Kings of sin

Неспокойный Сеул продолжает жить, заманивая в бесконечный круговорот рутины, солнце стоит высоко в небе, по бесконечным шоссе разъезжают иномарки разных классов, толпы зевак разбредаются по своим делам. Казалось бы, этот жизненный смерч затягивает всех без исключения, подчиняя привычным правилам и обычаям, однако всегда находятся те, кто следуют против правил. Ким Тэхен, сын одного из крупнейших бизнесменов Сеула, величественный омега, сводящий альф с ума одним лишь взглядом, вальяжно развалился на мягком белом диване, закинув ногу на ногу. Изящные длинные пальцы обхватывают ножку хрустального бокала, наполненного дорогим французским вином, и подносят к персиковым губам, в голубых волосах играют лучи полуденного солнца, а скучаюший взгляд, прорывающийся из-под пушистых ресниц, пробегается по суетящейся прислуге. И все продолжало бы идти в своём размеренном темпе, если бы не надоедливая мелодия смартфона, лежащего чуть поодаль. Омега встает, и взяв телефон, направляется к окну, принимая звонок. — Привет, детка, — бархатистый голос льется из динамиков, не вызвав никакой реакции Кима. — Даже спрашивать не буду, откуда у тебя мой номер, — Тэхен не видит, но уверен, что сейчас на губах альфы играет самодовольная ухмылка. — Для чего удостоил меня такой чести? Неужели соскучился? — омега улыбается, делая очередной глоток терпкого напитка, слушая хриплый смех Чонгука. — Малыш, ты не представляешь, насколько сильно я соскучился по тебе, особенно по твоим прекрасным стонам, но, к сожалению, я звоню не для этого, — а вот это интересно. Что же могло понадобиться этому озабоченному животному, если не секс? — Надо решить несколько вопросов по поводу наших компаний, если мистер Ким хочет сохранить мирные отношения, — последняя фраза звучит ядовито, будто со скрытой угрозой, но Тэ не обращает на это своего внимания, продолжая неспешно смаковать сладкий привкус на губах. — Не хочешь встретиться вечером, посидеть в каком-нибудь элитном ресторане и все обсудить? — Дела компании меня не интересуют. Если тебе что-то надо, звони моему отцу, а не мне, это во-первых, — голос из скучающего сменился строгим, стальным, разговоры, касающиеся отца омеги или его проклятой компании, явно не являлись любимыми темами, но это случилось лишь на мгновенье, тон сразу же приобретает тот привычный, издевательский, с нотками презрения оттенок. — Во-вторых, сомневаюсь, что ты сможешь меня отвести куда-то, где я еще не был, — пустой бокал приземляется на стеклянный стол, Тэхен довольно хмыкает, представляя раздраженное лицо Чона. — Всего самого ужасного, — тихо рассмеявшись в трубку, парень сбрасывает звонок, не дожидаясь ответа, и отбрасывает телефон, искренне надеясь, что не услышит сегодня ни одного лишнего голоса. Окинув аккуратно убранную гостиную взглядом, Ким берет бокал и бутылку красного и, поднявшись на второй этаж, распахивает двери балкона. Удобно устраивается на стуле и, потягивая вино, наслаждается теплом солнца, ласкающим медовую кожу, и шумихой, что творится внизу.

* * *

— Вот же сучка, — Чонгук сидит на дорогом кожаном кресле, окружённый кучей бумаг и документов. Совещание должно скоро начаться, осталось только дождаться Намджуна, который, на удивление, задерживается. — Знаешь, не будь ты таким самоуверенным, может он бы и оттаял, — из дальнего конца кабинета доносится немного хриплый голос Хосока. Оба сейчас разбирают разные документы, правда Чонгук скорее просто перекладывает их из стопки в стопку, имитируя работу. — Блять, дядя, да ты не лучше, — Чонгук разворачивается лицом к работающему Хосоку и смотрит с раздражением. — Но заметь, у меня проблем с омегами нет, — Хосок немного ухмыляется, мельком поглядывая на племянника, у которого скоро пар из ушей повалит. Ничего, ему полезно. — Ну, если спать только со шлюхами, то ни у кого проблем не будет, — теперь Гук хитро улыбается, прожигая глазами профиль Хосока. Он давно заметил, что старший Чон может просто сорваться посреди рабочего дня и уехать на другой конец города, никак это не аргументируя. И Чонгук был бы не Чонгук, если бы не выяснил, куда его дядя наведывается. И какого было его удивление, когда по указанному адресу он обнаружил бордель. Нет, в борделе нет ничего удивительного, все они люди, а искать омег для постоянных отношений не хочется. Альфу удивило, почему именно это место. — Попробуй, и мы убедимся, что ты особенный. Ты и со шлюхами кучу проблем найдёшь, — старший Чон окончательно отрывается от бумаг, готовясь к долгим перепалкам, однако... — Добрый день, я немного задержался, — в кабинет внезапно входит запыхавшийся Намджун и сразу останавливается в дверях, переводя взгляд то на Чонгука с красным от злости лицом, то на Хосока с улыбкой от уха до уха. — Я что-то пропустил? — Ничего такого, просто Гук-и опять лоханулся, — Хосок самодовольно улыбается, переводя взгляд на вошедшего Джуна. — При всем моем уважении, дядя, я сейчас в вас плюну, — с этими словами, Гук собирается вставать со своего удобного кресла, однако Намджун его останавливает, предчувствуя жестокое кровопролитие. — Если ты это сделаешь, то поверь, из этой комнаты живым не выйдешь, — Ким садится напротив Чонгука и откидывается на спинку приятно скрипящего кресла, вновь переводя взгляд на Хосока. — Галерка, иди сюда, нам много чего нужно обсудить. — Кто-то слишком серьёзный, — старший Чон встаёт с кресла и направляется к своим собеседникам. — А ты чего задержался-то? — К сожалению, на дороге даже я не всемогущий, — с некоторой грустью в глазах отвечает Намджун, устало прикрывая глаза. Пробки изрядно выматывают. — Иными словами ты застрял в пробке? — переспрашивает Чонгук. — Иными словами — да, — Джун поудобнее усаживается в своём кресле, готовясь к долгой речи. — Так, мы что-то отвлеклись. На повестке дня у нас много серьёзных тем для обсуждения. — Я выскажусь первым, если все согласны, — Хосок выглядит очень озадаченным или даже скорее обеспокоенным. Он никогда не имел ничего против совещаний, однако всегда предпочитал словам действия. В этот раз он предпочтёт побыстрее отстреляться. — Я обговорил, точнее попытался обговорить все с Феликсом. Если коротко, то он все отрицает и по его словам... Сам ничего не знает. — И ты ему веришь? — Джун с интересом заглядывает в глаза Хосока, пытаясь без слов понять ответ, но там как всегда ничего прочесть не удается. Никогда не удавалось. — Я не знаю. Однако прошу вас не делать ничего раньше времени, — старший Чон оглядывает своих собеседников, пытаясь мимолетно заглянуть каждому в глаза. — Если мы поторопимся с выводами, то можем потерять очень важного сотрудника. «И самого лучшего друга», — добавляет альфа в голове. – Ладно, примерно такого исхода я и ожидал. Именно поэтому, я сегодня же поеду и проверю все камеры видеонаблюдения, — Намджун говорит абсолютно серьезно. Он понимает, что все это приобретает слишком серьёзные обороты, и сильно медлить нельзя. — Хорошо, а теперь дайте и мне похвастаться, — Чонгук с самодовольным лицом приподнимается в кресле. — Это, конечно, не совсем касается нашего происшествия, однако тоже кое-что. Вы же помните старину Ким Джихана? – Только, блять, не говори, что эта заноза опять нам мешает, — старший Чон кладёт руку на голову, явно готовясь к худшему. Джихан когда-то уже потрепал им нервы, а повторять пройденное никому не хочется. — Все гораздо лучше, господа. Я поймал в одном из ночных клубов нашу золотую рыбку, — Чонгук ухмыляется, понимая что его новость затмит все, что прозвучат сегодня на совещании. — Золотую рыбку в лице Ким Тэхена.

* * *

Время за полночь, а значит свои двери открывает всеми любимый клуб «Эдем» — царство похоти и разврата, если быть точнее. Это лучшее место, чтобы забыться или же найти себя. Алкоголь, наркотики, секс — все это свойственно для такого места. Здесь никто не осудит, никто косо не посмотрит, все отдаются без остатка, находясь под диким кайфом. Клуб, точно единый организм, пульсирует в такт грохочущей из огромных колонок музыке. Вскинутые руки, раскачивающиеся в диком ритме бедра, широко распахнутые глаза, пустые, бессмысленные взгляды — алкоголь, а по большей части наркотики затуманивают разум людей, превращая их в безвольную толпу. Воздух спертый и вязкий, брендовая одежда липнет к взмокшим телам, красиво очерчивая плавные изгибы омег и рельефные тела альф. За одним из многочисленных столиков под блаженной эйфорией, расслабленно откинувшись на кресло, оббитое дорогой кожей, восседает Ким Тэхен — один из богатеньких омег, типичный представитель золотой молодёжи, прозябающий в этом райском и в то же время адском месте. На столике, заставленном различными алкогольными коктейлями, словно снег, рассыпаны аккуратные белые дорожки. Тэхен не наркоман или торчок, вовсе нет, лишь иногда балуется, чтобы отпустить все, терзающие и без того больную душу, проблемы и поймать тот неповторимый, накрывающий с головой кайф. Это лёгкие наркотики, не вызывающие зависимости, только приносящие удовольствие. В его возрасте грех ими не побаловаться. Ким не замечает ни завистливых взглядов омег, ни крутящихся возле него альф с их плотоядными, пронизанными похотью взглядами. Длинные пальцы сжимают бокал с янтарной жидкостью, мёдом оседающей на влажных припухших губах, густые черные ресницы слегка подрагивают, а затуманенный взгляд скользит по пьяным телам, желая наконец найти достойное развлечение на ночь. А может, и не одно... Спустя еще три или четыре дурманящих коктейля и пару неудачных попыток соблазнения Т̶э̶х̶е̶н̶ ̶н̶е̶ ̶в̶и̶н̶о̶в̶а̶т̶,̶ ̶ч̶т̶о̶ ̶т̶е̶ ̶а̶л̶ь̶ф̶ы̶ ̶п̶р̶и̶ш̶л̶и̶ ̶с̶ю̶д̶а̶ ̶с̶ ̶о̶м̶е̶г̶а̶м̶и̶ ̶, еле стоящий на ногах Тэхен решает все-таки отправиться обратно в свою роскошную обитель и скоротать эту ночь в гордом одиночестве. Не будет же он бегать за первым попавшимся. Оставив кругленькую сумму, омега выходит на улицу и наполняет лёгкие отрезвляющим свежим воздухом. Он мажет по любимой Бугатти небесно-синего цвета, стоящей неподалёку, нежным взглядом и сразу отводит глаза. Ехать на пьяную голову хорошей идеей не кажется, поэтому лучше вызвать такси, а свою малышку он прикажет пригнать, когда проспится. Список контактов забит номерами многочисленных бывших и парней на один раз. От многообразия имен голова идет кругом. Где вообще он нашел столько альф?! Так, ладно. Сейчас самое главное найти номер такси и никуда случайно не нажать. Палец касается кнопки вызова, и из динамиков слышится низкий мужской голос. — Да? — Доброй ночи, — будучи пьяным, говорить куда сложнее, нежели трезвым, хотя наверно этот таксист и не удивлён — ночью только в таком состоянии и звонят, чтобы заказать машину. — Я хотел бы вызвать такси, — Тэхен громко икает, сразу же заливисто смеясь. Оказывается, контролировать себя в таком состоянии гораздо труднее. Нет, Ким и раньше мог напиться, просто, из клуба его обычно выносили на руках, а рот был занят далеко не разговорами по телефону... Говорить с чужим языком во рту вообще немного сложно... — Тэхен? Это ты? — на задворках пьяного сознания потихоньку всплывает этот знакомый голос, только Тэхен никак не может вспомнить, кому он принадлежит. — Ты где? — Чонгук? Видимо, я все-таки нажал не туда, — алкоголь алкоголем, но сука внутри Тэхена никогда не дремлет и жаждет вырваться наружу, а в отношении этого альфы и подавно. — Я сброшу, если ты позволишь. — Стой, подожди, — голос тихий, слышны шаги и хлопок двери автомобиля. Парковка? — Назови адрес, я тебя заберу. — Ты же говорил, что мы истинные, — на губах расползается довольная ухмылка, все внутри Тэхена ликует. — Найди меня, если сможешь. Через полчаса, я найду способ уехать из этого места самостоятельно. Время пошло, Крольчонок, — и не дожидаясь ответа, Ким сбрасывает звонок и кидает смартфон последней модели в карман голубых джинсов.

* * *

Черный БМВ рассекает воздух, пулей проносясь по длинному шоссе. Неоновый свет фар пронизывает ночную тьму, освещая улицу. Пальцы до хруста обхватывают кожаный руль, нога настойчиво давит на педаль газа, разгоняя машину до приличных 150 км/ч, а внимательный взгляд устремлен на дорогу. — Захотел поиграть, Ким Тэхен? Не на того напал, — дьявольская улыбка скользит по губам, а в глазах загорается опасный огонёк. Глупый омега не знает, с кем связался. Чонгук не собирался его искать — не хватало, чтобы им начал манипулировать слабый пол. С кучей своих людей в любом предприятии и огромным количеством связей, пробить местоположение одного телефонного номера не составило труда. И сейчас у Гука есть адрес, а вскоре будет и весь омега. Автомобиль плавно заезжает на парковку клуба спустя всего пятнадцать минут после звонка. Его взору открывается довольно интересная картина: Тэхен, собственной персоной, стоит возле ярко-синей машины, без былого блеска в глазах, скорее с испугом, а вокруг него крутится далеко не трезвый альфа, наглым образов хватая омегу за задницу, и пытается поцеловать. — Ммм, а котик с коготками, мне это нравится, — мужчина с трудом шевелит языком, от него несёт алкоголем и табаком, вызывая сильную тошноту у привыкшего к изысканным запахам омеги. К огромному сожалению, сумочкой Тэ сегодня пренебрег, решив взять только портмоне и телефон, а так любимый им небольшой стилет, подаренный Чимином, остался в той самой сумочке. Как не крути, но беззащитнее омеги сейчас никого нет, и это мало радует. Руки альфы ныряют под белую футболку, пачкая отвратительными касаниями грубых ладоней нежную кожу. — Ну же, малыш, не сопротивляйся, тебе понравится, — и снова пьяная улыбка, которая, скорее всего, Киму начнёт в кошмарах сниться. Чон недолго наблюдает происходящее скорее из интереса. Просто любопытно посмотреть на дальнейшие действия омеги, альфа хочет понять, только ли с ним так себя ведет Тэхен, но видит беззащитного парня, над которым сейчас нависает серьёзная угроза в виде крупного пьяного мужчины. Этот человек сейчас трогает то, что принадлежит Чонгуку, трогает его омегу. Когда ситуация начинает выходить из-под контроля, Гук стремительно выходит из автомобиля, предварительно сунув за пояс любимый глок, который всегда без исключения находится рядом с ним. — Откати яйца обратно, пока я тебе их не оторвал, малыш, — Чонгук будто ядом плюётся, произнося каждое слово с невероятным отвращением и брезгливостью. Господи, омега еще никогда не был так счастлив увидеть этого настырного альфу. — Ты еще кто такой? — бухая в хлам туша переводит свое внимание на бесстрастное лицо Чона, с каждой секундой раздражающее его все больше. — Он мой. Найди себе другую суку. — Приятель, ты похоже меня не понял, — одним резким движением Гук разворачивает альфу на себя, ударяя кулаком точно в челюсть, если Тэхен не ошибся, то он даже слышал хруст. Тело мёртвым грузом валится на асфальт. Парковка, конечно, не лучшее место для сна, но этот мудак заслуживает здесь полежать. — Выпендриться решил? — хмыкает омега, возвращая былую маску, и устремляет удивлённый взгляд на альфу. — Я бы и сам справился. Тебя никто не просил вмешиваться. — Детка, хватило бы и простого «спасибо», а как ты справлялся, я видел, — потирая ушибленную руку, Чон переключает внимание на Тэхена. — Если бы не я, тебя на этой машинке и разложили бы. Ну? Что нужно сказать, когда хочешь поблагодарить за спасение от пьяного изнасилования? — Чонгук немного наклоняется, засунув руки в карманы, и говорит с омегой, точно как с пятилетним ребёнком. — Заткнись и отвези меня домой, — фыркнув, омега направляется к чёрной машине и открывает дверь с пассажирской стороны, садясь внутрь. — Ты идешь или нет? — слышится из приоткрытого окна. Наглости Киму не занимать. Ничего страшного — до этого ждал и еще подождёт, а Чонгук пока покурит да городом полюбуется. Не плясать же под дудку избалованной истерички. Чон занимает свое водительское место спустя минут десять и застает в кресле голубоволосый, тихо сопящий комочек. Альфа глаз от этого совершенства оторвать не может. До безумия хочется поцеловать эту маленькую родинку на носике, сладкие губы, чуть пухлые щеки, всего омегу расцеловать хочется. Очертив костяшками пальцев скулу и подбородок Кима, альфа включает печку, прикрывает окна и выезжает с парковки. Сучка сучкой, но заботиться о нем хочется постоянно. И откуда вообще в альфе взялась вся эта ванильная чепуха? По дороге Гук продолжает бросать короткие взгляды на спящее тело, довольствуясь умиротворением на омежьем лице. Боже, этот омега так похож на ребенка, когда молчит, не показывает своего стервозного характера и не выпускает колючки. Вскоре Чонгук заезжает в элитный район, паркует машину, выходит и, аккуратно открыв дверь с пассажирской стороны, подхватывает омегу на руки. Тэхен ощущается, как пушинка. Уже полюбившийся аромат морского бриза бьёт в нос — хочется вечность его вдыхать. Омега смешно причмокивает губами во сне, вызывая нежную улыбку альфы. Все же хочет Ким или нет, но Чонгук сделает его своим, сломает, если потребуется. Поднявшись на лифте, Чонгук открывает дверь и вносит парня в квартиру. Аккуратно уложив его в спальне, он снимает с голубоволосого кроссовки, стягивает голубые, рваные на коленях джинсы, снимает белую футболку и лёгкую блестящую куртку, оставляя омегу нагим. Раздевается сам и укладывается рядом, накрывая одеялом себя и спящего Тэхена. Все же это его кровать, поэтому он надеется, что у Кима утром вопросов не возникнет. Альфа склоняется над парнем и одной рукой зарывается в лазурный океан, а пальцами другой оглаживает висок, скулу, подбородок и спускается к губам, оттягивая нижнюю. Безумно хочется поцеловать, но чем дольше Чон будет ждать этого поцелуя, тем слаще он получится в итоге. Поэтому он только шепчет, обжигая горячим дыханием: — Ким Тэхен, ты даже не догадываешься, в чьи руки попал, не представляешь, насколько полезным ты будешь, когда я попытаюсь заполучить компанию твоего отца, и знай, я ее заполучу, а тебе предоставлю роль моей сучки. Как тебе такое? Будешь мне прислуживать, когда уважаемый господин Ким будет загибаться в нищете. Спи крепко, пока можешь. Сладких снов, — все же поцеловав маленькую родинку на кончике носа, Гук укладывается рядом и, любуясь ангельским лицом, прикрывает глаза, проваливаясь в глубокий сон.

* * *

Темные переулки Сеула таят в себе множество тайн, причём зачастую они не совсем легальные. Всем в этом городе есть, что скрывать, Ким Намджун — не исключение. Однако сейчас ему придётся распутывать чужие интриги. Светловолосый альфа идёт по темному коридору, освещённому от силы тремя лампами. Он то ныряет во тьму, то выныривает из неё, замедляясь, когда проходит рядом с источником света. Спустя еще какое-то время мужчина наконец выходит из этого темного лабиринта прямо на место погрузки. Перед ним открывается огромный склад, наполненный старыми коробками и ещё не отправленными грузами. Он спускается по винтовой лестнице вниз, прямиком к старому товарищу. — Здравствуй, Чан, — альфы обмениваются строгими рукопожатиями, непрерывно смотря друг другу в глаза. — Я не сильно припозднился? — Джун, ты как всегда вовремя, — мужчина разрывает рукопожатие и указывает рукой по направлению к дальней двери в углу. — Пойдём, я уже все приготовил. Не будем задерживаться. Через несколько секунд они оказываются в темной комнате, наполненной различной техникой. Больше всего в глаза, конечно, бросались несколько компьютеров, стоящих вдоль стены. — Провести экскурс или сам разберёшься? — Бан Чан, не скрывая своей гордости, оглядывает компьютеры, смотря на них влюблённым взглядом. — Не стоит, можешь идти, я тут сам поиграюсь, — Намджун медленно подходит к рабочему креслу, оглядывая оборудование. — Ну смотри, тогда оставлю тебя одного,— с этими словами Бан выходит из комнаты, печально глядя на компьютеры. Доверять свое детище, пусть и давнему знакомому, не особо хочется. — Ну что же, посмотрим, какую игру ты затеял, Феликс, — Ким садится на кресло и принимается обыскивать папки компьютера. В большинстве случаев, самыми лучшими компаньонами являются старые знакомые или те, кому ты очень, очень много заплатил. Есть, конечно, принципиальные люди, которые не предадут и будут работать на того, кто их нанял, до конца, однако это уже вымирающий вид. Бан Чан из разряда старых знакомых. Чонгук был знаком с ним ещё в школе, их нельзя было назвать друзьями, однако они довольно неплохо общались. Все началось в старших классах, когда Бан Чан всерьёз взялся за программирование, а Чон задумался о компании. Конечно, в этом деле сыграла ещё и личная выгода, однако оба понимали, что могут сработаться. По началу было сложно... Трудный характер Чонгука и упёртость Чана образовали адскую смесь. Однако для обоих это было хорошим уроком, можно сказать, что оба чему-то друг у друга научились. Чан примирился с характером Гука, а тот в свою очередь согласился, что Чан всегда прав. Можно сказать, что по такому принципу нанималось большинство приближённых работников компании «Vice». Но всегда нужно помнить, что в один момент твой друг может стать твоим врагом. Именно для подобных случаев у каждого под подушкой лежит ствол. Спустя около двух часов копаний в файлах и записях видео Намджун отодвигается от мониторов, устало потирая глаза, и выходит из уже надоевшей комнаты. На часах полвторого ночи, а информации нет. Ощущение, будто день происшествия просто стерли с камер. Хотя, судя по всему, так и есть. — Чан, ты ещё тут? — Ким оглядывает помещение склада, пытаясь хоть что-то разглядеть в полумраке. — А, да, да, конечно, — внезапно из-за одной из коробок выныривает лохматый и сонный Бан Чан собственной персоной. — Нашёл что-то? — Да, как бы нет... Скажи, у кого есть доступ к компьютерам? — Кроме меня ещё есть у руководящих поставками, — альфа настораживается и хмурится, предвкушая большие разборки. — Ты уже кого-то подозреваешь? — Можно и так сказать, — с этими словами Намджун направляется в сторону выхода, опять погружаясь во тьму коридоров и тайн.