2
5 мая 2020 г., 12:00
Они не рассчитывают увидеть Намджуна снова: после своего первого гадания он, казалось, довольно скептически отнёсся ко всему испытанному, ещё больше укрепившись в собственной вере, что ясновидения не существует. Именно поэтому удивлению их нет конца, когда неделю спустя тот заходит в магазин с широко раскрытыми глазами и взъерошенными от сильного ветра волосами. Притом один — нигде рядом не видно Тэхёна, и Чонгук понимает ещё более шокирующий факт — Намджун пришёл к ним по собственной воле. Может, он всё-таки всё правильно сделал ранее. Может, он просто был достаточно убедителен.
Чего он совсем не ожидает, так это того, что был прав.
— Прости что? — переспрашивает он, слегка хмурясь.
— Как ты это сделал? — повторяет Намджун капельку дико, даже Сокджину это кажется чуточку пугающим. — Ты буквально сказал мне бросить свою работу модели и получить степень инженера-эколога, о чём я всегда и мечтал, и затем следующее, что я вижу, так это рекламу университетских курсов по инженерной экологии, блять, повсюду. И типа… как?
— Э, — тупо тянет Чонгук, и Сокджину приходится пихнуть его локтём в бок. Он шипит от боли. — То есть, эм, мне сказали об этом высшие духи.
Сокджин кивает.
— Как Тэхён и говорил, мы хороши в том, чем мы занимаемся.
Намджун щурит глаза, после выдавая.
— Я хочу ещё одно предсказание.
Чонгук растеряно хлопает глазками. Сокджин же, совершенно наоборот, просто сияет.
— Замечательно! Процедура та же: ты должен подписать контракт, прежде чем Чонгук начнёт гадать. Ну и ещё невозвратная сумма в пятнадцать тысяч вон.
— Конечно, — Намджун тут же соглашается, шлёпая купюру на стол. Сокджин поднимает её, проверяя на свету, как и всегда, прежде чем положить в кассу.
Он усмехается Намджуну и кивает Чонгуку.
— Он весь твой.
Чонгук же не отрывает взгляда от высокого парня, пытаясь осмыслить всё, что произошло за последние пару минут, ну или чуточку больше. Он усаживается на своё место, всё ещё поражённый таким поворотом событий и ещё больше встревоженный, когда Намджун вдруг, без всяких предисловий, выпаливает свой вопрос. Он хмурится, пытаясь понять смысл озвученного.
— Что прости?
— Новая бургерная в Мапхогу, — слегка нетерпеливо объясняет Намджун. — Там всегда длинные очереди, так что они быстро закрываются. Мне нужно знать, как я смогу точно получить бургер.
Что ж, интересный запрос — разительно отличается от того глубокого, влияющего на жизнь вопроса, который он задал на прошлой неделе. Чонгук думает, что это даже делает Намджуна ещё чуточку более очаровательным — эта двойственность, что заставляет его покраснеть, когда на лице расцветает крохотная улыбка, и слово «милашка» хором напевается в голове. Ему кажется, что он слышит, как фыркает Юнги где-то на заднем плане (когда он сюда пришёл?), но он предпочитает не обращать на это внимание.
— Мне нужен вопрос, Намджун-щи.
Намджун барабанит пальцами по столу.
— Как мне получить бургер в «No Brand»?
И начинается та же процедура: Чонгук тасует колоду (по-прежнему неуклюже, но сейчас он немножко отвлечён мыслями о том, как очарователен Намджун, сосредоточенный на движениях рук Чонгука) и после предлагает Намджуну выбрать три разные карты. Как и тогда, Намджун, кажется, не очень-то заботится о выборе, но в этот раз делает паузу, прежде чем выбрать последнюю. Рука его заворачивает к противоположной стороне, выбирая карту с другого конца.
Чонгук убирает со стола оставшиеся карты и переворачивает первую из трёх, выбранной Намджуном сознательно.
— Итак, напомню, эта карта представляет прошлое — эмоции и мотиваторы, что привели тебя к нынешнему затруднительному положению, они могут быть тебе как известны, так и не известны.
— Да, я помню, — торопливо прерывает его Намджун, и Чонгук улыбается шире.
— Верно, так, эм, — выдыхает он и смотрит вниз, вздыхая с облегчением, когда видит, что та намного легче тех, что Намджун вытащил на прошлой неделе. Он постукивает по ней пальцем, прежде чем выдать: — Духи говорят мне, — и затем кивает несколько раз. — Эта карта. Она называется Восьмёркой Кубков, — сообщает он, будто Намджун сам не мог прочитать надпись. — И на ней изображено восемь кубков.
Намджун смотрит на него пустым взглядом. Где-то на фоне вздыхает Сокджин.
— И, ну, это кубки.
Юнги фыркает.
— Ни хрена себе, Шерлок.
Однако Чонгук его игнорирует.
— Это то, чем пользуются в ресторанах. Чтобы пить. А так как их восемь, значит, пьёт много людей. Так, в общем, духи говорят мне, ты хочешь гамбургер потому, что он популярен.
— Ага, — соглашается Намджун. — Вроде того.
— Окей, ладно, — продолжает Чонгук. — Вторая карта представляет собой действие, которое ты должен совершить в настоящем, чтобы достичь будущего, — тем же движением он переворачивает среднюю карту, натыкаясь на Двойку Кубков. Все комнате в мгновение устремляют свой взгляд на него, ожидая, что же Чонгук скажет. — Итак, снова, здесь тоже кубки. Но на этот раз их два. Так, это говорит о том, что ты должен взять с собой друга, когда пойдёшь туда? Но видишь эту извивающуюся штуку над ними?
— Ты имеешь в виду Кадуцей Гермеса? — спрашивает Намджун, на что Чонгук кивает.
— Ага, его, — и что, чёрт подери, он значит? Он искоса бросает взгляд на Сокджина с Юнги, но те лишь пожимают плечами, бесполезные, как и всегда. Класс. Он одаривает Намджуна улыбкой. Может, сам Намджун об этом знает — он вроде как выглядит умным. — И что же он значит?
Намджун переводит взгляд на карту.
— Эм, не знаю, что он значит в данном контексте, но в греческой мифологии Гермес — Посланник Богов, так что сдельщики, торговцы, путешественники и всё подобное попадают под его крыло.
Ох, он реально знает. Чонгук краснеет до ушей, снова. Это так сексуально.
— Сделка! Именно, — соглашается он с широкой улыбкой на лице, несмотря на краснющие щёки. Он отводит взгляд от намджунова лица, вместо этого переводя его на стену прямо за его головой. — Высшие духи настоятельно рекомендуют тебе поменяться местами с другом, которого ты возьмёшь с собой, пока стоишь в очереди.
— Имеет значение, когда я это сделаю? — серьёзно спрашивает Намджун, и Чонгук делает паузу, изучая карту.
В конце концов, он решает:
— Нет, я так не думаю.
Намджун на это только кивает, и Чонгук переходит к следующей карте. Он позволяет Намджуну самому перевернуть карту, как и в прошлый раз, и когда тот это делает, это, наконец, не что-то из Кубков. Нечто похожее на панику грызётся изнутри, когда он понимает, что на этот раз не сможет просто посчитать предметы на карте, ибо на этот раз перед ним Королева Жезлов, она смотрит на них, царственно восседая на троне, её длинная мантия струится вниз, спадая на пол перед ней. Краем глаза он замечает, как Сокджин с Юнги чуть подаются вперёд, ожидая того самого предсказания… которого у Чонгука ещё нет.
Но всё нормально пока, ведь в этот момент высшие духи типа разговаривают с ним, несмотря на то, что по правде он просто болтает с самим собой. Намджун кажется достаточно терпеливым, веря, что Чонгук настраивается сейчас на какую-то свою духовную связь, позволяя той проявиться, и Чонгук решает, что раз уж в прошлый раз ему реально удалось добиться успеха, перебирая слова наобум, то…
Он открывает рот, позволяя тому «наобум» вывалиться наружу.
— Итак, ты же знаешь, что в шахматах…
— Что за херня, причём тут шахматы? — спрашивает Юнги в то же время, когда Сокджин разражается полукашлем-полусмехом. Чонгук надеется, что он захлебнётся.
—…королева — самая сильная, эм, фигура? — Намджун кивает. — И ты будешь таким же. Королевой.
— Э, — неуверенно тянет Намджун. — Что это значит?
— Фактически ты заполучишь последний бургер, — переводит Чонгук, и Юнги присвистывает на его смелое предсказание.
— Понятно, — Намджун ещё немного изучает Королеву Жезлов, а затем улыбается Чонгуку. В этот раз ямочки на его щеках выглядят ещё глубже, а глаза — ярче. Чонгук пытается не расплавиться. — И снова спасибо за твоё гадание, Чонгук-щи.
— Конечно, — это самый крутой ответ, на который способен Чонгук сейчас, и затем Намджун разворачивается, чтобы уйти, перед этим похлопав предсказателя по плечу в глубокой благодарности. Чонгук взглядом провожает Намджуна до самой двери, и он уже почти готов проследить за ним, пока тот не завернёт за угол, но в этот самый момент заходит Чимин и смотрит на него, забавляясь.
— Что это с ним? — спрашивает он у Сокджина и Юнги, но Чонгук тут же бросает на них взгляд, чтобы они молчали.
Ну и конечно, они его не слушаются, так что Чонгук проводит остаток дня на пару с постоянным поддразниванием Чимина. Однако не то чтобы он возражал, ведь из-за этого он немножко больше узнает о своём странном клиенте — его имя Ким Намджун, родился он двенадцатого сентября тысяча девятьсот девяносто четвёртого года, был восходящей, уже бывшей, моделью, пока чонгуково предсказание каким-то неведомым образом не вдохновило его забросить карьеру и поступить в университет. Чонгук также узнаёт, что Намджун занимает первое место среди всех корейских учеников старшей школы, любит крабов, а ещё у него есть три бонсая по имени Джин-Джин, Черри и Ори.
Он ни капельки не влюбляется в него, неа.
— Так, эм, — чуть позже спрашивает Чонгук, закрывая магазин вместе с Чимином, несмотря на то, что хён не является сотрудником их заведения. — Это, ух, Намджун-щи с кем-нибудь встречается?
Чимин ухмыляется и хихикает, взъерошивая его волосы. Чонгук позволяет ему, зацепившись за крохотную нить надежды. И ответ не разочаровывает его.
— Не боись, он очень один и очень, очень гей.
— Ох, — едва слышно выдыхает Чонгук, и Чимин вновь заливается смехом.
