THE ROAD

х х х Денвер, штат Колорадо Lakeside Amusement Park Этих двоих удивить парком аттракционов невозможно. Конечно, на очереди все еще была мечта посетить тематический парк Поттера во Флориде, но что касается обычных таких себе парков… Ну, Чжань бывал в Диснейленде в Гонконге, Долине Счастья в Чэнду и в парке динозавров в Чанчжоу. Что касается Ибо — Гуанчжоу Чанлун навсегда в его сердце, хоть он почему-то и не любит рассказывать подробности. От кого-то Чжань слышал, что Ибо не очень хорошо перенес известные на весь мир американские горки Чимэлун Парадайз. В общем, они были довольно искушенными посетителями, но самое главное — они никогда не были в подобном парке вместе. Сяо Чжань, поджав губы, наблюдал, как Ибо обыгрывает несчастного восьмилетку в тире. Ребенок был на грани нервного срыва, его щеки покраснели, а взгляд выражал ненависть ко всему китайскому народу. Что касается Ибо — он только перезарядил игрушечный автомат и снова прицелился. Чжань думает о философии принятия поражения, пока Бо-ди выдает очередную автоматную очередь по воздушным шарикам. Когда он заканчивает с довольной улыбкой, ему вручают главный приз — скейтборд. Тут, как бы, звезды сошлись — Ибо не мог не повоевать за скейт. Первое, что он говорит, когда они наконец-то отходят от тира, так это: — Просто самый хреновый скейтборд на свете. Ты посмотри только. Ибо крутит его в руках, чуть ли не принюхивается, и Сяо Чжаню приходится закусить щеку изнутри, чтобы сохранить свои комментарии. Они лавируют между многочисленными детьми, за которыми не поспевают взрослые. В воздухе пахнет сахарной ватой, жареными орехами и чем-то машинным, видимо, от многочисленных аттракционов. Они уже побывали на трех, но пока их ничего особо не впечатлило. Но обоих не покидало ощущение, что виды парка что-то напоминают. Догадка приходит откуда не ждали. Сяо Чжань берет сахарную вату, поудобнее перехватывая рюкзак, куда они только запихнули несчастную доску (все равно ее половина торчала), и откусывает от этого облака. Он смотрит на карусель. Типичная такая карусель, лошадки и куча детей. Ветер доносит характерный запах воды с озера и он вскидывает голову, наблюдая полет вороны. Она садится на ветвь дерева и издает едва слышное, на фоне шума парка, карканье. И тут Сяо Чжань вспоминает, дергая Ибо за рукав, пока тот ждёт их кофе, наблюдая за баристой в киоске. — Сайлент Хилл. — Что? — Мы в парке, в котором снимали Сайлент Хилл. Не уверен насчет фильма, но в игрушке точно. Ибо замирает со стаканчиками в руках. — Скажи мне, что ты ошибся. Сяо Чжань выдает смешок, но затем кивает со всей серьезностью. — Бо-ди, мне показалось, я ошибся. — Вот и хорошо. Ибо вручает ему кофе и мстительно отгрызает часть сахарной ваты, которую ему нельзя, ведь он уже дважды превысил количество сахара за день, а его гастрит может еще припомнить былые времена. Чжань цокает языком, так еще и получает короткий укус — Ибо прихватывает кожу у изгиба шеи, и только после этого запивает приторную сладость своим американо. — Ауч. Ну ты просто звэ-э-эрь. Пойдем к озеру? Это самое красивое, что тут есть. — Самое красивое, что тут есть, это ты. — У-у-у. Это слишком прямо и так же сладко, как и эта вата, но, возможно, ты выиграл поцелуй. Не думал открыть свои курсы пикапа? — Мой пикап только для тебя, детка. Сяо Чжань смеется, при этом выдавая «фу-у». Ибо забирает у него рюкзак, и они отходят все дальше от шума парка, туда, где водная гладь отражает тысячи огней аттракционов. Сяо Чжань не хочет портить этот момент. Они сидят на скамейке, всего три шага — и начинается кромка озера. От сахарной ваты осталась одна палочка, Ибо вертит ее в руках, уложив голову на плечо Чжаня. Тот вытянул ноги и глубоко вдохнул свежий воздух. Они молчат уже довольно долго, но когда это их напрягало? Это первое, что он заметил еще в самом начале, когда они стали общаться все чаще, как бы иронично ни звучало. Они могли спокойно молчать друг с другом, и никакого чувства неуютности не возникало. Умение дарить другому необходимое одиночество, даже присутствуя рядом — это высшее проявление любви, во всяком случае, Чжань очень ценит это в их отношениях. Но всегда были, есть и будут моменты, над которыми им нужно работать. Как например, постоянная перестраховка Ибо. Если бы Чжань знал его чуть хуже, он бы мог даже найти причину для обиды, но он считал, что обида вообще вещь субъективная. Прийти к этому выводу он смог только благодаря своему жизненному опыту, но вывод не равен практике. Его это немного задевало. Совсем чуть-чуть. — Пора поговорить… о слоне в комнате*. Ибо продолжает крутить палочку, вопросительно мыча. — Через полгода у тебя начинается тур. Рассчитанный на десять месяцев. Сяо Чжань слышит этот длинный выдох и Бо-ди отлепляется от его плеча. Палочка все еще в его руках, но он уже ею не вертит. — Ты сначала делаешь мне предложение. Потом правда делаешь предложение. И, видимо, ты хочешь, чтобы мы провернули то, что нельзя называть, до твоего отъезда. А потом еще и устраиваешь нам свой собственный мини-тур по штатам. — М-м. Ты сам говорил про бабушку… — Не приплетай сейчас ба. Я понимаю… логику твоих действий. Мы впервые расстанемся на такой огромный срок. Это испытание, но скорее для близких нам людей. Лично я уже слышу, как Ченг или Шерон завывают, потому что я достану их своим нытьем о тебе. Для тебя тур точно промелькнет быстро, Ибо. Практически каждый день этих десяти месяцев расписан, нагрузка бешеная. Но это не значит, что я не смогу поймать тебя где-нибудь, хотя бы пару раз. В том же Денвере. И на праздники. И я ценю, что ты подобрал даты так, чтобы с октября уже быть дома, не думай, что я не заметил. Хоть твои правы, ведь это не самые типичные даты для тура такого масштаба. Обычно начинают как раз с конца апреля. — Ты не должен провести свой день рождения без меня. Чжань тепло улыбается и берет Ибо за руку, поглаживая по пальцам, а затем и переплетая их. — У меня тоже есть чем заняться. Стартуют съемки, сам знаешь. Просто… Почему ты до сих пор так делаешь? В чем ты так не уверен, что принимаешь такие решения? Я достаточно люблю тебя, а ещё и себя, чтобы понимать, что сомневаешься ты вовсе не во мне. Так в чём дело? — Десять месяцев — это все равно считай год. — И что? — Я не знаю, ладно? Мне страшно, вот и всё. За это время может случиться что угодно. — Ты думаешь, я к тебе охладею или ты думаешь, что это ты… — Что? Нет, какого хрена? Нет, конечно нет. В нас я уверен на все сто процентов. — Тогда что? Ты словно не в тур, а на войну собрался, честное слово. Ибо криво улыбается на такое заявление и коротко целует пальцы Чжаня, аккурат возле кольца. — Мне просто показалось это правильным. Потом это переросло в какое-то дурное предчувствие… Чуть ли, если я этого не сделаю, все разрушится. Не знаю. Меня не будет рядом, с тобой что-то случится… Как… — Как тогда, я понял. Фатальная ошибка со снотворным преследовала Ибо куда сильнее, чем самого Сяо Чжаня. Они попытались поговорить об этом, всего один раз. Разговор был довольно кратким. Ибо спросил у него, правда ли это было абсолютно точной случайностью. Сяо Чжань ответил «да». Ибо кивнул и ушел варить им кофе. Как бы выразилась Дебора — «они основательно проработали эмоциональную проблему». Сарказм, конечно же. На самом деле у них было немало скелетов в шкафу, которые они оберегали, протирали от пыли, но все никак не стремились выбросить или хотя бы закопать совместно. — Ты знаешь, что я не буду убеждать тебя и обещать, что со мной ничего не произойдет. Равно как и с тобой. Потому что это жизнь, да? И потому что после таких фраз в фильмах обычно следует что-то паршивое. Ибо коротко смеется и выдыхает уже более свободно, продолжая сжимать пальцы Чжаня в своих. Тот умолкает ненадолго, поглаживая ладонь Бо-ди с тыльной стороны. — Мы поженимся до твоего отъезда в тур. Потому что так нам будет спокойнее, хорошо, я согласен. Единственное, что мы правда можем друг другу пообещать, так это просто держать в курсе. Каждый раз, когда тебе захочется сказать, что ты скучаешь по мне — говори, даже если это будет сказано двадцать раз подряд. Каждый раз, когда ты почувствуешь, что хочешь сказать мне «люблю тебя» — говори тоже. Этот раз отличается от всех других разлук, что у нас бывали. Потому что ты можешь теперь хоть со сцены говорить об этом. Так же, как и я. Ты уже согласовал сет-лист песен, м? И я же приглашен на генеральную репетицию всего шоу, правда? Ибо утягивает его в объятия, целуя в макушку несколько раз подряд. — Конечно. Для тебя на каждом моем шоу есть vip место… — Нет-нет, не продолжай… -… в моем сердечке. — Фу-у, Ибо! Когда они наконец-то покидают парк, уже совсем темно. У самого выхода они натыкаются на того мальчишку, которого Ибо «обстрелял» в тире. Ван Ибо достает скейт из рюкзака и предлагает ему, но ребенок сурово отвечает, что ему «не нужны взрослые подачки». Ибо выдерживает такой отпор с достоинством, запихивая скейт обратно. — Ну, я пытался быть хорошим человеком, ты видел. Сяо Чжань обнимает его за руку и тянет на выход. — Я оценил, Бо-ди. — Дерьмовый скейт. — Небо, если он правда такой дерьмовый, зачем ты вообще его выиграл? — Это был благородный жест, я спас кого-то, кто бы выиграл его вместо меня, от разочарования. Сяо Чжань закатывает глаза и садится на скутер, который они арендовали, чтобы прокатиться по Денверу и посмотреть все, что только можно успеть за неполный день. Им осталось только поужинать где-то, желательно чем-то легким и здоровым, что довольно затруднительно — слишком много соблазнов. С каждым днем они убеждались, что быть в форме, живя при этом в штатах — это огромный труд, и не столь физический, сколько психологический. В Нью-Йорке, который кипит как котел в аду, у тебя хоть и нет времени готовить, зато всегда за углом поджидает какой-нибудь ресторанчик с модным healthy течением. И хоть Чжань упорно старается готовить дома почаще, это здорово помогает. Но если говорить про штаты в целом, картинка совсем другая. Они часто берут по одной порции, просто потому что это нереально съесть так, чтобы не страдать потом от переедания. Наверняка посетители рядом думают о китайском скупердяйстве, но Чжань откупается от таких мысленных нападок щедрыми чаевыми. Сяо Чжань надевает шлем и гуглит веганские ресторанчики поблизости, пока Ибо проверяет «эту пародию на средство передвижения». — Нашел? — М-м… Вот послушай отзыв: «…ростки были приготовлены идеально, со сложным вкусом и текстурой, благодаря лесному ореху, маринованному перцу Фресно и глазури соевого чили». Интригует? — М-м. Нет. Если бы я весь был членом, я бы упал. Чжань громко фыркает и смеется, листая дальше. Ибо устраивается вплотную, встав между его ног, и чуть ли не виснет на нем от усталости. — Там есть что-то про «сочная курочка в кисло-сладком соусе»? — С нас хватит мяса в ближайшее время, я серьезно. — М-м… — «Превосходный салат из капусты и яблок с лососем, чеддером, медовым орехом пекан и идеальной заправкой.» Как тебе? — Лосось. Ну что ж, лосось так лосось. Выезжаем.