THE ROAD

х х х Омаха, штат Небраска Если Айова — это про поля и пастбища, то Небраска… это просто про поля. Кукурузные, конечно же. Вы можете ехать час, два и даже три, и вид из окна будет все таким же. Высокие стебли золотой кукурузы, скрытой под зелеными лоскутами початков. И, собственно, это правда всё, что можно увидеть в этом штате. Омаха встречает их полуденным солнцем, все такими же «карликовыми» высотками, статным зданием мэрии и полупустым баком. Решено заняться делами насущными, забив на достопримечательности, кроме одной: самого знаменитого стейк-хауса. Но это на ужин, наверное. Ибо сейчас не уверен. Он стоит перед полкой в Publix*, изучая коробочки со всякими крупами. То, за чем его послали, явно прячется, либо этого тут нет вовсе. Ван Ибо берет пачку круглого риса и кидает в корзину. Он идет по ряду дальше, не особенно спеша, потому как Сяо Чжаню нужно пространство во время покупок. Ему спокойнее, если Ибо не буравит взглядом его спину, пока тот вчитывается в составы или зависает на добрых пять минут с двумя баночками чего-то, что по сути своей идентично, но для Чжаня — очень разное, и это проблема. Чтобы не раздражаться друг на друга, они часто разделялись. Ибо брал все необходимое из стандартного списка, а Чжань вот… Занимался изысками. Ибо, по привычке, заворачивает в ряд с продукцией для питомцев. Он перебирает всякие игрушки, выбирая в итоге пищащего на все лады Таноса (респект тому, кто решил внести продукцию Marvel в игрушки для собак). А потом его взгляд цепляется за корма. Корма для птиц. Радостный Ибо — это к беде. Чжань уяснил эту закономерность и с подозрением смотрел, как к нему приближается его будущий муж. Сяо Чжань уже успел подметить, что в корзине намного больше нужного, но вот пачка корма для волнистых попугаев сбивает его с толку. — Это что? — Ты просто вчитайся в состав! Бо-ди впихивает коробочку ему в руки. Чжань всё ещё смотрит на Ибо, но тот кивает пару раз, как придурочный китайский болванчик и Сяо Чжань сдается. Состав: содержит 92% семян чиа, фруктовые гранулы, овсянка. — Я не смог найти твою эту кашку, но зато смотри, твой хипстерский наборчик полностью есть тут. Я почитал, оказывается для попугаев очень важны семена чиа, как источник жирных кислот, чтобы перышки были пышными. Ибо уверен, что сорвал джекпот. Чжань поднимает на него тяжелый взгляд. Не то чтобы он правда был таким уж фанатом чиа. Дело было в другом. Совсем в другом. — Чжань-гэ, ну ты чего. Тут же все то же самое, снова запаришь это кипяточком и будет точно так же, я уверен. Давай хотя бы проверим? Я правда осмотрел все ряды с крупами, но даже следа твоих чиа… — Хорошо. Чжань считает вопрос закрытым и кидает несчастный корм в корзину. Настроение решает укатиться к отметке «лучше не говори со мной и не трогай меня минимум двадцать минут», и Ибо уже отучился дергать гэгэ, когда вокруг него назревают тучи. Но он правда не понимает, что он сделал? В его представлении, Чжань мог хотя бы посмеяться и отказаться от этой затеи, но случилось совсем наоборот. Он согласился, и в то же время был готов его прибить. Они идут по ряду бытовой химии, проходят дальше, к аптечному сектору. Обычно Чжань особенно не любил, когда Бо-ди сопровождает его здесь и вообще предпочитал ходить в этот отдел исключительно в гордом одиночестве. Ван Ибо этот заскок не принимал близко к сердцу, но сейчас вел себя очень тихо, чтобы не спугнуть. А потом они останавливаются у ряда с лубрикантами, попперсами, презервативами и другими радостями жизни. Все же, маркеты штатов никогда не перестанут удивлять Ибо. Чжань выбирает один тюбик лубриканта на водной основе и, да. Вчитывается в состав. — Семена чиа хорошо выводят токсины. И полезны для пищеварения. — М-м? Ну да. Я тоже иногда эту твою волшебную кашу ем. Ибо все еще далек от понимания происходящего, и интереса ради берет маленький бутылек ароматизатора. Вернее, Чжань рассказывал, что попперс — это на самом деле препарат довольно безопасный, но пользоваться им они не будут. Ибо знал, что он вроде как усиливает чувствительность, особенно в сексе. Но раз гэгэ сказал, что это им не нужно, то он и не копался в деталях. — И я ненавижу вкус чиа, но так уж вышло, что именно это лучше всего работает для меня. — Чжань. Мы можем не брать этот корм для попугаев. Что ты так взъелся-то? И зачем ты вообще ешь этот чиа, если тебе он так не нравится? Ибо поворачивается к нему в ожидании ответа и получает лубрикантом по лбу. — Потому что трахаться мне с тобой нравится. Поставь обратно попперс. Ван Ибо долго не может вкурить логическую цепочку между кашей и их сексом. Чжань смотрит, как Ибо зависает, все еще не поставив бутылек на место. Он понимает, что сам виноват, зачем-то так основательно ограждая Бо-ди от некоторых аспектов их сексуальной жизни. Почему? Он сам не знает. Не хотел портить романтический ореол их отношений, наверное. И ему, и Ибо была важна эстетика во многих вещах. В дизайне, в еде, во внешнем виде. И конечно же в сексе. Сяо Чжань боялся, как бы глупо это ни было, что определенные «низменные» вещи могут испортить, ну или, во всяком случае — подпортить, их этот «розовый» мир. Голубой. Корректнее было бы сказать голубой. О чем он думает вообще? — Ладно, забей. Сяо Чжань кидает тюбик лубриканта в корзину и сам катит ее дальше по ряду. Нужно было взять аспирин и пластыри, их аптечка в машине была далека от идеала. Ибо догоняет его в пару шагов. — Нет, объясни. Чжань начинает жалеть, что поднял эту тему. Но просто его это так тупо задело. Корм для попугаев. Вашу ж мать. — Ты сам можешь подумать. — Но я не понимаю! — Тогда погугли. — Корм для попугаев? — О, всё. Закрыли тему. Диета на кашках вроде чиа порой делала из Сяо Чжаня не меньшего придурка. Надо выдохнуть и взять на кассе побольше шоколадных батончиков. Порно, и зачастую — литература определенного толка, часто опускает множество нюансов относительно того, как происходит секс между двумя мужчинами. То же самое справедливо и для гетеросексуального опыта, и для лесбийского. В общем, люди любят врать, приукрашать и соблазнять сексом. И в этом нет ничего осудительного, потому как понятно — мало кто захочет вчитываться во всякие детали в стиле Паланика или Уэлша, продираясь сквозь дебри подготовки задницы к соитию на пару страниц. Но это также порождает завышенные ожидания, что приводит к разочарованию и комплексам. Да, секс между мужчинами — это далеко не только коленно-локтевая, где кто-то пристраивается между ягодиц, а кто-то задушенно стонет в подушку. Сексом можно считать все, что доставляет удовольствие, а как итог — доводит до эякуляции. Но «основное блюдо» все еще остается самым желанным. Особенно для Ибо. В тот период, когда они отдыхали в домике бабушки Бингвена, Сяо Чжань вообще подумывал не есть, чтобы не заморачиваться — Ибо хотел его постоянно, а отказать он не мог никогда, ведь хотел не меньше. Тем более, что их встречи, когда они могли позволить себе всё, были редкими. С тех пор многое изменилось, но завестись с пол-оборота все еще остается фишкой Бо-ди. И вот как раз «основного блюда» у них уже давно не было. Чжаню этого хотелось, но, знаете. Это ведь целое дело. Подвиг, можно сказать. И сейчас, «предвкушая», как он специально ссорится с Ибо, либо под каким-то еще дурацким предлогом выдворяет его на пару часов из номера, Чжань поймал себя на таком раздражении, что это и вылилось в претензии по поводу дурацкого корма для попугаев. И ведь кто виноват? Он сам. Озарение снисходит на Ибо на кассе и он так громко протягивает «а-а», что заставляет обернуться на себя людей у соседнего аппарата самообслуживания. Чжань выразительно смотрит на него, и в этот раз Бо-ди получает по своей башке пачкой skittles. «Попробуй радугу», как говорится. Skittles — плохая идея для вашего желудка, да и тела в целом. Сахар, трансжиры, искусственные и не очень ароматизаторы, лимонная кислота. Ибо берет три штучки и закидывает себе в рот, пока Чжань копается в их сумке. Они сняли хороший номер, но не люкс, решили уже перестать «бросать понты», когда остаются-то максимум на одну ночь. — То есть, тогда… Когда мы поссорились на День Благодарения, а потом я вернулся и… — Ты правда был еще тем кретином, но да. Ибо не очень помнит, что было причиной его кретинизма, но зато отлично может вспомнить, как заставил Чжаня упираться ладонями в их огромное окно спальни. У него бывают моменты, когда он понимает, что явно переходит грань, но желание настолько поглощает его, что он делает довольно рискованные вещи, утягивая в это и Сяо Чжаня. Позже он всегда извиняется, но правда в том, что Чжань разделяет его «темные порывы». И теперь Ибо правда осознает, что доступ к заднице он получает только после ссор, либо по возвращению из разъездов. — Может… Мы придумаем какое-нибудь кодовое слово? Ты говоришь его, и я ухожу на часик. Чтобы потом вернуться. Ван Ибо играет бровями, и лениво уворачивается от летящей в него толстовки. Чжань отбирал вещи, которые нужно сдать в стирку отеля. — Например, «ты меня так бесишь, что я хочу, чтобы ты меня трахнул, но мне нужно поторчать в душе минут сорок, а потом еще поиграться с пробкой, так что вали на хрен»? Ибо чуть было не давится и садится в постели, усиленно дожевывая фруктовые конфетки в своем рту. — Это все равно звучит горячо. — Потому что я не сказал слово «клизма». Бо-ди посмеивается, хоть Чжань и награждает его не очень довольным взглядом. Закончив с вещами, он подбирается ближе к Ибо, чтобы забрать у него пачку skittles. — Тебе уже хватит. Он вытягивается рядом и закидывает в рот сразу штук пять. Ибо устраивается поудобнее, укладываясь на бок, и смотрит. Чжань косится на него, но в итоге тянется к тумбе, чтобы взять телефон. Надо написать Грейс и узнать, как там их Симба. — М-м. Что ты смотришь? Тебе правда хватит. — Я бы хотел понаблюдать. — За клизмой? — М-м, нет. За последним. Это… все равно грязно. Но почему-то жарко и волнующе. Чжань молчит, набирая сообщение, а затем кладет телефон обратно. Еще несколько конфет исчезают в его рту, а Ибо подбирается ближе, в итоге укладываясь на его живот головой, вытягиваясь поперек кровати. — Я хотел бы даже помочь? Странно, что мы не уделяли этому время раньше. Может, я даже захочу попробовать… как это. Но в начале я хочу посмотреть. Я когда-то находил эти твои игрушки. Еще тогда об этом подумал, но не знал, как поднять тему. Мы почему-то не так уж часто обсуждаем тему секса. — Наверное, потому что обычно мы им занимаемся. Но да, это… не совсем правильно. Можно попробовать. — Сегодня? Чжань вскидывает бровь и берет одну конфетку. Она красная, а Ибо больше всего любит красные и желтые, так что открывает рот и получает дополнительное драже. — Я не хочу заниматься этим в Омахе. — По-моему тут только этим и можно заниматься. Сяо Чжань посмеивается и качает головой. Позже, когда Ибо провоцирует его слишком сладкими поцелуями, он обещает ему, что они смогут заняться этим в Сан-Франциско. Осталось только доехать. В стейк-хаус они так и не добираются.