Kill Them All

— Он и клон, и киборг, — сказала я Зелёному Фонарю. — Это какой-то бред, потому что, если так подумать, вся эта криптонская сила делает его механические части, ну, слишком отсталыми. Фонарь скривился. — Ты собираешься отсиживаться в стороне или будешь помогать? — Криптонцы совершенно не в моей лиге, — отказалась я. — Существо с Криптона уже убило меня разок, так что я не особо заинтересована в повторении этого опыта. — Тогда спаси мирных жителей! — сказал мужчина. — Сделай что-нибудь! Супермен делал всё, что мог, но его киберверсия намеренно старалась причинить как можно больше вреда как можно большему количеству людей. В конце концов, Метрополис был городом Супермена, и потому всё, что творили с городом, причиняло боль и герою. — Супермену нужно дышать? — поинтересовалась я. — Он может выжить в космосе без воздуха где-то час, может, два, — ответил Зелёный Фонарь. — А почему ты спрашиваешь? Он удерживал небоскрёб в стоячем положении двумя гигантскими отростками, а третье работало горелкой, пытаясь приварить небоскрёб обратно. Этот Зелёный Фонарь был не только морским пехотинцем, но ещё и архитектором, так что он знал, что делает. Я нахмурилась. — Значит, космос отменяется, — пробормотала я. Поскольку мозг клона, в основном, состоял из электроники, я сомневалась, что смогу взять под контроль кибернетический разум, поэтому нужно было найти другое решение. Я не могла использовать иллюзии, чтобы спрятать себя, и хотя я могла мгновенно переместиться к нему, чтобы прикоснуться, он был достаточно быстр для того, чтобы убить меня раньше, чем я совершу задуманное. [1] Зелёный Фонарь был занят, а других героев рядом не было. Всё зависело от меня. — Эй, а у синего здоровяка есть какие-нибудь слабости? Зелёный Фонарь повернулся в мою сторону, буравя взглядом. — Точно. Магия и криптонит. Он нахмурился, когда я прочитала его мысли. Супермен знал, где может храниться немного криптонита — в С.Т.А.Р. Лабс хранилось немного, его изучали с целью использования в медицине. Я промерцала в лаборатории, зайдя в высокобезопасное хранилище, где находился криптонит. Я чётко знала место из того мысленного образа Супермена, который проверял это хранилище хотя бы раз в неделю. Я отломила небольшой кусочек камня, а затем промерцала в сами лабораторные помещения, чтобы начать изучать информацию о его химическом составе. Получить пароль от местных компьютерных систем было достаточно легко — в доме, всего в пяти милях отсюда, жил учёный-исследователь, у которого были все коды доступа. (5 миль = 8,05 км) Как только я поняла структуру криптонита, я сконденсировала немного воды из воздуха, а после преобразовала её. Получившийся материал довольно интересно светился зелёным цветом. [2] Отправив его в инвентарь, я промерцала, возвращаясь на поле битвы. — Где ты была всё это время? — спросил Зелёный Фонарь. Теперь ему приходилось поддерживать своими силами три небоскрёба. — Составляла планы, — ответила я. — Эй, Супермен, — громко крикнула я. — Могу я одолжить тебя на минутку? Киборг-версия Супермена отправила его в полёт в мою сторону. Я была достаточно быстрой, чтобы увернуться от тела, и успела коснуться его рукой, когда он пролетал мимо. Я отправила героя в инвентарь, а затем мои глаза вспыхнули синим светом, когда я активировала боевое чутьё. Я чувствовала ярость кибер-Супермена. Он летел на меня, и тогда я просто преобразовала свой костюм Армани в криптонит. Сделать это было нелегко. Криптонит, по сути, был кристаллической структурой, так что, как можно догадаться, был отнюдь не самым гибким материалом. Поэтому мой костюм, на самом деле, представлял собой десятки крошечных бусинок, связанных вместе в одно целое с помощью стальной нити. Киборг упал, и я спустилась вслед за ним, стараясь держаться ближе, но при этом оставаясь на безопасном расстоянии. Пожалуй, этот случай был единственным, когда кибернетические части тела действительно могли сослужить хорошую службу. Излучения кусочка криптонита, размерами с грецкий орех, было достаточно для того, чтобы за час убить криптонца. Супермен знал это из информации, которую ему предоставила личная база, расположенная то ли в Арктике, то ли в Антарктике. [3] На мне же было 5 фунтов криптонита. (5 фунтов = 2,27 кг) Киборг упал на одной из улиц, немного перекатившись по земле, прежде чем с трудом встать на ноги. Одна его рука безвольно повисла вдоль тела — та, что полностью была биологической. Обе ноги были, по крайней мере, частично механическими, хотя, в какой-то мере, зависели от своих биологических частей, поэтому его походка была шатающейся и неуверенной, словно у зомби. Несмотря на своё физическое состояние, его взгляд, который он кинул на меня, был непоколебим. Если бы его механические части были сделаны на Земле, я бы тут же бросилась на него, чтобы напасть. Но они были криптонскими, по крайней мере, если верить тому немногому, что я смогла прочесть в сознании клона. По факту, у меня лично не было возможности понять, насколько крепка его механическая часть тела, но учитывая, что он сражался с Суперменом и ни одна кибернетическая часть не пострадала, он вызывал явные опасения. Я услышала тихое жужжание, когда что-то сбоку на его голове открылось. Я сосредоточила зрение на этом месте, и увидела, как в воздух выбрасывается какое-то облако. Это были не наниты — оно было слишком большим для нанитов — так что это было нечто другое. Однако я понятия не имела, имела ли эта штука какие-нибудь эзотерические эффекты, которые могли бы на меня повлиять, несмотря на всё моё сопротивление физическому урону. Поэтому я прикрылась силовым полем и нагло ухмыльнулась киборгу. — Проблема с клонированием плоти героя заключается в том, что если эту плоть поместить в ноги, под воздействием криптонита вы начнёте хромать. Криптонит разрушал клетки его биологических частей, делая его таким же уязвимым, какими были обычные люди. Ну, по крайней мере, если говорить чисто о биологических его частях. Я призвала пять галлонов воды от ближайшего пожарного гидранта, который разбрызгивал воду из-за разрушения дороги около небоскрёбов. (5 галлонов = 22,73 литра) Я подняла руки, собирая вокруг них воду, всё больше и больше воды. Преобразовав воду в 25%-ую криптонитовую смесь, я отправила её к клону, окружив его тело водой и даже отправив немного ему в рот. Я видела схемы устройств для распыления гипоспрея в Федерации, они были достаточно простыми, поэтому я стала посылать короткие водяные удары в его кожу со всех сторон. Если немного криптонита рядом убивало его за довольно короткое время, то много криптонита внутри тела должно было убить его ещё быстрее. Клон бросился на меня, но я успела увернуться. Как я и подозревала, его механические части позволяли ему двигаться достаточно быстро, но всё же были не настолько быстрыми, как если бы он был живым криптонцем. К тому же, его механические части были созданы так, чтобы органично работать с биологическими, которые теперь стали мёртвым грузом. Использование тысячи эффектов, подобных впрыскиванию гипоспрея, на его теле для замены большей его части крови криптонитом, казалось, сделало своё дело. Через полторы минуты он был мёртв. Промерцав в небо, я выпустила Супермена из инвентаря. Он тут же застонал, и я запоздало поняла, что на мне всё ещё был мой криптонитовый костюм Армани. Я вернула своему Армани изначальный вид. — Извини, — неловко промямлила я себе под нос. — Что случилось? — спросил Супермэн. — Он скопировал и твои слабости тоже, — сказала я, — ткнув пальцем в тело на земле. — Ты убила его! — воскликнул Зелёный Фонарь. — Нет, — покачала я головой. — Он компьютерная программа, которая может перемещаться из машины в машину. У меня не было возможности помешать ему переместиться в новое устройство, поэтому я просто уничтожила его нынешнее тело. Они оба всё ещё выглядели встревоженно. — Он, по большей части, был роботом, одетым в мясной костюм. Его механические части были криптонскими, а биологические — клонированной криптонской плотью. По отношению к убийствам роботов у них были другие стандарты, чем по отношению к убийствам органиков, хотя я подозревала, что некоторые роботы могут быть такими же живыми, или разумными, или как вообще там про них в этом случае говорится. [4] — Других криптонцев не осталось, — пробормотал Зелёный Фонарь. — Ну тогда он, вероятно, добыл ДНК и технологии с твоей криптонской базы. Тебя взломали, и, возможно, стоило бы предпринять некоторые шаги, чтобы убедиться в том, что никто не сможет сделать этого снова. Тогда этому кому-то не удастся скопировать твои способности в следующий раз, и ему придётся довольствоваться клонами кого-нибудь вроде Зелёной Стрелы или Бэтмена. — Бэтмен — один из основателей Лиги, — сказал Зелёный Фонарь. — А ещё он обычный человек, — подчеркнула я. — Киборг Бэтмен без мозга Бэтмена — это просто робот со слабыми органическими частями, которого может победить любой другой герой. А если этот киборг-клон будет использовать не криптонские, а обычные технологии, его вообще можно будет спокойно расстрелять с расстояния. Я ощутила, как силы Супермена начали к нему возвращаться. Он переглянулся с Зелёным Фонарём, а после самостоятельно смог подлететь в воздух, чтобы отправиться помогать закрепить три пострадавших небоскрёба. — Мне нужно обеззаразить робота, — сказала я ему. Супермен всё ещё выглядел слегка дезориентированным. Было ли ли это из-за того, что его часто били по голове, из-за воздействия криптонита или из-за того, что в одно мгновение, пока он был в инвентаре, ситуация вдруг переменилась, я не знала. Он поглядел на меня сверху вниз, а затем кивнул. Вернувшись к клону-киборгу Супермена, я дотронулась до капли клонированной криптонской крови. Создан новый навык! Криптонские солнечные силы! В течение 24-х часов после того, как вы подвергнетесь воздействию света жёлтого солнца, вы будете испытывать следующие эффекты: +20 силы! +20 телосложения! +20 ловкости! +5 уровней к способности полёта +20% к сопротивлению физическому урону +5 уровней к любому усиленному чувству. Любая способность, связанная с энергетическими выстрелами, увеличивается на 5 уровней, а эффекты будут удваиваться с каждым новым уровнем. Эффекты под эскалацией будут удваиваться для любого эффекта, который влияет на одну из способностей. Вау! Я быстро отправила в инвентарь тело киборга — если мне повезёт, полиция Метрополиса не сможет обвинить меня в убийстве. По какой-то непонятной мне причине полиция, казалось, всегда искала, в чём бы меня таком обвинить. [5] Я трансмутировала каждый кусочек криптонита, какие только нашла, обратно в их базовые состояния. Я подозревала, что часть водяного раствора криптонита уже успела просочиться в ливневые стоки. Я уже ощущала, как начинает действовать новая способность, когда я поднималась в воздух — тело наполняла сила, а солнечный свет удивительно приятно ласкал кожу. Внезапно я начала слышать вещи на таких расстояниях, с каких никогда раньше не слышала, за исключением тех случаев, когда я специально сосредотачивалась на усиленном слухе. Я могла чувствовать запахи и видеть вещи настолько ясно и чётко, что это казалось нереальным. Я быстро закончила обеззараживать поле битвы, а затем взлетела в воздух, чтобы помочь двум другим героям с небоскрёбами. Благодаря моей новой способности я могла удерживать четверть веса небоскрёба даже без активации эскалации. Обратившись в волка и используя паучью ловкость я могла сделать гораздо больше, так что помогла привести всё в порядок всего за час времени. Я трансмутировала сломанные балки в целые, а Зелёный Фонарь отслеживал мои изменения с помощью кольца. Казалось, эта моя работа произвела на него большое впечатление, и с каждой минутой он относился ко мне всё менее враждебно. — Нужно будет, чтобы городские службы проверили каждый сварной шов и заклёпку, — сказал Джон Стюарт. Оказавшись в своей стихии, он стал гораздо менее раздражительным. — Но, думаю, мы проделали хорошую работу. Он был хорошим архитектором. — Из-за этого пострадало много людей, — заметил Супермен. — Меньше, чем ты думаешь, — поправила я. — И я планирую заглянуть в отделения неотложек и вылечить людей. Моё исцеление лучше работает на обычных людях, чем на героях. — Ты целитель? — переспросил Зелёный Фонарь. Я пожала плечами. — Я получаю силы то тут, то там, — ответила я. — Я та, кого можно назвать разносторонней личностью. — Что ты собираешься делать с телом? — серьёзно спросил Супермен. — Высажу его в открытом космосе, — ответила я. — На другой его стороне от Думсдея. Криптонская ДНК и криптонские технологии слишком заманчивая цель для злодеев, и я бы не хотела, чтобы Суперкиборг вернул себе конкретно это тело. Ещё раз — я бы всерьёз задумалась над повышением мер безопасности на твоей базе. Он всё ещё где-то там, и он вернётся. Супермен кивнул. — Я сейчас же отправлюсь в Крепость Одиночества. Я старательно сохраняла нейтральное выражение лица, хотя очень хотела захихикать. Это звучало как детское имечко домика на дереве. — В любом случае, я отправляюсь лечить людей, — сказала я. — Я уже раскидала всех по трём ближайшим больницам. К счастью, в основном там те, кто получил травмы из-за падения с лестниц и тому подобное, так что это не займёт много времени. Я промерцала в ближайшую больницу. Зона ожидания отделения неотложной помощи была заполнена людьми, и не все попали сюда из-за последствий битвы в деловом районе города. Я проходила сквозь толпу, и мои пальцы задевали людей, излечивая каждого, до кого я дотрагивалась. — Эй! — услышала я возмущённый оклик от мужчины, которого я задела, и после которого он ахнул, когда осознал, что его тело больше не испытывает боли. Я вылечила геморрой, который мучил его, по крайней мере, последние десять лет. Подойдя к женщине за стойкой, я представилась: — Я Жатва, новый герой, и я могу исцелять людей. По-видимому, здесь не предусматривались особые процедуры для действий героев-целителей — такие тут встречались ещё реже, чем в моём мире. Она сказала, что должна сообщить обо мне начальству, а пока что меня окружили люди из зала ожидания. Здесь у людей были не самые серьёзные случаи, но я всё равно всех вылечила. Самые серьёзные уже лежали в операционных. — Разойдитесь, — попросила я после того, как исцелила всех присутствующих. Как только люди освободили мне пространство, я окружила себя сферой, наполнив её обжигающим паром, и трансмутировала совершенно новый наряд, состоящий из хирургического халата и маски. В конце концов, у меня не было причин заставлять врачей параноить. Любому человеку на то, чтобы принять серьёзное решение, требовалось много времени, поэтому я просто заглянула в операционную. Сначала врачи не обратили на меня внимания, но как только я отодвинула их всех от пациента телекинезом, моё присутствие заметили. Тщательно контролируя разлагающий дым, я растворила все трубки, провода и оборудование, поддерживавшее жизнь женщины на столе. У неё случился сердечный приступ, когда она сбегала от боя вниз по лестнице. — Вы не можете… — запротестовал врач, прежде чем увидеть, как разрез на её груди исчез, а рёбра с треском встали на место. — Теперь её сердце как новенькое, — сказала я. — Я исправила её близорукость, а также избавила от кисты яичников. И у неё больше нет диабета, так что не давайте ей инсулин. Я бросила на кровать три маленьких золотых слитка, каждый весом с унцию. (1 унция = 28,35 грамма) — Это за повреждённое оборудование. Если этого недостаточно, обращайтесь к вашей страховой. Прежде, чем они успели ответить, я промерцала в следующую операционную. — Вам нельзя здесь находиться! — воскликнула медсестра, обратившая на меня внимания гораздо быстрее, чем в предыдущей комнате. — Я стерильна, — сказала я. На самом деле, я была стерильнее каждого из них — моё дыхание не содержало бактерий, когда я выдыхала воздух. Я повторила процедуру и исцелила пациента — мужчину со сложным переломом голени. В течение следующих полутора часов я посетила все три больницы. Я исцелила всего пять сотен человек — ничтожное количество по сравнению с количеством жертв от атаки Губителя. Я выходила из последней операционной, когда увидела двух мужчин, ждущих меня снаружи. Они были сотрудниками службы безопасности, но они пришли сюда не для того, чтобы пытаться арестовать меня. — Мистер Лютор хотел бы поговорить с вами, — сказал один из них. У него была короткая шея, и он выглядел как какой-нибудь повстанец, по ошибке напяливший офисный костюм. — Окей, — согласилась я. Почему-то они были удивлены тем, как охотно я согласилась на встречу. Эта больница, по всей видимости, принадлежала ЛексКорп. Две трети людей в Метрополисе работали на Лютора, и это при том, что он был заклятым врагом Супермена. Быстрая проверка их мыслей на тему того, куда меня планировали отвезти, и быстрый просмотр местности с помощью ясновидения позволили мне найти нужное место. — Я подожду вас на месте, — сказала я, и через секунду сидела в по-настоящему удобном кожаном кресле напротив массивного письменного стола, за которым сидел рыжий молодой человек с бородкой. К его чести, он совсем не выглядел испуганным, хотя мысли в его голове начали метаться с лихорадочной скоростью. — Привет, Лекс, — поздоровалась я. — Ты хотел встретиться со мной? Он кивнул. — Я Алексис, — сказал он. — Лекс был моим отцом. Я читал о ваших подвигах. Я склонилась вперёд, чтобы пожать его протянутую руку, и когда мы соприкоснулись, я погрузилась в его мысли и воспоминания, чтобы лучше понять человека, сидящего передо мной. Я откинулась на спинку стула. — Ты клонировал тело и вживил в него свой мозг? — спросила я. Он напрягся. — И при этом даже не проапгрейдил клона? — продолжала я. — Я бы на твоём месте встроила в новое тело как можно больше крутых наворотов и фишечек. Он, по всей видимости, постоянно носил на себе криптонитовое кольцо в течение многих лет, и каким-то образом упустил такую деталь, что руда была радиоактивной. Так он и заработал свой рак. Он был гением — я могла видеть это, заглянув ему в голову. Он не дотягивал до стандартов Повелителей Времени, но для человека его разум впечатлял. — Если бы это было правдой, — сказал он. — А это не так… у меня было несколько ограничено время на создание тела-клона. А создание метачеловека изобилует неудачами, а это не тот вопрос, в котором захочется рисковать единственным шансом на выживание. Его голос утратил австралийский акцент, и теперь звучал более резко и определённо более по-американски. Ещё у него в другом крыле здания обитала какая-то странная протоплазменная искусственная форма жизни из другого измерения. Она была оборотнем и притворялась Супергёрл. Как ни странно, она, на первый взгляд, действительно была героем, и искренне любила Лекса, хотя тот и не отвечал ей взаимностью. И Лекс уже планировал создать тысячи её клонов. Интересно, сколько времени это займёт и смогу ли я использовать их в своих целях? Тысячи супергероинь, даже если у них будет только часть силы Супермена, будут невероятно полезны в бою против Бегемота и Зиона. А после они даже могут пригодиться в качестве полицейских, укрепляя мою власть в труднодоступных для меня местах. [6] — Я просто пошутила на счёт клонов, — улыбнулась я. — Конечно же понятно, что ты это свой собственный сын, здесь не на что смотреть. Его улыбка стала натянутой. — Точно так. — Ну так, почему ты хотел встретиться со мной? — спросила я. — Явно не из-за моего обаяния. — Разумеется нет, — сухо согласился он. Я подалась вперёд. — Ты когда-нибудь задумывался над тем, чтобы не быть одержимым Суперменом? — спросила я. — Он же явный святоша с комплексом мученика. Значит, с ним будет легко работать сообща. Почему бы тебе не укрепить свою собственную легенду? — Он принижает достижения обычных людей, — жёстко отбил Лекс. — Он избивает разные штуки и время от времени останавливает пожары, — сказала я. — А ты мог бы заняться поиском лекарства от рака… Что, вероятно, будет хорошей идеей, учитывая все недавние обстоятельства. Всё, что он делает — это поддерживает статус-кво в мире… А такие люди, как ты, действительно способны изменить мир к лучшему. Он нахмурился. — Ты мог бы оставить после себя настоящее великое наследие. Ты мог бы стать Пастером, Солком*, Эдисоном и Теслой в одном флаконе. Имя Рокфеллера по-прежнему ассоциируют с богатством. И твоё имя может стать синонимом, тебя никогда не забудут. И-и-или… ты можешь потратить 12 миллиардов на смертельные лучи, от которых он всё равно будет уклоняться, просто потому что он этим обычно и занимается — дерётся со всякими штуками, и действительно хорош в этом. Состояние Лютора составляло триста миллиардов, а компании, которыми он владел, стоили больше триллиона долларов. Учитывая, что здесь был только 1993 год, это было ещё более впечатляюще, чем звучало для моих современников. Стоили ли гамбургеры в 1993 году четверть доллара? Я ничего не знала об инфляции, так что могла только предположить, что доллар сейчас стоил сумасшедших денег. Или, может, отец всегда преувеличивал, когда говорил о том, насколько всё дешевле стоило, когда он был ребёнком. — Так почему я здесь, Лекс? - Красный Бык Извините, но ей нужно срочно кое-что проверить! Тейлор рассказывает, как выбросила Ноэль в каком-то случайном мире. Супермен: Стой, то есть ты оставила чрезвычайно опасного безумного злодея, способного уничтожить всю жизнь на случайной планете, на которую ты так и не удосужилась вернуться во второй раз? Тейлор: Ой, да не нужно об этом беспокоиться! Рядом никого не было, и то место было абсолютно радиоактивным, так что там, скорее всего, никто не жил. Супермен: Но ты ведь по-настоящему этого не проверяла? Из того, что ты объяснила, как я понял, у тебя тогда не было способностей, которые могли бы дать тебе более полное представление о том мире и о том, кто мог там обитать. И как ты можешь быть уверена, что ты просто не попала в одно из немногих мест с плохими условиями жизни в том мире, а остальная часть мира на самом деле пригодна для жизни? Тейлор: Ну, я… *осознаёт, что, возможно, обрекла тот мир на гибель, потому что не проверила, жили ли там люди на самом деле.* Блять! *Также осознаёт, что благодаря путешествию во времени с той высадки Ноэль прошло всего несколько дней.* Блять, блять, блять! Прошу меня извинить, мне срочно нужно кое-что проверить!