Kill Them All

— Боюсь, мы не можем позволить вам превратить жителей этой планеты в представителей вашего вида, — сказал Доктор. Перед нами стояло двадцать существ, но я старалась сделать так, чтобы конкретно нам было достаточно прохладно находиться в таком адски жарком местечке. — Мы должны размножаться, — сказал лидер каменного народа. — Мы последние в своём роде. — Насколько всем нам известно, — начал говорить Доктор, покосившись на Мастера. — Последний из рода не всегда является таковым. Всегда есть и другие, которые расползлись вокруг словно тараканы, и появляются тогда, когда ты меньше всего их ждёшь. — Это часть их естественного жизненного цикла, — обратилась я к Доктору. Я подошла к одному из них, положив руку на каменное плечо. — Они не могут размножаться без этого. На их родной планете было много неразумных, которых можно было использовать для этой цели, но не так много, как здесь. Доктор нахмурился. — Может, вы согласитесь на то, чтобы уйти в другое место? — спросил он. — Я знаю восхитительную, милую планету рядом с чёрной дырой, на которой есть необходимые вам формы жизни, но на которую нечасто попадают сторонние визитёры. Она подходит для вашего вида, и там уже есть местные жизненные формы. — Вы просто желаете заключить нас в тюрьму и помешать вернуть нам своё место в этой вселенной, — высказался лидер низким и хриплым голосом. [1] Доктор поморщился. — Боюсь, что вашему виду никогда не стать великим народом, точно не таким, который повлияет на ход истории. Это единственная причина, по которой мы вообще предлагаем вам выбор. Я бы хотела возразить ему со словами, что то же самое можно было сказать и о жителях Помпеи, но я достаточно хорошо знала людей, чтобы понять его правоту. Две тысячи человек за тысячу лет превратятся в сотни тысяч. Через две их уже станет три миллиона. Через три тысячи лет они будут господствовать на занятой планете, а ещё через парочку смогут достичь звёзд.* Они повстречаются с другими людьми, будут влиять на их политику, скрещиваться. Люди, которые должны были родиться, никогда бы не родились, а те, кто не должен был бы родиться, появятся на свет. Изменения будут распространяться во времени, подобно приливной волне. С другой стороны, медленно размножающийся, вымирающий вид, размещённый в редко посещаемой части вселенной, не сильно на неё повлияет. — Мы обязаны вернуть то, что потеряли! — требовательно сказал инопланетянин, повышая голос. — У нас отняли так много… — Мне жаль, мне очень, очень жаль, — сказал Доктор. — Но иногда ты не можешь вернуть то, что потерял. Всё, что ты можешь сделать, это двигаться дальше и пытаться построить нечто лучшее из того, что осталось. — Почему мы вообще должны слушать вас? — спросил пришелец, смотря на нас пристальным взглядом. — Я могла бы убить всех вас, не моргнув глазом, — сказала я. Тут же все они чуть ли не синхронно застонали и упали на колени. — Эта лава, которая внутри вас… я могу потушить её жар одной силой мысли. Я могу контролировать всю воду на поверхности планеты. Я могла бы вытянуть всё тепло из этого вулкана, или я могу затопить его таким количеством воды, что получившийся пар сожжёт всех жителей на этом полуострове. И знаете, почему я этого не делаю? Я взмахнула рукой, и маленький кусочек одного из них, уголёк, который почти остыл, подплыл к моей руке, а затем погас. +10% к сопротивлению огню! Было довольно трудно повышать уровень этого сопротивления, так что я была очень довольна полученным бонусом. Затем я позволила их внутреннему пламени снова загореться в полную силу. — Потому что этот парень — отнюдь не мудак. Он хочет, чтобы вы жили, и я не против. Но лично я также согласна и убить вас всех или телепортировать прямо в горизонт событий чёрной дыры. Ещё один небрежный жест рукой, и прямо в воздухе создалось 15 тонн воды, которые я заставила плавать перед ними. — Так что, просто к слову, вы можете согласиться с его планом, а можем приступить к моему. Что вы хотите выбрать? [2] — Ты не должна угрожать кому-то, чтобы заставлять их делать то, что тебе хочется, — шикнул на меня Доктор, пока народец из лавы совещался между собой. — Да ты же постоянно так делаешь, — удивлённо заметил Мастер. — Даже я так делаю, но не так часто, как ты, потому что просто предпочитаю всех убивать. — Мы подчинимся вашей воле, — медленно сказал лидер народа. Я на секунду призадумалась. — Вас же осталось около двухсот, верно? — спросила я лидера. Он кивнул, видимо, научившись этому жесту у их человеческих слуг. У него были человеческие прислужники? Ладно, это было странно. Мне нужно было придумать способ контролировать тепло их тел, чтобы в процессе перевозки они не расплавили всё вокруг, что бы я для этого ни использовала. Поэтому я начала создавать массу стекла, увеличивая её всё больше и больше, и делая твёрже обычного стекла. Доктор достал свой девайс, взмахнул им и посмотрел на приборную панель. — Трансмутация материи? — удивился он. — Я могла бы использовать воздух, но преобразовывать понемногу воду легче. — Ты сможешь переместить их всех за раз? — уточнил он. — Они весят около тонны каждый, — пожала я плечами. — Мы как, вписываемся во временные рамки? — У нас есть ещё час, — ответил Доктор. — А я думал, что ты можешь остановить извержение вулкана одной силой мысли, — съехидничал Мастер. — Я могу, — согласилась я. — Но время извержения этого вулкана довольно точно известно истории. Я не хочу, чтобы выжившие запомнили что-то другое, чтобы не оказалось, что вернёмся мы в другое время. К тому же здесь слишком много людей, чтобы держать их всех под контролем разума одновременно. Оба Повелителя Времени с удивлением на меня уставились. — Я ощущаю это точно так же, как и вы, — ответила я на невысказанный вопрос. — Фиксированные точки времени. Но они фиксированы только из-за последствий, верно? Если последствия будут такими же, то всё равно останется некоторое время для манёвра, в мелких деталях. — Так вот как это работает? — наигранно удивился Мастер. — Маленькая повелительница времени думает, что знает всё лучше, чем взрослые, изучавшие этот вопрос в Академии. — Этот вопрос рассматривался при обучении, — сказал Доктор. — Повелители Времени разобрали все возможные ситуации и обходные пути. Проблема в том, что даже нам трудно увидеть последствия, и если ты упустишь хоть что-нибудь… Ну, это, в конечном счёте, может всё погубить. Следующие 20 минут я потратила на создание массивной стеклянной сферы с дверным проёмом с одной стороны. — Ты можешь показать мне планету, на которую хочешь их отправить? — спросила я, когда все лавовые человечки начали шагать внутрь получившейся конструкции. По крайней мере половина из них думала, что они идут на смерть. Как будто бы я не могла убить их в любое время, когда только захочу. Доктор прижался своим лбом к моему, и я увидела картинку, которую он передал мне мысленно. Это была одинокая планета недалеко от центра галактики, где был высокий уровень радиации и не существовало никаких форм углеродной жизни. Доктор знал, что я смогу выжить там, узнал, когда провёл своё непонятное сканирование, и то же самое знал и об этих инопланетянах. Когда последний из них вошёл в сферу, я подняла её, надеясь на то, что дно, которое я сделала в три раза толще и более прочным, чем металл, выдержит этот вес и не треснет под ним. Секунду спустя я промерцала в космос, прямо над нужной мне планетой. Само место выглядело как ад — там были реки из лавы, и всевозможные лавовые существа. Я увидела их, когда летела вниз, к поверхности планеты, и выглядели все эти формы жизни так, будто были родственниками пришельцев, которых я сейчас несла в сфере. Приземлившись, я уронила сферу на кусок земли, который не был расплавлен до состояния лавы. Существа начали выходить из сферы. Последним вышел их лидер. Оглядевшись, он сказал мне: — Благодарю за вашу доброту. — Хей, пока ты не пытаешься убивать невинных, я буду считать, что мы квиты. Не будь у меня телепатии, я бы убила их не задумываясь. Возможность понять жизнь с точки зрения совершенно другого существа имело огромное значение. Секунду спустя я вернулась обратно. Доктор и Мастер пытались выбраться из вулкана. Очевидно, что без моего присутствия и контроля над температурой окружающей нас среды, их одежда чуть ли не самовозгоралась. Если бы они были обычными людьми, то местная температура уже бы их убила. — Упс, извиняюсь за повреждения лёгких, — повинилась я. Я положила руки им на плечи, залечив полученные повреждения, а затем переместила нас обратно в ТАРДИС. — У тебя вообще нет защиты от угона на этой штуке? — спросила я. — Довольно глупо будет, если какой-нибудь местный украдёт твою будку в день извержения вулкана. — Они использовали вулкан для питания энергией своих устройств, — сказал Доктор. — Это то, что не позволяет вулкану проснуться. И они всё ещё работают. — Что? — переспросила я. — Он говорит, что мы должны убить всех наших любимых людей, — радостно пояснил Мастер. — Или вселенная разорвётся на куски и все умрут. Я уставилась на них обоих. Каким-то внутренним чутьём я понимала, что они правы. Сто поколений отделяли их время от моего. Достаточно было того, чтобы выжившие постепенно смешивались с населением, и ко времени современности уже никто из людей не будет таким, каким он был. Да, возможно, не будет никакого Гитлера или Сталина, но также могло не быть и Ганди и Мартина Лютера Кинга. Возможно, не будет ни Джонаса Солка, ни Луи Пастера*. Каждое маленькое изменение событий будет усиливать нагрузку на таймлайн, и эти нагрузки будут расти, словно цунами. — Я этого не сделаю, — сказала я наконец. — Я и раньше убивала невинных, чтобы избавить их от мук горения заживо, но мне и тогда это не нравилось. Убивать совершенно здоровых и нормальных людей без причины, только потому, что время говорит, что это надо сделать… Доктор перевёл взгляд на Мастера, на что тот только ухмыльнулся. — Как бы мне ни нравилось убивать людей, думаю, в этот раз я всё оставлю на тебя. — Я буду рада высадить их где-нибудь в начале вселенной, — предложила я. — Там, где она ещё не была вами ограничена, где не будет иметь большое значение то, что таймлайн будет немного изменён. Просто перенеси меня назад во времени, и я отправлюсь на разведку, пока не найду место, куда их всех можно отправить. Это наверное можно будет даже назвать интересным экспериментом. Какой мир бы создали люди, если бы им дали шанс на жизнь? Вот только Доктор мрачно покачал головой. — Работать с нашей линией времени опасно, — сказал он. — Могут прийти Жнецы, и они начнут убивать людей, которые выжили вопреки тому, что должно случиться здесь, и тогда все мы окажемся в незавидном положении. — Вселенной придёт конец, — расшифровал Мастер. — К тому же, у нас уже нет времени что-то менять, и не говори мне, что ты, телепат, не способна упрятать своё присутствие от других. Если я не буду показываться им на глаза, то, может, это и удастся сделать, но действительно ли я могла хоть чем-нибудь им помочь? Я была невосприимчива к собственной силе иллюзий, и моё присутствие можно было обнаружить визуально. — Вот же хрень, — выругалась я в конце концов. — Я сделаю это, — сказал, наконец, Доктор. Выражение его лица было довольно мрачным. — Если я сделаю это, никто другой больше не будет ответственен за то, что случится… Всё это будет только моя вина. Все эти смерти… — Он просто королева драмы, — доверительно сообщил мне Мастер, после чего обратился к самому Доктору. — Просто потяни за этот рычаг и двигаем отсюда! Или ты хочешь, чтобы вселенная взорвалась? Доктор попросил перенести его в комнату управления — это было место, где давным-давно лавовые пришельцы совершили аварийную посадку, и после использовали местную лаву для питания своих источников. Одно движение правого рычага, и сбор энергии закончится. Вулкан начнёт извержение, и люди начнут гибнуть. Доктор сделал глубокий вдох и потянул рычаг. Секунду спустя я перенесла их в ТАРДИС. — Подберите меня потом, — попросила я. — Если вы меня тут забудете, я проведу следующие две тысячи лет, портя отношения со всеми пришельцами, которых только смогу отыскать. — А ты ещё говорил, что угрозы не работают! — радостно обратился Мастер к Доктору. Через секунду я уже была снаружи, и блуждала по улицам, когда зазвучали взрывающиеся звуки. Я начала проецировать иллюзии, сосредоточившись на умирающих. Мои иллюзии не давали им страдать от боли, и я посылала им картинку Гермеса, ожидающего, чтобы переправить их в мир мёртвых, с изображением зелёных полей, ожидающих их на той стороне. Я использовала собирательный образ Гермеса, который брала у умирающих в их же сознаниях. Он любезно протягивал им руку, чтобы те могли взяться за неё и перейти в новый мир. У меня не было времени создавать разные образы для каждого из них, но я ощущала облегчение и благодарность несчастных, даже когда огонь и лава погребали их под собой. Я не беспокоилась о тех, кто мгновенно умер, вдохнув раскалённые газы вулкана, я сосредоточила своё внимание на том, чтобы убрать боль и подарить надежду тем, кто страдал сильнее всего. 80% населения Помпей выжило, по крайней мере, так гласила история. При тогдашнем извержении погибло две тысячи человек. Моей работой было помочь умирающим, а не беспокоиться о выживших. Они, как я полагала, были вполне способны позаботиться о себе сами. Если бы не было выживших, я бы просто пролетела над городом и спела всем песню. Однако я не могла позволить свидетелям увидеть себя, поэтому просто сосредоточилась на том, что делала сейчас. Я шагала по лаве, и моих ног совершенно не касался жар — я убирала его своей силой. Я наблюдала за тем, как вокруг меня ужасными смертями погибали люди. Часть меня хотела спасти их, другая часть возмущалась тем, что Повелители Времени создали такую ситуацию, когда невинных людей приходилось оставлять умирать. Поэтому я просто пыталась сосредоточиться на стоящей передо мной задаче. Иногда люди падали на месте, захваченные моими иллюзиями, потому что я знала — они были теми, кто не сможет убежать. В других случаях, когда люди калечились и умирали сами, я избавляла их от боли. Я читала о том, что большинство жертв Помпей задохнулись, и к моему ужасу, это оказалось неправдой. Правдой оказался чистый жар лавы, который убивал большинство из них. Люди просто вспыхивали как спички от той концентрации температуры, которая висела в воздухе. Заглядывая им в сознания, я узнавала не так уж и много информации. Люций был каменщиком, он боялся за своих жену и детей, потому что находился в другом конце города, когда началось извержение. Им удалось спастись, поэтому перед смертью я позволила ему увидеть это, чтобы успокоить его тревоги. Патрокл был торговцем. Его престарелые отец и мать уже были мертвы, но он пытался добраться до них, даже понимая, что это было безнадёжной затеей. Я прочла в сознаниях несколько тысяч историй, прислушалась к каждой из них. Это были невинные люди, а я была одной из причин, по которой им приходилось умирать. Я чувствовала, что на моих плечах лежит ответственность, что я, по крайней мере, должна донести миру их истории, или то, что я смогу узнать за те несколько мгновений до смерти, что им оставалось. Я сделала всё это за час, и после работы ощущала тревожное расстройство. Если бы не разум Игрока, подозреваю, я была бы сильно расстроена тем, что мне приходилось делать. Но даже то, что я сейчас чувствовала, заставляло меня чувствовать лёгкую тошноту. Было ли что-нибудь, что я могла бы сделать? Могла ли я сделать что-нибудь ещё? Могла ли я спасти хотя бы одну семью, которая была в списке мертвецов, или проклятые рок и судьба были сильнее? Мне стало немного стыдно за то, что я даже не попыталась. Оглядевшись вокруг, я обнаружила ТАРДИС, зависшую над облаками. Я не была уверена, откуда Доктор узнал о том, что я могу летать, но всё же промерцала вверх и постучалась в двери. Мужчины выглядели испуганными, когда передо мной открылась дверь. Они что, на самом деле не знали, что я умею летать? Оу… Они просто держались подальше от глаз выживших, ожидая, когда я со всем этим покончу. Я шагнула внутрь. — Что ж, дело сделано, — мрачно сказала я. — Никакой боли, и я послала каждому из них видения загробной жизни. Кажется, всё было нормально, за исключением одного парня, который оказался атеистом. [3] Наверное, я должна была сначала проверить, верит ли он в богов, но это попросту не пришло мне в голову. — Это было… хорошо сделано, — наконец, сказал Доктор, закрывая за мной двери. — Все твои путешествия похожи на это? — поинтересовалась я. — Потому что если да, то, может, ты просто отвезёшь меня на год вперёд от дня нашей первой встречи, чтобы я отправилась домой. — Нет, — помотал головой Доктор. — Обычно я спасаю людей. Это… необычная ситуация. — Обычно это я совершаю массовые убийства, — сказал Мастер. — Хотя сегодня мне было немного лень всем этим заниматься. — Я могла бы вышвырнуть тебя наружу, — сказала я. — Мы бы отправились путешествовать, а через несколько месяцев попытаться поймать тебя до того, как ты упадёшь на землю. Насколько сложно настроиться на определённый отрезок времени этому кораблю? — Этот корабль настоящий реликт, — сказал Мастер. — Я бы удивился, если бы он смог бы попасть хотя бы в недельный отрезок от нужного времени. — А ты сможешь регенерировать, если твоя голова лопнет, как дыня? — Прекратите, — попросил нас Доктор и вздохнул. — Я думаю, нам всем нужен отпуск, и я знаю для этого идеальное место. — Зная его, могу предположить, что это скорее всего местечко, в котором полно опасности и радиации, — поделился мыслью Мастер. — У него на уме одна только работа, работа и работа. Если ты не будешь отдыхать, то сойдёшь с ума, говорю тебе на личном опыте. Скорее всего, так оно и было. — Я отвезу нас на курорт, — закатил глаза Доктор. — Тот, что с радиацией? — продолжал допытываться Мастер. — Да, тот, что с радиацией. — О-о… Мне нужно будет раздобыть где-нибудь купальник для себя, — обрадовалась я. — Может быть, удастся немного загореть. — Когда мы говорили о радиации, то имели в виду смертельную радиацию, — уточнил Мастер. — Ты думаешь о ней как о смертельной, а я думаю о ней, как о потрясающей! — воскликнула я. — Я ещё и к слепоте невосприимчива. — Могу предположить, что для этого ты просто пялилась на Солнце, — сказал Мастер таким тоном, как будто думал, что я слабоумная. — Ну, типа да. — признала я. — Я же не хотела устраивать ядерный холокост только для того, чтобы получить невосприимчивость к слепоте. Я не настолько сумасшедшая. А вот Мастер был настолько сумасшедшим. Я лишь мельком видела его разум, но звук барабанов казался чем-то таким, что он слышал ещё тогда, когда был совсем молод. Это-то и свело его с ума. Каждую смерть, всю боль и страдания, что он причинил, можно было проследить до того момента, как кто-то поместил ему этот звук прямо в голову. Он был похож на жертву Симург, опасный, но, в конечном счёте, совсем не ответственный за всё то, что он творил. — Хорошо! Везите меня на радиоактивный пляж! — решительно сказала я. — Это звучит довольно круто! Доктор начал бегать вокруг панели управления, и через несколько секунд корабль снова оказался в потоке времени. Может быть, в этот раз мне удастся получить настоящий отпуск вместо того, чтобы побыть соучастником очередного акта геноцида. - FTR2017 Доктор: Стоп, а это ещё что такое?! Тейлор: Ой, это же кейп-чудовище, которое клонирует паралюде-… Эй, Мастер! А ну-ка отошёл от этого преступления против природы! Мастер: Оу-у… Они никогда не позволяли мне совершать никаких преступлений против природы. [4]