Ваниль

— Тайн… — прошептал его имя мальчик — вдохнул его — очень завораживающе, и Тайн подумал, что тот выглядит знакомо. Он почувствовал неописуемое тепло внутри, потому что мальчик, смотревший на него темными глазами, что светились любовью, был прекрасен. — Я люблю тебя, — прошептал мальчик. Когда он наклонился, Тайн почувствовал, как его глаза затрепетали и закрылись, ожидая нежного прикосновения красивых губ мальчика к своим. Однако он почувствовал, как его сознание оторвалось от образа мальчика прежде, чем тот успел появиться, не оставив ничего, кроме остатков теплого чувства, что теперь ныло в груди Тайна, когда он, зашевелившись, проснулся. Он с трудом открыл глаза и обнаружил, что солнечный свет струится в окно, отчего его белые простыни кажутся еще ярче. Он прищурился, зрачки привыкли к изменениям, и… вскоре он понял, что находится лицом к лицу с мальчиком из своего сна. Также известным как Сарават. Вздрогнув, Тайн почувствовал, как его сердце забилось быстрее, когда он понял, что не только мечтал о поцелуе с Сараватом, но и находился всего в нескольких дюймах от упомянутого мальчика. Он покраснел, когда испытал подсознательное желание быть еще ближе, потому что то, как лучи солнца освещали кожу Саравата, делая его скулы золотыми в утреннем свете, заставило Тайна протянуть руку и прикоснуться к нему. И неужели губы Саравата всегда были так красиво изогнуты, словно идеальный лук Купидона? Грудь Тайна затрепетала, когда он перевел взгляд с все еще закрытых глаз Саравата на его расслабленный во сне рот. Хоть он и попытался взять себя в руки и встать с кровати, искушение прикоснуться к другому мальчику — чье выражение было более расслабленным, чем когда-либо видел Тайн — оказалось сильнее. Он медленно протянул чуть дрожащий палец и легонько ткнул Саравата в щеку. Мальчик даже не пошевелился. Тайн уставился на его веки, пытаясь понять, проснулся ли тот, а затем перевел взгляд на рот Саравата. Он осторожно потянул палец к губам мальчика, затем, немного поколебавшись, провел большим пальцем по нижней губе Саравата. Тайн почувствовал, как его собственные щеки запылали от смущения, и еще сильнее, когда он заметил, какими мягкими были губы Саравата. «Тайн! Вставай, придурок! Мы из-за тебя опоздаем на завтрак!» Внезапные звуки громкого стука в дверь заставили Тайна одернуть руку так сильно, что упал с кровати. Он сел, морщась и потирая бок, прежде чем внутренне выругаться, когда вспомнил, что Сарават все еще в его постели. Тайн встал, с ужасом наблюдая, как Сарават зашевелился среди этой суматохи, его пальцы потянулись, чтобы протереть глаза, прежде чем он, наконец, открыл их, встретившись с потерянным взглядом Тайна. Тайн приложил палец к губам, отчаянно надеясь, что Сарават поможет ему, когда он на него шикнет. Сарават приподнял бровь, прежде чем сесть. Тайн раздраженно толкнул его обратно, указывая на входную дверь, которую его друзья все еще безжалостно атаковали. — Стой, — твердо прошептал Тайн, не обращая внимания на то, как сердцебиение участилось, когда Сарават выжидающе посмотрел на него. Он огляделся вокруг, схватил свое одеяло и в последнюю секунду накинул его на другого мальчика, прежде чем, наконец, открыть дверь. «Пожалуйста, не высовывайся, пожалуйста, не высовывайся», — мысленно взмолился Тайн, распахивая дверь и открывая нетерпеливые выражения лиц Фонга, Пьюка и Ома. — Тайн! — воскликнул Фонг, прежде чем оглядеть Тайна с ног до головы. — Эй, что с тобой случилось? Ты еще даже не одет. — Э-э… — Тайн остановил его, когда он вошел в комнату, положив руку на дверной косяк, тем самым преграждая путь Фонгу, и одарил своих друзей невинной улыбкой. — Я просто проспал. Фонг обменялся взглядом с Пьюком и Омом, а Тайн наблюдал, как они мысленно общаются. Он нервно бросил взгляд на бугор на своей кровати. — Или… — сказал Пьюк, многозначительно подняв брови, — может быть, ты что-то скрываешь, мой друг? Бросив последний взгляд друг на друга, все трое протиснулись мимо Тайна — несмотря на отчаянные протесты последнего — и вошли в комнату. Тайн побежал за ними, с ужасом наблюдая, как они тут же бросились к кровати, срывая покрывало с неподвижного тела. Он приготовился к множеству восклицательных вопросов, которые ему предстояло получить… но кровать была на удивление пуста. «Слава богу», — подумал Тайн. Должно быть, у Саравата хватило ума спрятаться в другом месте. В кои-то веки. Или нет. Прежде чем Тайн полностью смог осознать свое облегчение, он посмотрел на Фонга, затем на Ома и, наконец, на Пьюка, которые в свою очередь посмотрели на него, расширив глаза на что-то позади него. Тайн замер, когда чья-то рука обхватила его за плечи, резко втянув обратно в теплую мускулистую стену. Нет, это не стена. Сарават. Именно тогда Тайн решил, что убьет Саравата. Ну, после того, как ему удастся пережить кучу поддразниваний, так как его друзья собирались приставать ему до конца дня. Нет, не дня. Недели. — Эм… — начал было Фонг, когда Тайн пытался придумать, что сказать. Ом откашлялся: «Ну, мы видим, что вы заняты, так что подождем снаружи». Затем все трое проскользнули мимо него, избегая взгляда Тайна. Однако Тайн не упустил ни смешков Пьюка, ни ухмылок, которые все они пытались скрыть. — Ват! — наконец воскликнул Тайн, когда его друзья закрыли дверь, или, по крайней мере, попытался это сделать. Его разум все еще был немного затуманен необыкновенным ощущением дыхания Саравата на его шее, и его головы, которая теперь лежала на плече Тайна. — Зачем ты это сделал? — Я соскучился по твоему теплу, — пробормотал Сарават, не поднимая головы. Дыхание Тайна мгновенно исчезло. Обычно он ругал Саравата за бесконечное поддразнивание… но тут не знал, что сказать, чувствуя каждый сантиметр, где соприкасались их тела. — Д… Да, конечно, — попытался сказать Тайн. — Из-за тебя мне теперь придется каждый день терпеть их насмешки. — Хорошо, — Сарават наконец поднял голову, встретившись с глазами Тайна. Тайн уставился в ответ, и глядя в загадочные глаза Саравата, попытался сохранить свою твердость, поскольку снова потерял контроль над мальчиком. Затем Сарават слегка улыбнулся и выпустил его из своих объятий, и Тайн закатил глаза, одновременно пытаясь отдышаться — не то чтобы он намеренно дал понять Саравату, что его вообще тронули их объятия. — Мне нужно переодеться, — пробормотал Тайн, стягивая с себя рубашку. Он чувствовал на себе взгляд Саравата и старался не обращать на него внимания, ища свои белые пуговицы. — Если я задержусь, то они подумают, что мы… — Подумают, что мы что? — спросил Сарават с намеком на игривость в голосе. Тайн вздохнул и повернулся, чтобы посмотреть на другого мальчика, который, как он быстро обнаружил, держал в руках рубашку, которую искал. Он выхватил ее из рук Саравата, чувствуя, что краснеет. — Ничего. У тебя в голове одни пошлости, — проворчал он, просовывая руки в рукава рубашки и возясь с пуговицами. Несмотря на свою решимость, пальцы Тайна дрожали, и Сарават подошел ближе. И ближе. Тайн бросил на него предупреждающий взгляд, чувствуя, как его тупое сердцебиение учащается против его воли, и Сарават закатил глаза. — Может быть, это у тебя в голове всякие пошлости, Тайн. Позволь мне помочь тебе, — сказал Сарават, протягивая руку. Его пальцы коснулись ключицы Тайна, и тот сглотнул, когда они мельком встретились глазами до того, как скользнули вниз к его рубашке, и пальцы быстро справились с маленькими пуговицами. — Оу, — отметил Тайн, стараясь не пялиться на то, как Сарават слегка поджал губы, сосредоточившись, или на то, как мило нахмурились его брови. — Спасибо. Через несколько минут оба переоделись и освежились. Тайн заколебался, схватив свою сумку. — Ну… насчет вчерашнего, — неловко начал он, внимательно наблюдая за выражением лица Саравата, чтобы не пропустить ни малейшего намека на то, о чем он думает. — С-Спасибо тебе за… ну, ты знаешь… — Тебе не нужно благодарить меня, Тайн, — произнес Сарават, перекидывая гитару через плечо. — Если ты хочешь, чтобы я остался, я останусь. Если тебе от этого станет легче, то я лучше останусь. — Хорошо, — медленно кивнул Тайн. Он уже знал, что ему нужно перестать чувствовать себя так, будто Сарават возненавидит его за вопросы, но было приятно снова услышать эти слова от самого мальчика. Сарават слегка улыбнулся, подошел и взъерошил волосы Тайна. Он дернул головой в сторону двери, и Тайн проследил за ним взглядом. — Они ждут тебя, не так ли? — сказал Сарават, кивая Тайну. — Да, — ответил Тайн, нервно ломая пальцы. — Эм, увидимся после завтрака, ладно? В музыкальном клубе? Сарават оглянулся на него, всматриваясь в выражение лица Тайна — Тайн заметил, как его глаза опустились к разбитому уголку губы. — Да, — наконец сказал он. — Дождись меня. Расставшись с Сараватом, Тайн и его друзья едва успели на завтрак, чтобы захватить свои порции. Все трое молча переглядывались во время прогулки к площади кампуса, пока Тайн не набрался смелости, чтобы попытаться объяснить свое поведение. — Парни, мы ничего не делали, — заявил он, хватая ложку яиц на свой поднос и следуя за Фонгом и Омом к столу. Когда он сел, эти двое посмотрели на кого-то позади него, пытаясь сдержать смех, и Тайн обернулся, чтобы увидеть, как Пьюк сложил губы бантиком. Он остановился, когда Тайн шлепнул его по руке, смеясь и садясь рядом с покрасневшим мальчиком. — Хотя на самом деле, — сказал Пьюк, ухмыляясь и обнимая Тайна за плечи. — Мы знаем, что вы бы ничего не сделали. Ом кивнул, набивая рот омлетом. — Наш Тайн слишком невинен для этого, — объяснил он, жуя. Фонг посмотрел на двух своих друзей, а затем на Тайна. — И все-таки, ты в порядке? Это не похоже на тебя — приглашать кого-то кроме нас на ночь, — спросил он, делая глоток своего напитка и выравнивая его с напитком Тайна. Взглянув на Пьюка и Ома, он добавил: — Особенно Саравата. Одного. Тайн вздохнул, положив голову на стол: «Именно об этом я и хотел с вами поговорить. В последнее время я чувствую себя… странно рядом с Сараватом». — В каком смысле странно? — спросил Пьюк, похлопав его по спине. Тайн твердо смотрел на стол, пытаясь придумать, как бы это выразить словами. — Странно, как… рядом с ним меня начинает тошнить, или становится так тепло, словно у меня жар. И мне трудно смотреть ему в глаза. А иногда разговаривать с ним. Если бы он тогда поднял глаза, то заметил бы, что Фонг, Пьюк и Ом обменялись понимающими взглядами. Ом откашлялся и подтолкнул Фонга, который оглянулся и внимательно посмотрел на Тайна. — Ты уверен, что не испытываешь к нему никаких чувств? — подтолкнул Тайна Фонг, и тот поднял голову и взглянул на него, колеблясь. — Я уже не знаю, — пробормотал он. Через мгновение он добавил: — Может быть. Все трое замолчали, обдумывая его слова. Тайн посмотрел на одного за другим, оценивая выражения их лиц. — Что? — спросил он, и Ом покачал головой. — Ничего, мы просто никогда раньше не видели, чтобы ты так нервничал из-за кого-то, — сказал Ом, пытаясь посмотреть на это с другой стороны. — Если тебе нравится Сарават, я думаю, ты должен просто ему сказать. Он может… чувствовать то же самое. — Сарават? Я в этом сомневаюсь, — с несчастным видом ответил Тайн, опустив подбородок на стол. — Я просто хочу перестать так себя чувствовать. Знаю, что первый попросил его быть моим фальшивым парнем, но… — Тайн вздохнул. — Теперь он мой друг. Я не хочу все испортить. — Что-то мне подсказывает, что ты ничего не испортишь… — вслух подумал Фонг, но Тайн мотнул головой. — Не знаю, — неуверенно ответил он. — Мне просто нужно… держать это при себе, пока все не кончится. Сарават не должен узнать. — Если ты этого хочешь, — ответил Пьюк, легонько подтолкнув его в плечо. Он взглянул на двух других парней. — Ладно, нам нужно идти на занятия, так что заканчивайте. Тайн взял ложку риса. — У меня следующим музыкальный клуб. Мне нужно подождать Саравата, так что идите вперед. Трое его друзей переглянулись, прежде чем кивнуть. — Окей. Увидимся позже, Тайн, — сказал Фонг, и Тайн проводил их взглядом. Он уставился на свою еду, обнаружив, что потерял аппетит, и вздохнул, вставая, чтобы выбросить ее. Что бы они ни говорили, Сарават не должен знать. Тайн считал, что не стоит рисковать потерей кого-то, с кем он неожиданно сблизился — все время тратил на обучение игре на гитаре вместе с Сараватом (который, как тайно верил Тайн, обладал самым мягким и красивым голосом), или болел за Саравата на футбольных матчах, или даже просто дразнили друг друга — и он знал, что просто не может отказаться от этого. Его грубо задели плечом, и Тайн слегка споткнулся, едва не уронив свой поднос, сумев в последнюю секунду удержать его в равновесии. Он обернулся, чтобы посмотреть на человека, на которого наткнулся. — Эм, извини, что толкнул тебя! — Тайн быстро извинился перед затылком этого человека, зная, что был глубоко погружен в свои мысли. — Нет, — ответил знакомый голос. И вдруг Тайн почувствовал холод во всем теле, осознав, откуда он знает этот голос. Парень повернулся к нему, ухмыляясь: — Мне так захотелось, Тайн. «Ты ничего не стоишь, Тайн» — Ты… — попытался сказать Тайн, но почувствовал, что его дыхание участилось, когда он уставился на парня, застывшего на месте. Нет, нет, нет, этого не может быть… — Отчего такой бледный? — парень угрожающе шагнул к нему. Он был чуть выше Тайна, и его волосы были коротко острижены, но это только делало его еще более грозным. — Знаешь, ты просто жалок. «Ты же знаешь, он ненавидит тебя» Тайн отступил назад, и парень ухмыльнулся, взглянув на окружающих их людей. — У меня сейчас нет на это времени. Но не забывай, что тебя очень просто найти, Тайн. С этими словами он повернулся и пошел прочь, оставив Тайна смотреть ему вслед с тревожно пустым, дурным чувством, которое возникло у него за несколько ночей до этого. И теперь это чувство вернулось.