Kill Them All

Найти Зиона было несложно. С тех пор, как радиус моей телепатии начал обхватывать всю планету, я всегда знала, где он находился. Я активно избегала отслеживать его какими-либо другими способами, опасаясь насторожить его, как это сделала Эмма, но присутствие его разума было достаточно иным, чтобы можно было угадать, кому этот разум принадлежит. Он направлялся прямым курсом в центр города, и мне пришлось его остановить. Хотя ввязываться в драку с Зионом было плохой идеей, куда хуже было бы сразиться с Зионом, Симург и Самаэлем, кем бы он там ни был, одновременно. Надеюсь, я дала Алисии достаточно пищи для размышлений. Я могла бы просто попытаться убить её, но весь смысл плацдарма состоял в том, что по прибытии ты рассредоточивался на местности. И я почти не сомневалась в том, что все те, кого город успел изменить, стали новыми связующими ниточками между двумя мирами. Я промерцала перед Зионом, и он остановился, смотря на меня бесстрастным взглядом. — Здесь опасно, — мысленно сказала я ему. — Достаточно опасно для того, чтобы убить даже одного из твоего вида. На мгновение я ощутила его замешательство, прежде чем всё стало более или менее ясно. В течение долгого времени он осознавал себя довольно смутно, и, по-видимому, не видел смысла в противостоянии мне. Он был слегка заинтригован и ждал, когда я наберу достаточно сил для того, чтобы он мог получить от меня больше информации. По факту, он не был разумным, не в своей реальной форме, но он создал имитатор человеческой личности, чтобы иметь возможность понимать людей и как-то с ними контактировать. Он повторял этот фокус последние пятнадцать столкновений с разумными расами, которые уничтожил после того, как имитация выполняла свою цель, а затем уничтожал и симуляцию, как и весь тот вид, который пытался понять. По правде говоря, он даже не был тем, кто занимался уничтожением. Взрыв, уничтоживший его вид, также помог его виду размножиться. В своей памяти он хранил воспоминания его предков, вплоть до тех, кто когда-то жил на его родной планете. Любой представитель вида Зиона мог жить только 36 сотен лет, а затем он умирал. Части их выживали в потомстве, подобно тому, как человеческие клетки, изучаемые в лабораториях, могли бесконечно делиться и продолжать жить. Но он не был тем, кто жил на изначальной планете его вида. Это словно был клон тех особей, со всеми воспоминаниями тех, кто существовал до него. Вот почему он был так подавлен. Смерть его партнёра означала, что их пара не сможет размножаться, что все его воспоминания и подобие личности исчезнут в темноте, которой так боялся весь его вид. Его память окажется утерянной, и это приближало его вид на ещё один шаг к уничтожению. Несмотря на всю силу их вида, в конце концов, большая их часть погибала, а не преуспевала. В множестве миров, в десяти в восьмидесятой степени вселенных, у них были высокие шансы столкнуться с Богом, или с Высшим существом, или с кем-то достаточно могущественным, чтобы те могли вмешаться в то, что они делали. Вот почему они предпочитали наделять частью своих сил те расы, где не жило никаких сверхсущностей. Несомненно, существовали миры, опасные даже для его вида, но они старались избегать таких миров, ведь пока оставались другие, более слабые виды, всё было нормально. Как только они закончат уничтожать миры с теми, которые были слабее их, им останется беспокоиться только о появлении путешественников во времени и искажателей реальности, которые могли бы обратить вспять всё, что они успели сделать. Обычно у двух сущностей их вида рождалось двое потомков. Иногда они производили больше, и это была единственная причина, по которой они до сих пор не вымерли. — Держись отсюда подальше, — сказала я. Он даже не потрудился озаботиться сопротивлением чтению мыслей, потому что не давал способность к чтению чужих разумов никому в этом мире. Тот факт, что он до сих пор не закрыл от меня свой разум, наводил на мысль, что он всё ещё не видел во мне угрозы, или просто не понимал, что об этом стоило бы обеспокоиться. Он помолчал секунду, после чего произнёс вслух одно слово. — Нет. Он слышал пение, но также он мог слышать и другие звуки. Они были слабы и почти незаметны, но он всё ещё мог их услышать. Это был голос его партнёра, его возлюбленной, существа, что провело его через три тысячи геноцидов и вечность. Он думал, что вот уже как много лет она была мертва, и вся его жизнь вдруг стала ошеломляюще, удручающе однообразна. Он действовал согласно инструкциям, вложенным в него первым человеком, которого он повстречал лично. Однако теперь всё изменилось. Внезапно он ощутил надежду — он больше не был одинок в этом мире, у него появился шанс на то, что цикл возобновится. Депрессия, пеленой окутывавшая его чувства, рассеялась, и разум его стал острее, чем когда-либо за последние годы. И это была не очень хорошая новость. Его депрессия была единственной вещью, из-за которой он продолжал действовать словно на автомате. Он строил из себя героя, но на самом деле ему было безразлично всё, что происходило в мире. Самой коварной вещью из всех, способной пробудить его, была надежда. Хуже того — природа Сайлент-Хилла была таковой, что надежду часто оборачивали против тех, кому подарили. Если он попадёт туда, и если его надежды растопчут, это приведёт Зиона в ярость. А ещё сделает его уязвимым для того, чтобы внутрь его, словно червь, пробрался паразит, изменяющий его сущность. И тогда он стал бы величайшим слугой этого места, слугой, способным путешествовать сквозь миры, слугой более могущественным, чем все остальные вместе взятые. — Она мертва. Тебя просто пытаются соблазнить ложью. Он не ответил, как будто больше меня не видел. Единственное, что сейчас для него имело значение — это его партнёр, а всё, что встанет между ним и ней, что станет препятствием, должно будет исчезнуть. Я сделала глубокий вдох. У меня не было выбора. Он начал спускаться в туман, но я снова встала перед ним. Он даже не посмотрел на меня, как моё чувство опасности завопило и заставило меня промерцать Зиону за спину. Воздух в том месте, где раньше находилась я, пронзило золотым лучом. Даже просто находясь рядом, я чувствовала, как моё чутьё вопит сильнее, чем когда-либо. Он даже не потрудился взглянуть на меня, продолжая спускаться к туману, как будто я даже не стоила его внимания. Как будто я была всего лишь насекомым, а он опаздывал на работу. Если бы ему было скучно, может, он бы и попробовал меня рассмотреть, но прямо сейчас у него было важное дело. Я работала над планом его уничтожения в течение нескольких месяцев. Он постепенно корректировался, по мере того, как я добавляла в план новые переменные способностей и ресурсов, но всё равно он продолжал казаться рискованным. В прошлом, военные доктрины очень часто говорили о том, что не стоит провоцировать столкновение с врагом, если вы не обладаете троекратной, по сравнению с вражеской, мощью. Я хотела иметь в три раза больше физической силы, чтобы победить его. И только недавно достигла того уровня, когда мои удары могли бы причинить ему хоть какой-нибудь вред. Это было слишком рано, и что бы я сейчас ни собиралась с ним сделать, всё станет хуже. Если я не буду полностью готова к сражению, если я допущу какую-нибудь ошибку, погибнет не только моя Земля — под угрозой множество Земель. Их было так много, что я не могла себе вообразить это количество даже на теперешнем уровне мышления. Человеческий разум просто не создан для осознания подобных чисел, оно не вписывалось в концептуальные рамки вида, который редко доживал до ста, потому что это был предел жизни для нашей расы. Я влезла ему в голову, используя каждую частичку силы, которая только у меня была. Я не могла контролировать его разум — даже если бы у него не было защиты от такого вида сил, он всё ещё оставался лишь аватаром, в то время как настоящее тело пряталось в одном из скрытых измерений. Но сейчас не имело значения, знал ли он о том, что я делала или нет, ведь информация, которую я хотела получить, была слишком важна. Он начал медленно оборачиваться в мою сторону, ощутив чужое присутствие в своей голове, и древние силы, которые он не использовал веками, начали закрывать части его разума. Он бросился в мою сторону, выстрелив в меня лучом, от которого я увернулась. Луч улетел вверх и взорвал спутник, продолжив своё движение в открытом космосе. Я сдвинулась с места как раз вовремя, а после наткнулась на интересующую меня информацию. Его сущность была рассеяна по множеству вселенных, но существовало три солнечных системы, где он решил разместить самые важные осколки, кусочки и фрагменты того, что составляли его суть. Ему удалось закрыть доступ к этой части разума до того, как я проследила местоположение осколков, хотя и успела увидеть, что он обратил те планеты, где они находились, в сплошные океаны, из которых торчали только вершины самых высоких гор. Наконец-то я смогла сделать нечто, что обратило на меня его внимание. Его золотые глаза уставились на меня, и я наконец-то смогла разглядеть в них эмоции — он был в ярости. Я чувствовала, как он пытается укрепить пространство вокруг меня, чтобы я не смогла телепортироваться, но я могла манипулировать реальностью. Даже несмотря на это, мне едва удалось сбежать, когда он начал использовать более двадцати различных способов предотвращения телепорта. Эти методы были не особо полезны в симуляции, поэтому он не раздавал их людям. Мне удалось переместиться в космос рядом с Плутоном. Там меня ждала синяя будка, в дверях которой стоял Доктор. Холод и отсутствие атмосферы, казалось, не беспокоили его, но до этого я видела, как он запросто открывал двери Т.А.Р.Д.И.С., находясь в открытом космосе, просто чтобы лучше разглядеть туманность или взрыв звезды. Корабль защищал своих пассажиров, создавая вокруг себя невидимую защитную оболочку, которая обеспечивала комфортные условия для жизни в ограниченном радиусе. — Лучше залезай, — сказал он. — У нас много дел. Я не спрашивала, откуда он про всё узнал. У истинных повелителей Времени было особое чутьё на такие вещи — их привлекали времена, когда требовалось их присутствие, а если они сами этого не ощущали, в такие места их приводила Т.А.Р.Д.И.С. — Попадаешь в неприятности без нас, дорогая, — осуждающе цокнула языком Мисси. — Что ж, похоже, нам лучше поторопиться, подозреваю, Плутону осталось существовать недолго. Я кивнула. — Перенеси нас на два года вперёд в будущее, и не сканируй Землю, — попросила я. Знание о случившемся, как правило, фиксировало это в линии времени. В мире с незакреплённым таймлайном это не было проблемой, за исключением того, что знание о гибели всех Земель усложнит выполнение того, что я собиралась сделать. Мисси кивнула, и Доктор закрыл за мной дверь. — Интересует какое-то определённое место? — спросила она. Я назвала ей координаты в пространстве и времени. Как только мы переместимся туда, я перемещу нас сквозь миры. Мы очутились в пустом космическом пространстве. — Вот что нам нужно сделать, — закончила я объяснение. — Это возможно? Доктор кивнул. Следующие десять минут они с Мисси потратили, бегая вокруг приборной панели и создавая упорядоченный хаос. Это была блестящая работа, даже по стандартам Повелителей времени, и было даже жаль, что всё это должно было так скоро закончиться. Переместив Т.А.Р.Д.И.С. во вселенную, где Лига Справедливости встала на защиту Земли, я осматривала космос, пока не увидела то, что искала. На этот раз Т.А.Р.Д.И.С. даже не сопротивлялась перемещению — во всяком случае, в этот раз сделать это было легче, чем раньше. Оно было создано Контролёрами для уничтожения Зла. Как только признавалось, что мир неисправим, созданное Контролёрами существо отправлялось пожирать планету, её жителей и звезду, вокруг которой планета вращалась. Это существо двигалось к Земле. Я всё ещё не была уверена, почему, но сейчас это знание не имело для меня никакого значения. Я стояла в дверях Т.А.Р.Д.И.С., ко мне были подключены многочисленные провода и трубки, чтобы Т.А.Р.Д.И.С. могла выполнять за нас всю тяжёлую работу, связанную со временем. Портал, открытый перед Пожирателем Солнца, был в 2 тысячи миль в поперечнике, и при этом его едва хватало, чтобы охватить всю массу существа. Само существо могло расширяться, для того, чтобы поглощать звёзды. К счастью, ему, похоже, было всё равно, что он движется к порталу. Наоборот, его привлекала незнакомая темпоральная энергия. Он прошёл сквозь портал, пытаясь поглотить излучаемую им энергию, и мгновение спустя оказался на той стороне. В этой вселенной планета Земля и солнце были точно такими же, как у меня дома. Только на этой Земле не проживали разумные существа, на что Пожиратель солнца, не обладающий, по сути, собственным разумом, даже не обратил внимания. Я переместила его на половину светового года, но не смогла подобраться ближе, чем к орбите Плутона — пространство этой Солнечной системы было защищено от межпространственных путешествий. Вполне возможно, что они могли бы навесить защиту и на больший радиус, но это было неэффективным способом использовать энергию против вида, который ещё даже не освоил космические путешествия. Плюс, я сомневалась, что у Зиона хватит сил закрыть от перемещений всю вселенную целиком — если бы они так делали, значит, и смысла экономить энергию у них тоже бы не было. Более того, сделай они так — и их соплеменники не смогли бы работать с теми видами разумных, на которых натолкнулись в своих измерениях. И тогда в некоторых мирах разумные могли бы выжить, и миров этих было бы столько же, сколько и самих Сущностей, умноженных на три. Я знала, что такого Сущности не могли допустить. Пожирателю Солнца потребуется время, чтобы достичь Земли, и мне придётся задержать своими силами Зиона и Самаэля. Я могла бы перенести Пожирателя Солнца и в более ранние временные потоки, но это позволило бы Зиону обнаружить его присутствие и придумать какой-нибудь способ с ним справиться. Если через свою человеческую аватару Зион был способен спроецировать такие мощные способности, насколько всё плохо будет, если он сможет сражаться в своём настоящем теле? Ну или, по крайней мере, в большей части своего настоящего тела? Я вполне могла предположить, что Зиону под силу обнаружить присутствие Пожирателя Солнца и разобраться с ним самостоятельно. Однако весь смысл существования Пожирателя состоял в поглощении энергии, и даже если Зион, в конечном итоге, одержит над ним победу, это будет означать, что ему пришлось сражаться на два фронта, а это могло отвлечь его и помешать полностью сосредоточиться на битве со мной. — Как только мы вернёмся, — сказала я, закрывая портал. — Я собираюсь отдать тебе часть своей способности перемещаться сквозь миры. — А разве тебе она не понадобится? — спросил Доктор. — Надеюсь, эскалация выравняет эту силу, — сказала я. Я снова потянула Т.А.Р.Д.И.С., и мы появились на Земле Бет. — Зион существует во множестве измерений, и хотя я хотела бы перенести поле боя в другое место, сомневаюсь, что он решит последовать за мной. Но я попробую этот вариант, поэтому не буду отдавать тебе всю способность, а только её часть. Доктор понимающе кивнул. — Ты ведь знаешь, как работает эта способность? — А ты уверена, что это хорошая идея? — задал встречный вопрос Доктор, смотря на меня серьёзным взглядом. — Они имеют право сражаться вместе со мной, — сказала я. — Даже если это будет бесполезно, даже если они испорченные люди, или даже если мы проиграем. По крайней мере, я предоставлю им шанс что-то сделать для спасения этого мира. Я промерцала, и мы оказались во вселенной, где располагалась часть базы Котла. Мы находились за пределами Солнечной системы, и я специально не стала смотреть, была ли тут разрушена Земля. В конце концов, не было смысла в том, чтобы закреплять это будущее в таймлайне. Для путешественника во времени неведение было привилегией. — Ты сможешь переместить нас на час назад до того времени, как мы ушли из этой вселенной? — Всего на час? — Если отправиться на большее время назад, будет больше шансов, что её прошлая версия засечёт присутствие нынешней, пусть та и будет находиться в другой вселенной, — с ухмылкой сказала Мисси. — Она не может просто следовать за собой хвостиком, пренебрегать правилами работы с таймлайном или обработать свой разум так, чтобы затуманить воспоминания и предотвратить возникновение парадокса, как делаем мы. — Точно… мультивселенская телепатия… звучит как та ещё проблема, — сказал Доктор. — Может быть, тебе стоит поработать над щитами против чтения своих мыслей? — Сейчас немного поздновато для этого, — слегка раздражённо отозвалась я. — Если бы я проверила, как там поживает одна случайная девочка из тех тысяч людей, которых я спасла, возможно, ничего из этого бы не случилось, но это не значит, что можно просто взять и отменить важные события. Скорее всего, появление Сайлент-Хилла стало бы фиксированным моментом во времени, если мы вернёмся назад на ещё больший отрезок времени со знанием того, что это произошло. — Верно, — вздохнул Доктор. Он начал переключать рычаги управления на рабочей панели. — Надеюсь, мы не промахнёмся на неделю вперёд или назад, но Т.А.Р.Д.И.С. обычно ведёт себя послушнее, когда это действительно необходимо. Я ощутила, как под ногами подрагивает поверхность корабля, пока мы перемещались сквозь поток времени. Часть меня всё ещё хотела сунуться в двигатель и ощутить эту силу. Один из прошлых спутников Доктора подвергся воздействию двигателя Т.А.Р.Д.И.С. И получил способность уничтожить флот Далеков и отправлять сообщения назад во времени. Эти силы, продолжай они находиться внутри него, уничтожили бы его тело, а Доктора могли заставить регенерировать. Те же силы сделали их случайного попутчика бессмертным, что меня интересовало в плане подарить такую же способность папе, за исключением этого момента. Что через несколько миллиардов лет от него может остаться шестифутовая голова в банке, потому что вместо получения истинного бессмертия он просто получил суперзамедленное старение. Мы прибыли на место, и теперь находились в собственной временной линии, так что теперь можно было безопасно наведаться в Котёл, не рискуя открыть спойлеры, которые могли бы уничтожить наши шансы на победу. На этой версии Земли явно недоставало света, которого я ожидала увидеть на планете, пускай мы и находились сейчас на её затенённой стороне. Появившись в главном совещательном зале Котла, я сообщила присутствующим: — Зион вот-вот впадёт в ярость. Контесса и доктор Мама сидели за столом. Доктор Мама побледнела, но ничего не сказала, а Контесса просто кивнула. Я бы даже не подумала, что она вообще испытывает волнение, если бы не заметила, что её тело было напряжено гораздо сильнее, чем в другие разы, когда я её видела. — И ты хочешь получить копии наших сил, — сказала Контесса. Она явно знала все ответы на любые вопросы, которые кто-либо мог задать. — Ну, вы, народ, не совсем герои, но и не совсем злодеи, — сказала я. — Но да. Думаю, что Путь к Победе может быть полезен, и есть кое-что, что я хочу получить конкретно от Эйдолона. Контесса уставилась на меня. — Ты планируешь пробудить их всех. — Да, планирую, — согласилась я. — И если я не смогу получить эту силу, я заставлю Эйдолона сделать это самому. — Сделать что? — спросила доктор Мама. — Я собираюсь пробудить всех Губителей, — сказала я. — И сделать их своей армией. Рот доктора Мамы открылся, но она так ничего и не сказала.