Eternity without you.

Щелчок. Пуск. Начало. Дрожь от воспоминаний бьёт по всему телу, но он стойко терпит, не выключая с первых же секунд это злосчастное видео. Двадцать три минуты и тридцать шесть секунд: «… — Карапуз! — Это я. Мне пора, мне пора…» Тихий, но такой восторженный шепот из экрана заставляет улыбнуться, даже если на душе слякоть, а в глазах появляется жгучая влага. Тридцать девять минут и пятьдесят четыре секунды: « — Это что, видео дневник? — Да. — Я говорил ему этого не делать. — Ясно. Я поступил бы также…» Голос. Этот голос заставляет вздрагивать, тихо шмыгая носом, потому что… Да потому что до безумия хочется услышать его ещё хоть раз вживую, встречаясь взглядами с самим мужчиной. Сорок две минуты и пять секунд: « — Хэппи, не оставишь нас на минутку? Вытащи пока костюм Питера. — Я… оставлю костюм? — Да, я так и сказал…» Дальше парень смотреть не может, чувствуя, как внутри всё скручивается и тянет от боли. Он всё ещё помнит тот восторг, когда впервые встретил Старка вживую. Правда, тот восторг не сравнится с тем, который накрыл его от первой миссии. Да и как там не умереть от восторга, когда рядом с тобой Мстители, а дерётесь вы тоже с Мстителями, которые не захотели подписывать договор. Даже так это было незабываемо, а последующий разговор с Тони отпечатался в его голове навсегда, наверное. Неловко, конечно, было из-за тех недообъятий, но ничего. Это пережить можно, ведь и такое приятно теплится на сердце. А теперь и таких не будет. Теперь вообще ничего не будет, даже простых разговоров о технологиях и усовершенствованных костюмах, о которых они могли говорить сутками напролёт, не выходя из лабораторий и мастерской. Может, именно из-за этого он и поладил быстрее со Старком, чем с другими, что видели в нём только ребёнка, а не супергероя и умного парня. Ситуация со Стервятником знатно ему помогла в признании Мстителями, но Питер сам отказался от места в команде так быстро, ссылаясь на желание побыть ещё немного дружелюбным соседом и мысленно на то, что ему нужно обо всём лучше подумать. Правда, пожалел об этом почти сразу, но Старк, видимо, понимал это и вместо этого предложил совместную работу в мастерской и тренировки, прикрываясь стажировкой. Хотя, это и была стажировка. Много времени на мысли у него не оказалось, ведь, когда вернулся Танос, всё встало с ног на голову, и это стало концом всего. Уже неважно было: Мститель ты или нет, потому что война для всей Вселенной. Именно поэтому он оказался с доком и Тони на том корабле, а после и на Титане. Страх, нервозность, напряжение и дрожь не покидали тело, но приходилось всё откладывать на второй план и становится взрослым в один миг, чтобы не подвести всех. Это не очередное ограбление в Квинсе, после которого можно спокойно уйти домой или в Башню и отдыхать. Здесь было под вопросом даже само возвращение. Да, хотелось вновь вернуться в то время, когда Старк ругал его за шалости, а не вот это вот всё, только кто бы ему позволил? Обратной дороги не было, да и он предпочёл бы умереть вместе с Тони, чем сидеть дома в одиночестве, не зная, что с ним. Всё это теперь в прошлом, да, но кошмары об этом не знают, приходя к нему каждую ночь, вот уже два месяца, что тянутся со дня похорон Старка, а, кажется, что и его самого. По сути, прошло так мало времени, но с другой стороны так много. Два месяца. Шестьдесят один день и столько же ночей, за которые спать получалось лишь по пять или шесть часов, потому что страх и безмолвные рыдания не давали снова уснуть, а дрожь заставляла сжимать колени, кусая губы до крови, даже не замечая этого. Один и тот же кошмар, что забывается ближе к вечеру, но слова так и крутятся в голове, не желая уходить. От этого становится горько и печально, ведь другие стараются снова начать жить ради своих близких и родных, а он не может. Не в этот раз. Кто бы что ни говорил, время в забытье не прошло даром ни для кого, и Питер не исключение. Кто-то рассказывал, что те мгновения были для них спокойными, кто-то, что сущим ужасом, но для него всё это было кошмаром. В голове всплывали последние слова, сказанные им в последний момент перед расыплением. Да даже не слова, а реакция на них. Сколько боли было во взгляде Тони на него, когда он прошептал еле слышно «простите» и рассыпался в его руках. Питер не мог не попросить прощения, ведь когда-то Старк сказал ему, что в его смерти будет виноват он. Как бы сильно ему не хотелось, но переубедить старшего не смог за всё время. Даже Наташу просил помочь с этим, да вот только она была не на его стороне в этом споре, ведь для них Паркер так и оставался ребёнком, сколько бы ему ни исполнилось. Кто-то говорил, что ничего не видел в эти мгновения, будто провалившись в темноту или скрывая, что было на самом деле, кто-то говорил, что видел какой-то город, поселение. Питер же мог видеть только родные тёмные глаза, смотрящие на него с беспокойством, болью и ещё чем-то, непонятным для него. Хотелось бы надеяться, что это не вина за его смерть, а что-то другое — более нежное и тёплое, но не волнение за карапуза. Ему прекрасно известно, что это просто глупые мечты. Только эти мечты и надежды помогли выжить, а не сойти с ума. А зачем, собственно, было выживать? Любимый человек мёртв, город разрушен, последние Мстители разбежались по миру и Вселенной, а он остался один. Нет, не один, ведь есть Мэй, Нед, Хэппи, в конце концов, но это всё не то. Ему не хватает его. Эгоистичного? Возможно. Гения? Безусловно. Филантропа и так далее по списку. Это всё известно публике, но почти никто не знает, что скрывается под железной бронёй и этой маской. Питер начал узнавать, но не хватило времени, чтобы сделать это до конца. Сказать, что он сожалеет об этом, ничего не сказать, ведь его кумир открывался ему с неизведанной стороны. Да, поначалу это было так, фанатское увлечение, заставляющее желать больше знать о мужчине, но потом… Потом всё стало другим. Прикосновения стали ощущаться по-другому, разговоры откровеннее, а улыбки желаннее. Через какое-то время пришло осознание своих чувств, от которых сносило голову, как потом от известия о свадьбе. Было довольно неприятно и больно от мысли, что Старк женится, но осознание того, что он будет счастлив, успокаивало и приносило легкую грусть на смену негативу. И пусть это будет Пеппер. Главное, чтобы Тони был счастлив. А его счастье найдётся потом. Когда-нибудь никогда…