Kill Them All

Целая буря известности обрушилась на меня после конференции в ООН, но, по большей части, я была изолирована от своей внезапно вспыхнувшей славы. Я проводила утренние часы за исцелением людей по всему миру, а после обеда помогала учёным разбираться в инопланетных технологиях. Через две недели на моём счету было 50 тысяч человек, излеченных от полученных во время военного вторжения травм. Кого-то я лечила в обмен на пожертвования, чтобы помочь государствам быстрее восстановиться. Некоторые считали, что я должна была больше внимания уделять бедным, но один богатый человек мог выделить пожертвований достаточно, чтобы помочь десяти тысячам бедняков, которые потеряли работу из-за потрясших экономику инопланетных терактов. Я начала лучше понимать Панацею — изначально исцеление других людей казалось захватывающим. Помогать людям было куда как лучше, чем постоянно убивать. Но через некоторое время лечение превращалось в рутину, и я начала чувствовать раздражение и захотела вернуться к копированию новых сил, которые могли бы мне пригодиться против Губителей. Рассказ королевы Жнецов меня взволновал — она говорила о паре золотых богов, мужчине и женщине, а у нас был один только Сын. Мысль о том, что это было частью их плана, вызывала у меня беспокойство. Насколько сильной я должна была стать, чтобы победить Сына? Он с лёгкостью мог одолеть Губителей, так где же я получу достаточно сил, чтобы одержать над ним верх? Даже если бы я ударила в него камнем, летящим со скоростью галактики, это, скорее всего, нанесло бы больше вреда окружающему миру, чем ему самому. Сперва мне нужно было разобраться с Губителями. Левиафан мог манипулировать водой на уровне разрушения городов. Какая сила могла бы противостоять таким способностям? Я даже не была уверена, что сопротивление урону, одна из моих наиболее прокачанных способностей, кроме, пожалуй, телепортации, сможет что-то противопоставить прямому удару Губителя. А уж про Сына я вообще ничего не говорила. — Нет, — поправила я Джеффа. — Это уравнение должно решаться вот так. Я быстро написала на доске формулу, и он сделал её фото. Я рисовала диаграммы, пока он задавал уточняющие вопросы. Джефф был главным среди исследователей, но здесь присутствовали и остальные учёные. По-видимому, они уже согласовали между собой очередь для общения со мной, обеспокоенные моим заявлением о том, что скоро я должна буду их покинуть. Если королева Жнецов была права, то существовала экзистенциальная угроза существованию моего мира, и как бы я ни наслаждалась обществом местных землян, мне нужно было продолжить получать и улучшать способности, если я собиралась противостоять угрозе. Но, тем не менее, я всё же нашла немного свободного времени, чтобы посетить некоторые из разрушенных архитектурных памятников моего мира — Биг-Бен, Тадж-Махал, египетские пирамиды. Я исцеляла людей во всех странах, которые посещала, и была немного смущена тем, как много народа приходило, чтобы меня увидеть. Они реагировали на меня так, словно я была Битлс или кем-то ещё настолько же популярным, и каждая страна настаивала на том, чтобы я их посетила, кроме разве что Китая, России и Японии. Энтузиазм людей выглядел немного пугающе. Так что время от времени возникавшие теории заговора меня даже успокаивали. Один человек родом из Германии считал, что я была лишь ширмой, предназначенной для прикрытия махинаций США с супероружием. Он выстрелил мне в лоб — пришлось повернуть голову так, чтобы пуля не попала в шляпу или людей, стоявших позади меня. Я поймала пулю до того, как она срикошетила в толпу, затем телекинезом вырвала из его рук пистолет, после чего подняла его над толпой, чтобы представители власти могли его схватить. Происшествие странным образом меня успокоило — я боялась, что с этими людьми что-то было не так, раз они все были такими милыми и добрыми. Или, что было для меня гораздо хуже, планеты с таким понимающим и хорошим населением могли быть нормой, в то время как мой мир сам по себе был неправильным. Наконец, я закончила читать лекцию. — А ты не можешь ещё задержаться с нами? — спросил он. — Вам понадобится время, чтобы разобрать все эти корабли и попробовать провести их обратную разработку, парни, — утешающе сказала я. — Да и дома у меня остались незаконченные дела. К тому времени, как я вернусь, уверена, что вы сможете рассказать и показать мне много нового. Они неохотно кивнули на мой ответ. — 3D-принтер по твоим чертежам почти готов, — с облегчением заметил он. — Это ускорит рабочий процесс, — кивнула я. — Принтер и те сотовые, которые я оставила вам, парни, чтобы вы их разбирали. Когда я вернусь, постараюсь принести побольше баз данных по развитию технологий в нашем мире за последние 15 лет. Джефф довольно закивал в ответ. Часы на моей руке начали попискивать. Это были механические часы, которые, скорее всего, будут продолжать работать и в космосе. Они понадобились мне, когда я начала помогать с запуском спутников в космос, которые уже были почти готовы к запуску традиционным способом. Насколько я понимала, в дальнейшем истребители планировалось использовать для буксировки небольших спутников на орбиту планеты. Я считала, что много времени на восстановление связи у них не уйдёт. — Ну что ж, мне нужно ещё попрощаться с президентом, — сказала я. Я снова переоделась в свой красный костюм — до этого я предпочла его снять, чтобы он не запачкался от меловой пыли. Я переместилась в ООН, прямо к президенту США и представителям других государств. — Я была потрясена тем, как хорошо меня здесь приняли, — сказала я. — Но мне пора двигаться дальше. Я вернусь, может быть, через месяц или два, чтобы проверить, насколько далеко вы смогли продвинуться. Мне же предстоят сражения в других мирах. Президент Уитмор улыбнулся и протянул мне бумаги. Первое, за что зацепился взгляд, это то, что на одном из листов стояли сотни подписей. — Что это? — растерянно спросила я. Мне потребовалась всего секунда после того, как я задала вопрос, чтобы понять происходящее, и я вытаращилась на бумаги в своих руках. — Тейлор Эберт, — сказал он. — Я с гордостью сообщаю вам, что вы получили гражданство не только Соединённых Штатов, но и всех стран этого мира. На странице было собрано двести тридцать семь подписей. Даже Китай, Россия и Япония подписали данное соглашение. Уитмору не нужно было пояснять, что так случилось потому, что выгоднее оказалось работать со мной, чем остаться далеко позади, когда весь мир совершит технологический прыжок далеко вперёд. Учитывая, что Европа, Африка и Американские нации уже сформировали свой политический блок вместе с Индией, откажись они от подписания соглашения, то изолировали бы себя ещё больше. — Это что, значит, что я должна буду платить 237 налоговых сборов? — ничего умнее спросить мне не пришло в голову. На мгновение в помещении воцарилась потрясённая тишина, а затем все начали смеяться, когда переводчики перевели мои слова. Потребовалось бы изучить целую кучу книг навыков, чтобы разобраться во всех налоговых сборах, которые должны будут вычитаться из одной моей прибыли. Ну, они, в конце концов, не могли обложить налогом доходы, о которых не знали. Мне просто нужно будет держать все свои деньги на счетах в банках других миров. В обмен на бумаги я передала свою медаль президенту. Её присудили мне на прошлой неделе, и Конгресс проголосовал за это единогласно. — Сохраните её для меня, — попросила я. — Я ещё вернусь за ней. Я взлетела в воздух, раскинув руки. — Я вернусь! — пообещала я. А потом сделала шаг сквозь миры. Я оказалась в лесу, стоящей перед валуном, которым завалила могилу Алебастра. Отбросить его в сторону было легко, а после я раскапывала место с помощью телекинеза, пока не нашла погребённого там кейпа. Глаза его были полны ужаса, когда он посмотрел на меня, пытаясь выкашлять грязь, что заполняла его лёгкие снова и снова в течение последних нескольких недель. Его разум был… разбит. — Я уже не настолько зла, — сказала я спокойно. — И было бы неправильно с моей стороны — оставить тебя здесь навсегда. Я верну своего отца, а все твои друзья уже мертвы. С каждой секундой его разум становился всё яснее и яснее. — Но также я не могу оставить тебя здесь, чтобы ты продолжал заниматься тем, чем раньше. Я проникла в глубины его разума и узрела его преступления, одно за другим, в ужасающих деталях. Он убил не столь уж и много людей, как я, но получал от каждого своего убийства истинное удовольствие. — Шторм Лезвий, — активировала я навык. Лезвия начали пронзать его тело, ища ядро способностей, и продолжали это делать даже тогда, когда я призвала Мистические глаза, совмещённые с фантомным оружием, и начала бросаться в него Дальними Порезами. Мне потребовалось некоторое время, чтобы найти подходящую комбинацию навыков, и когда я в конце отрезала ему голову после того, как изрешетила его тело сотнями порезов, он перестал восстанавливаться. На всякий случай я промерцала в космос и бросила его голову в сторону солнца, а тело сбросила около Юпитера. Я не стала делать точные расчёты траекторий и силы притяжения чтобы понять, где в конце концов они окажутся. Пока он оставался трупом, мне на это было всё равно. Задание завершено! Вы уничтожили Империю! Вы получили уровень! Вы достигли 10 уровня! 200 хп! Новое задание принято! Уничтожьте Жнецов и спасите мир! Задание завершено! Вы достигли 11 уровня! 220 хп! Что? Как так получилось? Только четыре задания могут быть приняты одновременно. Прекрасно. У вас есть 4 очка характеристик, вы хотите использовать их прямо сейчас? Я на секунду задумалась. Я могла бы сама прокачать Силу, если когда-нибудь потружусь с перетаскиванием тяжестей. Ловкость у меня итак была перекачанная. +4 очка были добавлены к Телосложению! Теперь у вас 34 очка телосложения! Ваше максимальное здоровье повышено до 244 хп! Дополнительные очки здоровья никогда не будут лишними. Даже совсем небольшая прибавка могла помочь с навыками, игнорирующими мои сопротивления, и дать продержаться подольше против тех, что снимали совсем мало хп. А сейчас, подняв уровни и использовав свободные очки, я подняла свои хп почти на треть. Я была довольна. Теперь всё, что мне было нужно, это убить Лунга, и, возможно, я смогу получить ещё один уровень. Конечно же, просто так найти его у меня не получится. Однако телепатия должна всё упростить. Я подозревала, что разумнее всего было бы никому не говорить о том, что я теперь умею делать — тогда никто не смог бы придумать меры противодействия этому моему навыку. Я буду видеть тех, кто будет мне лгать и тех, кто будет верить в то, что они говорят. Если бы они знали, что у меня есть возможность читать их мысли, то непременно убедились бы в том, что меня будут окружать только те люди, которые безоговорочно верят всему, что они говорят, а тех, у кого было что скрывать, будут держать от меня подальше. И первым шагом в поисках Лунга станут поиски остатков АПП. Их было не так уж и много, но за те две-три недели, что я отсутствовала, туда уже могли набрать новичков. Так что всё, что от меня требовалось, это начать опрашивать людей в азиатском районе. Почти наверняка у людей были родственники, всякие дядюшки, двоюродные братья или племянники, которые в настоящее время состояли в организации. Конечно, если я заявлюсь к ним в моём нынешнем красном костюме, меня, скорее всего, попытаются пристрелить, и я наверняка запачкаю одежду брызгами чужой крови. Мои старые толстовки тоже не были вариантом — у меня было такое чувство, что все в городе были хорошо знакомы с этим моим образом. Единственным вариантом было раздобыть денег, а у меня как раз завалялись в инвентаре парочка вещей, за которые эти деньги можно будет выручить. Переместившись в Бостон, я нашла там штаб-квартиру СКП. Я заявилась к ним в красном костюме специально — было важно произвести хорошее первое впечатление. Я не стала перемещаться в середину вестибюля, потому что, по-видимому, некоторые люди считали, что это выставляло меня чересчур агрессивной. Поэтому я появилась за углом здания и вошла в штаб-квартиру на своих двоих. — Экскурсии начнутся через час, — сказал мне один из агентов, находящихся на ресепшене. — Я здесь, чтобы получить несколько наград по ордерам, — ответила я. Двое мужчин тут же напряглись. Они и не подумали, что я могу быть парачеловеком, даже несмотря на мой крутой прикид. На мне был костюм, который стоил больше, чем тысячу долларов, разве это не должно было дать им понять, что я не являлась каким-то посторонним гражданским лицом? Хуже того, большая часть кейпов, которые охотились за наградами, были злодеями. Герои, как правило, слишком беспокоились о своей репутации, чтобы просто так выходить на улицы и начать убивать злодеев. — Вам потребуется собрать много денег, — любезно просветила их я. Их руки лежали на оружии, но я не обращала на это внимания, и продолжила говорить. — Это обычно так и происходит, или я должна назвать тех, кого пришла сдавать? — Кого вы принесли? — спросил агент. Вообще-то он не должен был спрашивать, но он предположил, что я не знала правил, и потому ему сойдёт это с рук. — Джек-Остряк, Птица-Хрусталь, Ожог, Краулер, Манекен, Сибирь… они могут начать спорить на счёт неё, я, но я клянусь, Сибирь и есть тот мужчина. Был ли там кто-то ещё? Я уже и не помнила. Возможно, что я не смогла найти все тела, когда собирала их по космосу. — Так это ты, — сказал агент. — Жатва. Одна из тех, на кого выписали Приказ на убийство? — Вы, конечно, можете на законных основаниях попробовать в меня выстрелить, — сказала я. — Но рикошет, скорее всего, ударит вас по лицу, а я, скорее всего, не буду пытаться его остановить, потому что, ну… это будет грубо с вашей стороны. Он приготовился действовать. — Если вы планируете напасть на меня, то это, видимо, потому, что Приказ на убийство больше не имеет никакого значения. Думаю, что я специально удостоверюсь в том, что про это узнают все кому не лень, так что ущерб, который я нанесу вашей репутации, вы даже сможете попробовать восстановить моими деньгами, которые мне так и не выдадут. Сколько я там, кстати, заработала? — Ээ… тридцать миллионов, — сказал другой агент. — Налоги автоматически вычитаются до того, как вы получите вознаграждение на руки, по самой высокой ставке. Так что на руки после оплаты налогов вы должны будете получить 18 миллионов или около того. Он не боялся меня так сильно, как второй. Его двоюродный брат жил в Броктон-Бей, и я успела два раза его исцелить. Я кивнула. — Могу я получить их наличными? — На то, чтобы собрать такую сумму, потребуется время, — ответил он. Я обратила внимание на второго агента, который относился ко мне гораздо настороженнее. У него был артрит бедра и левого плеча. Ему сообщили, что если он не сможет вылечить это, то ему придётся выходить в отставку. Я отправила в инвентарь его бронированный костюм, оставив его сидеть на месте в одних боксёрах. Затем исцелила его прикосновением, а после вернула костюм так быстро, что ни один из агентов не был полностью уверен в том, что произошло, а что им только привиделось. — Я позаботилась о твоих болячках, — обратилась я к недоверчивому агенту. — Наслаждайся следующими тремя днями карантина — я мироходец и потенциальный разносчик заразы. Я, конечно, ничем не заражена, но уверена, что ваше руководство не сможет удержать себя от проверки. Броня агентов имела герметичную воздушную систему с фильтрационными системами технарского происхождения. По-видимому, такую требовалось носить во всех городах, расположенных в радиусе четырёхсот миль от Броктон-Бей. Очевидно, они очень беспокоились о том, что некоторым зомби удастся прорваться сквозь периметр. Я подождала десять минут, прежде чем появился сам местный директор. Он был ощутимо ниже меня ростом, самое большее в нём было 5 футов и 6 дюймов. (167 см) Он был худощав, с высоким лбом и странно-острым подбородком. Ему было далеко за сорок и он был полноват. Волосы были седыми и редеющими. А ещё он вышел ко мне в тинкертех-костюме, который был полностью прозрачным от шеи и выше. Я могла бы рассказать им, как создать такие защитные костюмы, которые могли бы воспроизвести обычные люди, но никто меня об этом не спрашивал. — Мисс Эберт, — поздоровался он. Я залезла ему в голову. Он был на удивление рациональным человеком, и, в отличие от Пиггот, ему в действительности нравились паралюди. Он напоминал мне всех тех учёных, которых я повстречала в мире Жнецов. Я приветственно кивнула. — У меня есть тела, — сказала я. — Куда вам их лучше будет положить? Но тут же голоса на фоне дали мне ответ. В помещение вошли люди, в уже обычных костюмах, толкавшие перед собой каталки. Сверху каталок лежали странные пластиковые цилиндры. — А это не перебор? — поинтересовалась я. — Судя по тому, что мы знаем о ваших силах, всё это время тела находились в стазисе, — начал пояснять директор. — Никто не знает, какие биологические бомбы замедленного действия могла заложить в их организмы Ампутация. Возможно, какие-то из них сработают по таймеру, а какие-то при вскрытии. — Ну, я как-то оставила тела полетать в космосе на ночь, — призналась я. — За орбитой Луны. — Ваши силы работают в космосе? — переспросил он. — Силы большинства паралюдей там не работают. Я только покачала головой, а он вдруг задался вопросом, а какая необходимость заставила меня выбросить их тела в открытый космос. Для этого мне даже не нужно было читать его мысли, всё было написано на его лице. — Это долгая история. Я могу заставить тела появиться внутри цилиндров, но вытесненный воздух может повредить их. — Они более прочные, чем кажутся на вид, — сказал директор Армстронг. — Мы должны будем получить средства для вас через полчаса. — Тогда я могу посидеть в вашей комнате ожидания? — спросила я. — Мы бы предпочли больше, чтобы вы прошли дезинфекцию, — сказал он. — Я только получила этот костюм, — возразила я. — Он от Армани! — Мы сделаем это тинкертех-устройствами, они не повредят ткань. Я нахмурилась, но, судя по всему, он верил в то, что говорил. — Даже шляпу? Он подтверждающе кивнул. — Вы могли бы просто залить меня огнём, — с надеждой протянула я. — Я всё ещё не получила полную невосприимчивость к нему, а мне хочется иметь возможность спокойно поплавать по Солнцу. Может быть, когда-нибудь я и правда это сделаю. Как только повышу уровень своего Мерцания и сопротивления слепоте. — Думаю, у меня будут неприятности, если я сделаю кого-то, на кого выписан Приказ на убийство, ещё сильнее, — извиняющимся тоном сказал он. Ну, по крайней мере, он был искренен. Если кто-то манипулировал им, чтобы отвести меня туда, где они хотят попробовать меня убить, то их ждёт очень неприятный сюрприз. Я не только стала сильнее, чем была, но теперь ещё и знала, как сбросить на них такой метеорит, который будет способен уничтожить маленький город. Я безропотно прошла процесс обеззараживания, потому что Армстронг казался искренним и вёл себя со мной очень мило. Они даже выдали мне футболку с логотипом СКП и серые спортивные штаны, пока обеззараживали те три костюма, которые я им выдала. Я расспросила учёных, проводивших дезинфекцию, не вставлял ли кто-нибудь в ткань устройства слежения. Никто из них ничего об этом не знал, как и все остальные. Ну, если там действительно были устройства слежения, то у меня был ещё и четвёртый костюм. Многие из местных сотрудников СКП пришли посмотреть на меня, когда я пошла пообедать в кафетерии. Я даже смогла выудить из их мыслей парочку интересных секретов. Бастиону, кажется, устроили жаркие разборки за то, что он позволил себе грубое расистское высказывание, когда его доставал один из фанатов. На самом деле, расистом как таковым он не был, и высказался он, скорее, из-за невозможности правильно выразить свои мысли, и теперь ему было стыдно из-за сказанных в порыве горячности слов, а его семья была этим очень расстроена. Наконец-то мои деньги принесли. 18 миллионов в стодолларовых купюрах — это 180 тысяч купюр. И весили они примерно 418 фунтов. Мне вручили 18 портфелей с деньгами, но поскольку для денег у меня был отдельный слот, не занимающий места, я переместила их в инвентарь, а портфели отдала СКП. Мне не нужно было 18 одинаковых чемоданчиков для заполнения ячеек. Когда же я наконец закончила отправлять деньги в инвентарь, я задала вопрос. — Кто-нибудь в курсе, где сейчас находится Бласто? - Poulp Тем временем в кафетерии… — Ох, чёрт. — Что такое? — Она вернулась. — Кто? — Ш-ш-ш! И не поворачивай головы. Ладно, не паникуем, Жатва вернулась. И она прямо здесь. — Не паникуем… Верно, спасибо… Это не работает! — Может, если мы не будем обращать на неё внимания, она просто уйдет. — Как зубная фея, что ли? Только более убийственная. — Или как твоя бывшая жена. — Это было низко. — Брать мой пончик с подноса, когда решил, что я отвлёкся — тоже. Я просто отомстил. — Это была моя месть за вчерашнюю пиццу! — Э? — Это было в последний раз… Через пару столиков от них. — К счастью, я могу отключать свою телепатию.