Kill Them All

— Это было ошибкой, — услышал он голос одной из девушек, когда очнулся. — Если он не может воспринять нормально даже такую простую технологию Федерации, то что с ним будет, когда Тейлор покажет ему другие, более странные вещи? — Мы должны были объяснить ему, что такое симуляция, вместо того, чтобы просто взять и впечатлить его тем, как это работает, — сказала другая. — Даже нам поначалу всё это казалось странным, хотя мы знали, во что ввязываемся. Денни приоткрыл глаза. По какой-то причине сейчас он лежал в большой, очень розовой кровати с балдахином. От которой, вдобавок, сильно пахло духами. На стенах висели плакаты музыкальных групп, о которых он никогда не слышал. Кто, чёрт возьми, был этот Дикий Жеребец? И, как оказалось, всё ранее произошедшее всё-таки не было сном. — Где я? — спросил Денни. — Всё ещё там, где был, — сказала Фрида. — Просто включили другую симуляцию. — И почему вы выбрали для симуляции спальню девочки-подростка? — Тейлор сказала, что это будет забавно. Он попытался сесть, и с него соскользнули толстые, тяжёлые одеяла. В комнате не было ничего настолько демонстративно футуристического, но мир явно изменился сильнее, чем он про него думал. Люди всегда думали, что через двадцать лет мир будет выглядеть совсем по-другому, но, по большей части, ошибались, по крайней мере, если говорить о внешнем виде. Например, если посмотреть на разницу между 1991 и 2022 годом, то самым большим отличием будет наличие интернета. Путешественник по времени заметил бы, что здания в основном оставались теми же самыми, что были раньше, что модели авто теперь выглядели немного иначе, но ничто вокруг не будет похоже на утыканный футуристическими зданиями окружающий ландшафт. Изменения, как правило, были более незаметными, по крайней мере, если говорить про период времени в двадцать лет. Через сто лет наверняка бы внешний вид мира заметно изменился. То, что он видел здесь и сейчас, в основном было передовым тинкертехом — если девочки говорили правду насчёт способностей Тейлор, то вполне возможно, что она скопировала способности нескольких технарей и смогла поработать над изобретениями с перекрёстной специализацией. Однако тинкертех был чем-то, что не поддавалось массовому воспроизведению, так что такие устройства, как правило, влияли на общество довольно ограниченно. Эти же девушки вели себя так, словно он словит культурный шок, просто выйдя на улицу. Это означало, что за время его отсутствия произошло больше изменений, чем он ожидал. Пока его не было, появился технарь, умеющий массово воспроизводить тинкертех, и Тейлор скопировала его силы? У технарских сил были свои пределы, в противном случае, общество изменилось бы с появлением первого технаря, способного создать устройство, которое могло бы обеспечить обществу доступ к бесплатной энергии или что-то в этом роде. Денни вылез из постели. — Когда я смогу увидеть дочку? — Сейчас, — ответила Фрида. — Переговоры прошли хорошо, и неокаледы согласились побыть наблюдателями и убедиться в том, что обе расы будут соблюдать условия договора. — Если увидишь что-нибудь похожее на перечницу размером с человека, и оно будет на тебя кричать, не пугайся. Просто они вот такие, — сказала другая девушка. — Тейлор предлагала им починить их голосовые модули, но они отказались. Сказали, что это часть их стиля или что-то в этом роде. — Лично я думаю, что им просто нравится постоянно кричать на людей, — раздражённо высказалась Фрида. — Они переняли некоторые дурные привычки у мамы. — Вредные привычки? — переспросил Денни. Он вообще узнает свою дочь, когда встретится с ней? — Не волнуйся, — отмахнулась Фрида. — Ей просто нравится дразнить людей, особенно тех, кто полон самодовольства. И она достаточно важная фигура в мире, чтобы ей это сошло с рук. — А теперь не падай, пожалуйста, в обморок снова, — попросила Фрида. — Мы собираемся отключить симуляцию. — Со мной всё будет в порядке, — сухо сказал Денни, когда мир вокруг снова изменился. — Но всё же, это довольно впечатляющий тинкертех. В моё время у нас ничего подобного не было. — Это не тинкертех, — поправила его Фрида. — У Тейлор появилась сила для перемещений между мирами, и она в какой-то момент узнала, что временные рамки между нашим и другими мирами не всегда совпадают. Она нашла Землю будущего и смогла набрать там кое-каких технологий. …это означало, что мир мог измениться гораздо сильнее, чем он того ожидал. — Так значит, она при деньгах, да? — спросил Денни. — Да, не страдает от их недостатка, — закивала Фрида. — Несмотря на то, сколько Клара ест. — Эй! — возмутилась Клара. — И теперь меня зовут Клэр. — Сейчас она переживает подростковый кризис. Чувствует, что слишком хороша для семейных прозвищ, — сказала одна из других девушек, закатывая глаза. — Так Тейлор удочерила вас в детстве? — осторожно спросил Денни. — Мы сформировались в полностью взрослые личности и тела в наших колбах для клонов, примерно как Афина появилась изо лба Зевса, — сказала Фрида. — Мы считали, что нам шестнадцать, когда мы родились, но мама продолжает говорить, что из-за неких обстоятельств наше детство должно длиться дольше, чем у остальных. Может, она имела в виду, что мы не стареем, ну, или очень медленно растём, а может это потому, что наша жизнь отличается от жизни большинства людей. Может, Тейлор просто избаловала их или поощряла детское поведение, Денни не мог сказать точно. Ему было ясно только то, что они до сих пор не ушли из дома и не начали сольную карьеру лишь потому, что, возможно, технически всё ещё были несовершеннолетними. Они провели его через дверной проём, а затем через коридор с кучей дверей в другие помещения. В одном из них было нечто, похожее на бассейн. Он был, по меньшей мере, в четыре раза больше олимпийского бассейна, и всё это место было обставлено так, чтобы выглядеть, как пляж. Стены были покрыты чем-то вроде экранов, и он увидел там мужчину и женщину в бикини, лежащих под освещением искусственного солнца. Мужчина махнул рукой, и вид на стенах сменился видом лунной ночи. Пара чокнулась бокалами. — Не обращай на них внимания, — тихо фыркнула Фрида. — Они просто отдыхают от своих обязанностей в единственном месте, где их не будут доставать подданные. Дверной проём, который был прозрачным, изменился с прозрачного на матово-серый, и девушка покраснела и отвела взгляд. — Можно подумать, четырёх детей уже достаточно, но не-е-ет. Они прошли дальше, и, в конце концов, наткнулись на библиотеку. Среди книжных стеллажей стояло несколько роботов, в том числе и три золотых, которые двигались немного скованно, и парочка, которые выглядели как мусорные баки и сердито пищали на остальных. — Использовать астромехов в качестве библиотекарей очень неправильно, — покачала головой Фрида. — У них есть манипуляторы, но проще было использовать дроида с руками. — Мама довольно сентиментальна, — заметила Клэр. — Она просто скопидомка. Если бы мы не находились в трансцендентном пространстве, которое она продолжает расширять, мы были бы по уши в дерьме, — фыркнула Фрида. — Не то чтобы ей так были нужны протокольные дроиды. Поэтому она заставила их заниматься библиотечными делами. — Честное слово, — сказал один из дроидов оскорблённым тоном, поднимая глаза. — Я говорю более чем на миллионе языков, и, что более важно, могу на них читать. Уверен, что и без моей помощи вы смогли бы отличить генеалогию драноков от истории Шизмаата, трактата Пирсона-кукольника о строительстве мира-кольца или от книги вогонской поэзии. — Пошёл ты, Кри-пи-0. Думаешь, что если прочёл несколько книг, ты стал лучше меня? — Это не моё имя, мисс Фрида, — оскорблённо сказал робот. — То, что вы занимаете привилегированное положение, видимо, не всегда означает, что вы умеете быть вежливой. — И почему мама так любит окружать себя придурками, — пробормотала Фрида, когда они проходили мимо. — Он пытается взять шефство над другими дроидами, потому что приехал с Корусанта, а все остальные откуда-то из глуши. Фриду чертовски раздражает, что он напускает на себя важный вид. — Неужели всё это тоже симуляция? — спросил Денни. — Нет, — ответила Фрида. — Но комнаты располагаются в своих собственных карманных измерениях, так что внутри всё больше, чем снаружи. Маме нравится пытаться превзойти Доктора и Мисси. И если бы Мисси не продолжала называть наш корабль дерьмом по сравнению с технологиями настоящих Повелителей Времени, всё было бы не так уж и плохо. Но она называет, а это означает, что наш бассейн должен быть лучше их бассейна, и что наша библиотека должна быть лучше их библиотеки. Бэтмен и Супермен хранят у себя трофеи с прошлых сражений, так что у нас должно быть в десять раз больше трофеев, чтобы произвести на них впечатление. Ну, ты знаешь, как это бывает. — Э-э-э… не совсем. На самом деле он не воспитывал Тейлор так, чтобы она старалась превзойти соседей. По правде говоря, в их квартале никто не преуспевал больше, чем их соседи. — Тут дело не в деньгах, — сказала одна из оставшихся безымянными девушек. — Маме просто нравится морочить людям головы. Люди в её весовой категории склонны к таким причудам. Кью, Ньярлатхотеп, Сунь Укун… это нормально, быть таким, когда ты достигаешь настолько высокого уровня. — Значит, она сильна? — Когда она копирует две похожие способности у разных людей, они улучшаются и начинают развиваться в геометрической прогрессии, — ответила одна из девушек. — Представь себе, насколько она должна быть сильной после семнадцати лет копирования и прокачки сил. Сейчас она самый сильный кейп на этой Земле. — Сильнее, чем Зион? — Она убила Зиона ещё в первые шесть месяцев после того, как получила силы, — ответила девушка. Другие остановились и уставились на неё. — Что? Она убила Зиона? — переспросил Денни. Внезапно он почувствовал приступ тошноты. Зион был героем. — Оказалось, что он был инопланетянином, который собирался уничтожить нашу и все другие Земли из параллельных миров, — поспешно сказала девушка. — Она узнала об этом и спасла, э-э-э, все миры с помощью друзей. Он уставился на девочек. Зион был героем — он проводил каждое мгновение своей жизни, спасая и помогая другим, даже если расстановка приоритетов у него была странной. Хуже того, Тейлор кого-то убила? Его Тейлор? Меньше, чем через шесть месяцев после того, как он… умер? Он чувствовал себя немного больным. Мысль о том, что ей пришлось убивать, когда ей было всего лишь пятнадцать, заставляла его чувствовать себя ужасно — он должен был быть там, с ней, чтобы помочь. Его принципы действительно стоили того, чтобы потерять жизнь и оставить дочку справляться со всем в одиночестве? Какой психологический ущерб она получила, когда потеряла обоих родителей всего за несколько лет? — Она сделала то, что должна была, чтобы спасти человечество, — коротко сказала Фрида. — Это не то, чем она гордится, даже если люди склонны возводить её на пьедестал почёта за свершившееся. Они проходили мимо ещё одного помещения, и Денни решил заглянуть внутрь. Комната была огромной, такой большой, что он не мог увидеть другой её конец. Зал был заполнен гигантскими массами металла, размером со здание, и выглядели они довольно угрожающе. Эти массы немного напоминали ему танкеры, размером со здания. Он перевёл взгляд на девочек, и Фрида пояснила увиденное: — Она взяла это из другой вселенной мира будущего. ИИ там не полные придурки — каким-то образом людям удалось создать разумы, которые были полностью лояльны человечеству. Единственный раз, когда один из них вышел из себя, случился только потому, что половина его мозга взорвалась, да и то он всего лишь чувствовал себя сбитым с толку. Это своего рода любимый проект Тейлор — она совершенствует их, изучая оказываемое влияние на их души. Это удивительно, что они у них есть. — Души? — переспросил Денни. Он никогда не был особо религиозен, и больше склонялся к атеистическому восприятию вещей. — Души реальны, и загробная жизнь реальна, но, кажется, что разные люди уходят в разные загробные миры. Это ещё один проект Тейлор — изучение природы душ и вселенных. У неё уже есть одна крутая теория, основанная на её собственных наблюдениях и экспериментах. — Это… для меня новость, — сказал Денни. У него не было особых причин верить в слова девушки, но в её голосе звучала та самая уверенность, из-за которой было трудно в её слова не верить. Он бы воздержался от такой уверенности в существовании загробной жизни, но мысль о том, что когда-нибудь он сможет встретиться с Аннет, невольно его привлекала. — Она пока не показывала её публике. Говорит, что знает, как это выбесит всех атеистов. — Насколько велико это место? — спросил Денни после того, как они прошли уже довольно большое расстояние. — Оно становится больше с каждым днём — в настоящее время оно примерно такого же размера, каким был Лос-Анджелес в твоё время, — сказала Клара. — Мама продолжает возвращаться с новыми трофеями, так что нам приходится постоянно расширять это место. — Это всё потому, что она скопидомка, — снова повторила Фрида. — Только потому, что тебе предлагают тысячу перепрограммированных Терминаторов за уничтожение Скайнета, не означает, что ты должна их принять. Она могла бы и сама построить кого-нибудь получше, плюс они продолжают на нас странно пялиться. И кроме того, я, наверное, никогда не пойму, почему Скайнет запрограммировал половину из них говорить с австрийским акцентом. Это действительно случайность? Тогда почему бы не запрограммировать их на австралийский акцент? А в Австрии терминаторы говорят по-немецки с японским акцентом? Скайнет так что, троллил всех подряд? — Всё это действительно сбивает с толку, — сказал Денни. — Похоже, я пропустил… много чего пропустил. — Ну да, — сказала одна из безымянных девушек. — Я сама ничего не знаю о том, как проходит детство, но, наверное, там не случается ничего важного. Всё классное начинает происходить, когда ты становишься подростком. — У нас было детство, фальшивое, — напомнила ей Фрида. — Тейлор сказала, что это важно для нашего развития как личностей. — Ага, жизнь на ферме, — пренебрежительно откликнулась другая девушка. — Как будто мы действительно когда-нибудь видели настоящую ферму. Я провела почти два месяца жизни, убеждённая, что коровы — это мифологические животные. Я имею в виду, это животное способно затоптать тебя до смерти, и человечество до сих пор против них не восстало? — Ты же с самого начала спокойно ела говядину, — напомнила ей Клэр. — Да, но я думала, что это какое-то клонированное мясо. — Клонируют из чего-то. Кроме того, клон не должен есть мясо другого клона. — Она говорит о планете обезьян, — заговорщически прошептала одна из девочек. — В фильме снялись настоящие обезьяны с обезьяньей планеты, хотя думаю, что вся та критика актёров, играющих злых обезьян, была преувеличена. — Это очень по-расистски и спорно, — чопорно сказала Фрида. — Люди же всё время играют плохих парней, — сказала другая девушка. — Почему обезьяны тоже не могут? — Мы скоро дойдём? — спросил Денни. Разговор звучал как старый спор между ними, какая-то старая политическая шутка, которую он не мог понять из-за отсутствия необходимого контекста. — Мы уже пришли, — сказала Фрида. Двери в это помещение были больше остальных, и открывались сами по себе. Комната за этими дверями выглядела почти как храм, с высокими, витражными окнами, сквозь которые лился свет, окрашивая полы цветной мозаикой. В конце зала стоял трон — он был украшен резьбой и гравюрами, которые он не мог чётко разглядеть из-за разделявшего их расстояния. Пол был из чёрного мрамора, а стены — из красного мрамора. Всё это немного напоминало церковь. А учитывая, что Тейлор была способна создавать целые миры на своём корабле, это, должно быть, было сделано преднамеренно. Денни был представителем Профсоюза докеров в течение многих лет. Он понимал, как важно показать силу при переговорах, как важны мелочи в заключении контрактов. По-видимому, Тейлор тоже это прекрасно понимала. Почему же она решила встретиться с ним в таком месте, как это? Она пыталась осадить его? Зачем ей было это делать? Или она пыталась показать ему, что её положение в мире изменилось, и что она уже не та маленькая девочка, которую он помнил? Тейлор, которую он помнил, не была такой, но если она встречалась с достаточным количеством людей, чтобы для этого пришлось выделить целый зал для аудиенций, тогда она должна была научиться чему-нибудь и на ниве искусства ведения переговоров. Для него прошла всего пара часов с тех пор, как головорезы Империи запихнули его на заднее сиденье своей машины. Для него она навсегда останется его маленькой девочкой, но она, скорее всего, не хотела, чтобы он так к ней относился. Её тут не было. — Мы пройдём через чёрный ход, — сказала Фрида. — Это её зал для аудиенций, где она встречается со всякими высокопоставленными лицами. Это место было размером с футбольное поле. Со сколькими высокопоставленными лицами тут можно встретиться? Или, может, этот зал был таких размеров, чтобы вместить сюда существ с разными размерами тела? В конце концов, тот же Краулер был размером с грузовик — возможно, она специально сделала зал таким большим в расчёте на встречу с существами подобных масштабов. Входные двери были таких размеров, что в них спокойно мог прокатиться Боинг 747, так что, возможно, вторая его теория была более верной. Дверной проём спрятался за троном. За дверьми пряталась маленькая комнатка. Она была уютной, с широкими окнами, выходящими на чуждый пейзаж. Снаружи окон была ночь, хотя комната, которую он только что покинул, была залита солнечным светом. Здесь стояли плетёные диванчики и кресла с плотной набивкой и декоративными подушечками. Вдалеке, в небе, парили острова, а джунгли переливались голубым, зелёным и пурпурным цветами. Ещё дальше он мог видеть больших, летающих по небу существ. Этот пейзаж был самым прекрасным из всего, что он когда-либо видел. Тейлор стояла лицом к окну. Девушки выскользнули из помещения раньше, чем он успел что-либо сказать, закрыв за собой дверь и оставив их в темноте. — Это настоящее место, — сказала Тейлор, кивая на пейзаж. — Всё на этой планете взаимосвязано. Местные жители являются хранителями природы, и всё здесь работает в гармонии со всем остальным. Я уже давно работаю над тем, чтобы привести людей к такому результату, но было удивительно найти такое место. Людей и близко не так легко убедить в том, что это лучший вариант из всех возможных. — Тейлор? — позвал Денни. Он ощутил, как что-то свернулось в тугой комок у него в животе. Она выглядела не старше, чем та девочка, которую он видел в последний раз, но было что-то в том, как она стояла, как она говорила. Было видно, что она привыкла, что к ней прислушиваются, что её словам повинуются. — Я хотела, чтобы всё было идеально к тому времени, когда я верну тебя, — сказала Тейлор. Она всё ещё не смотрела на него. — Хотела сделать всё так, чтобы ты гордился мной. Но ничто никогда не будет идеально. Совершенства не существует. — Мне жаль, что я оставил тебя, — сказал Денни. Её голос звучал так отстранённо, и он думал, не винит ли она его за то, что он бросил её одну, за то, что сделал её жизнь такой тяжёлой, за то, что она была вынуждена тащить на плечах тяжесть всего этого мира. За то, что ей пришлось убивать. — Я больше не та, какой ты меня знал, — сказала Тейлор. На мгновение она замолчала. — Я немного сошла с ума после твоей смерти. Я совершала поступки, о которых после жалела… плохие поступки. Часть меня думает, что после того, что я сделала, ты больше не сможешь меня любить. — Что ты сделала? — медленно спросил он. — Я убила их, — сказала Тейлор. — Я убила их всех. Империю, АПП, Барыг… ну, этих я пришибла случайно. Губителей. Зиона… — Что? Всё оказалось хуже, чем он думал. Он ощутил, как холодок ужаса пробежал по его спине. Она убила сотни людей, и ему было страшно подумать, как это могло повлиять на её разум. Сколько сожалений заполнили её душу, когда она стала старше и начала осознавать, что же она наделала? Подростки были импульсивны, и те части их мозга, которые осознавали степени риска, были недостаточно развиты, чтобы принимать взвешенные решения. Сколько раз она чуть не умерла, и всё из-за того, что его не было рядом, чтобы помочь ей? Они сказали, что она спасла мир, но Денни это не волновало. Как сильно давила на его дочь вина? — Я убивала целые виды, которые угрожали уничтожить человечество. Есть вселенные, где моё имя хулят, а есть вселенные, где моё имя превозносят. Думаю, у меня больше прозвищ, чем было паралюдей в Заливе, когда ты был жив в последний раз. Как кто-то может любить такого монстра, как я? Его удивляло, почему она вообще задавалась этим вопросом. Она вырастила дочерей — разве она не понимала, что ты всегда будешь любить своих детей, даже если будут времена, когда их поведение тебе не особенно нравится, или, может даже, они будут делать то, что ты не сможешь им простить? Денни схватился за плетёный стул. — Я никогда не убивала героев или невинных людей, за исключением одного случая, где люди горели заживо, но тогда это было актом милосердия. Но это не делает из меня меньшего монстра. Это просто мой способ чувствовать себя лучше. — Похоже, ты много думала об этом, — осторожно заметил Денни. — Каждый день, — ответила Тейлор. — Меня беспокоит то, что я могу сделать это снова… и что я сделаю это, если понадобится. Я достаточно сильна, чтобы мне больше не приходилось такого устраивать, но если будет существовать достаточно большая угроза человечеству или людям, которых я люблю, я знаю, что сделаю это снова. Вот что делает меня монстром. — Желание защитить кого-то не делает тебя плохой, — сказал Денни. — Иногда мне нравилось это делать, — сказала Тейлор. — Мстить. — В этом ты просто пошла в меня, — сказал Денни после долгой паузы. — Думаешь, мне не понравилось избивать того парня, который приставал к твоей матери? Избивать тех бандитов, которые пытались доставить неприятности нашей докерской ассоциации? Убивать — не выход, но, несмотря ни на что, ты всегда будешь оставаться моей дочерью. Поднявшись на ноги, он обошёл плетёный столик. — Что бы ты ни делала, я всегда буду любить тебя, — добавил Денни, положив руку на плечо дочери. Ощущалось это так, будто она совсем не выросла с тех пор, как он видел её в последний раз. Многие девушки так и не становились выше, чем в своём подростковом возрасте, но он ожидал, что дочка подрастёт ещё, по крайней мере, на два-три дюйма. Тейлор повернулась и крепко обняла его, уткнувшись лицом в грудь. Денни обнял её в ответ так крепко, как только мог, и только в этот момент ощутил, как она начала расслабляться. После времени, казавшегося целой вечностью, она тихо спросила: — А как ты относишься к генетическим изменениям и кибернетическим модификациям тела? — Что? Почему ты спрашиваешь? — с нехорошим подозрением спросил Денни. — Просто так.