишком близко. Слишком ярко. — Ты же человек, Гэвин. Ты и андроид? — Рикард невесело хмыкнул. — Вижу твой проеб, — хрипло сказал Гэвин и отстранился, продолжая удерживать лицо Рикарда. — И свой тоже. Посмотри, Рик, где я и где ты. Это просто случается, и ни хрена не поделать. Губы Рикарда изогнулись, он зажмурился и прошептал, обнимая Гэвина, прижимаясь к нему, вдавливая в спинку дивана: — Как же я рад, rA9, как же я рад, что это случилось. Гэвин, я же никогда и подумать не мог, и мистеру Камски не верил, считал, что он так развлекается! — Тихо, тихо, детка! Мы все исправим, вот увидишь! Мы же теперь вместе, понимаешь? — Ты и я? — спросил Рикард тихо, обняв Гэвина и уткнувшись ему в шею, поглаживая ее кончиками пальцев, а потом проскользнув в волосы на затылке, словно не мог перестать касаться, трогать, ощущать и верить, что все это ему не кажется. Что это не очередная преконструкция. — Точно, Рик. А теперь дай мне вздохнуть, ладно? — Прости! — почти отпрянул Рикард, но Гэвин поймал его, не дал отдалиться. — Мы научимся, понял? Просто легче, я так хочу трогать тебя, чувствовать… Ох, иди сюда!.. И Гэвин чуть повернулся, подтянул Рикарда к себе и завалился с ним на диван, обнял и затих, вслушиваясь в мерный звук работающего насоса. — Твое сердце опять стучит так быстро и сильно… — Привыкай, — хмыкнул Гэвин. — Я теперь с тобой надолго.