Моя бегущая

      Вечер в Глейде был теплым. На небе было много звезд и сияла полная луна. Дул легкий прохладный ветерок, от которого по коже пробегались мурашки, а шелест листвы успокаивал, накатившую внутри тревогу. Рядом был человек, который дарил тепло и ласку одним лишь взглядом, который говорил намного больше о любви, чем самые красноречивые слова. Девушка чувствовала себя умиротворённо, прислонив голову к груди блондина и слушая, как бьется его сердце. Его сердце билось не слишком быстро и не слишком медленно. Это успокаивало и позволяло забыть о всех тревогах. Усталость снимало как рукой. Сам же Ньют крепче прижимал к себе девушку, приобнимая ее за талию. Что-то новое и необыкновенное зародилось внутри него. Теперь у него появился человек, который стал самым важным в его жизни. Что-то светлое и радостное теплилось у него в груди, когда он ощущал прикосновения девушки. Перебирать пряди ее длинных темных волос было так приятно. Незатейливая игра, имеющая смысл лишь в процессе, а не достижении. — О чем ты думаешь? — тихо спросил он своим бархатным, слегка хриплым голосом, уткнувшись в ее макушку и вдыхая аромат волос. — Думаю о том, как сейчас хорошо, — ответила девушка, тепло улыбаясь и прикрывая глаза, от пробегающих по телу мурашек, которые вызвало его горячее дыхание. — Тихо, спокойно и ты рядом… — Мы же будем вместе после того, как выберемся отсюда? — вдруг спросил он, на что глаза Эмили тут же распахнулись. — Почему ты спросил об этом? — произнесла девушка, посмотрев на парня, слегка отодвинувшись от него. — Не знаю. Просто тревожусь, что после того, как все закончится, между нами что-то изменится, — ответил он, пожимая плечами. Некогда мудрый и спокойный Ньют выглядел сейчас глупым и растерянным мальчишкой. Эми умиляло это, но никак не злило. Девушка и представить не могла, что парень думает о подобном. Она об этом не задумывалась и вообще даже не думала об их отношениях. Внезапно стало стыдно. Ее мысли заняты лишь лабиринтом и тем, что может произойти в скором будущем после смерти Бены и открытой секции, а он думал о ней. Разве она не думала о нем, когда его не было рядом? Нет. Не думала. И потому было как-то горько. Казалось, что она просто бесчувственная и появились сомнения по поводу чувств к этому парню. Взаимны ли его чувства к ней? Эми чувствовала себя крайне неловко и было крайне стыдно. Он не заслужил такого отношения. Но понятное дело об этом ему она не скажет, ведь не хочет потерять. Только рядом с ним она обретает спокойствие и сон по ночам. Нет, потерять то, что сейчас есть девушка не могла, иначе она точно сойдет с ума. — Ньют, я всегда буду рядом, — после недолго молчания произнесла девушка, взяв мужскую руку в свою и погладив ее. — Ты мне очень дорог, и я тебя не потеряю. Ты ведь мне веришь? — Верю, — Ньют осторожно перехватил ее руку, после чего оставил на ней поцелуй. — Я тоже обещаю, Эми. Иди ко мне. Девушка основа облокотилась на парня и была заключена в его объятиях. Красивая ночь. Она желала запомнить этот миг. Вдруг ее не станет точно также, как и Бена? Прежде Эми об этом не думала. Но теперь у нее есть стимул — выполнить обещание, данное Ньюту.

***

— Может мы уже пойдем и посмотрим, что в седьмой секции? — предложил Томас, когда они сидели за столиком и поедали кукурузную кашу и такие же кукурузные лепешки. — Выход должен быть там, и я в этом уверен. — Хочешь стать обедом для гривера? — съязвил Минхо, приподняв одну бровь. — Чтобы туда идти, нам нужно больше людей и оружия. Алби разберется с этим вопросом, и когда появятся добровольцы, то мы конечно зайдем туда. — А что если не появится добровольцев? — предположила Эмили, которая подошла к ним, покинув компанию Ньюта. — Силой туда их погонят? Минхо, вся надежда на нас троих. Если бы там были гриверы, то не думаю, что они бы не выходили оттуда. Мы уже два дня пробегаем открытую секцию, тратим время впустую. — Эми, это все очень и очень… — Серьезно. Да я знаю. Но выбора нет. Сначала смерть Бена, потом открытая седьмая секция, а что будет дальше, м? Если вы не заметили, я вам скажу. Лабиринт начал закрываться раньше, — произнесла Эмили, не дав договорить Минхо, сев между ним и Томасом. — Раньше, он закрывался, когда солнце почти садилось за стены лабиринта. Вчера я заметила, что он закрывается, когда только половина солнца скрывается за стены. Думаешь, это все просто так? Может та дамочка из снов Томаса хочет, чтобы мы уже вышли из лабиринта? — Это еще не факт, что лабиринт начал закрываться раньше. Может солнце садится позже, — ответил Минхо, отодвинув тарелку с кашей. — Эми, ты слишком импульсивна. Тебя так и тянет на неприятности. Валяй, но не в лабиринте. Это опасно. — Мин, не будь таким туполобом, я тебя прошу! Тебе не идет. Бен бы поддержал меня, — высказалась девушка, отчего Минхо опустил взгляд, сжав руки в кулаки. — Бена здесь нет, — тихо произнес бегун, сжимая челюсть. — Я понимаю, тебе больно. Но мы не можем гадать и сваливать все на совпадения, — высказалась Эмили, донося до мозга Минхо горькую правду. — Нам нужно действовать, пока не стало хуже. Мы не можем рисковать всеми. Это наш долг, и тебе это лучше всех известно.       Встав из-за стола, Эмили ушла стремительно прочь, так как была зла на друга. Он вел себя как ребенок, мыслил узко. Это раздражало. Она не будет ждать дозволения. Если будет нужно — нарушит все правила, но добьется своего. — Минхо, думаю, что Эми права. Мы не можем рисковать, — тихо произнес Томас, сомкнув руки и поджав губы. Он не хотел его обидеть. Хотел лишь донести до него тот факт, что он не прав. — Если это правда не совпадение, то мы рискуем остаться здесь навсегда, — добавил он, взглянув на бегуна.       Минхо ничего не ответил. Он лишь поджал губы, опустив глаза, после чего поднялся на ноги и покинул столик, оставив новичка наедине с собой. Может они и правы, но их правда не делает легче. Да, они рискуют, но рискуют в обоих случаях. И какой же вариант лучше? Может остаться в Глейде — не такая уж и плохая идея? К черту! Минхо прогнал подобного рода мысли прочь и ускорил шаг, случайного врезавшись в кого-то. На возмущения рыжего парня он ничего не ответил, мало того, даже не посмотрел на него, продолжая свой путь. Вот куда только он шел? Без понятия. Просто вперед, куда глаза глядят, и насколько возможно подальше отсюда. Эмили поймал Ньют в свои объятия, когда та шла напролом. Ее быстрые шаги и недовольный взгляд говорил об одном — она зла. Блондина это и забавляло, и тревожило одновременно. Но все же одно было точно ясно — она по нраву ему любой, какой бы не была. Хоть его объятия и были нежными полны любви, но все же девушка этот жест не одобрила, на автомате сбросив с себя его руки. Она хотела было продолжить свой путь, но не хотела обидеть Ньюта. Да, она была зла, но не на его. Его вины в ее испорченном настроении никакой не было. Парень растерянно смотрел на девушку, с неким удивлением, а она — без эмоций, но после в ее взгляде промелькнули огоньки сожаления. Она уже одним взглядом просила прощения. Но Ньюту оно было не нужно. Он понимал, что девушка в таком состоянии не с проста и на это есть свои причины. — Что случилось? — осторожно спросил он, глядя на объект своего обожания исподлобья. — Минхо… Тупоголовое создание. Не хочет понимать и принимать то, что происходит! — резко ответила та, схватившись за голову и пройдя небольшой круг, практически на месте. — Бена ужалили днем, седьмая секция теперь открыта круглосуточно, а теперь еще и лабиринт начал закрываться раньше. Мы должны действовать, отправляться в седьмую секцию, а он против, — выложила все как есть Эмили парню, активно жестикулируя руками. — Эми… — Ньют вздохнул и осторожно погладил девушку по плечу. — Минхо просто боится потерять вас. Его можно понять… Да и кто знает, что там… Но ты права, узнать нужно, чтобы быть готовыми. Но сначала нужно быть готовыми для этого. — Ньют, ты сейчас серьезно?! — возмутилась девушка, скинув его руку. — Нет времени готовиться, ты это понимаешь? Мы должны пойти и посмотреть что там. Непонимание Ньюта ее добивало. Девушка была уверена в том, что нужно идти срочно в эту секцию. Да хоть прямо сейчас она была готова пойти туда. Если и Алби не одобрит, то именно это она и сделает. Уже было как-то плевать на правила. Она то и раньше их не особо соблюдала, но теперь, когда стоит вопрос об ограничении по времени, то тем более ей будет не до правил. Никто не был способен ее переубедить, даже Ньют. Но как бы она не верила в это, все же парень был с ней солидарен. Причина, по которой он не согласился с ней полностью — это она сама. Он боялся потерять ее в этих стенах персонального ада глейдеров, ведь больше не представлял своей жизни, без ее участия в ней. Она стала нечто ценным и важным для него, подобно воспоминаниям, которых и не было. Он бы все отдал, чтобы вернуть их. Так же и с Эми. Отпускать ее в лабиринт — уже тяжелая ноша, которую ему все же пришлось принять ради нее. Но примет ли он такой весомый риск потерять ее?       Все же Ньют пошел следом за Эми, когда стремительно, чуть ли не бегом, направилась в сторону Алби, который сейчас трудился вместе со строителями. Шло расширение загона, так как животных становилось больше. За эти три года одна корова принесла двух телят, а коза трех козлят. Алби не сразу заметил, приближающуюся Эмили, пока его не толкнул Галли и не показал рукой в ее стороны. Здесь трудилось шесть парней и все они были без верхнего элемента одежды. Понятное дело — тяжелый труд. И раньше, по правде говоря, Эми невольно засматривалась. — Эми, привет. Почему ты не в лабиринте? — поинтересовался Алби, вытирая лицо своей белой футболкой. — Разве вам Фрай не положил вчера обед с собой? — Алби, есть разговор, — резко ответила девушка и отвела лидера в сторону.       Девушка все выложила Алби, все как есть, а тот в свою очередь слушал ее, не перебивая. Рядом с ними стоял Ньют, который неотрывно смотрел на Эмили, скрестив руки на груди. Через некоторое время присоединился Томас, решивший тоже найти Алби и поговорить с ним на эту тему. Эми рассказывала все в красках, убеждала в своей правоте и говорила о возможных последствиях бездействия. Она была убедительна, даже для парней, которые столпились неподалеку, слушая все то, что говорит Эми. Девушка не обращала на них никакого внимания, увлеченная убеждением лидера Глейда, чтобы тот дал добро на, так называемую, операцию по исследовании седьмой секции. Алби качал головой, а в конце издал тяжелый вздох. — Эми. Ты права. Все так и есть, но… — тут он посмотрел в сторону толпы, которая под его строгим взглядом разошлась. Каждый по своим делам. Лишние уши пока были ни к чему. — Но ты же понимаешь высокую вероятность риска потерять большинство ребят? А что если гриверы выйдут и в Глейд, если их разбудить? Что будет тогда? Мы даже не знаем, что это за твари и как они выглядят. Для этого нужна подготовка и побольше ребят. Давай, мы не будем торопиться. Я одобряю исследование седьмой секции, но не сейчас. Сейчас я дам распоряжение подготовить оружие и подготовиться самим ребятам. Хорошо? — Ладно… — ответила девушка, тяжело вздохнув. — Но как можно скорее… Каждый день на счету, Алби… — Я понимаю, — лидер кивнул на слова девушки и опустил свои большие, вспотевшие от работы, ладони ей на плечи. — А пока иди. Отдохни сегодня. Тебе нужно успокоиться, иначе ты так готова не будешь. В лабиринт не ходи. Пойди и отдохни. Это приказ, — Алби улыбнулся девушке и подмигнул Ньюту, чтобы тот составил ей компанию, на что блондин кивнул.

***

Место у реки стало для них чем-то наподобие храма. Здесь они могли молча понимать друг друга и обретать покой, хоть временный, но покой. Эмили снова была заключена в объятия блондина, который с трепетом поглаживал ее по волосам, перебирая темные пряди и вдыхая их аромат. Ее запах дурманил его и, хотелось быть ближе к ней, хоть они и так прижаты друг другу. Хотелось чувствовать ее полностью и осознавать раз за разом, что в этой хрупкой, но отважной девушке есть все то, что нужно ему. Все то, что способно заменить целый мир вокруг. Ее бледная кожа была настолько мягкой, что внезапно захотелось коснуться ее губами, но он сдержался. Словно это было под запретом. И как бы этот плод не был сладок, дотрагиваться до него строго запрещено. Ньют был готов оградить ее не только от других, но и от самого себя, видя даже в себе угрозу для нее. Это конечно глупо, но именно так оно и было. Он мог лишь смотреть на нее, обнимать, засыпать с ней, иногда целовать. Дальше заходить не смел, уважая ее личное пространство и проблемы. И он был прав. У Эмили скопилось много проблем. Она переживает за всех обитателей Глейда, считая, что если что-то произойдет, то это будет на ее совести, потому что она бездействовала и следовала правилам. Девушка была готова ослушаться Алби и не дожидаться того момента, когда соберется команда, которая готова. Но Ньют стал преградой. Было бы слишком жестоко заставлять его беспокоиться о ее жизни. Но поняла это она только сейчас. Это и вправду волшебное место, которое направляет на верный путь и помогает разобраться в чем-нибудь сложном для сознания. — Я помню, как встретил тебя впервые, — тихим и ровным голосом, произнес Ньют, упираясь подбородком в ее плечо. — Такая маленькая, хрупкая, но упертая. Наблюдать за тобой было забавно. Ты такая милая. — Забавно? Тебе смешно что ли? — девушка с усмешкой посмотрела на Ньюта, наклонив для этого голову назад. — Ты только на это обратила внимание? — парень посмеялся, отводя взгляд и устремляя его в сторону реки. — Ты была очень милой и забавной. Меня поражали твоя смелость и твое упорство. Ты идешь до конца, несмотря ни на что. Это восхищает и пугает. Ты нравишься мне такой, но…я боюсь, что однажды потеряю тебя. Я терял друзей, но…если потеряю тебя, то просто сойду с ума от горя. Прошу, постарайся не допустить этого. Если я тебе так же дорог, как и ты мне дорога. — Я правда тебе дорога? — осторожно спросила Эмили, глядя в его глаза. От этих слов, внутри девушки что-то перевернулось и разлилось теплой волной по всему телу. Его голос ласкал слух так, как никогда прежде, а глаза казались еще более выразительными. Она могла оценить всю их красоту, хотя прежде совершенно не задумывалась об этом. И почему же она раньше об этом не думала? В животе запорхали бабочки, а на лице появилась нелепая и наивная, но такая милая и искренняя улыбка. Глядя на это, Ньют снова влюблялся в нее. В который раз он убеждался в том, что эта несносная девчонка овладела им и не оставила никакого шанса на полную свободу. Его мысли все больше были заняты ей, и мечты без ее участия уже не мечты. — Разве я не об этом сказал только что? — Ньют снова посмеялся и чуть крепче прижал к себе девушку. — Глупая, ты всех для меня дороже, — тихо добавил он, прошептав это ей в ухо. От его шепота и горячего дыхания внизу живота что-то сладко потянуло, а тело покрылось мурашками, будто от холода. Снова новое ощущение, которое было сложно описать словами. Стало вдруг жарко и хотелось, чтобы стало еще жарче. Ньют напрягся, услышав ее едва слышимый вдох, похожий больше на стон. Мышцы тела напряглись, а челюсть сжалось от привычного ощущения ниже живота, которое обычно проявляется по утрам. Невольно мужские руки сильнее сжали талию девушки, тем самым вызвав тот самый очередной вздох. Глаза парня прикрылись, а челюсть стиснулась сильнее. Но прикрытые глаза только усугубляли все. В голове представлялось, как его руки стягивают с девушки одежду и касаются там, где прежде не касались. Представлял, как его губы исследуют каждый участок нежной кожи, а слух наслаждается этим вдохами, только чуть громкими. Вдруг захотелось вновь прильнуть к ее губам и впитать побольше их вкуса, не спеша и без осторожности. Хотелось поедать их, как он обычно поедает ягоду, такую же сладкую и манящую, как губы Эмили. Оба не успели ничего понять, как вдруг они уже слились в поцелуе. Он был нежным, но в тоже время страстным и с присутствием ноты грубости и какой-то собственничеством. Их руки сильнее сжимали тела друг друга, которые были прижаты настолько сильно, как никогда прежде. Не хотелось останавливаться и просто стоять на месте. Хотелось зайти чуть дальше обычного и дозволенного. Хотелось испытать что-то новое. Они оба чувствовали, что-то самое новое понравится им обоим.       Вокруг не было никого, но в данный момент это их не волновало. Рядом шумела река, дул прохладный ветер, спасая их от палящего солнца. Эми лежала на траве в тени деревьев, а Ньют нависал над ней, исполняя свои недавние представления в реальность. Девушка никогда еще не чувствовала себя такой уязвимой. В руках парня она казалась такой маленькой и беззащитной. Если раньше такие мысли ее жутко злили, то сейчас Эми получала удовольствия от своего нынешнего положения. Блондин не мог остановиться. Внутри все пылало и желало девушку. В штанах уже давно стало тесно, отчего Ньют чуть грубо целовал тело девушки, оставляя на белой коже багровые засосы. Ей не было больно. Такие действия с его стороны заставляли закипеть все внутри адреналином. Она и сама желала парня, так же сильно, как и он ее. Это можно было сказать по тому, как она резко обхватила ногами талию Ньюта и сильнее притянула к себе, тем самым прижав его пах к своей промежности и издав более громкий стон. Это заставило Ньюта тихо прорычать в губы девушки и наконец сделать то, чего на данный момент требовало его тело. Вновь впившись в шею девушки, парень сделал резкий толчок вперед и ощутил то, насколько горяча Эми изнутри. В это время девушка сдерживала крик, ведь от внезапной боли хотелось закричать на весь Глейд. Но этого не последовало. Хоть и было больно, все же желание оказалось сильнее и, спустя время, она прошла, а вот желание стало сильнее. Слышать тяжелое дыхание Ньюта и видеть его безумный взгляд, полный дикой страсти, было чем-то незабываемым. Ньют же чувствовал, как по его телу пробегает электрический ток, заставляя заряжать его снова и снова, ускоряя для этого темп и усиляя давление. Она была такой хрупкой в его руках, что поневоле в нем заиграло чувство собственника на время. Пусть он и уважал ее желания и решения, однако сейчас ему было все равно на это. Самое главное — прочувствовать ее полностью и позволить растаять в его объятиях. Хотелось защитить ее от всего на свете, даже от безобидного лёгкого ветра, в страхе, что и он ее унесет.       Они не знали сколько прошло уже с момента, когда они безобидно обнимались, сидя на зеленой травке под ярким солнышком. Но за это время их никто не побеспокоил. Если до этого они про это думать забыли, то сейчас оба чувствовали неловкость по этому поводу. Однако это не мешало им лежать в обнимку и переплетать руки друг друга. Влюбленными глазами они смотрела друг на друга и молчали. Слова были не нужны, все было и так понятно. Ньют обрел наконец нечто ценное, ради чего готов бороться до самого конца, а Эмили обрела покой и счастье. Теперь Ньют для нее значил намного больше, чем этот чертов лабиринт и этот чертов выход из него. Тревога отступила напрочь и, девушка просто не смела начать думать о ней снова. Сейчас только Ньют, она и теплый вечер. Остальное все пусть остается на потом.