Kill Them All

Он некоторое время сверлил меня взглядом. — Если отбросить все теоретические секреты, которые я храню — я тот человек, которому есть что предложить молодому супергерою. При моей поддержке ты сможешь достичь такого уровня популярности и значимости, которое будет недостижимо для кого-либо другого. — Я могла бы легко взять под контроль разум президента, — отмахнулась я. — Даже целые города, или, может, страны, при определённых обстоятельствах. Я представляюсь всем как герой Жатва, но на самом деле я не герой. — Тогда кто же ты? — нахмурившись, спросил Лекс. — Кто-то, кто пытается убивать людей пореже и поменьше, — призналась я. — С переменным успехом. Иногда я оступаюсь, но я пытаюсь стать лучше. — Что? Казалось, все вот так вот реагировали на мои признания. Это было как-то странно. [1] — На самом деле у меня дома был выписан Приказ на моё убийство… Он даёт любому человеку законное право убить тебя и получить за твою смерть вознаграждение. Оно было получено по совершенно надуманным причинам… Я предупреждала их всех о зомби-вирусе, но они меня не послушали. Так что это всё была не моя вина. Плюс, дождь из трупов азиатов, который показали по телику, мог вызвать немного негативную реакцию, но я определённо не какая-то там расистка, что бы они ни говорили. — Ты не боишься, что я кому-нибудь расскажу об этом? — спросил он. — О, ты никому не расскажешь об этом, — уверила я его. — Так или иначе. Его рука начала ползти по столу, предположительно к кнопке на столе, которая должна была вызвать сюда Супергёрл. — Замри, — приказала я. Его рука замерла, но и всё его тело прекратило двигаться. — Я, наверное, не буду тебя убивать, — сказала я. — Мне бы пришлось заменить тебя клоном или притворяться тобой несколько дней… это было бы очень напряжно. Кроме того, ты действительно можешь оказаться полезным. Он ничего не сказал в ответ. — Ой, точно, — спохватилась я. — Ты можешь двигаться и говорить… ты просто не сможешь пытаться предупредить кого-либо и что-либо. — И каковы твои планы? — тихо спросил он. — Спасение планеты… этой и ещё десяти в восьмидесятой степени других Земель. Его глаза расширились, но больше он ничем не выдал своего шока. — Ты злодей, но при этом пытаешься спасти планету? — Ну, я же на ней живу, верно? Или, по крайней мере, на другой Земле. Если я позволю этому козлу уничтожить их все, мне ведь придётся искать для жизни другую планету, чтобы жить там, и придётся при этом питаться каким-нибудь странным инопланетным дерьмом. Я бы слишком скучала по пицце, музыке и другим человеческим вещам. — Ты очень в этом уверена, — заметил он. Я только кивнула. — Есть один вид пришельцев, которые прилетают на разные планеты. Они раздают местным жителям части самих себя, наделяя их суперспособностями. Они толкают их к тому, чтобы сражаться друг с другом, проявлять творческий подход к своим силам, и когда они понимают, что научились всему, чему могли, то возвращают себе свои отданные части, изучая все грязные трюки, знания о которых копились десятилетиями использования и боёв между кейпами. Затем они направляются к следующему миру, уничтожая все версии той планеты, которую оставляют позади. Ну, по крайней мере, те версии, которые они могут видеть. — Какова их цель? — Они хотят найти способ обратить энтропию вспять, предотвратить уничтожение вселенной, чтобы они вечно могли продолжать потреблять, размножаться и разрушать друг друга. — Уничтожение существ, которые могут оказаться умнее тебя, кажется контрпродуктивным. — Так они устраняют конкурентов, — пояснила я. — Они активно работают над тем, чтобы препятствовать космическим путешествиям, чтобы они могли использовать всех пришельцев. — И если они разыскивают разнообразные формы жизни во вселенной по всему космосу, у них также должен быть коллективный разум. — Прости, что? — переспросила я. — Это просто логическое предположение, — сказал Лекс. — Они должны перемещаться на сверхсветовых скоростях, если вообще хотят представлять собой угрозу, и если у них есть любые сверхспособности на выбор, то у них также должен быть и способ сверхсветовой связи, даже если это и означает, что для пересылки сообщений они отправляют в космос части себя. — Я не уверена, что они на самом деле координируют свои действия, — сказала я. — У нас есть пример только двух их особей — другая планета с другим инопланетным видом подверглась их нападению, но части расы удалось спастись на своих космических кораблях. — Что с ними случилось? — Я взорвала их корабль, — призналась я. — Правда, перед этим всё-таки узнала их историю. — И ты думаешь, что это затронет и нашу вселенную? — Существует, как минимум, несколько пар этих существ, и каждая из них разрушает до десяти в восьмидесятой степени миров. Даже если вам очень повезёт и ваша Земля не окажется в этом списке, велика вероятность, что в вашей вселенной есть собственная пара этих инопланетян, так что ваше время всё ещё ограничено. — И каков твой план? — Получить как можно больше сил у как можно большего количества злодеев… а также силы тех героев, у которых я могу купить на это разрешение. Соберу как можно больше союзников для финальной битвы. — Не слишком вдохновляюще, — заметил Лекс. Я только пожала плечами. — А что ещё я могу сделать? — спросила я. — Есть ли какие-либо временные рамки у этого события? — Предсказатели говорят, что у нас есть что-то типа от двух до пятнадцати лет, — ответила я. — Если только не случится что-то серьёзное. — Я всегда знал, что инопланетная угроза существует, — пробормотал он. — И ты решил, что стоит побороться против более сильной, инопланетной версии мистера Роджерса*? — спросила я. Хм-м-м… Мистер Роджерс должен быть жив в этой вселенной, если предположить, что он здесь вообще существовал. У скольких вообще людей были их параллельные копии в других мирах? Я знала, что в моём мире и мире Алеф такие встречались, но, как правило, двойников, родившихся после 1983 года, было уже исчезающе мало. — Дело не в этом, — сказал он. — Дело не в том, кто он такой, а кем бы он мог стать. — И ты продолжаешь дёргать его за усы? — переспросила я. — Это больше похоже на самореализующееся пророчество. В любом случае, всё это явно не то, ради чего ты меня сюда позвал. Он на мгновение замолчал. — У тебя есть сила, которая довольно… редка в нашем мире. — Исцеление, — кивнула я. Беглый взгляд в его мысли подсказал, в чём было дело. — Значит, вся эта работа с клонами проводилась в спешке, и теперь результат начинает разваливаться Лекс покраснел. — Тебе бы следовало заранее запастить дополнительными телами, — сказала я. — Ты же не можешь просто полагаться на утверждение, что герои не будут тебя убивать… в конце концов, сюда могут заявиться и такие психи, как Джокер. Нужно иметь запасной план на случай непредвиденных обстоятельств. — Так ты могла бы мне помочь? — спросил он. — А если я откажусь, твой следующий план — продать свою душу демону? — недоверчиво уточнила я. — Ты что, веришь в демонов? — Я атеист, — ответил Лекс. Я откинулась в кресло. — Ага… Это всё внеземные сущности из других мировых планов, — кивнула я. — И, тем не менее, получение чего-нибудь от кого-то из них задаром кажется довольно подозрительным. Я бы побеспокоилась о том, что мне могут имплантировать какие-нибудь ментальные команды или что-то типа того. А может, они действительно что-нибудь поимеют со сделки — например, снимут с твоего разума слепок, в котором будут храниться все твои секреты. Он нахмурился. — Возможность, которая не приходила мне в голову. Однако я могу заранее предусмотреть все непредвиденные обстоятельства, чтобы изменить ситуацию в свою пользу после продажи. — Ну, наверное не стоит, потому что я могу тебе помочь, — сказала я. — Вот только какой мне с этого резон? — Мои ресурсы будут полностью в твоём распоряжении, — быстро ответил он. — Доступ к лабораториям и их ресурсам, — сказала я. — Без каких-либо спрятанных камер или жучков, чтобы увидеть, чем я занимаюсь. У меня есть несколько способов узнать, не предал ли ты меня. — Уверен, что есть, — слабо кивнул он. — Причина, по которой я хотела дать тебе понять, что я не герой, заключается вот в чём, — сказала я, подаваясь вперёд. — У героев есть некие правила. Они сражаются со связанными за спиной руками, и они милосердны к своим врагам. Я же совсем не герой. А это означает, что я буду сражаться грязно, и время от времени делать ужасные вещи. — Я плохо реагирую на угрозы, — заметил Лекс. — Это не угроза, — отмахнулась я. — Пытаться запугать кого-то, кто пытается бороться против самого сильного человека в мире без собственных суперспособностей — это как получить урок тщетности. Всё равно, что пытаться спорить с Бэтменом. — Тогда к чему это всё? — спросил Лекс. — Потому что я хочу дать понять, что мы с тобой одного типа личности. Я выполняю свои обещания, и хорошие, и плохие. Ты наверняка смог бы разработать контрмеры против моих способностей, но я специально получаю всё новые и новые силы, и делаю те, которые есть у меня сейчас, сильнее. Так что будет трудно работать против меня. — Это не может быть настолько трудной задачей, — сказал Лекс. — Кроме того, я пробуду здесь всего три месяца. У меня есть важные дела, и я не могу провести всё оставшееся время в таком местечке, где людям живётся легко. — Мы неоднократно подвергались инопланетным вторжениям, — с лёгким раздражением заметил Лекс. В ответ я молча начала показывать ему иллюзию за иллюзией Губителей, безнадёжных битв героев, объединявшихся со злодеями, которые всегда заканчивались кровавой баней. Я позволила ему прочувствовать и все те эмоции, когда каждый раз пролетала над своим родным городом — безнадёжность и отчаяние, ощущение, что все уже давно сдались. — Я побывала в Готэме, — сказала я. — И этот город — куда более светлое место, чем то место, откуда я родом. — Каждые три месяца? — недоверчиво спросил Лекс. Больше всего его ужаснула Симург. Двое других Губителей были похожи на угрозы, с которыми сталкивался его мир, но потеря рассудка, роль марионетки кого-то более всеведущего, беспокоили его больше, чем он хотел признавать. Вероятно, эта обеспокоенность была одной из причин, по которой он был атеистом. — Общество было бы разрушено через тридцать лет, даже без присутствия угрозы со стороны пришельцев, только из-за нападений Губителей, — сказала я. — Вы не придумали никаких технологических решений против их нападений? — спросил Лекс. — Инопланетянин дал людям способности к изобретательству, но намеренно испортил их так, чтобы получившиеся результаты нельзя было воспроизвести или сделать что-нибудь похожее. Он в принципе искалечил способности, чтобы они в целом не представляли для него угрозы. — Я думал, их было двое, — зацепился за мои слова собеседник. — Когда они достигли Земли, произошёл несчастный случай, — пояснила я. — Одна из этих сущностей была уязвима, и кто-то воспользовался этим, чтобы убить её. — Тогда стоит изучить этот вопрос, — сказал Лекс. — Если у них есть слабости, их следует использовать. — Их настоящие тела размерами, по крайней мере, с целый континент, а возможно, что и больше. Информация, которую я узнала от Котла, была несколько запутанна. Не то, чтобы у меня было время копаться в чужих мыслях и красть все их секреты. Поэтому у меня были только обрывочные знания. — Обычно они помещают свои тела, по крайней мере, на одну альтернативную версию Земли, возможно, на большее количество Земель, а затем запирают эти измерения от внешнего проникновения. Аватара, которую они показывают местному населению, это лишь крошечная часть от их истинной формы, так что любой урон, который нанесут по этой Аватаре, скажется на нём незначительно. — И один из инопланетян был каким-то образом убит, когда приземлился на одну из Земель. Я могу предположить, что какие-то их части более важны, чем другие… их эквивалент жизненно-важных органов? — Думаю, да, — согласно кивнула я. — Значит, тебе нужно найти способ проникнуть в это заблокированное измерение — либо с помощью грубой силы, либо с помощью какого-либо другого метода. Они запирают от чужого проникновения всю вселенную или только солнечную систему, галактику? — Я не уверена… — Так узнай, — сказал он. — Возможно, ты сможешь найти область за пределами их досягаемости, и войти через неё в то же измерение, где хранится их тело. Однако вполне возможно, что они достаточно сильны для того, чтобы заблокировать проникновение во всю вселенную, и уже в этом случае стоит обратиться к другим методам. Он был умнее, чем я предполагала. [2] Он не был похож на технарей, которые имели блестящие знания в науках, навыки по которым они приобрели, и были обычными людьми во всём остальном. Я чувствовала, как работал разум Лекса, и его мысли двигались быстрее, чем мои, даже с моим бонусом от способности Прото-Повелительницы Времени. Он думал не так быстро, как настоящие Повелители Времени, но, тем не менее, это всё равно было потрясающим результатом. — И что за другие методы? — Если он показывает своё истинное «я» через свою аватару, то она может быть тем входом, через которое можно будет проскользнуть в другое измерение, — сказал он. — Как ссадина на коже, открывающая микробам возможность попасть в кровоток организма. Хм-м-м. У меня была способность к метаморфизму, а ещё я могла принимать газообразную форму. Может, мне нужно будет уменьшиться или сделать что-то подобное, чтобы пробраться внутрь тела Зиона. Конечно, мне всё равно понадобятся силы, способные уничтожить его настоящее тело, но я могла бы создать какие-нибудь бомбы планетарного масштаба или что-то подобное. — Твои советы были довольно… полезными, — признала я. — Земля также и мой дом, — сказал Лекс. — Конечно, я могу предположить, что мне когда-нибудь придётся её покинуть, но позволить каким-то инопланетным отбросам уничтожить человечество — с этим я не могу смириться. Я согласно кивнула. — Ну, хорошо, — сказала я. — В обмен на твою помощь в решении моей проблемы с инопланетными вторженцами, доступ к научным лабораториям в течение трёх следующих месяцев, которые не будут прослушиваться и просматриваться, и твою верность слову, я исцелю тебя и избавлю от необходимости продавать свой отпечаток разума и личности. Он согласно кивнул. — Давай пожмём друг другу руки, — предложила я. Он пожал протянутую мной руку, и я немедленно применила к нему исцеление. Я могла сказать, что до окончательного исцеления мне потребуется ещё два сеанса лечения. Всё его тело выходило из строя, и это грозило смертельными последствиями. А ещё он уже размышлял над способами противодействия моему контролю над разумом. — Не предавай меня, — приказала я. Он кивнул. — Я вылечила тебя примерно на треть, — сказала я. — Я могу исцелять одного человека только раз в минуту, так что у нас есть пара минут, чтобы поболтать. Я уже выяснила местоположение его фабрики клонирования Супергёрл, настройки безопасности и коды, которые он использовал. Было бы достаточно легко перепрограммировать их на верность мне, и я определённо собиралась это сделать. Я бы приказала клонам притворяться, что они подчиняются Лютеру до тех пор, пока не придёт время, и тогда у меня будет моя собственная армия. — Я бы поспрашивала о местных спортивных командах, но подозреваю, что никому из нас это не интересно. Расспрашивать об интересных фильмах и книгах кажется немного банальным… Эй, а ты случайно не знаешь, где находятся какие-нибудь суперзлодеи, которые тебе особенно не нравятся, и которым не помешала бы хорошая взбучка? — Горилла Грод хороший вариант, — ответил Лекс. — Однако он может управлять чужими разумами. У меня есть меры противодействия, но твой, похоже, их игнорирует. — Он носит костюм гориллы, или?.. — Нет, он на самом деле Горилла. — Это так стрёмно, — пожаловалась я. — Ты же не собираешься мне дальше сказать, что у вас тут существует легион суперпитомцев или что-то в этом роде? Он коротко рассмеялся. — Нет, настолько идиотских утверждений я говорить не буду, — успокоил он меня. — Хотя у Супермена действительно есть какая-то Суперсобака [3], а ещё он содержит инопланетный зоопарк. — Ну, конечно, он это делает, — проворчала я, закатывая глаза. — Ну и кто должен их кормить, когда он на парочку недель улетает на какую-нибудь другую планету? Зелёная Стрела? Лютер рассмеялся ещё сильнее. — Это было в этом месяце? Я думала, такое произойдёт только в следующем! — воскликнула я. Я никогда не встречалась с Зелёной Стрелой, но видела его в сознании разных людей. Отпустить козлиную бородку казалось довольно глупым упущением в виду того, что у тебя была гражданская личность. Она была довольно ярким опознавательным знаком. Мысль о том, что по возвращении Супермен обнаружит весь свой зоопарк умершим от голода, действительно забавляла Лекса. Я снова коснулась его руки для второго исцеления. Лютер выглядел так, будто ему было за тридцать, хотя его телу-клону сейчас должен был быть 21 год. Он начал терять волосы, хотя и делал всё возможное, чтобы скрыть это с помощью париков. — Это остановит преждевременное старение и выпадение волос, — сказала я. — Но не сделает тебя моложе. В моём мире живёт девушка, которая может исправить обе эти проблемы, но я не могу вернуться обратно в свой мир из-за ошибки во время путешествия во времени. Он нахмурился, но затем кивнул, показывая, что принял это к сведению. — И тебе придётся чем-то компенсировать её труды, — добавила я. — Это нечестно с моей стороны таскать её повсюду за просто так. Она не может создавать деньги из воздуха, как могут делать некоторые из нас. — Существует ограничение того, сколько денег можно заработать таким образом, не обрушив рынок, — заметил Лекс. — Ты можешь легко заработать несколько миллионов или десятков миллионов, но используя такой метод никогда не попадёшь в высшую лигу. — А для чего мне, в сущности, столько денег? — пожала я плечами. — Мне не нужно есть, почти не требуется спать, я могу телепортироваться куда захочу, так что мне не нужны ни самолёты, ни реактивные истребители. Если мне действительно потребуется своя база, я смогу построить её на пустой Земле, и у меня есть также мир с зомби, откуда я смогу стащить картины из музеев и другие произведения искусства, если я действительно увлекусь такими штуками. Он нахмурился. — Наличие денег даёт тебе свободу, — сказал Лекс. — И власть. — У меня есть и то, и другое! — отмахнулась я. — Я могу идти туда, куда захочу, и люди делают то, что я им говорю. А то, что мне самой сделать трудно, я всегда могу где-нибудь украсть. — Кроме научной лаборатории? — сухо уязвил он. — Это просто вопрос комфорта, — ответила я. — Я наверняка могла бы просто отобрать лабораторию у какого-нибудь сумасшедшего технаря после того, как его изобью, и сделать то же самое здесь, а поскольку я тут всего на три месяца, никто, скорее всего, мне по этому поводу ничего не выскажет. — Верно, — согласился он с моими аргументами. — В любом случае, если ты придумаешь ещё какие-нибудь анти-Зионовские стратегии, дай мне знать при следующей встрече. — Зион? — Тот пришелец. Его аватара предстаёт в образе золотого человека, и он притворяется… ну, в общем, это наш местный Супермен. Лютер широко улыбнулся. Я коснулась его руки в третий, последний раз. — Ну вот и всё, — сказала я. — Твоё состояние стабилизировалось. На следующем теле лучше использовать более хорошую технологию клонирования, чтобы у тебя больше не возникало подобных проблем. — У всех клонов есть с этим проблема, — сказал Лекс. — Это ограничение самой технологии. — Я знаю по крайней мере дюжину способов, у которых не будет этого недостатка, — хмыкнула я. Лекс выглядел заинтригованным. — Расскажешь? — спросил он. Я только пожала плечами. — Можем поговорить об этом позже, — сказала я. — Уверена, что сейчас профессионалы должны будут проверить твоё здоровье. Как только ты закончишь со всеми проверками, я позвоню тебе, и мы сможем договориться о лабораториях. Он кивнул. — Ну, если на этом всё, то я, пожалуй, пойду, — сказала я, вставая с кресла. — Надеюсь на плодотворные рабочие отношения. Он встал и снова пожал мне руку. Я промерцала прочь и оказалась в некой подземной лаборатории. В том месте, куда я переместилась, было единственное слепое пятно камер во всём здании. Изменив внешность с помощью метаморфизма на внешность Лекса Лютора, я подошла к скану сетчатки, и дверь передо мной со щелчком открылась. Войдя внутрь я сразу увидела колбы, в которых находились клоны. Их должны были закончить создавать через несколько недель — на этой стадии им в головы загружались искусственные воспоминания. Было делом десяти минут изменить программу действий, которую должны были в них поместить — никто не должен был заметить, что изменения внесены, пока не станет слишком поздно. Лютор был мудаком, но он был полезным мудаком, поэтому я не собиралась его убивать. И, тем не менее, он был из того типа людей, которые легко могли предложить счастливо замужней даме миллион долларов за то, чтобы та с ним переспала, и которые уезжали, так ничего с ними не сделав, как только те соглашались на это предложение. Он делал это просто чтобы заставить их сожалеть всю жизнь, дать им понять, что их можно купить, если только предложить определённую цену. И это происходило ещё до того, как он узнал о существовании Супермена. Я не была обязана быть ему верной, но я старалась держать своё слово. Как только у меня появится собственная армия, всё изменится.