Kings of sin

Редкие капли дождя еле слышно постукивают по окну, вытекая в незамысловатую мелодию. Утро выдалось пасмурным, будто все вокруг переместилось на один день в конец октября. Серые тяжелые тучи медленно движутся по небу, явно не собираясь уходить, застилая все мутной пеленой. Юнги, не спеша, открывает сонные глаза, поправляя лохматые волосы, свисающие на них. После вчерашнего тело все ещё ломит, так что хочется ещё сильнее закутаться в одеяло и прижаться к мирно посапывающему альфе рядом. Мин так и сделал бы, если бы не пульсирующая боль в плече, занимающая все и без того запутанные мысли. Он лениво сползает с кровати, несколько секунд пытаясь окончательно проснуться, после чего наконец встаёт на слегка пошатывающиеся ноги. В комнате царит приятный, даже в какой-то степени успокаивающий полумрак. Омега почти бесшумно передвигается по помещению в поисках хоть какой-то одежды, что в итоге ему не удаётся, и он все равно остаётся полностью обнаженным. На цыпочках он пробирается в ванную, чуть прикрывая за собой дверь. Юнги медленно подходит к зеркалу, одной рукой потирая все еще ноющее плечо. Странно это всё-таки, видимо, Хосок вчера слишком перестарался. Хотя светловолосый не жалеет, ведь все было просто... Из омеги вырывается тихий вскрик, когда он убирает руку, судорожно разглядывая покрасневшую отметину на плече. Метка. Ещё несколько секунд до Юнги доходит осознание, после чего он чуть отшатывается назад, рукой держась за раковину. Бледные пальцы судорожно скользят по недавно оставленному укусу, будто пытаясь его стереть, а лучше и вовсе вырвать с кожей. В лёгких понемногу кончается воздух, Юнги в один момент забывает как дышать, дрожащими руками хватаясь за шею и предплечье. Омега наконец отходит от зеркала, вплотную прижимаясь к стене, словно пытаясь пройти сквозь неё. Может, ему показалось? Просто очередной засос, а в потёмках Юнги случайно принял его за метку? Сомнения рассеиваются, когда пальцы чувствуют, как что-то тёплое медленно обволакивает их. Мин ошарашенно разглядывает свою руку, на которой в полумраке виднеются мелкие капельки крови, отпечатавшиеся от чуть кровоточащей метки. — Солнце? — Хосок острожно заходит в комнату, поправляя запутавшиеся волосы. До этого сонный и помятый, Чон вмиг меняется в лице, замечая дрожащего у стены омегу, в добавок стискивающего одной рукой своё плечо. — Что случилось? Где болит? — Какого хрена... — только и может произнести дрожащим голосом Мин, поднимая взгляд на взволнованного мужчину. Этот взгляд... Взгляд человека, непонимающего, почему с ним так поступили. Рука безжизненно соскальзывает с плеча, открывая вид на недавно поставленный укус. — Юнги... Солнце, прости, — Хосок аккуратно отодвигает омегу в сторону, усаживая на край ванны все ещё подрагивающее тело. Сам же садится перед ним, поглаживая бледные пальцы. — Я должен был посоветоваться с тобой... — Вот именно, Чон Хосок! — кашляя от подступающей истерики, хрипит Юнги, вырывая свои руки из рук альфы. — Тебе даже ни на секунду не пришла мысли, что у меня может быть мнение?! — Прости. Пожалуйста, прости, — мужчина чуть отодвигается, виновато заглядывая в слезящиеся темные глаза. — Я понимаю, что... — Что ты понимаешь?! — не даёт закончить Юнги, закрывая лицо трясущимися руками. — Понимаешь, какого это, быть прикованным к человеку до конца своих дней без твоего же согласия?! — Солнце, не говори так, — грудную клетку пронизывает резкая боль, мешающая нормально дышать. Больше всего Хосок боится, что омега начнёт отторгать метку, делая больно и физически, и морально в первую очередь самому себе. — Пожалуйста, постарайся успокоиться, иначе она может опять кровоточить, — альфа убирает побледневшие руки с лица Мина, аккуратно собирая маленькие слезинки возле в уголках его глаз. — Просто, зачем? — прерывисто вздыхает Юнги, говоря почти шёпотом. — Зачем ты это сделал? — Я хочу всегда быть с тобой и защищать тебя, — Чон вновь осторожно придвигается ближе, поглаживая покрывшиеся гусиной кожей кисти рук омеги. — А ещё я хочу, чтобы ты больше не возвращался к своей работе. — Мы знакомы всего несколько месяцев... — на выдохе, всхлипывая, произносит Мин, опуская голову вниз. — Несколько, блять, месяцев... — Я знаю, — «но за это время ты дал мне то, чего у меня не было за всю мою жизнь» — простая мысль, которая не просто не даёт спать, даже спокойно вздохнуть. Хосок не станет говорить ее вслух, Юнги и так это почувствует. — Солнце, я просто хочу быть рядом, хочу, чтобы ты перестал продавать своё тело, я хочу сделать тебя счастливым... — Ты даже не подумал о том, что со мной будет, если я опять останусь один, — вновь всхлипывает омега, носом утыкаясь в лохматую макушку альфы. — Ты не останешься, — мужчина мягко улыбается, поглаживая выступающие позвонки и ребра омеги, неспешно притягивая его к себе. — Я тоже привязан к тебе, я всегда буду рядом. — Боже, Хо, ты такой дурак, — по щекам наконец стекают прозрачные слёзы, оставляя холодный след на бледной коже. — Эгоист, думающий только о своих желаниях. — Я знаю... — шепчет альфа в самое ухо, кладя утомлённого омегу себе на грудь. — Я знаю...

* * *

После бесчисленного количества попыток, уговоров и угроз Намджуну все же удалось вытащить Чимина из дома. И хоть тот упирался, но сейчас, смирившись со своей судьбой, спокойно держит альфу за руку, гуляя с ним по торговому центру. Разумеется, омега сначала возмущался, что в такое дорогое место он в жизни не поедет и будет чувствовать себя там некомфортно, но быстро успокоился под пристальным взглядом и мягким «я буду рядом». И вот они ходят по этажам, разглядывают бутики с брендовой одеждой последних коллекций, а Чимин аж весь сжимается от надменных взглядов консультантов, и натянутых «Добро пожаловать». Бездушные манекены, увешанные элитными кусками ткани, смотрят в пустоту из стеклянных витрин, зазывая покупателей с толстыми кошельками, а двери приветливо открыты, приглашая внутрь всех желающих оставить круглую сумму. Небольшой магазинчик — следующий пункт в маршруте альфы, и, выйдя из очередного бутика, вновь ничего не купив, они направляются именно туда. Чимин проходит внутрь первым, сразу ловя на себе высокомерный взгляд, который моментально меняется на дружелюбную улыбку при виде Кима. Учитывая все произошедшее, имя директора компании сейчас у всех на слуху, а его фотографии мелькают во всех социальных сетях и СМИ. Черноволосый высокий омега чуть ли не прыгает вокруг мужчины, Чимин уверен, был бы у него хвост, то обязательно завилял бы, при этом старательно игнорируя Пака. Намджун, показательно обойдя парня, вплотную приближается к своему омеге и говорит: — Малыш, ты можешь выбрать все, что захочешь. Не смотри на цены, я для тебя готов купить весь этот центр. Понял меня? — Но Намджун, здесь все слишком дорого, я такие цифры только в интернете видел... — смущаясь, тихо говорит Чимин, чувствуя прожигающий взгляд неприятного консультанта. — Выбирай одежду сам, или я попрошу упаковать все, на что ты посмотришь, — чмокнув омегу в щеку, Ким просит чашечку кофе, а сам устраивается в удобном кожаном кресле. — А если мне что-то не подойдет...? — Твои проблемы, малыш. Возмущённо вздохнув и закатив глаза, Чимин медленно рассматривает вещи, стараясь найти что-то подешевле. Ну, что поделать, если такие цифры омега видит только в фильмах и интернете? Заприметив неплохие кремовые брюки, Пак подходит к ним и... отходит, подумав, что консультанты ошиблись на пару нулей, выставляя цены. Это не скрывается от альфы, который все это время глаз не отрывает от омеги. Хочется громко рассмеяться с такого наивного омеги. Когда-нибудь он поймет, что Намджун весь мир для него купить может. Голова начинает побаливать от смазливого парня, который словно был везде, предлагая костюмы новых коллекций. И с каким же удовольствием Намджун, стараясь особо не показывать свою раздражительность, затыкает его и просит обслужить своего Чимина. Пожалуй, настолько натянутую улыбку Ким видит впервые. Указав омеге на приглянувшиеся альфе и не оставшиеся без внимания розововолосого вещи, он просит отнести их в примерочную, а заодно и проводить туда Чимина. Оказавшись в просторной примерочной с большим зеркалом, омега с тяжелым вздохом окидывает взглядом кучу вещей, пренесенных недовольным консультантом, и тянется к первой попавшейся. Ей оказываются те самые кремовые брюки, рядом с которыми омега и дышать-то боится. А с другой стороны, он же может их просто померить, никто же с ним за это ничего не сделает...? К огромному сожалению, брюки садятся просто идеально, подчёркивая красивые пышные бедра и округлые ягодицы. Чимин стонет от безысходности, но получается немного громче, чем он хотел. Оглянувшись на занавеску, розововолосый испуганно подпрыгивает, непроизвольно положив руку на грудь в области сердца. — Ты напугал меня, — тяжело дыша, Пак пытается унять бешеное сердцебиение, но нахождение этого альфы в жалких сантиметрах от него ни черта не помогает. Напротив, от крепкого запаха внизу живота все горит и приятно скручивается. — Прости, малыш, я не хотел, — Намджун усмехается, оглядывая парня напротив. Взгляд скользит по красивым сочным бёдрам, и мужчина в предвкушении закусывает губу. — Тебе очень идет. — Они дико дорогие. — Значит, мы их точно берём, — Ким вплотную приближается к омеге, устраивая руки на точеной талии, и мягко накрывает пухлые клубничные губы своими, слегка прихватывая нижнюю, посасывая. — Нас могут увидеть, — шепчет Пак, жаром обдавая цитрусовые губы, тонкими руками обвивая сильную шею. — Тот омега ходит поблизости. — Плевать на него, — мужчина под бедра подхватывает Чимина, заставляя того сцепить ноги на своем торсе. Губы вновь находят друг друга, сливаясь в жарком поцелуе, а воздух в небольшой примерочной накаляется до предела. Черноволосый омега, поправлявший одежду на манекенах, захлебывается завистью и ненавистью к незнакомому розововолосому парню. Омега спал и видел, как когда-нибудь познакомится с этим привлекательным альфой, являющимся его мечтой уже не один месяц. В определённых кругах он слышал, что у Кима якобы есть омега, но точно никто ничего не говорил, все-таки жизнь — штука важная, чтобы ей так просто разбрасываться за распространение такой информации. Поэтому парень уже давно был настроен, что альфу для мокрых снов ему придется найти нового, но жуть как было интересно посмотреть на счастливчика, который смог завоевать и растопить сердце такого серьёзного мужчины. Ожидания увидеть шикарного омегу с шелковистыми локонами, облаченного в самые дорогие бренды, чью шею украшали сверкающие на солнце бриллианты, в одночасье рухнули, оставив после себя горький осадок разочарования, злости и зависти. Парень яростно накидывает на пластмассовые плечи ярко-синий кардиган и пытается понять, что нашел альфа в этом омеге. А сейчас он вынужден слушать, как эти двое бессовестно трахаются в примерочной! Альфа вываливается из маленького помещения, выглядя, на удивление, очень даже хорошо, чего не скажешь о Чимине, на голове которого розовое гнездо, губы распухшие от постоянных поцелуев, а шея медленно расцветает. Оставив омегу одеваться, Намджун, пребывая в прекрасном настроении, устраивается в уже знакомом кресле и попросит еще кофе, игнорируя косые взгляды в свою сторону. Едва не бегом покинув примерочную, Пак сует в руки ожидающего консультанта вещи, не разбирая, подошли они ему или нет. Главное для него сейчас — покинуть этот магазин как можно быстрее, а Намджун с трудом сдерживает смех, смотря на взъерошенного омегу и его красные щеки. Чимину кажется, что он вот-вот провалится от стыда сквозь землю, поэтому, бросив уже тихо смеющемуся альфе что-то вроде «я буду в туалете», пулей вылетает из магазина, и бежит в сторону туалетов. Зайдя в полупустое помещение, омега подходит к большому зеркалу и пытается привести себя в порядок. С невеселой улыбкой омега рассматривает свое отражение. А оно оставляет желать лучшего. Немного уложив непослушные волосы, Чимин выключает холодную воду, и не думая, набирает полные ладони и брызгает себе в лицо. Освежиться сейчас кажется жизненно необходимым. — Так-так-так... Какие люди и без охраны, — тянет чертовски знакомый голос за спиной, заставляя губы расплыться в широкой улыбке. Включив воду, розововолосый омега кидается на шею Тэ, крепко прижимая того к себе, не боясь намочить. Тэхен низко смеётся, когда Чимин счастливо взвизгивает, не обращая внимания на недовольные взгляды, которые на них кидают остальные. — Ты наконец-то решил выбраться из дома? — Намджун заставил, я не хотел, — бурчит Пак, все еще не выпуская омегу из объятий. — А ты тут что делаешь? — Решил развеяться. Мне надо подобрать новый образ для приёма у Ханов, Чонгук пригласил, тебе Намджун про это ничего не говорил? — Нет... Я не помню такого. — Ну, значит, мы подготовимся заранее. Мне все равно одному скучно, составишь мне компанию, заодно тебе что-нибудь выберем. Слушай, а давай к одному стилисту зайдём, он обязательно посоветует что-то классное. А потом к визажисту, и волосам надо заняться — уже отросли, и... — Тэ, подожди, — Чимин смеется с такой детской наивности друга и спешит его остановить. Он понимает, что так просто из этого центра сегодня не уйдёт, но ему надо все осмыслить медленно. — У меня есть возможность отказаться...? — Нет, пошли. Тэхен тащит Чимина в один из любимых магазинов, до которого он еще не успел дойти. С усмешкой замечает светловолосого альфу, который потерянно оглядывался и уже с ног сбился искать своего омегу. Заметив его, Намджун облегчённо выдыхает, а потом видит голубоволосое недоразумение и все понимает. Чимин одними губами говорит быстрое «прости» и едва не падает, когда Тэ особенно резко дёргает его на себя. Следующие пять часов проходят как в тумане. Розововолосый омега только и успевал одергивать Кима, когда тот порывался за него заплатить и, скрепя сердце, протягивал чёрную карту Намджуна, безбожно тратя его деньги. Чимин обязательно за это извинится. В результате, у него теперь новый костюм, как сказал консультант, цвета хрустальной розы, на приём, на который его даже никто не звал, обновлённый нежно-розовый цвет волос, укладка и макияж как у айдолов из телевизора. На последнее Чимин не соглашался, но против обиженных глаз Тэхена аргументов у него нет, поэтому, приготовившись вновь тратить деньги, сел в высокое кресло и отдался в руки мастеров. А теперь Пак со всей этой красотой поедет домой... Зато спать ляжет красивым. Распрощавшись с омегой и поблагодарив его за чудесный день, Чимин усаживается в присланную Намджуном машину и едет по знакомому маршруту. Он в предвкушении представляет реакцию мужчины, и ему уже не терпится быстрее приехать в особняк. Машина тормозит спустя бесконечные полчаса, и Чимин пулей вылетает из авто, и забегает в дом. Альфа, выпивающий в одиночестве, ставит хрустальный стакан на барную стойку, боясь уронить, и выдаёт многозначительное и красноречивое: — Вау... — Тебе нравится? — очаровательный румянец выступает на пухлых щеках, делая их обладателя более милым и деланным. Сколько бы Намджун не был с Чимином, он никогда не поймет, как омега может одновременно сочетать в себе детскую невинность и самую настоящую сексуальность, сводящую с ума альф. — Очень... Малыш, ты такой красивый, — с трудом проглатив вставший в горле ком, Намджун в несколько шагов подходит к Чимину, резко сокращая расстояние. — Ты самый красивый омега, которого я когда-либо видел. — Я потратил на это кучу твоих денег... — Глупый, — мужчина по-доброму смеется, — трать столько, сколько тебе нужно. Я все богатства мира положу к твоим ногам, если это заставит тебя улыбнуться, — губы Кима накрывают мягкие омежьи бутоны, покрытые вишнёвым блеском. — Я постоянно буду извиняться перед тобой за это, — подняв кофейные глаза на Намджуна, омега смотрит так, что альфе хочется простонать в голос, но он только подхватывает омегу под бедра и несет в сторону спальни. — Если только в постели, малыш.

* * *

В кабинете стоит гробовая тишина. Ее разбавляет только еле уловимое тиканье часов в углу, но оно скорее наоборот нагнетает и без того давящую атмосферу. Помещение освещено плохо, уже который год здесь висит одна и та же лампочка, периодически моргающая или вообще потухающая. Мин сидит на старом потертом пуфике перед столом, нервно перебирая края толстовки, иногда поглядывая на зависающего на несколько минут сутенера. — То есть, ты хочешь мне сказать, — наконец-то нарушает молчание бета, тяжело вздыхая и поднимая взгляд на притихшего после своего длинного рассказа Юнги, — что ты все ещё хочешь остаться в списках? При этом будучи омегой с меткой и обеспечивающим тебя человеком? — Ты слишком все утрировал, — чуть хмурится Мин, поправляя свисающую на глаза челку. — Я пересказал, как все есть на самом деле, — раздраженно бросает Минхо, выпрямляясь в своём старом кожаном кресле. Он всегда понимал, что проблем с этим омегой будет много. Похоже, сейчас это именно они. — На самом деле, все сложнее, — руки сами собой тянутся ко все ещё красноватой метке, аккуратно ее поглаживая и тщетно пытаясь прикрыть капюшоном. — Ты все ещё не ответил, — мужчина придвигается ближе к столу, заглядывая в опущенные глаза омеги. — Я просто хочу быть ко всему готовым, понимаешь? — на выдохе все же отвечает Юнги, потирая уставшие и слегка опухшие глаза. В последнее время слишком много всего накопилось. Как же хочется поскорее со всем разобраться. — Шуга, если уж на то пошло, то ты здесь только потому, что этот альфа за тебя заплатил кругленькую сумму, — как бы понимающе не хотел выглядеть сейчас бета, раздражение и непонимание все равно играют в голосе. — Прямолинейности тебе не занимать, — хмыкает омега, откидываясь на потертую спинку стула. — А тебе заторможенности, — цедит Минхо, массируя пульсирующие от приближающейся головной боли виски. — Я не знаю, что у вас там — любовь, не любовь, но на моей памяти... Это единичный случай. — И что, предлагаешь мне безоглядно кинуться в этот омут с головой? — грустно усмехается Юнги, подпирая рукой с каждой секундой все более тяжелеющую от количества мыслей голову. — А ты разве не уже? — наигранно-удивлённо спрашивает бета, чуть привставая с кресла. — Слушай, это такая возможность, беги от сюда со всех ног и живи себе счастливо с этим Хосоком, — уже спокойнее и даже в какой-то степени снисходительнее говорит Ли. — Минхо... Я же понимаю, что жизнь не сказка и даже не какой-то сопливый фильм, — вновь опускает глаза в пол Мин, будто пытаясь максимально сжаться в маленький комочек. — Если все опять повторится, я просто не переживу этого ещё раз... Понимаешь...? — Ты буквально ебанная Золушка, — Минхо по-доброму улыбается, обходя стол и становясь около Юнги. — К тому же, ты уже заслужил свою счастливую концовку. — Очень своеобразная Золушка получается, — вновь грустно усмехается омега, действительно находя некоторые сходства в этих историях, и чувствует на своём плече тонкую, такую же холодную, как у него, руку. — Не переводи тему, — цыкает бета, присаживаясь на край стола. — В общем, ты как хочешь, а сюда ты приедешь ещё раз только за документами. И учти это будет нескоро. — У меня совсем нет выбора? — все же решается спросить Мин, мыслено надеясь, что все же есть, а вот душой явно рассчитывая на противоположный ответ. — Пока я тут, ни одна душа у которой есть выбор, тут не останется, — серьёзнее, чем обычно отвечает Ли, поправляя спутанные темно-каштановые волосы. — Ты слишком добрый для сутенера, — незаметно ухмыляется Юнги, засовывая замёрзшие руки в карманы чёрной толстовки. — Именно поэтому я здесь и работаю, — обречённо вздыхает Минхо, запрокидывая голову и пялясь в пыльный потолок. — Должен же хоть кто-то вас из этой дыры вытягивать. — О чем ты тогда думал, затягивая меня? — О том, что в противном случае этот парень умрет голодной смертью, — бета на несколько секунд замолкает, хмуря брови и явно о чём-то думая. — А сейчас я могу посоветовать тебе доверится этому альфе, — наконец выходит из мыслей мужчина, вновь пересекаясь с омегой взглядами. — Я и так ему доверяю, — моментально отвечает Мин, будто пытаясь неуклюже оправдаться. Выходит плохо. — Просто все получилось очень быстро и мне... — Страшно? — Как ты догадался? — в своей любимой манере цедит Юнги, сразу же осекаясь и переходя на более спокойный тон. — На самом деле, очень... Ещё и метка эта... — Это сугубо моя интуиция, но вроде он не похож на тех мудаков, которые ставят их для забавы, — устало отвечает бета, потирая переносицу. — Чон Хосок серьёзный человек. — Конечно, непохож, — возмущено отсекает омега, складывая руки на груди. Ещё буквально несколько секунд ему требуется, чтобы вновь остыть и настроиться на спокойное продолжение разговора. — Я знаю, что он хочет мне только хорошего, но ты и сам понимаешь... У меня даже тогда ее не было. — А сейчас будет. Меньше думай о том, что может быть, пользуйся моментом, вот что я тебе скажу напоследок, — Минхо вновь чуть похлопывает Юнги по плечу, отходя к потёртой двери. — Уже уходишь? — Мне, в отличии от некоторых, работать надо, — хмыкает бета, беря с полки пару документов и ключи. — Удачи, — Юнги следом встаёт, становясь около Ли и ожидая, когда он первым выйдет. — Передавай привет Суни, Дуни и Дори. — Как мило. Спустя два года, ты запомнил имена моих кошек, — этот саркастичный тон, который омега любит и ненавидит одновременно. Они наконец выходят из помещения, после чего Минхо закрывает кабинет на ключ. — Ты опять утрируешь. — Возможно, но ты тоже там своему коту привет передавай, — бета хитро улыбается, напоследок нерешительно протягивая руку. А наблюдать за увеличивающимися глазами напротив — одно удовольствие. — Как ты узнал...? — наверное, третий раз за всю историю их знакомства они пожимают друг другу руки. Первый раз был, когда Мин только пришёл, второй — после первого медицинского обследования, и третий... вот он, собственно, сейчас. Они обмениваются рукопожатиями, параллельно омега все ещё находится в состоянии лёгкого недоумения. — Я, может, все эти ваши феромоны и не чувствую, — чуть ухмыляясь, начинает Минхо. — Но запах кошачьей шерсти я учую за километр. — Ладно, зная тебя, я мог и не спрашивать, — тихо хихикает Юнги, провожая взглядом растворяющуюся в темноте стонущих коридоров спину сутенера. — Именно.

* * *

Холодный вечерний ветер моментально обволакивает тело, заставляя омегу вздрогнуть от внезапного пронизывающего холода. Бесцветные волосы приятно щекочут лицо. Ещё несколько секунд, и он стоит у двери, взглядом окидывая машину перед ним, в которой сидит Хосок, смотрящий куда-то в пустоту. Мин часто видит мужчину обеспокоенным, в последнее время особенно, что, к слову, Юнги совсем не радует. Как бы сильно он сейчас не злился на Чона, все же волнение покалывающей болью отдаётся в теле лишь при взгляде на такого альфу. Наконец омега открывает дверь автомобиля, тихо садясь на переднее сидение и моментально обращая на себя внимаете Хосока. Несколько мгновений мужчина взволновано смотрит на Юнги, явно складывая все мысли в кучу и пытаясь собрать всю эту кашу в нормальный вопрос. — Как все прошло? — осторожно спрашивает альфа, нерешительно придвигаясь ближе к Юнги. — Мне осталось только забрать документы, — омега со вздохом облокачивается на спинку сидения, медленно поворачивая голову в сторону мужчины. — С ними всегда волокиты много, так что это нескоро будет. — Получается, ты теперь там не работаешь? — спрашивает Чон, а в глазах, как у маленького ребенка, зажигается неподдельная надежда. Альфа перед этим мысленно сто раз отрепетировал вопрос, прежде чем озвучить. — Получается, так, — вновь вздыхает светловолосый, прикрывая уставшие глаза. Спустя несколько секунд давящей тишины, Хосок чуть ли не перелезает на соседнее сидение к Юнги, носом утыкаясь в шею омеги и оставляя лёгкий поцелуй на покрасневшем укусе. Теперь этот омега целиком и полностью принадлежит ему. — Спасибо, — шепчет между легкими поцелуями альфа, ни на секунду не отрываясь от бледной сладкой кожи, опаляя ее своим горячим дыханием. — Я все ещё на тебя обижен, — недовольно ворчит Юнги, хмуря брови, но все же не отстраняется, скорее наоборот, незаметно придвигается ближе. Родное тепло всегда успокаивает, а омеге это сейчас необходимо. — Хочешь, мы купим токпокки? — мужчина обвивает руками талию омеги, зарываясь в пушистые белые волосы и вдыхая собственный аромат вперемешку с еле ощутимым ароматом бледной орхидеи. — Подкуп здесь на сработает, — на грани с шёпотом отвечает омега, чуть вытягивая тонкую шею, подставляя ее под мягкие поцелуи. — А что может сработать? — Хосок полностью пересаживается на сидение к Юнги, притягивая того ближе к себе, и поглаживает одной рукой выпирающие позвонки, а другой — внутреннюю сторону бедра. — Я ещё подумаю над этим. — А я подожду, — уже в следующую секунду альфа чуть отстраняется, аккуратно касаясь щеки Мина, после чего утягивает его в ленивый поцелуй. Эта ночь обещает быть очень сложной, но все проблемы меркнут по сравнению с счастьем, которым сегодня наградил его омега. Его омега. Хосок так долго боролся за Юнги, и вот наконец он его получил. Получил этого хрупкого ворчливого паренька, который одним своим присутствием делает жизнь мужчины полноценной. Хосоку не так много надо — всего лишь яркая улыбка на родных губах и тёплые, волнующие объятия, вызывающие мурашки по всему телу. Если бы альфе несколько месяцев назад сказали, что он так бесповоротно влюбится, он очень долго и громко смеялся бы. Но сейчас смеяться хочется только от безграничного счастья.