Моя бегущая

      Мышцы были настолько расслаблены, что просто не было сил пошевелить хотя бы одним пальцем. Вокруг все было размытым, но ярким, отчего глаза жутко резало. Чья-то фигура в белом внезапно появилась перед ним. Парень не мог рассмотреть черты лица этой женщины. Да, он понял, что это человек женского пола. Когда она склонилась над ним, он через силу смог разглядеть ее светлые волосы, убранные в аккуратную и практическую прическу. Но черты ее лица остались для него загадкой. Однако, его больше волновало то, что она говорит ему. Он не мог услышать или хотя бы прочитать по губам то, что она пытается до него донести. Было чувство, словно его погрузили в воду, так как были заложены уши. Ужасный дискомфорт — размытое поле зрения, глухота, паралич, страх и безвыходность. — ПОРОК — это хорошо, Томас. И ты это знаешь, — как-то отдалено послышался чей-то нежный, но в то же время противный голос, будто он исходил от того, кто ненавистен. — Тебе просто промыли мозги, согнали с верного пути. Я это понимаю. И поэтому даю тебе шанс. Шанс на искупление. Ты отправишься в лабиринт к своим друзьям. Ты же скучал по ним? И ты… Он не слышал слишком долго. И когда наконец это случилось, Томас почувствовал некое облегчение от того, что он все-таки жив. Ведь до этого казалось, будто он просто труп. Чуть-ли не поверил в то, что мертвые могут видеть, да и вообще чувствовать хоть что-то. Однако речь оборвалась, возможно, на самом важном месте. Он проснулся. Со лба стекал холодный пот, а грудная клетка требовала большой порции воздуха, отчего она сильно вздымалась. Слегка потрясывало, как будто от холода. — Эй, Томас, ты чего? — встревожился Чак, который разбудил Томаса. — Ничего, все нормально, — отмахнулся он, опуская ноги на землю, оставаясь сидеть в гамаке. Парень закрыл лоб рукой, опустив голову, пытаясь сбалансировать свое дыхание. — Ты крутился пока спал и что-то бормотал. Наверное, тебе кошмар приснился. Или воспоминание? — осторожно спросил мальчик, возвращаясь на свое место, так же сев в гамак. — Я бы сказал, что это одно и тоже, — на сей раз спокойно ответил Томас, ведь дышать стало полегче. — И как обычно ничего про то, как выбраться из лабиринта, — теперь с долью грусти произнес он. — Я бы очень хотел вспомнить хоть что-то про лабиринт. — Ты обязательно вспомнишь, нужно только подождать, — подбодрил его Чак, прикрепляя свою веру улыбкой. — Ты единственный, кто хоть что-то вспоминает. Я бы тоже этого хотел, — юноша закусил губу и опустил голову, показывая, что его слова искренние и он вправду этого желает всем сердцем. — А тебе снятся приятные воспоминания? Например, родители? — Нет, только это, — ответил шатен, покачав головой. — Ты хочешь узнать кто твои родители? — Томас бросил взгляд в сторону Чака, выказывая свой интерес. Нетрудно было догадаться о потайных желаниях Чака. Может они и не были тайными, просто сам Томас был не в курсе. — Они же должны быть у меня. Я даже не скучаю по ним, потому что не помню. Но все равно хочу их вспомнить. — Когда мы выберемся отсюда, обещаю, мы попытаемся найти твоих родителей. Договорились? — шатен тепло улыбнулся одним краешком губ, стараясь согнать грусть с лица юноши. И у него это получилось. Данное Томасом обещание заставило лицо Чака засиять. Он был счастлив, хотя обещанное еще не произошло. Мечтатель — не иначе. Утро в Глейде было довольно теплым. Даже легкая сырость не заставляла мерзнуть или покрываться коже мурашками, превращая ее в гусиную. Слышались звуки, которые издавали животные в загоне, и легкий стук. Это был Алби, который колотил что-то в заборе. Должно быть что-то поломалось, или могло поломаться, если бы не он. Лабиринт все еще был закрыт. И чего лидеру не спалось в такую рань? Многие еще видели сны, и лишь Томас вместе с Чаком не спали. Конечно же лидер это заметил, увидев, как эти двое идут к нему. Походка Томаса была какой-то нервной, словно он был чем-то встревожен. Может так оно и было. Его шаги были настолько быстрыми, что его спутнику приходилось бежать за ним в легком темпе. — Доброе утро, Томас. Как тебе спалось? — поинтересовался темнокожий лидер, отложив в сторону предмет, похожий на молоток, вот только это был камень привязанный к палке. — Что? Снова эти сны? — подметил он, заметив какое-то отчуждение в выражении лица своего немногословного собеседника. — Что приснилось? — Я лежал в каком-то помещении. Что там было разглядеть не мог, пошевелиться тоже. Снова была эта дамочка из моего прошлого сна. Говорила, что ПОРОК — это хорошо. Что меня согнали с верного пути и что мне дают шанс на исправление, отправляя в лабиринт. Больше ничего. О выходе из лабиринта тоже, — пересказал Томас, все, что запомнил из своего сна, пока Алби его внимательно слушал. — Негусто конечно, но хоть что-то. Раз тебе постоянно твердят о каком-то ПОРОКЕ, то можно сделать вывод, что именно он нас здесь и запер. Хоть это мы можем знать. Но вот только, что значит согнали с верного пути? — И сам не знаю. — Что ж, ладно. Не заморачивайся. Чак, позови, пожалуйста, Эми, у нее сегодня испытание. Мне нужно с ней переговорить. Чак кивнул и отправился выполнять свое поручение. Алби и Томас остались наедине. Шатен не знал, о чем заговорить с лидером. В его голове было слишком много мыслей, много вопросов, на которые время получение ответа неизвестны. Алби и сам молчал некоторое время, наблюдая за тем, как серая коза с маленькими рожками щипает траву и слегка постукивает копытами. — Знаешь, а ведь Элла была здесь уже тогда, когда я прибыл. На протяжении месяца она была единственным моим другом, с которым я мог поговорить. Конечно, беседы у нас были не очень, ее интересовала больше свежая трава, но было хоть с кем-то поговорить, — начал говорить Алби, обратившись к Томасу. — Может, за этими стенами есть и другие люди. Может, там совсем другая жизнь. Такая, где неведомо одиночество. — Может оно и так, — ответил парень, слегка улыбнувшись. — Что ж, а теперь давай о деле. Так как ты теперь официально бегун, хочу попросить тебя быть осторожным. Ты очень важен для Глейда. Ты единственный кто вспоминает хоть что-то из своего прошлого. Но как говорят твои сны, оно касается всех нас. Только ты можешь вывести нас отсюда. Ты должен это сделать. — Я сделаю все возможное для этого, Алби. — Я это знаю. Когда же новичок успел стать официальным бегуном? Конечно, ему не пришлось проходить испытания, ведь и так все было ясно — он годен. Шатен умеет стоять до последнего, готов получать по морде, не сдаваясь, прекрасно понимая, что шансов нет. Такие качества и олицетворяют сущность бегуна. Об этом они говорили с Алби вчера вечером, когда многие уже уходили спать.

***

Что может быть такого заманчивого в простой реке, которая не меняет своего направления и журчит как обычно? Эми не знала. Она просто смотрела на свое отражение в воде и пыталась понять, кто она есть. Девушка бы очень хотела иметь то, что имел Томас — воспоминания. У него они хоть какие-то, а она даже не уверена в своем имени. Верно ли оно? Эми ли она? Казалось, Эми не знала саму себя. Не знала какая она — хорошая или плохая. Не знала, чего стоит и на что способна. Не знала, как поступать правильно. Ею двигали инстинкты. Лишь они. И больше ничего. Разум редко был ею услышанным. Да и вообще она как-то думала не головой. Лишь движение конечностей заставляли ее двигаться вперед и поспешно принимать решения, не обдумывая их. Вот только сейчас было как-то все по-другому. Она думала о том, что произошло между ней и Ньютом. Как вести себя после этого? Что делать дальше? И верны ли ее чувства по отношению к нему? Да и что вообще она к нему чувствует. Она не знает, какие у нее чувства к нему, а думает о том, верны ли они. Это уже говорило о том, что она не умеет мыслить последовательно и правильно. Этот поцелуй перевернул все. Будто она очнулась от долгого сна, в котором жила лишь целью. Нет. Она жила мечтой, а после уже целью, но этот поцелуй… Она не могла думать сейчас о том, как пройдет испытания и пройдет ли оно вообще. Только об этом. Они так и не обсудили тот момент. Этой ночью девушка спала в хижине одна. Ньют не пришел. Это говорило о том, что он не хочет это обсуждать или просто не готов. А может его мучает то же самое, что и Эми. Может и у него перевернулся мир с ног на голову. — Эми, ты где пропадаешь? Тебя Алби ищет, — голос Чака отвлек девушку от раздумий, благодаря чему она была благодарна. Наконец она вспомнила про то, что ее ждет. А мысли о Ньюте ушли на второй план до странности быстро. — Пойдем, он зовет тебя. — Эми, а почему Ньют ночевал в гамаке? Я видел, как он спит по соседству с Минхо, — решил спросит юноша, переживая, что они поругались. Снова не сошлись во мнениях, ведь так было много раз. Они вечно спорили на плантациях, выражая свою точку зрения. Редко их мнения совпадали. Уж слишком разные люди. — Вы поругались? — Нет, все немного сложнее, — ответила Эмили, слегка усмехнувшись. Щеки вспыхнули румянцем. Как-то неловко было говорить, из-за чего это произошло. — О чем ты? — О том, что я сама понятия не имею. Ответ Чаку не понравился, но он обладал детской наивностью, почему собственно и поверил словам девушки. Он был любопытным и любознательным юношей, однако не стал выказывать эти качества, ведь прекрасно понимал, что сегодня ждет Эми. — Алби, ты меня звал? — Привет, боец. Ну что, как твой настрой? — Алби улыбался девушке во все тридцать два зуба, тем самым показывая, что верит в нее. Не хотелось ее расстраивать и брать под сомнение ее уверенность в своих силах. Не хотелось быть виной ее проигрышу. — Все прекрасно. Рано утром начала тренировки в лесу, так что Чак меня там и нашел, — соврала Эмили с фальшивой широкой улыбкой на лице. Конечно же она не тренировалась, из-за чего переживала, что провалится. Ей дали шанс, и она просто не могла его упустить. Было как-то эгоистично с ее стороны не воспользоваться им и не вложить все свое время, силы и душу в подготовку. Вот дали бы ей еще несколько дней, но этот Галли… Он так раздражал своей надменностью и колкостью, что Эми была просто готова разбить его самодовольную рожу в ту секунду, когда он усомнился в ней и раскритиковал ее. Оставалось надеяться на удачу. Собственно, она ее и спасала несколько раз, когда тайно убегала в лабиринт. Делала это так, чтобы никто не узнал. Но удача тоже не вечная, поэтому об этом и узнали в итоге. В Глейде образовались проблемы. Нападение на Бена посреди белого дня, новичок со странностями и конечно же посвящение Эмили в бегуны. Событий было достаточно. Некоторые высказывались негативно, ведь сейчас должно больше волновать то, что гриверы нападают днем, а тут решили устроить состязания. Многие считали это глупым, но Алби знал, что делает. Поэтому, чтобы избежать таких разногласий, он собрал всех в зале совета. Не хватало еще бунта в такой период. — Я знаю, что вы думаете, братья, — начал он, потирая потные ладони, ведь вся эта ситуация с Беном и с тем, что происходит в Глейде очень сильно его напрягали, вызывая волнение и бессонницу. — Вы думаете, что после нападения на Бена устраивать испытания — это глупо. Что сейчас проблема, которую нужно решить, как можно быстрее намного важнее. И я с вами согласен. Но только в том, что проблема является намного важнее, а не в том, что устраивать испытания для Эми глупо. Царила тишина. Все внимательно слушали Алби, не смея протестовать. Ситуация и так напряженная и все это понимали. Стоило выслушать своего лидера, а уже после решать — прав он или нет. — Что ж, я объясню. Гриверы нападают уже днем в стенах лабиринта. Кто знает, может наступит время, когда они покинут эти стены и придут в Глейд. Поэтому нам необходимо как можно скорее найти выход. Томас стал бегуном без испытаний, потому что он единственный, кто вспоминает о прошлом. Может именно он приведет нас к выходу. Эмили. Храбрая девушка, которая не боится отправляться в лабиринт, в отличие от многих парней, которые слишком критично относятся к женскому полу. И я не пытаюсь оскорбить вас, братья. Я лишь стараюсь донести, что чем больше бегунов, тем лучше. Если надо будет, мы впустим в лабиринт еще людей. Всех желающих. Но пока обойдемся без этого. Чем больше бегунов, тем больше возможность скорее найти выход. Все по-прежнему молчали. Тишина стояла напряженной. Все обдумывали слова лидера и прекрасно понимали, что он прав. Вот только кто пойдет по доброй воле в лабиринт, тем более именно тогда, когда есть шанс быть убитым гривером, даже не опаздывая на закрытие лабиринта? Мало кто. Поэтому все и молчали. Да и трусами быть не хотелось. Однако лучше быть живым трусом, чем мертвым храбрецом. Такая логика преследовала многих и, как оказалось, была сильнее угрызений совести. Эми была лишь наблюдателем, сидя рядом с Минхо и Томасом. Места для бегунов. Здесь сидел бы и Бен, будь он здоровым, но он так и не пришел в себя, что очень тревожило Минхо. На нем не было лица. Казалось, что он вообще не слышит того, что говорил Алби. Думал о чем-то своем, закрывшись в самом себе. Томас точно так же сидел, задумавшись. То ли над словами лидера, то ли тоже о своем — было неясно. Да и сама Эми была не лучше. Половину речи она пропустила, после слов об ее испытании. Теперь она жутко волновалась за то, что провалится. Если бы только она могла, то встала бы прямо сейчас и отправилась тренироваться. Как же ругала себя за то, что не сделала это раньше. Все думала о поцелуе с Ньютом. Как нелепо! Так по-детски… Говоря о Ньюте. Парень стоял за спиной Алби рядом с Галли. Блондин мог одновременно слушать и думать о своем. Он нормально переваривал информацию, которая исходила из речи темнокожего, но при этом думал о том, что случилось между ним и Эми. Нужно было поговорить с ней об этом, но это было бы слишком эгоистично. Она не должна отвлекаться от того, что ей сегодня предстоит пройти. Пусть лучше разговор останется на потом. Да к тому же не до этого сейчас. Еще и Бен лежит без сознания второй день. Гриверы днем нападают. Ньют старался откладывать мысли о поцелуе на последний план. Так было правильнее. — Когда это салага успел стать бегуном, Алби? — вдруг отозвался Галли, выходя из-за его спины. — Вчера. Я дал ему добро. Так что теперь он бегун. — Ладно, без испытаний, это я еще могу понять. Но почему ты не сказал об этом? — Я сказал об этом сейчас, Галли. И это не место для перепалок. Твоя неприязнь к новичку не имеет отношения к делу. — Я, как третий лидер должен был знать о твоем решении тогда, когда ты его принял, а не тогда, когда ты об этом рассказываешь всем, — продолжал возмущаться Галли. Казалось, что он вот-вот лопнет от возмущения. — Ты как третий лидер, должен следить за постройками, Галли. И в этом у тебя имеются ошибки. На твоем месте, я бы не стал вот так вот открыто делать такие заявления и кидать в мою сторону претензии. Ньют тоже не знал, хотя он второй лидер. Он стоит и молчит в отличие от тебя. Потому что у него хватает ума, чтобы понять, что Томас достоин стать бегуном. На это Галли ничего не ответил. Он просто поджал губы и стремительно покинул зал. Парень был слишком горделив для того, чтобы принять свое поражение и встать на место. Нет, это не про него. У Алби не было времени на то, чтобы идти за ним и обсуждать произошедшее. Совет закончился быстрее, чем обычно. Алби сказал все, что хотел сказать. Так никто и не высказал своего недовольства, отправившись работать. Эмили решила навестить Бена, спросить про его состояние. За ней увязался Томас, которому тоже было это интересно, хоть он его почти не знал. Может он запомнил того монстра и расскажет, а шатен сможет вспомнить хоть что-нибудь. — Он все еще без сознания? — тихо спросила Эмили у Минхо, который уже сидел перед другом и держал его за руку. На его лице виднелись какие-то черные полоски, похожие на вены. Точнее это они и были. Губы потемнели, а кожа побледнела. Казалось, что он и вовсе мертв. Если бы не его умиротворенное дыхание, то так можно было подумать. Томас и Эми подошли ближе. Девушка положила руку на плечо азиата, прекрасно понимая, что он сейчас чувствует. Бен был его другом и напарником. А теперь он может его потерять. Как ни печально — так оно и будет. И это понимали все, даже сам Минхо. Не смотря на свою любовь к другу, он знал, что его не спасти. Бен обречен. Следом вошли Ньют и Алби. Их взгляды были какими-то пустыми. Они тоже не рады. — Джефф, Клинт. Дайте нам знать, когда Бен придет в себя, — обратился он к медбратьям, на что те кивнули. — Эми, тебе пора готовиться. Время. — Да, конечно, — ответила она и покинула хижину, стремительно проходя мимо Ньюта, чуть ли не задевая его плечом. — Идемте. Пора идти. Не смотря на то, что без сознания лежал друг, Минхо все же пошел за Алби. Бегун прекрасно понимал, что сейчас обстоятельства слишком тяжелые и не стоит все время думать о том, что его напарник отправится на тот свет совсем скоро. Это может сбить с толку и отвлечь от дела. Как бы не было сложно это принять, он принял. Такова его сила воли. — Мне жаль, Минхо, — произнес Ньют, когда они направлялись на поляну. — Ничего, — ответил тот, слегка улыбнувшись другу. — Нужно скорее найти выход и убраться отсюда к чертовой матери. Хватит смертей. Рано или поздно мы все равно отыщем его. -Главное, чтобы не было поздно, — подметил блондин, почесав висок. — Ты как? Справишься? — Справлюсь. Думаю, Эми пройдет. Я уверен. Вот только насчет Галли… Не уверен, что он продержится долго. Он же ее ненавидит. — Галли не такая сволочь, и ты это знаешь. Он капризный, но не жестокий. Не думаю, что он будет нападать на нее со всей силы, — спокойно ответил парень, вздохнув. — Надеюсь. Ньют знал Галли дольше, чем Минхо. Он всегда был капризным, не боялся высказывать свое мнение, даже тогда, когда не прав. Но при всем этом он был рассудительным, хоть и не любил принимать правду, если она ему не по нраву. Понимать — понимал, принимать — не всегда. Но все же, он был не до конца уверен в том, что Эми не пострадает. Да и вообще, что она пройдет даже на качество боя. Даже с такой поблажкой она могла провалиться. Ньют рассуждал здраво, взвешивая все за и против, независимо от отношения к ней. Само поле было большим, рядом с лабиринтом с западной стороны. Не обработанное — специально для тренировок и таких мероприятий. Обычно здесь просто убирают лишнюю траву, чтобы было удобнее тренироваться. Глейдеры собрались в одну линию, ведь сейчас Эмили будет демонстрировать свою скорость, ловкость, внимательность, выносливость и конечно же силу. Бег — пять кругов по полю (два километра), скорость оценивалась главным бегуном, точнее Минхо. Второе — метание копья. Здесь она должна была попасть в мишень пять раз на расстоянии 8 футов без промаха. Один промах — сразу вылет. И третье — бой с мясником. Самое сложное. Не все верили в успех девушки. Уж больно хрупкой на вид она казалась. Миниатюрная фигура, низкий рост, худые руки — что здесь может быть особенного? Некоторые не были даже уверены в том, что она копье поднимает, не говоря уже о бое с мясником, особенно с главным. Само это испытание было очередным шоу для глейдеров, где можно посмеяться. В нее никто почти не верил. Упорство и дерзость — это еще не все для достижения цели. Ее бесстрашие — глупость. Сама же в этом сгорит, даже если пройдет. Эмили встала на позицию, откуда начинался старт. Приняв правильную стойку (слегка наклонившись вперед и положив, отставив правую ногу назад), она ждала команды. Она была уверена в том, что без труда пробежит эти круги, к тому же это поможет ей избавиться от волнения и лишних мыслей, что несомненно будет полезным для следующих испытаний. В беге, Эми всегда расслабляется. Хоть это и движение, работа ног, все же это могло помочь ей успокоиться, привести мысли в порядок, очистить голову. Иными словами — отдохнуть морально. Физическая усталость по сравнению с моральной была незначительной. Как только Минхо дал команду, девушка со всех ног пустилась вперед, активно двигая руками и ногами. Ритм дыхания подстраивался под ритм. Главное — правильно дышать, чтобы пробежать как можно больше. Эми имела такую особенность — долго не уставать. Она могла пробежать хоть десять кругов, да хоть двадцать (возможно), но затягивать, да и выделываться не стоит. Сейчас главное пройти испытание и стать бегуном. — А она и вправду быстро бегает. Гляди, уже и круг пробежала, — высказался кто-то из толпы, показывая в сторону бегущей Эмили пальцем. — Скорость — это еще не все. Бой она точно провалит, — отмахнулся кто-то, словно совершенно не был удивлен ее скорости. — Да ты и двух кругов не пробежишь, вот и треплешь, — посмеялся первый, хлопнув собеседника по спине. — А девчонка молодец. Из нее выйдет крутой бегун. — Крутой, но дохлый. — Эй, может заткнетесь уже, — вступился за подругу Чак, явно недовольный такими высказываниями в ее сторону. — Смотри, чтобы тебе трупом стать не пришлось. А то могу и рассказать. — Рассказывай сколько влезет. Можешь еще добавить, что у нее и не такая уж привлекательная задница. — Может успокоитесь, — тихо высказался Ньют, который стоял позади них, опираясь плечом на ствол дерева. Однако его сразу же услышали и замолчали. Ньют имел уважение среди Глейдеров, как и Алби. Так что против него не могли сказать ничего. Мало ли что. Может в яме запрет на неделю. Накажет за свою пассию. Все думали о том, что между Ньютом и Эми что-то есть. Они живут в одной хижине — а это уже веская причина так думать. Им было ясно, чем они там занимаются и не раз это обсуждали между собой. Правда делали это так, чтобы ни блондин, ни его подружка этого не слышали. Поэтому они триста раз себя прокляли за то, что оскорбили Эмили при нем. Они же не Галли, которому вообще по барабану все. Тот не боялся ни Ньюта, ни Алби. — Не волнуйся ты так. Твоя подружка все равно огонь, — решился кто-то высказаться, стараясь сгладить обстановку, но тем самым получилось все наоборот. Ньют нахмурился еще больше. То ли из-за шуточек про Эми, то ли из-за их грязных мыслей. — Твоя рука тоже огонь. Как раз под твой стручок, — спокойно проговорил блондин, даже не ухмыляясь. Он сказал это так, словно ему было скучно и вовсе неинтересно. При этом, он даже не смотрел на того смельчака, который сглотнул и отвернулся, продолжая наблюдать за тем, как Эмили пробегает уже третий круг. Не то, чтобы это сильно задевало Ньюта. Ему как-то всегда было все равно на то что говорят и думают про них те, которые считают, что блондин не в курсе всего этого. Он все прекрасно знал и понимал причины. Просто сейчас и так было все сложно. Эми поцеловала его, заставив все внутри него бурлить и кипеть, а они до сих пор это не обсудил из-за обстоятельств. Но был ли ему приятно в тот момент? Безусловно. Он тайно мечтал об этом, представляя в голове картины. Вопрос в том, решился бы он сделать первый шаг? Позволить сделать это себе, а не Эми? Страх быть отвергнутым улетучился. Что теперь? Время. Все покажет только время. Правда вот было не очень комфортно играть в молчанку и делать вид, что ничего не произошло. Будто они поругались, а не поцеловались. Неловкая и смешная ситуация.       Поднять копье было не трудно. Оно и вправду было тяжелым, но девушка не собиралась сдаваться не в коем случае. В ее крови вновь закипел тот адреналин, который она испытывала, когда бегала по лабиринту вместе с Минхо и Беном. Вот что ей нужно — вечный адреналин. Только это делало ее по-настоящему живой. Только так она могла прочувствовать все краски этого мира, каким бы жестоким и справедливым он не был. Копье находилось в правой руке. Девушка не торопилась. Внимательность — вот что нужно для прохождения этого испытания. Иными словами — меткость. После замаха, копье полетело ровно, не срываясь со своей оси. Оно не попало в центр, но и не вышло за границы мишени. Семерка. Вполне приемлемо. Два раза — в семерку, два — в шестерку и один — в восьмерку. Неплохие результаты, вполне пригодные для бегуна. Это испытание было пройдено. Перед боем следовало отдохнуть. Эмили присела на траву, вытянув ноги и прикрыть глаза. Легкая усталость в теле давала о себе знать. Прежде чем вступать в бой, она должна собрать все свои силы и настроиться на победу. Именно на победу. Конечно, ей сделали поблажку, но этого будет мало. Нужно показать Галли, что она не слабачка и он не был прав. Как же это ударит по его надменному эго? Интересно… — Эми, ты главное помни, что главное то, как ты будешь драться, а не победа, — решил подбодрить ее Минхо, присев перед девушкой на корточки. — Главное уворачиваться и наносить хоть какие-то удары. Здесь важна сила, но…на самом деле ловкость и скорость намного важнее. Ты прошла два испытания, и уверен, что ты пройдешь это и станешь бегуном. — Спасибо, Мин, — коротко ответила Эмили и встала на ноги. — Я это учту. Конечно в нее не совсем верили. Ведь, когда она дралась? Да тем более еще с такими парнями, как Галли, который являлся самым сильным из мясников. Эмили не стала говорить Минхо о своих настоящих планах. Это было лишнее. Слушать все эти отговорки и поучительные речи — не было желания. Была мысль, что Галли и вовсе не придет из-за той перепалки в зале совета. Но он пришел и уже стоял на позиции. Девушка встала напротив него на расстоянии двух метров. В ее глазах не было ни малейшего намека на страх. Она не боялась его. Совсем, хоть это и глупо. Что ж, храбрость это и есть своего рода глупость. — Готова? — спросил Галли. На удивлении, в его выражении лица не читались ноты насмешки. Его лицо было каменным. Ни фирменной ухмылки, усмешки. Ничего. Только прямой взгляд и идеально ровная спина. Все. Больше ничего. — Давно готова, — твердо ответила она и выпрямилась. Минхо дал команду, хотя до последнего не хотел того делать. Но правила есть правила. И так сделали поблажку. Без правил все давно бы рухнуло в Глейде и, возможно, не осталось бы ни единой живой души. После команды, эти двое начали ходить по кругу. Оба ждали нападения. Галли смотрел прямо ей в глаза, а Эми следила за его ногами. Ходили они так недолго. Из толпы послышался недовольный протяжный гул. Все же Галли не стал тянуть время, уже наперёд зная результат, и накинулся первым, однако не так, как обычно в боях, ведь каким бы гадом в глазах других он не был, он прекрасно понимал, что перед ним девушка, как бы сильно она не была ему противна. Как же сильно Галли ошибался, пребывая в уверенности. Эми доказала свою ловкость тем, что просто отошла в сторону, когда тот уже был слишком близко. Что дальше? Она вытянула ногу, об которую Галли запнулся и упал, уткнувшись лицом в землю. Все вдруг затихли. Они только начали, но Галли уже лежал на земле. Сама Эми пребывала в шоке. И все? Так быстро? Она просто отошла в сторону и выставила ногу. Как-то даже не верилось в победу. Но цель в бою — уложить соперника на землю. Кто упал — проиграл. Так же действовало правило у мясником. У большинства открылись рты. Казалось, что у Чака вообще челюсть отвалится. — Эм…все? Я прошла? — осторожно поинтересовалась Эми, посмотрев в сторону Алби, который и сам стоял в шоке. — Ну вообще-то…да, — пробормотал он, закрыв лоб рукой, до сих пор не веря в то, что Эми завалила Галли. Конечно она не применяла силу, но свой интеллект в бою она хорошо продемонстрировала. — Что-то как-то быстро. Не интересно даже, — кто-то высказался из толпы. — Поздравляю, Эмили. Теперь ты официально бегун, — произнес Алби, пожав руку девушке. — Теперь найти выход из лабиринта — твой долг.

***

Обычно для таких случаев устраиваются посиделки. И сегодняшний день не был исключением. Да, сейчас один из глейдеров лежит ужаленный и никому неизвестно, когда он очнется. Однако он обречен, и это не в коем случае не должно сказываться на других. Сегодня следовало отдохнуть от скопившихся проблем. Многие были только «за», но были и те, кого больше волновало скорейшее решение проблемы. Считали, что это веселье ничто иное, как глупость, идиотизм. Все же никто не высказывался по этому поводу. Вечером, как обычно, разожгли огромный костер. Раза три, наверное, ходили в лес за хворостом несколько юношей. Некоторые из них сели возле костра и стали играть, стуча по самым разным предметам, улавливая ритм. Музыка. Это было не чуждо глейдерам, которые и не помнят, какая она вообще бывает. Казалось, что вообще не произошло ничего плохого. Все веселились, хотя были и те, которые сидели в сторонке, погруженные в свои мысли, с пустым взглядом, падающим на все происходящее. В их число входила Эмили, хоть этот праздник был в честь нее. Она сидела под тем самым деревом, что и в первый раз и думала о своем. Она не могла принять победу, которая оказалась такой легкой. Девушка даже не сражалась, не нанесла ни одного удара. Лишь инстинктивно вытянула ногу. Если бы он только встал и продолжил бороться, то это было бы справедливее. Что за правило такое? Краем уха она могла слышать то, как обсуждают это. Как смеются над Галли и поражаются такой хрупкой девушке. Только вот Эмили не могла почувствовать гордость за то, что она всем доказала то, на что способна. — Боец. Ты почему здесь? Внезапное появление Алби за спиной, застало девушку врасплох. Словно она вслух делилась чем-то сокровенным, а он случайно услышал. Она вздрогнула, чем вызвала легкую улыбку на губах лидера. Темнокожий сел рядом, облокотив руку на свое колено, когда другую ногу вытянул вперед. Он не смотрел в сторону девушки. Он смотрел в сторону ребят, которые плясали под стуки, нарезая круги вокруг костра, словно индейцы, призывающие дождь. Не нарочно, Эми и сама туда смотрела. Ей было как-то грустно от того, что она не может испытывать сейчас те эмоции, которые испытывают те ребята. Снова чужая. — Не можешь поверить в свой успех? — вдруг спросил Алби, переводя свой взгляд на Эмили. — Знаешь, я и сам был удивлен тем, как быстро ты уложила Галли. — Победа ли это была? Я даже не проявила свои силы, и ты допустил меня к лабиринту. Почему? — Сила — понятие субъективное. Я же не уточнял какую именно силу ты должна проявить в бою. Ты доказала, что способна идти до конца любыми путями. Ты быстро победила Галли, полагаясь не на силу, а ловкость, потому что понимаешь, что Галли не равный для тебя соперник. Ты это осознала и приняла тот факт, что шансов побороть ему мало. Какой бы гордой и упертой ты не была, все же приняла правду и пошла другим путем. — И в чем же моя сила? — тихо спросила она, пожимая плечами. — Ты умеешь выбирать правильный путь, принимать правду такой, какая она есть. Это не просто. Ты сильна духом. В этом твоя сила, Эми. — Просто я хотела доказать всем, что способна на что-то. Что я достойна стать бегуном. Но…вроде я все прошла, но не чувствую того, что добилась своего. — Может дело в том, что ты хотела доказать это не только другим, но и самой себе? Другим ты доказала. Но самой себе, видимо, нет. Эми задумалась над словами лидера. Может он прав? Что если девушка и сама не знала — достойна ли она? Дело было не только в других, но и в ней самой. Только сейчас она поняла насколько сильно не знает себя. Будто все это время она была лишь сторонним наблюдателем, изучая саму себя со стороны. Может ее раздражало не поведение Галли по отношению к ней, а то, что она не могла достойно ответить ему, в глубине души веря всем его словам. Может она и вправду лишь хрупкая упертая девчонка, которая понятия не имеет о том, как решать проблемы. Что ж, видимо так оно и было, раз она не нашла покой, после того, как победила его в честной схватке. Это была честная схватка, не иначе. И только сейчас Эми смогла принять тот факт, что победила. Ведь на самом деле в тот момент ею главной целью было не указать Галли его место, а именно лабиринт. Теперь она точно знает, чего хочет на самом деле. Почти. Оставалось решить еще одну проблему. — Спасибо, Алби. Мне нужно кое с кем поговорить. Извини. Она резко встала на ноги и направилась в сторону торжества, в отдалении которого стоял Ньют и о чем-то разговаривал с Минхо, активно жестикулируя руками, но не мимикой. Его лицо оставалось каменным, а глаза пустыми. Словно он рассказывал все в полудреме. Однако он оживился, встав в ступор, увидев, как в его сторону быстро идет Эмили. Все наблюдали за ней. Конечно же, как иначе-то? Идет важная персона сегодняшнего вечера. То, что произошло дальше, заставило всех засвистеть и захлопать в ладони. Приблизившись к блондину, девушка тут же впилась в его губы, обхватив за шею. Какие могут быть разговоры, когда и так все ясно? Она уже знала, что Ньют ей не безразличен и к нему у ней имеются чувства, о которых она прежде не подозревала, проводя с ним много времени. Глейдер не стал сопротивляться, но и не продолжал стоять в ступоре. Он почти сразу же ответил взаимностью, крепко прижав девичье тело к своему, обхватив ту за талию. Видимо Глейд и вправду сходит с ума. Такого контраста в нем еще не было. У них проблемы и тут ж веселье. Что ж, мир не однотонный. — Бен! Стой! Все обернулись. Это кричал Клинт, который гнался за Беном. Бен бежал в их сторону так быстро и так уверено, что стало страшно. Было ясно, что бежит он не с добрыми намерениями, и что от него ожидать — неизвестно. — Это все ты! — громко прорычал Бен, настигая Томаса, который просто стоял рядом с Минхо и этой парочкой. В следующее мгновение Томас уже лежал на земле, Бен нависал над ним и пытался ударить. Парни стали оттаскивать ужаленного от шатена, что было крайне трудно. Даже трое крепких парней не могли этого сделать, пока Ньют не ударил Бена по голове лопатой. Тот отлетел в сторону, но не отключился, только замер. Его тут же подняли и привязали к столбу, делая все в спешке, пока тот не пришел в себя. — Бен, успокойся, объясни! — кричал впопыхах Ньют, сделав пару шагов назад от ужаленного. — Это он! Это все он! Ее любимчик! — кричал он, пытаясь вырваться, с яростью глядя на Томаса. — Ты поплатишься! Все взгляды устремились на Томаса, который не мог ничего понять. Что значат слова бегуна? Он понятия не имел. Да и то, как на него все смотрят, уже пугает. Вот только он думал сейчас о значении слов, брошенных в его адрес. Он ждал, пока тот еще что-то скажет, но нет, Бен повторял одно и то же на одной ноте. Было уже бессмысленно вытягивать из него информацию, поэтому пришли к такому решению — вырубить его. Сделать это было не сложно. Пару ударов дубиной по голове и все готово. Завтра его уже здесь не будет и это понимали все. Оставалось лишь понять одно — причастие ко всему этому Томаса.