Kings of sin

Наступил тот самый долгожданный многими вечер. Семейство Хан устраивает светский приём, куда будут приглашены самые влиятельные люди Сеула. Для многих это событие является судьбоносным. Кто-то будет искать себе спонсоров, кто-то клиентов, а для некоторых это просто способ разрекламировать себя, пролить свет на свою компанию и продвинуть бизнес. Чимин до последнего ждал приглашения от альфы и, хоть выходить из дома в люди особого желания не появилось, было немного обидно, что Намджун не хочет появиться с ним на таком мероприятии и представить омегу как свою пару. И, набравшись смелости, Пак подошёл и напрямую спросил про этот злосчастный вечер. Чимин потом минут сорок плакал, огорченный отказом. Но ведь Намджуна тоже можно понять, правда? Тот дом будет заполнен прогнившими, продавшимися людьми, которых кроме денег ничего не волнует. Для таких простой человек ничто. В таком обществе ты не будешь иметь никакого веса, если где-то в кармане у тебя не затерялась очередная чёрная карточка с миллионами. Альфа просто не хотел, чтобы на его омегу смотрели оценивающе, скользили грязными похотливыми взглядами по плавным изгибам. Не хотел приводить своего ангела в яму, кишащую змеями. Но что делать, если розововолосый омега — единственная слабость альфы? Не мог Намджун спокойно смотреть, как Чимин грустит, поэтому, скрепя сердце, поднялся в их спальню и вымученно сказал, что омега может собираться. Радости не было предела. Ким только счастливо улыбался, слушая, как Тэхен по телефону пытается научить Чимина краситься. Смотреть на это было еще забавнее, но действительно сложно было сдерживаться, когда розововолосый кричал на друга, покрывая последними словами тех, кто придумал, что омеги должны наносить на себя тонны штукатурки. — Чимин, малыш, ты готов? — время конкретно поджимает. Альфа в очередной раз рассматривает в зеркале свое отражение, любуясь классическим черным костюмом и идеально уложенными светлыми волосами, а ролексы красиво блестят на свету, показывая состояние и статусность их владельца. Каждая деталь так и кричит о роскоши. Спустя некоторое время, на лестнице раздаётся топот, и показывается омега. Намджун его сейчас словно впервые видит. Розовые локоны красиво уложены, черный карандаш подчёркивает выразительность глаз-полумесяцев, утончённость и детской невинности предают блестящие на веках красноватые тени, а образ завершает поблескивающий блеск на сочных губах. Розовый костюм, который Чимин старательно скрывал от альфы, производит должное впечатление. Брюки обтягивают аппетитные бедра и ягодицы, полупрозрачная блузка подчёркивает изящные изгибы, а худые плечи покрывает пиджак, скрывая лишнее от чужих глаз. На омегу безусловно будут смотреть, и от этого желание не брать его с собой возрастает в геометрической прогрессии. Смотреть на Чимина, скользить голодным взглядом по стройному телу может Намджун. И только он. Омега, удовлетворенный восхищением в родных глазах, спускается к мужчине, смущённо улыбаясь. — Как тебе...? — Я бы тебя поцеловал, но боюсь, ты мне этого не простишь, — усмехается Ким, легонько касаясь губами нежной щеки. — Пошли, нас уже ждут.

* * *

Бледные пальцы нервно постукивают по столу, перебегая с места на место, останавливаясь у очередной баночки с кремом. У Юнги буквально глаза разбегаются при виде такого количества косметических средств, учитывая, что до этого он делал в основном лёгкий макияж, состоящий из еле заметной пудры и гигиенической помады. Сейчас же перед ним несколько иная задача... Омега уже успел переодеться в светло-серый приталенный костюм, расстегнув при этом несколько пуговиц на рубашке, открывая вид на тонкие ключицы. Возможно, первый раз за последние несколько лет Мину действительно нравится как он выглядит. Настолько, что он с трудом узнаёт в этом элегантном омеге в отражении зеркала себя, самого обычного парня со спутанными волосами, с вечно сонными глазами и в постоянно мятой толстовке. За всей этой картиной наблюдает Хосок, тихо присевший сзади парня, не в силах оторвать взгляд от слегка озадаченного омеги. Альфа прекрасно знает, что уже как десять минут они должны быть в дороге, но разве это имеет значение, когда Юнги так мило хмурит бровки, придирчиво разглядывая себя в зеркале? — Хо, как долго будет длиться приём? — вырывает из мыслей омега, окидывая мужчину взволнованным взглядом. — Если хочешь, мы можем уехать пораньше, — будто прочитав мысли, отвечает Чон, мягко улыбаясь Юнги, то и дело поправляющему укладку. — Солнце, ты выглядишь прекрасно, все будет хорошо, но я тебя умоляю, давай хотя бы из дома выйдем. — Ты же знаешь, что я первый раз иду на подобного рода мероприятие, — Мин тяжело вздыхает, наконец отходя от зеркала, и становится перед Хосоком. — Я буду рядом, — альфа аккуратно притягивает омегу ближе к себе, переплетая пальцы и заглядывая в блестящие глаза напротив. — Постоянно. — Если ты не сдержишь обещание... — чуть угрожающе начинает парень, но осекается, когда мужчина оставляет лёгкий след на пальцах Юнги своими губами. — Сдержу, — Чон встаёт с кресла, чуть нависая над омегой, и мимолётно целует его в макушку, вдыхая уже более заметный сладкий запах. — Так уж и быть, поверю тебе, — тихо выдыхает Юнги, чуть отстраняясь, и снова поворачивается к зеркалу. — Тогда давай уже выходить? — Хосок придерживает омегу за плечи, незаметно поправляя воротник его рубашки, который ещё чуть-чуть и откроет вид на пластыри в районе предплечья. — Там же будет алкоголь? — почти перед самой дверью все же спрашивает Юнги, поднимая взгляд на озадаченного альфу. Ему этот вопрос весь день покоя не дает, и омега точно откажется ехать, если желанной выпивки там не будет. — Мне чтобы не волноваться... — Для этого у тебя есть я, — мужчина оставляет невесомый поцелуй на скуле Мина, покрытой тонким слоем сияющего хайлайтера, и заглядывает в темные омуты глаз напротив, будто лишь одним взглядом успокаивая своего омегу.

* * *

Черный Роллс Ройс тормозит возле величественного особняка, паркуясь аккурат между двумя знакомыми автомобилями — Хосок и Чонгук уже здесь. — Точно уверен, что хочешь идти? — Намджун, — пухлые пальчики накрывают большую ладонь, поглаживая, — я хочу. Все альфы там со своими омегами, я не хочу, чтобы ты был один из-за моей паранойи. Все будет хорошо. — Но там будет много людей... — Там будет Тэхен. — Так вот корень зла, — усмехается Ким, понимая, откуда Чимин все узнал и почему так рвался поехать с ним. Альфа выходит из авто и любезно открывает дверь омеге, подавая руку. Чимин вкладывает маленькую ладонь в намджунову большую, немного сжав. Вдохнув побольше свежего ночного воздуха, розововолосый пытается немного успокоиться и привести мысли в порядок. Мгновение, и массивные двери особняка распахиваются, принимая пару в свои ледяные объятия. Просторное освещённое помещение с огромной люстрой на потолке не позволяет прекратить любоваться. Чимин восхищенно вертит головой в разные стороны, осматривая гостиную и людей. Очень много красивых людей, этого нельзя не заметить. Крепкие коренастые альфы, облаченные в дорогие классические костюмы, которые, казалось, вот-вот разойдутся по швам на выпирающих мышцах. Статные мужчины в возрасте в сопровождении молодых любовников, и омеги. Омеги, словно сошедшие с обложек глянцевых журналов, красивые в летящей или же наоборот, подчеркивающей все достоинства одежде. И Чимину молиться хочется, что Тэ не прогадал с выбранным розовым костюмом для него, и омега не выглядит как белая ворона. Намджун же видит лишь мешки с деньгами, натянутые мерзкие улыбки и дешёвых, вовсе не красивых омег, готовых сесть на член разжиревшего старого альфы, ради очередной пачки зелёных купюр. Смотреть тошно. Сплошное двуличие и высокомерие, приправленное щепоткой меркантильности. Официанты с гордо поднятой головой разносят на круглых подносах высокие бокалы игристой жидкости, предлагая алкоголь всем желающим. Ким с удовольствием обхватывает пальцами тонкую хрустальные ножку, чтобы хоть немного почувствовать необходимое сейчас расслабление, пусть и обычное шампанское бьёт в голову не так сильно. Чимину не дает, обойдется, маленький еще выпивать. То же самое мужчина и говорит, глядя на круглые глазки, в которых застыл вопрос. Делать нечего, слово альфы — закон. Но Намджун милосердно добывает такой же бокал для омеги, наполненный виноградно-яблочным соком. Альфа кожей чувствует напряжение, с которым Пак сжимает его руку, и мягко поглаживает большим пальцем его ладонь, понимающе смотря в глаза. — Не переживай так. Ты прекрасен, — шепчет в порозовевшее ушко Ким, смущая омегу. — А теперь пошли, я тебя кое с кем познакомлю. Крепче взяв парня за руку, альфа отправляется на поиски Хосока и Чонгука. Первый, к слову, тоже должен быть со своим омегой. Многого он никогда не рассказывал, а оттого и подогревал интерес к столь загадочной персоне. Вдалеке показалась ярко-голубая макушка, являющаяся отличным ориентиром. Где Тэхен, там и Чонгук. Уже собравшись идти в конец зала, Намджуна и Чимина останавливает улыбчивый мужчина средних лет, очень милый, как кажется омеге. Одет он в классический костюм, как и большинство альф, а черные волосы идеально уложены. — Намджун-а, сколько лет, сколько зим, — мужчина по-дружески обнимает светловолосого альфу, радостно посмеиваясь, а Чимин замечает, что Намджун впервые за вечер искренне улыбается. — А что это за прекрасное создание рядом с тобой? — Чимин, это Кенджэ, мой давний приятель, когда-то сотрудничали. Кенджэ, это Чимин, мой омега, — розововолосый осторожно протягивает руку мужчине, вложив ее в чужую ладонь, и приветливо улыбается, чувствуя касание тёплых губ к нежной коже. Рука Кима сразу сжимает тонкую талию сильнее, заставляя парня едва не вскрикнуть от боли. — Очень приятно, — пищит омега, убирая руку, и осторожно смотрит на Намджуна. — И мне... Джун-а, помнится мне, в нашу последнюю встречу ты был с Сокджином. Кстати, как он? Вы вместе или уже разбежались? Альфа до боли стискивает зубы, замечая, как мрачнеет Чимин в его объятиях. Глаза омеги бегают по помещению, стеклянным взглядом осматривая людей, пытаясь хоть за что-нибудь зацепиться. Теперь маленькие детали огромного пазла в розовой голове постепенно становятся на свои места. И как он раньше не догадался... — Между нами давно все кончено, я счастлив в новых отношениях. — А вы были такой красивой парой... Я даже завидовал, — Кенджэ добродушно улыбается, вовсе не подозревая, что сейчас творится внутри у стоящих напротив людей. — Но признаю, вкус у тебя отменный, — небольшая пауза. — Я пойду, вы отдыхайте. Еще увидимся. Мужчина уходит, не замечая, что Намджун пилит взглядом его тёмный затылок. Он нутром чувствовал, что что-то сегодня пойдет не так, как он планировал, но не думал, что это произойдёт так скоро. Ему бы сейчас успокоиться, но рядом мрачнее тучи, с опущенными в пол глазами стоит Чимин. — Так значит, вы были вместе...? Почему ты мне не говорил? — Чимин, я не хочу сейчас об этом думать. Давай просто найдём Тэхена и моих друзей, — скрепя сердце, альфа берет омегу за руку и тянет в сторону синей головы. Настроение бесповоротно испорчено, а омрачать его еще сильнее неутешительными воспоминаниями не хочется. Не успевают они дойти до своих знакомых, как Намджун чувствует мерзкий, разъедающий внутренности запах. Этот аромат он ни с чем не спутает. Не так давно он ему в кошмарах снился, где альфа его хозяину сердце голыми руками из груди вырывает и плюет на холодное тело. Этот человек разделил жизнь его маленького омежки на «до» и «после». — Какие люди и без охраны, — улыбается мужчина, протягивая руку для приветствия, но тут же опускает ее, поймав полный презрения и ненависти взгляд. — Моя охрана всегда со мной, Джихан. Одно твое неверное движение и... — И что ты мне сделаешь, Намджун? Посмотри на себя, рядом твой омега, а ты мне в открытую угрожаешь, — альфа мотает головой, словно ругает непослушного ребенка, упиваясь чужим раздражением. Этого он и добивался — чем злее соперник, тем больше от него можно ожидать. — Бедный мальчик даже не представляет, к кому попал в руки. Ты его погубишь, Намджун. Твоя жадность его погубит, — он пристально смотрит на розововолосого омегу в метре от него и понимает, что впервые видит человека, вокруг которого в очень узком круге столько шума. Так вот, как выглядит тот, за кого Ким ему глотку перегрызть готов. Это просто ребенок. Джихан вплотную подходит к омеге и нутром чувствует, как напрягается Ким. Он чуть наклоняется, улавливая сладкий запах клубники, и говорит чуть слышно на ухо: — Рано или поздно ты поймешь, с каким монстром живёшь, — прошипел альфа, а у Чимина мурашки пошли по спине. Сейчас он не на шутку напуган. — Беги от него прежде, чем увидишь его истинное лицо. Джихан отстраняется и, кинув короткое «хорошего вечера», уходит, оставляя ошарашенного омегу и разъяренного альфу. Намджун тут же подлетает к Чимину, беря его лицо в свои ладони, и смотрит в пустые глаза, в которых плещется страх вперемешку с замешательством. Альфа, до боли стискивая зубы от напряжения, пытается выяснить у омеги, что же такого Джихан ему сказал и умоляет не верить его словам. Но Чимин лишь качает головой и говорит, что все в порядке, хотя ни черта не в порядке. Почему он должен бежать от Намджуна...? Омега упускает момент, когда они подходят к Тэ и остальным, но сейчас голубоволосый друг душит его в своих объятиях, восхищаясь и говоря, что таким красивым он видит Чимина впервые. Пак здоровается с Чонгуком, мило ему улыбаясь, и протягивает пухлую ладошку, получая ожидаемый поцелуй, а сам Чон впервые понимает, почему Намджун выбрал именно Чимина. Омега действительно очень красив. Вскоре к ним присоединяются еще двое — красивый высокий альфа с каштановыми волосами и низкий, даже миниатюрный, светловолосый омега. — Тэхен, Чимин, познакомьтесь, это Хосок — третий директор нашей компании, — альфа чуть кланяется в знак приветствия и поочерёдно пожимает руки омег, стараясь их рассмотреть. — А это Тэхен и Чимин, наши омеги. — Очень приятно, — одновременно говорят парни и тихонько хихикают. Альфы лишь ухмыляются — они такие разные, но так похожи. Но все продолжают поглядывать на блондинистого омегу в сером костюме, который смущённо прячется за широкой спиной Хосока, понимая, что очередь знакомиться со всеми дошла и до него. Старший Чон, заметив это, уверенно переплетает с Юнги пальцы, негласно подбадривая, и отходит в сторону. — Позвольте вам представить моего омегу. Его зовут Юнги. Я искренне надеюсь, что вы подружитесь. — Всем при... — Мина прерывает чересчур возбужденный от нового знакомства Тэхен и, схватив Чимина и новоиспеченного друга, оттаскивает их в противоположную сторону, бросая мужчинам громкое «я о них позабочусь», а альфы стоят с вытаращенными глазами, смотря на три удаляющиеся головы, и каждый думает о своем. Намджун о том, как сильно его раздражает Ким, Хосок уже готов кидаться на помощь своему Юнги, а Чонгук тихо смеётся со своего взбалмошного омеги, ничуть не удивляясь. — Я рад, что ты наконец-то представил нам своего омегу, — спустя несколько секунду молчания, начинает Ким, медленно поворачиваясь к старшему Чону. — Надеюсь, они поладят, — мужчина тяжело вздыхает, все ещё не отводя глаз от своего слегка смутившегося Юнги в окружении этой неразлучной парочки. — Тэхен не кусается, так что можешь в этом не сомневаться, — видно, что младший пытается успокоить, но даже это он делает в своей нагловатой манере, конечно же, не забывая про фирменную ухмылку. — На тебя это правило, судя по всему, не распространяется? — Хосок не отстаёт от племянника, мимолётно поглядывая на открытые ключицы, с которых последние несколько недель, кажется, засосы вовсе не сходят. — Я исключение, — а Чонгук гордится. Действительно, такому времяпрепровождению можно только завидовать. — Кстати, — вновь входит в разговор Намджун, неуверенно потирая руки. — Если я не ошибся, то... На нем твоя метка? — конечно, сложно было не уловить ярко выраженный запах Хосока на Юнги, причём, он настолько четкий, что наличие укуса становится очевидным. — Всё так, — почему-то от осознания этого улыбка сама собой наползает на лицо. Мысль о том, что они настолько близки, что теперь мужчина с полной уверенностью может назвать Мина своим омегой, невероятно греет душу. — У тебя настолько серьезные планы на него? — слегка удивлённо спрашивает Намджун. — Самые серьезные, — и вновь чёткий ответ без тени сомнения. Хосок уже давно все обдумал и решил. — Ты бы нас тогда после свадьбы познакомил, — недовольно фыркает в стороне Чонгук, демонстративно складывая руки на груди. — Мы же всего лишь твои друзья. — Что там, — подхватывает весёлую волну Ким, чуть задевая локтем плечо Чона. — У него дети появятся, а мы узнаем, когда они уже в школу пойдут. — Все-все, я понял свою ужаснейшую ошибку, — только и может виноватым тоном сказать Хосок, окружённый со всех сторон. — Вот именно! — чуть громче, чем следовало, вновь начинает Гук. — И учти, мы жаждем узнать подробности вашего знакомства. — Там ничего особенного, — даже собрав все своё актерское мастерство в кучу, у Хосока невольно вырывается нервный смешок, который явно говорит о многом. Вспоминать историю знакомства с Юнги стыдно и немного забавно. Все-таки альфа себя с ним вел как настоящий урод, но он и предположить не мог, что омега за тридцать две тысячи вон станет любовью всей его жизни. Чон усмехается, когда осознает, что он запомнил даже сумму, за которую впервые купил прекрасное тело. — Прошу меня простить, — явно чём-то обеспокоенный, Намджун, торопясь, отходит от компании, поглядывая на все ещё что-то весело обсуждающих омег, — но я хотел бы поговорить с Чимином. — Все нормально, — на автомате отвечает Чонгук. — Значит отложим расспросы до твоего возвращения.

* * *

Хосоку, пусть и не скоро, но все же удается вырвать Юнги у любвеобильного Тэхена, которому слишком понравился новый друг. Чонгук понимающе улыбается альфе, а его взгляд так и говорит «понимаешь теперь, с кем я связался?», но все равно подходит к омегам и, извинившись, берет Тэ под локоть и уводит подальше. Хосока и Намджуна долго ждать не приходится. Они тут же оказываются рядом с парнями, растаскивая их в разные стороны. Старший Чон, вложив бледную руку омеги в свою, прогуливается с ним по залу, где, кажется, людей становится все больше. Приятную живую музыку заглушают гомон и звук постукивания бокала о бокал. Альфа подаёт знак запыхавшемуся официанту, и уже через мгновение красивые длинные пальцы обхватывают тонкую ножку бокала, наполненного игристым шампанским, а второй, точно такой же, мужчина дает омеге. — И как тебе светское общество изнутри? По телевизору все выглядит иначе, там все это кажется красивым. А если оказаться в самом центре, то увидишь только фальшивые улыбки и лицемерие. — Но здесь действительно все очень красиво, — омега как маленький ребенок смотрит вокруг, пытаясь изучить, запомнить побольше. — Мне сложно судить о чем-то, я подобное вижу впервые. Но, — Юнги залпом выпивает содержимое бокала, вновь поражая мужчину, — я думал, что тут будут одни жирные дядьки, а оказывается, здесь много красивых альф, да и омеги тоже ничего, — Мин внимательным взглядом сканирует стоящую напротив молодую пару. Высокий светловолосый альфа лет двадцати и примерно такого же возраста черноволосый омега, красивый как дьявол. — И что я только в тебе нашел... Вот возьму и уеду отсюда вон с теми двумя, — омега указывает на парней с довольной улыбкой, чувствуя, как напряжение растёт, а злость Хосока увеличивается в геометрической прогрессии. — Попробуй еще раз сказать мне это, когда я оттрахаю тебя так, что ты имя свое забудешь, — сквозь стиснутые зубы рычит Чон, с силой сжимая тонкую руку. А омеге весело. — И попро... Хосок? — начинает Юнги, но внезапно замолкает, цепляясь взглядом за стоящего метрах в пяти мужчину в компании красивого омеги в возрасте. В уголках глаз появляются еле заметные морщинки, хочется в голос рассмеяться от абсурдности ситуации. И омега не видит причин себя сдерживать. Смеётся громко, заливисто, до слез, некоторые даже как-то странно на них поглядывают и отходят подальше. — Хосок, ты видишь вон того человека? — Юнги указывает на грузного альфу, утирая слезы в уголках глаз. — Да... Чхве Лиджон, кажется. Неприятный тип, — довольно озадаченно изрекает Хосок, продолжая недоуменно смотреть на своего омегу. — Он был моим клиентом долгое время... — чуть слышно говорит светловолосый, едва сдерживаясь, чтобы вновь не рассмеяться от округлившихся глаз мужчины. — Что...? Подожди, ты сейчас серьезно? — Ага, — кивает омега, взяв очередной бокал. Кому-то уже хватит... — Ходил ко мне пару месяцев, всегда в одни и те же дни недели. Пришел ко мне однажды, а у меня настроение такое хорошее было, ну, мы переспали, он уснул. А меня так всегда бесил его костюм, я и... — Юнги мило краснеет, и на бледных щеках выступает розовый румянец. — Просто взял ножницы и вырезал ему дыру между ног, — Мин вновь заливается, вспоминая, как толстяк шёл к своему автомобилю, светя разноцветным бельём. Зрелище то еще было. Омега утирает выступившие слезы и замечает, что альфа рядом с ним тоже посмеивается. Что ж, от своего Солнышка такого он не ожидал. — Юнги, ты ужасен, — прыскает Хосок. — Теперь всегда от тебя свои брюки прятать буду. — Ну, нет. С тобой я так делать не буду. На твой прекрасный зад смотреть могу только я, — шепчет светловолосый, заметно смущаясь, а Хосок награждает его мягким поцелуем в сладкую макушку. Какой же удивительный ему достался омега. Такой хрупкий и ранимый, но такой ненормальный...

* * *

По помещению растекается медленная классическая музыка, зазывая за собой в самую гущу событий. Даже движения людей становятся чуть медленнее и тяжелее, будто они погружены в какую-то тягучую жидкость. Среди этой толпы можно отчетливо выделить трёх омег, остановившихся у стола с закусками. Хотя лично Намджуна пока интересует только одна светло-розовая макушка, обладатель которой, конечно же, самый красивый и невероятный из всех людей в мире. По крайней мере, так считает Намджун, а мнение остальных, само собой, не учитывается. Чимин уже давно уловил краем глаза приближающуюся фигуру альфы, который ещё до этого поглядывал в их сторону. Почему-то в этот момент все мысли вмиг скрутились в один тяжелый ком, медленно опускающийся к горлу. С каждой минутой все тяжелее оставаться на поверхности разговора, воспоминания о недавней стычке все стремительнее утягивают на дно тревожных раздумий. — Вновь вас приветствую, — подойдя, говорит мужчина, чуть опуская голову. — Позволите украсть у вас моего омегу? — Только если Чимин сам этого хочет, — Тэхен резко разворачивается, прожигая Намджуна уже обыденным недоверчивым взглядом, но успокаивается, когда короткие тёплые пальчики хватают его ладонь. — Все нормально, Тэ, я вернусь к вам чуть позже, — успокаивает парня Пак, легонько касаясь уже его плеча. — Юнги, мне было очень приятно с тобой познакомиться, — на прощание говорит Чимин перед тем, как присоединиться к альфе. — Взаимно... — не без удивления в голосе отвечает Мин, перед этим чуть помедлив, и опускает смущённый взгляд в пол. С ним действительно кому-то приятно общаться...? Аккуратно взяв омегу под руку, мужчина наконец отходит от столов, постепенно растворяясь в скучающей толпе. Оба не знают, как подступиться и что можно сказать. Но они прекрасно понимают, что молчать — это последнее, что сейчас нужно делать. — Ты хотел со мной поговорить? — наконец нарушает неловкую тишину Чимин, поднимая взгляд на сразу же ожившего альфу. Намджун коротко кивает и приближается к омеге. Он заглядывает в карамельные глаза, пальцами поглаживая нежную щеку. — Малыш, что тебе сказал тот человек? — мягко спрашивает Намджун, чуть крепче сжимая руку парня, будто боясь, что он куда-то исчезнет. — Ничего важного... — чуть замявшись, отвечает омега, отводя задумчивый взгляд в сторону. — Забудь, просто ерунду какую-то... — Все точно хорошо? — не даёт закончить Ким, вместе с парнем останавливаясь около колонны цвета слоновой кости. — Ты выглядишь обеспокоенным. — Все правда хорошо, — кое-как выдавив из себя улыбку, Чимин вновь возвращает задумчивое выражение лица, поднимая на мужчину встревоженные блестящие глаза. — Вот только тот разговор про Сокджина... — Чимин, — на выдохе начинает Намджун, разворачивая омегу к себе. — Я не хочу сейчас об этом говорить, а ты, поверь мне, не хочешь этого знать. Позже я тебе все обязательно расскажу. Позже, не сейчас, — резче, чем надо отвечает Ким, мысленно давая себе пощёчину, что не смог сдержаться. — Ты обещаешь? — почти шёпотом спрашивает Пак, вместе с этим опуская взгляд на свои руки в крепких руках альфы. — Обещаю, — мужчина аккуратно наклоняется, и оставляет мягкий поцелуй на макушке Чимина. — Тогда... — наконец по-настоящему улыбаясь, начинает омега. — Расскажи мне сейчас что-то о себе. — Малыш, о чем ты конкретно хочешь знать? От твоего ответа зависит, расскажу я тебе или нет, — перед этим на несколько секунд оцепенев, спрашивает Ким, плечом облокачиваясь на колонну. — Ну... о твоей работе, об этом месте, о твоих друзьях, о всем, что тебя касается, —громче обычного говорит парень, перечисляя, тараторя и бегая глазами по удивлённому лицу альфы. — Просто... иногда мне кажется, что я знаю только маленькую частичку твоей жизни... Или ничего не знаю вовсе, — вмиг погрустнев, хрипло шепчет омега. — Чимин, сейчас ты наоборот знаешь большую ее часть, — мужчина вновь наклоняется к Паку, останавливаясь около его уха, при этом мимолётно касаясь губами мочки, что вызывает у омеги неконтролируемые мурашки. — Потому что этой частью являешься ты. — И все же... — Чимин смущённо отворачивается, пытаясь спрятать покрасневшие уши. — Мне хочется знать о тебе побольше. — С чего мне начать? — Расскажи о своих друзьях. Как я понял, вы ещё и партнёры по бизнесу, — Чимин поворачивается обратно, сразу же ловя на себе любопытный взгляд Намджуна. И так каждый раз, каждый раз омега буквально плавится под этим изучающим влюблённым взглядом. — Да, но это только одна из граней наших отношений, — посмеивается альфа, складывая руки на груди. — С Хосоком мы знакомы ещё со школьной скамьи. В один момент мы поняли, что из нас вышел бы неплохой дует, с этого и начался путь к тому, что у нас сейчас есть. — А как вы познакомились с Чонгуком? — чуть увереннее спрашивает Чимин, облокотившись на колонну. — Он пришёл к нам в компанию, когда у нас уже была устойчивая основа, — погружаясь в столь давние воспоминания, Ким невольно улыбается, устремляя взгляд в толпу. — Конечно, какую-то роль сыграло его родство с Хосоком, но это было лишь маленьким толчком. Дальше ему помогали исключительно харизма и невероятные умения в покере. — В покере? — слегка удивлено переспрашивает парень. — Когда он только пришёл, на первом же корпоративе выиграл в покер у начальника финансового отдела его должность, — вновь не сдерживая смешок, Намджун смотрит на омегу, почти не моргая, изучая мягкие черты лица, которые и без того знает наизусть. — Какая ставка была у Чонгука? — Его должность ассистента, — ловя недоумевающий и в какой-то степени шокированный взгляд Чимина, мужчина сразу же добавляет. — Наглость у Чонов в крови, а ещё умение спаивать и заговаривать зубы. — Это удивительно... — Тебя ещё что-то интересует? — альфа вырывает Пака из мыслей, вновь взяв его под руку. — Конечно! — громче, чем следовало, начинает омега, сразу же осекаясь. — Прости, что задаю глупые вопросы, но мне правда интересно, чем и как ты живёшь. — Сейчас я живу тобой, — почти моментально отвечает Намджун, аккуратно убирая свисающую на глаза Чимина прядь волос. Не заставляй меня смущаться на людях, — почти шёпотом отвечает Пак, уже не стараясь скрыть окончательно покрасневшие уши. — Скажи спасибо, что просто смущаться, — мужчина хитро ухмыляется, вновь наклоняясь к уху омеги, опаляя его горячим дыханием. — Раньше я бы попросил за каждый ответ на вопрос поцелуй. —А почему сейчас не просишь? — неожиданно для самого себя спрашивает Чимин, сразу же отводя взгляд. — Поверь, дома я потребую с процентами, — альфа целует покрасневшее от смущения ушко парня, чуть прикусывая мочку, после наконец отстраняясь и заглядывая в карамельные глаза напротив. — Тогда можешь начинать отвечать на следующий вопрос, — на выдохе говорит Пак, невольно отворачиваясь. — Об этом приеме? — И о нем в том числе. — Если коротко и красиво, то это как выставка дорогих ювелирных изделий, — Намджун аккуратно приобнимает омегу за плечи, поворачивая его в сторону зала, заполненного десятками разных людей. — Если говорить реалистичнее, то скорее публичный дом. — Почему...? — Видишь возле дальнего стола в углу низкого альфу со светлыми волосами? — Ким незаметно кивает в строну стола, у которого столпилось одновременно несколько человек. — Это акционер, — поясняет альфа, — а рядом с ним, в белом костюме, его потенциальный партнёр. — К чему ты ведёшь? — Чимин недоумевающе переводит взгляд на мужчину, прижимаясь к нему чуть сильнее. — Как думаешь, с какой вероятностью они заключат взаимовыгодную сделку? — Ну... — пусть Пак и проработал какое-то время в офисе «Vice», для него бизнес и деловые встречи все ещё что-то с другой планеты. — Я не очень разбираюсь, но думаю, у них есть все шансы. — Я называю это предсмертный всхлип, — уже более серьезно начинает Намджун, отходя вместе с Чимином в сторону от уже привычного, но от того не менее жалкого зрелища. — Посмотри, как активно мужчина в белом пытается добиться внимания акционеров и кому-нибудь «продать себя». А знаешь, почему мы мало к кому подходим? — Почему...? — Рекламой пользуются только те, кто отчаянно в ней нуждается.

* * *

— Ты тише, чем обычно, — Чонгук вырывает Хосока из мыслей, заставляя обратить внимание на себя и на рядом стоящих омег, которые уже который час не могут наговориться. — Из-за чего-то волнуешься? — непривычно аккуратно спрашивает младший, взглядом указывая на рядом стоящего Юнги. — В какой-то степени это так, но... — мужчина нежно поглядывает на стоящего чуть дальше Мина, который, кажется, чувствует себя раскрепощенние и свободнее, чем раньше. Если посмотреть со стороны, то может показаться, что Юнги здесь не первый раз, уж больно ему идёт эта роскошная и элегантная атмосфера изысканности. Она, конечно, подходит ему, вот только сам омега к ней не стремится. Оно ему и не нужно, чтобы быть самым прекрасным на свете, по крайней мере, для Хосока. — У меня опять неприятное предчувствие, — спустя пару секунд молчания, говорит старший Чон, через силу отводя взгляд от своего Солнца. — И каждый раз, когда ты так говоришь, твоё чутьё нас не обманывает, — тяжело выдыхает альфа, поправляя немного растрепавшиеся волосы. — Просто будем начеку, — успокаивающе улыбается Хосок, чуть посмеиваясь. — Я же не предсказываю будущее... За теплой приятной беседой мужчины и не замечают, как к ним приближается до боли знакомая фигура. — Господа, как я рад вас снова видеть! — внезапно со спины подлетает альфа среднего роста, с чёрными как смоль волосами и в багряной рубашке навыпуск. Он в момент повисает на плече Хосока, приветливо улыбаясь. Это один из тех немногих людей, которым позволено так вести себя с этими людьми — по-дружески. — Хенджин?! — почти хором восклицают Чоны, смотря на внезапного гостя как на приведение, явно не ожидая его здесь увидеть. — Вы не ждали, а я сюрприз решил вам сделать, — он отлипает от Хосока, становясь между альфами, по очереди разглядывая каждого и подмечая видимые изменения. — Ты умеешь удивлять... — все ещё шокированно начинает Чонгук, похлопывая старого друга по плечу. — Сколько ты отвалил за освобождение? — Просто напомнил некоторым людям об их старых долгах, — эта фирменная ухмылка Хенджина... Какое бы дерьмо не происходило, он всегда на шаг впереди системы. То, что произошло несколько месяцев назад — явный нонсенс. — Я знал, что это вопрос времени, — смеется старший Чон, подходя ближе ко все ещё удивлённым омегам позади, явно не понимающим, что происходит. — Позволь тебе представить, это Юнги и Тэхен — наши омеги. — Очень приятно, — будто машинально Хван каждому по очереди пожимает руку, улыбаясь при этом максимально приветливо, как обычно улыбаются близким друзьям или родственникам. — А это Хван Хенджин, наш хороший друг и по совместительству деловой партнёр, — поясняет Хосок, крепко держа почему-то насторожившегося Юнги за талию. — Взаимно, — почти хором отвечают омеги, успевшие за такое короткое время неплохо поладить и договориться ещё встретиться. — И много я пропустил за время своего заключения? — вновь обращается к альфам Хенджин, мимолётно окидывая зал любопытным взглядом. — Намджун и Джином опять сошлись? — Не совсем... — неловко начинает Чонгук, мимолётно поглядывая на подозрительно притихшего Тэхена. — Намджун в новых счастливых отношениях. Они сейчас отошли, но думаю, скоро вы сможете познакомиться. — У нас впереди еще весь вечер, — отвечает Хван, растягивая последнее слово. Не стоит упоминать, что с новым омегой старого приятеля он уже успел познакомиться... — Я тогда пойду поприветствую хозяина приема. Увидимся! — он ещё раз пожимает всем присутствующим руки, окидывая радостным взглядом. Когда Хенджин окончательно растворяется в толпе, Хосок чувствует легкое прикосновение к своей руке. Он сталкивается взглядом с Юнги, в секунду понимая, чего именно от него хочет Мин, своеобразная телепатия, не иначе. Аккуратно взяв омегу под руку, мужчина отходит чуть подальше, спрятавшись за одну из колонн. — Хо, — шёпотом начинает Юнги, становясь почти вплотную к альфе, — он случайно не сутенер? — Будет глупо спрашивать у тебя, как ты узнал? — Считай, что это профессиональный взгляд, — еле слышно вздыхает Мин, забираясь тонкими пальчиками в карманы брюк Хосока. — И он тебя не обманывает. Только на его уровне это называют «бизнесмен», — чуть ухмыляется Чон, невзначай поправляя слегка растрепавшуюся укладку омеги. — Такой же честный, как и ты? — в ответ улыбается Юнги, одним лишь взглядом читая мысли. — Не сравнивай, — притворно обиженно начинает альфа. — Но, в какой-то степени, именно благодаря ему мы до сих пор остаёмся честными, — мужчина собирается вернуться к их компании, но он вновь чувствует холодное прикосновение чужих рук к своим. Почему-то из-за каждого такого прикосновения по всему телу проходит неконтролируемый импульс, будто маленький разряд тока, посылающий сигналы в самый мозг. — Хо, — вновь начинает омега, только уже более взволновано, — я ещё кое-что хочу спросить. — Все, что угодно, — альфа аккуратно переплетает свои пальцы с пальцами парня, инстинктивно чувствуя, что это именно то, что нужно сейчас сделать. — Как ты думаешь, а его профессиональный взгляд что-то сказал обо мне? — замявшись, говорит Юнги, поглядывая на скучающий народ, который, по его ощущениям, в одну секунду устремляет все своё внимание на него. Мысленно омега прекрасно понимает, что на них сейчас никто не смотрит, но сердце все равно разъедает тягучий страх оказаться под всеобщим прицелом. — Солнце... — на выдохе говорит Хосок, мягко поглаживая выпирающие косточки и венки на руках светловолосого. — Я не думаю. И это абсолютно неважно. Пока я здесь, пусть кто-то только попробует что-то сказать в твою сторону. — Будешь доблестно отстаивать мою честь? — «если от неё ещё что-то осталось» так и остаётся в мыслях у грустно улыбающегося парня. — Даже не сомневайся... — Прошу прощения, что так бесцеремонно вас прерываю, но мы с Тэхеном хотели бы ненадолго покинуть вас, — видимо, только что подошедший Чонгук, как он сам выразился, абсолютно бесцеремонно становится перед ними, окидывая подозрительно любопытным взглядом. Судя по всему, из всего разговора он мог услышать только последнюю реплику Хосока, что не могло не радовать обоих. — Все хорошо, мы тоже прогуляемся, — вновь улыбаясь, отвечает старший, притягивая Юнги за талию ещё ближе к себе, но перед этим шёпотом, даже одними губами, говорит племяннику: — Чонгук, будьте бдительны. — Обязательно, — кивает Чонгук и, развернувшись, направляется в противоположную сторону к своему омеге.

* * *

Пара чёрных глаз, не прекращая, прожигает дыру в голубом затылке. Джихан вот уже минут двадцать не сводит взгляд с сына, ненавидит, издевается, мысленно кожу сдирает. А Тэхен все чувствует, и ему страшно. Страшно от этих налитых кровью глаз, страшно, что отец вот-вот подойдет, а Чонгука не окажется рядом. Поэтому омега альфу от себя ни на шаг не отпускает, мёртвой хваткой ему в руку цепляется. Омега слишком красив, дорого одет, яркая улыбка сверкает на розовых губах, но... внутри он просто маленький ребенок, который боится, что его снова будут ругать. Чонгук тоже не дурак. Он все прекрасно понимает, и каждый раз ухмыляется, ловя на себе пристальный взгляд. Альфу, на самом деле, эта ситуация забавляет. Омега мечется между ними, словно меж двух огней, но он всегда выбирает Чонгука, это не может не льстить его самолюбию. Но Чону становится не по себе, когда он замечает, как старший Ким смотрит на его омегу. Если альфе от этого просто некомфортно, то он и представить не может, какого бедному Тэ. Война войной, но голубоволосое чудо со странной квадратной улыбкой Чонгук в обиду не даст, пусть компанию для этого на кон поставить придется, но если Джихан хоть пальцем тронет его сокровище, он его с лица земли сотрет. Альфа понял это еще в ту ночь, когда Тэхен как маленький, ласковый котенок доверчиво жался к нему, шепча слова любви, утыкался носиком в шею, засыпая и щекоча дыханием разгоряченную кожу. Таких, как Тэхен больше нет, с ним никто не может сравниться. Его никто не заменит. И в ледяном сердце Чонгука место только для одного маленького омеги. — Чонгук...? Гук-и, — шепчет Ким, а альфу током прошибает, и сердце болезненно сжимается от этого ласкового «Гук-и». Он этого просто не заслуживает... — Давай отойдем куда-нибудь, пожалуйста.. — Как скажешь, — Гук с нежностью переплетается пальцы с длинными тэхеновыми и, поднеся замок из рук к губам, мягко целует, вновь ловя на себе недовольный взгляд мужчины, притаившегося среди других гостей. Альфа отводит Тэ подальше, успокаивая, приобнимая за дрожащим плечи, шепча, что все будет хорошо. Омега все так же доверчиво прижимается, кладя голову на мужскую грудь, и вдыхает успокаивающий дубовый запах. — Я боюсь его, Чонгук. Мне так страшно, — омега испуганно заглядывает в обеспокоенные обсидиановые, в которых читается безграничная любовь и ласка. Длинные пальцы комкают белую рубашку на груди, и омега жмется еще ближе, шепча едва разборчивое: — Не оставляй меня... Пожалуйста. — Ни за что, мой хороший, — альфа оставляет мягкий поцелуй на морской макушке. — Все будет хорошо, не переживай. Но ведь хорошо уже не будет, правда...?

* * *

Колкий северный ветер заставляет омегу поёжиться в руках Чонгука и ещё ближе прижаться спиной к его груди. Мужчина крепко обнимает омегу поперёк живота, согревая того своим теплом, а голова Тэхена лежит на плече альфы, и пушистые голубые волосы красиво переливаются в мягком свете молодой луны. Спустя какое-то время напряжённой прогулки по банкетному залу, Чон все же не выдержал и решил отвести парня в совсем тихое и спокойное место, где людей не было бы вообще. На первом этаже как раз располагалась большая терраса, с видом на ночной город вдали. — Тебе не холодно? — впервые за несколько минут нарушает тишину Чонгук, зарываясь носом в голубую макушки и вдыхая свежий аромат моря. — Пока нет, — почти шёпотом отвечает омега, заглядывая в темные глаза напротив, ещё больше откидывая голову на плечо мужчины. — Хочешь чего-нибудь? — сейчас альфа звучит как-то совсем иначе, непривычно ласково и влюбленно. — Разве что выпить, — грустно посмеивается Тэхен, утыкаясь носом в шею Чона. Любимый дубовый аромат окутывает, забивается в легкие, и омеге хочется дышать только этим человеком, ощущать всю жизнь этот крепкий родной аромат, что всегда успокаивает. — Шампанское устроит? — Не имеет значения... — выдавливая улыбку, отвечает Ким, что, конечно же, замечает Чонгук, который все эти минуты вслушивается в бешено стучащее сердце омеги. Даже в такой тихой обстановке Тэхену все ещё страшно, и этот страх прекрасно чувствует альфа. Ему тошно от себя. Он так долго бегал за этим омегой, отстаивал свое право быть его истинным, а сейчас не может просто дать Тэ почувствовать себя в безопасности. — Тэ, здесь должно быть спокойно, — мягко пытается успокоить мужчина, невесомо касаясь носом щеки парня. — У него тоже есть свои заботы на этом вечере, так что не волнуйся. Пока я рядом, с тобой ничего не случится. — Я очень надеюсь, что ты прав, — на выдохе говорить парень, прикрывая глаза и расплываясь в спокойной улыбке. — Я всегда прав, — ухмыляясь, отвечает Чонгук и немного отстраняется. Уже в следующую секунду Ким заливается смехом, пытаясь звучать немного тише, но оказывается бесполезно. А Чонгук с безграничной нежностью смотрит на свое сокровище и невольно улыбается. На душе немного, но все же спокойно. — Ты слишком забавный, — хихикает омега, нарочно дразня альфу. — Договоришься, и сдерживать сегодня ночью ты будешь не смех, — становясь напротив голубоволосого, шепчет в губы мужчина, касаясь своими мягких розовых бутонов омеги, и заглядывает в глаза, находящиеся в паре сантиметров от его. — И это ты называешь угрозой? — улыбаясь, спрашивает Тэхен, соприкасаясь носами с альфой. Руки лежат на крепких плечах, обтянутых дорогой тканью, которую комкают и сжимают красивые длинные пальцы. — Это твое будущее, Тэхен. Учти, я не позволю этому вечеру закончиться так просто. Мы обязательно повеселимся, — мягко чмокнув Тэ в губы, напоследок говорит Чонгук, наконец уходя с террасы вновь в гущу событий, оставляя недовольного слишком коротким поцелуем омегу. Ещё несколько секунд Тэхен просто стоит, смотря куда-то в пустоту, при этом как дурак улыбаясь. Казалось бы, они столько раз целовались и часто так горячо, что этот чмок рядом не стоит... но почему-то именно сейчас живот переполняют те самые бабочки. Еле слышно вдыхая холодный ночной воздух, омега отходит к перилам, облокачиваясь на них, и разглядывает представший перед ним город в свете тысяч ночных огней. Конечно, Ким не первый раз на подобных мероприятиях, да и виды он видел получше, но то ли атмосфера, то ли недавние события заставляют все чувствовать совсем по-другому. А Тэхен, который раньше смеялся над теми, кто безоглядно бросается в омут чувств, сейчас и сам не против в них утонуть. — Не помешаю? — внезапно раздаётся за спиной знакомый голос, который преследует парня в кошмарах. Омега, видимо, так глубоко ушёл в свои мысли, что даже не услышал, как к нему подошёл его отец. Тело стремительно охватывает мелкая дрожь, глаза округляются до нереальных размеров, а руки мёртвой хваткой сжимают холодные перила. Хочется закричать, что есть силы, позвать Чонгука, чтобы защитил, но омега даже пошевелиться не может из-за противного липкого страха. — Вижу, вечер ты проводишь замечательно, — начинает Джихан, становясь прямо напротив сына, мимолётно оглядываясь по сторонам. — Где твой герой-спаситель? Он весь вечер от тебя не отлипал, я даже начал терять надежду к тебе подойти. Неужели уже ускакал на своём белом коне? — Отец... — пытаясь унять дрожь в голосе, хочет возразить Тэ, но не решается. — Чего ты хочешь...? — Я теперь и с родным сыном поговорить не могу? — усмехается мужчина, пальцем приподнимая подбородок омеги, и разглядывает скрытые тональным кремом следы нежности. — А ты, я вижу, посмелее стал... Сын, запомни и больше никогда не забывай: все, что ты сейчас имеешь, включая твоего любовника, твоё только потому, что я позволяю, — цедит Джихан, взглядом насквозь прожигая Тэхена, и резко отпускает подбородок парня, сильно пихая его пальцами, вынуждая Тэхена отвернуться. — Причем здесь... — едва слышно всхлипывает парень, пряча глаза в пол, не позволяя отцу увидеть упавшую с ресниц слезинку. Так и не успев договорить, Тэ чувствует на своём плече родную тёплую руку, и резко поворачивается к вовремя подошедшему Чонгуку. Еще минуту назад абсолютно влюблённый взгляд Чона изменился на полный ненависти и презрения, одни из вещей, которые омега никогда бы не хотел испытать на себе. Омега кидается мужчине на шею, крепко обнимая, и позволяет себе расплакаться в крепких объятиях. Джихан, наблюдающий эту до невозможного фальшивую картину, только мерзко смеется, в очередной раз понимая, какого глупца он воспитал. — Руки убрал, — рычит Чонгук, аккуратно отодвигая Тэхена в сторону. — Лёгок на помине, — хитро ухмыляется старший Ким, ощущая, как на него медленно надвигается Чонгук. — Прибежал защищать свою игрушку? Как мило. — Не смей его так называть! — в секунду сократив расстояние, мужчина с грохотом прижимает Джихана к стене, держа за ворот рубашки. — Не смей открывать свой грязный рот в сторону Тэхена. — А мне кажется, что это лучше всего описывает действительность, — едко шипит Ким, чувствуя, как стремительно усиливается хватка альфы, постепенно переползая на шею. — Учти, прямо сейчас я готов воплотить все свои обещания в реальность, — рука Чона полностью перемещается на шею старшего Кима, с силой сжимая ее. — Ты про свои детские угрозы? В таком случае, мне тоже придётся раскрыть пару козырей, — закашливаясь, хрипит Джихан. В следующую секунду, когда он чувствует сквозь ткань рубашки прикосновение холодного железа к своему боку, его лицо озаряет победная улыбка. — Кажется, кто-то испугался? Лучшая защита — это нападение, не так ли? Помни, что Тэхен с тобой, пока я позволяю. Как думаешь, что с ним случится, когда он узнает, кто виноват в смерти его папы? — едва слышно шепчет мужчина, не переставая ухмыляться синеющими губами. — Следи за языком! — рычит Чонгук, до дрожи в руках сжимая пистолет. — Каждое твое слово будет равно одной пуле в твоей... — Чонгук, стой! — до этого стоявший в стороне, Тэхен подлетает к альфе, хватая его за плечи. В секунду Чон будто возвращается опять в реальность, ловя испуганный взгляд своего парня, и медленно ослабляет хватку на Джихане. — Прошу, пойдём отсюда... Пожалуйста... — одними губами говорит Тэ, уже не чувствуя скатывающихся по щекам прозрачных капель. — Вот видишь, мне даже делать ничего не придётся, — посмеивается мужчина, потирая шею, с интересом наблюдая за представшей перед ним картиной. — Он сам тебя рано или поздно убьёт. Воспринимай это во всех смыслах. — Ещё одно слово и я... — альфа не успевает договорить. Внезапно к нему подлетает Намджун, оттаскивая от злорадствующего Джихана. — Чонгук, отойди от него! — с трудом, но Ким оттаскивает вырывающегося Чонгука, крепко держа его за плечи, и отводит в сторону. — Он того не стоит, успокойся! Не пачкай руки. — Видимо, разговор можно считать законченным, — наигранно грустно вздыхает Джихан, переводя взгляд на сына, спрятавшегося за широкой спиной подошедшего Хосока. — Ещё увидимся, Тэхен. — Даже не думай! Я ни на шаг не позволю тебе у нему приблизиться, — уже в спину бросает младший Чон, срываясь на крик. — Отпустите меня уже! — Гук-и... — голос омеги эхом отдаётся в голове, заставляя Чонгука застыть на месте. Неужели он все это творил на глазах своего чуда...? В один момент все внимаете альфы перемещается на стоящего рядом Тэ, успокаивающе заглядывающего в глаза. Медленно, почти невесом Ким касается руки Чона, мягко поглаживая и аккуратно притягивая ближе к себе. Они ничего не говорят, оба знают, что сейчас, когда их эмоции накалены, и оба чуть ли не читают мысли друг друга, это не нужно. Тэхен осторожно обнимает альфу, на этот раз кладя уже его голову к себе на плечо, и перебирает растрепавшиеся волосы. Ему все равно, что сейчас на них смотрят, все равно, что где-то в зале уже шепчутся и переговариваются, даже не слышно, как Намджун успокаивает шокированного Чимина, и как Хосок отчитывается перед не менее ошарашенным Юнги. Сейчас один из тех моментов, когда они с Чонгуком действительно наедине. Конечно, Киму страшно, он безумно боится мысли о том, что бы было, если бы не подошедшие вовремя Намджун и Хосок. Но почему-то сейчас Тэ ощущает сильный страх исходящий от альфы. Он старается не сорваться, омега чувствует, как в голове Чона копошатся тысячи мыслей, каждая страшнее предыдущей. «Он сам тебя рано или поздно убьёт. Воспринимай это во всех смыслах.» — эта фраза как старая кассета заедает в голове, перебивая другие мысли. Тэхен чувствует себя беспомощным. Но насколько же тогда слаб перед ним Чонгук? — Поехали домой... — шепчет в самое ухо омега, оставляя мягкий поцелуй на скуле мужчины.