Kill Them All

— Ты сделала что? — надавил Денни. — Пока ты восстанавливался, я улучшила тебя. У меня есть доступ к технологиям, которые ты себе и представить не можешь. Человеческие существа хрупки от природы, и достаточно минутной невнимательности, чтобы ты снова оказался мёртв. Продолжать воскрешения вредно для здоровья — вероятность возникновения мутации резко возрастает после десятого или двенадцатого раза, а последнее, чего тебе захочется, это отрастить вторую голову в подмышке. — Ты ведёшь себя так, будто меня собираются убивать каждые две недели! Мне удалось прожить сорок два года и при этом не умереть, я могу о себе позаботиться! Кроме того, ты не можешь просто взять и воткнуть в кого-то запасные части без их на то согласия! — Технически, ты в это время был мёртв, так что я была тем, кто распоряжался твоим телом. И, юридически, я была свободна в своих решениях. Кроме того, ты бы удивился, узнав, какие вещи сходят мне с рук в эти дни. — Дело не в этом! — воскликнул Денни. — Это нарушение моих прав! — Если ты будешь умирать каждые сорок лет или типа того, у тебя появятся лица на ягодицах прежде, чем ты об этом узнаешь. Или ты хочешь обзавестись третьей рукой, растущей из спины? Я как-то попробовала себе такую отрастить, и это не даёт тебе нормально спать. — Каждые сорок лет? — Существует лекарство от старения, — сказала Тейлор. — И у меня оно есть. Я даю его тем людям, которые мне небезразличны. Вероятность того, что с тобой случится какой-нибудь несчастный случай со смертельным исходом, почти стопроцентная, если говорить о временном промежутке примерно в тысячу лет. Если бы я не улучшила тебя, ты бы умер намного раньше от всяких инфекционных заболеваний или от порока сердца. Твои привычки в еде были не очень здоровыми до того, как ты умер. — Я всего лишь ел пиццу и любил выпить немного пива, — проворчал Денни. — Люди что, больше так не делают? — Сегодня пиццу и пиво делают полезными, — сказала Тейлор. — У них тот же самый вкус, но технологии предоставили методы по предотвращению долгосрочного дегенеративного эффекта, связанного с их употреблением. — Тогда в чём проблема? — В том, что ты будешь жить со мной, а одна из вещей, которые я делаю регулярно, это путешествия в новые вселенные. Всё, что мне нужно будет сделать — это попытаться переместиться сквозь миры, не задаваясь целью попасть в какой-нибудь конкретный мир, и я окажусь в новом месте. Раньше ты любил поесть в Мерзком Бобе. Ты бы умер в течение десяти лет, и это факт. — Ладно, — сказал Денни. — Так что ты со мной сделала? — Я сделала тебя быстрее, сильнее, выносливее. Я смешала с твоей ДНК образцы ДНК трёх инопланетных рас, так что у тебя начнут проявляться суперспособности, как только ты начнёшь впитывать солнечную энергию. Это произойдёт не сразу, но рано или поздно способности проявятся. А до тех пор я буду тебя защищать. — Когда ты успела стать таким параноиком? — проворчал Денни. Но его мысли вдруг лихорадочно заметались. — Подожди… Ты копируешь силы. Ты убила Губителей. Это значит, что у тебя есть сила Симург? — Да. И я не шутила насчёт того, что ты бы умер в течение десяти лет, если бы я не вмешалась. Если бы не я, ты бы умер через восемь лет, съев суши на заправке в то время, когда я была бы за пределами этого мира. — Я не стал бы есть суши на заправке! — возмутился Денни. Тейлор послала ему мыслеобраз. Он включал в себя и запахи, и Денни осознал, что у него чуть не потекли слюнки. — Ну, эти суши действительно выглядят довольно неплохо, — был вынужден признать он. — Пока я могу заглянуть в будущее только на десять лет вперёд, и я совсем не вижу, что будет происходить, если я прыгну в новые миры. Сила Симург, по факту, не совсем предсказательная, она просто моделирует ситуации в мирах, о которых у неё есть информация. Поэтому каждый раз, когда я перехожу в новый мир, существует шанс, что всё изменится. — Тогда зачем ты это делаешь? — спросил Денни. Ему казалось, что способность видеть всё своё будущее в мельчайших деталях заставляла дочку беспокоиться о вещах, которые были далеко за пределами её досягаемости. — Представляешь, какой скучной может быть жизнь, когда ты знаешь всё? — спросила Тейлор. — Это как Рождество, когда ты знаешь, что тебе подарят, или когда смотришь фильм, а все лучшие моменты уже показали в трейлере. Это всё портит. Я люблю исследовать новые миры и узнавать что-то новое. Мне нравится помогать людям, а иногда то, что я учу в новых местах, может быть использовано для улучшения ситуации в мирах, которые я уже контролирую… э-э-э… наблюдаю. — Ты ведь не захватила мир, не так ли? — с подозрением спросил Денни. Тейлор на секунду замолчала. — Официально — нет, — призналась она. — Но всё происходит так, как я того хочу. Я не могу пока что создать стабильную цивилизацию, по крайней мере, пока не сменится ещё три поколения людей. Люди сейчас слишком испорчены, чтобы можно было позволить им пользоваться теми технологическими преимуществами, которые я могла бы им предоставить, они лишь начнут использовать всё это во зло. — Ты видела это? — Я запускала симуляции, в которых пыталась ускорить прогресс, и все они заканчивались катастрофой, поскольку люди пытались лгать, воровать и обманывать, лишь бы извлечь выгоду для себя. Даже с силами Симург устроить такое невозможно. — Что? Но почему? — То, что делала Симург, легко, потому что когда всё, что ты хочешь, это превратить человека в бомбу, нужно лишь нанести удар по его психике. По сути, такие люди выстреливают свой снаряд и тебе всё равно на то, что с ними будет после. Делать нечто противоположное намного сложнее. — Противоположное? — Создание цепочки доброты. Незначительно изменять жизнь нескольких людей, чтобы они стали лучше, и, в свою очередь, повлияли бы на других. Это похоже на выстраивание цепочки из домино, но люди сегодня, как правило, настолько испорчены, что активно сопротивляются моим попыткам сделать их лучше. Они пережили Ад, и это оставило столько шрамов на их душах, что копаться в них это всё равно, что распутывать ящик, заполненный кучей перепутанных компьютерных проводов. Если распутать достаточное их количество, можно запросто стереть их личности, стереть тех, кем они были до этого. Я не особо возражаю против того, чтобы делать это с ужасными людьми, но даже это требует времени. Делать же такое с шестью миллиардами человек, которые размножаются так же быстро, как ты мог бы их обрабатывать? Это уже невозможно. Было немного тревожно от того, что Тейлор, казалось, не была против полного изменения личности человека. Он надеялся, что это было не тем, чем она часто занималась. — Поэтому я ограничиваюсь тем, что делаю людям лёгкие внушения на то, чтобы сделать их жизнь лучше. Их дети всё равно получат ущерб для психики из-за того, что их будут воспитывать эти люди, но комбинация из других запущенных в мире программ сделает его меньше, чем он мог бы быть. Следующее после этого поколение будет ещё здоровее, а четвёртое будет уже достаточно психически устойчивым, чтобы я могла обнародовать антивозрастную формулу. Кроме того, к тому времени у нас уже будет в полном разгаре программа межзвёздных перелётов, так что демографический взрыв не разрушит жизнь на планете. Получается, она не хотела открывать лекарство от старения тем людям, которые жили в мире сейчас? Потому что эти люди были похожи на гнилые яблоки, испускающие свои флюиды, от которых другие фрукты вокруг начинают портиться ещё быстрее? — Люди знают, что ты скрываешь от них лекарство от старения? — Нет. Если они узнают, они взбунтуются и правительство будет заставлять меня отдать лекарство им. А потом оно попытается ограничить поставки лекарства политикам и людям, которые будут считаться достаточно важными фигурами в обществе, а последующие за этим протесты и революции приведут к гибели более двух миллионов человек во всём мире. И это то, что я увидела в пределах моего десятилетнего окна. Пока об этом знает только мой личный круг знакомств, люди будут считать, что я использую свои силы, чтобы сохранить им молодость. При таком раскладе всё равно будут находиться те, кто будет против этого возражать, но такие были даже когда я предложила миру лекарства от диабета, шести видов рака и травм спинного мозга, и упирали они при этом на идею того, что в случае распространения таких лекарств лечение смогут получить даже недостойные его. — Что? — Таких противников новых лекарств поддерживали производители инсулина, лекарств от диабета и те, кто производил средства и устройства для излечения от рака, хотя они и старались держать своё участие в протестах в секрете. Хотя, конечно, в основном это были отдельные сумасшедшие, и большинство таких дел было закрыто судом, особенно когда я… пообещала, что в случае настоящего судебного дела публично открою информацию о настоящих покровителях этих протестов, и что за лекарства они пытаются не пропустить на рынок для обычных людей. По какой-то причине многие суды, похоже, очень не хотели, чтобы в случае открытого дела я пришла и лично давала показания против жалобщиков. Тейлор ухмыльнулась. — Но всё же Федерация была права как минимум в одном. Иногда люди не готовы к некоторым видам технологий. Как-то я нашла мир, где люди самостоятельно изобрели лекарство от старения, но отказались ограничивать рождаемость по религиозным соображениям. Всё это было задолго до того, как они начали осваивать космос. Число разводов в этом обществе резко возросло — многим людям вполне комфортно жить в браке по пятьдесят лет, но пятьсот или пять тысяч лет с одним и тем же человеком сводят их с ума. В любом случае, они были на пути к саморазрушению — их было так много, что у них бушевала дюжина пандемий одновременно, которая сильно прореживала их численность, и, тем не менее, им всё равно требовалось вести войны за ресурсы, так их было много. — Но ты спасла их? — Я спасла некоторых из них, — поправила она Денни. — Если бы я открыла им способ космических путешествий, они бы просто заполонили вселенную, пока снова не начали сидеть друг у друга на головах. Нельзя спасти всех, даже я на это не способна. — Но ты могла бы их спасти. — Если бы я появилась перед ними и предложила выход из ситуации, но потребовала при этом введения универсального метода контрацепции, они бы попытались сбросить на меня ядерную бомбу. В результате нанесённого экологии ущерба погибли бы миллионы людей. Я могла бы создать вирус, который сделал бы людей полностью неспособными продолжать род, но в этом случае различные земные фракции начали бы обвинять в этом друг друга, пока снова не начнётся война. Если бы я взяла на себя ответственность за это, они потратили бы всё свободное время на то, чтобы пытаться меня убить вместо того, чтобы попытаться решить собственные проблемы. — Значит, ты ничего не сделала? — Я вложила правильные идеи в нужные головы, — сказала Тейлор. — Люди должны считать, что всё, что они делают, они делают по собственному желанию. Если это будет не так, они сделают всё противоположное, даже во вред себе, только бы насолить тому, кто вложил в них эту идею. — Так значит… — Правительство того мира предоставит особые привилегии бездетным. Люди, у которых уже будут дети, будут возмущаться, но дети таких людей будут воспринимать бездетность как свой гражданский долг из-за небольших изменений, которые я внесла в местные телевизионные программы. — Это послания, влияющие на подсознание? — Уроки жизни, которые будут размещаться в сюжетных линиях программ, и которые дойдут до нужных людей. Даже сейчас есть учёные, которых на их научную деятельность вдохновила научная фантастика. Это будут люди, которые действительно могут что-то изменить в жизни. Люди уделяют не так уж много внимания детскому телевидению, а дети, между прочим, впитывают всё как губка. Если предположить, что после такого все они не решат покончить с собой, надеюсь, всё у них наладится. Я не могу заглядывать в будущее настолько далеко, поэтому буду время от времени навещать их и, если потребуется, направлять в нужную сторону. — Ты часто этим занимаешься? — спросил Денни. — Похоже, это довольно сложная работа. — Ну, у меня есть несколько личных проектов, несколько миров, которые я взяла под своё шефство, — призналась Тейлор. — И Земля Бет, в частности, одна из таких. Ты бы хотел попасть домой? Денни кивнул. В комнате вдруг открылся портал, и Тейлор оказалась рядом с Денни, хотя он не видел, как она двигалась. Она положила руку ему на плечо, и когда они прошли через портал, тот закрылся за ними. — Я установила на нас фильтр восприятия, — сказала дочка. — Большинство людей примут нас за кого-то другого, за исключением нескольких человек, которым я позволю нас увидеть. — Это действительно твоя внешность? — спросил Денни. Тейлор только пожала плечами. — Я больше не уверена, что у меня действительно есть какая-то настоящая форма. Я выгляжу так, как хочу выглядеть. Это — та внешность, которой я пользуюсь чаще всего. Своего рода, мой бренд, — сказала она. — Как-то раз я решила представать перед людьми так, как обычно в библии описывают ангелов, но обычно это просто сводит их с ума, так что так я делаю не очень часто. Я появлялась и в образе горящего куста, и ворона, и старичка с посохом… делала всё, чтобы донести суть. Денни смерил дочку внимательным взглядом. — Это кажется немного… самонадеянным. Тейлор только пожала плечами. Дорога, на которую они вышли, была ему незнакома. Всё вокруг было очень похоже на Броктон-Бей, за исключением того, что казалось очень, очень чистым. Только когда они завернули за угол и ему открылась панорама города, он осознал, как от шока у него отвисает челюсть. Вместо Броктон-Бея, который он знал, ему открылся вид на футуристический город. Летающие машины заполонили небо, а улицы, казалось, остались лишь для пеших прогулок. Мода казалась немного другой, но люди выглядели более расслабленными, чем он когда-либо видел. Окружающие свободно болтали между собой и казались счастливее всех его знакомых. — Это богатый район? — спросил он у дочери. — Беднейшая часть города, — покачала головой Тейлор. — Я хотела попробовать создать общество без денег, но моделирование показало, что достичь этого будет непросто, по крайней мере, для этого поколения, и, вероятно, для парочки следующих тоже. Люди любят концепцию денег. Лучшее, что я могла сделать, это убедиться, что никто не останется голодным, и что все чувствуют себя в достаточной безопасности и имеют хотя бы минимальный уровень комфортной жизни. Возможно, в конечном итоге, мы даже сохраним денежную валюту — Федерация сильно гордится тем, что является посткапиталистической. Было бы неплохо показать им, что модифицированное капиталистическое общество может работать также хорошо. — Эберт, — позвал голос сверху. Чернокожая женщина лет тридцати спрыгнула на землю рядом с ними. — Это София, — сказала Тейлор. — Она герой Протектората. — Это твой отец? — спросила София, и тут же протянула руку, чтобы крепко пожать протянутую в ответ ладонь. — Как делишки? — спросила Тейлор. — Охереть как скучно. Почему я не могу войти в исследовательские группы? — Тебе напомнить, что случилось с гозерианцем Гозером? — Это была не моя вина! — возмутилась София. — Виста совершенно несправедливо рассудила эту ситуацию! — Ну, ты же понимаешь, у меня нет власти над СКП, — сказала Тейлор. — Брешешь! — сказала София. — Ты превратила город в место, где для нас не осталось никакой работы, и теперь штаб чуть ли не в задницу мне дышит со своей слежкой! Если бы не исследовательские группы, я могла бы с таким же успехом пойти устроиться куда-нибудь работать бухгалтером, или что-то в этом роде. — Вообще-то, Мисси глава местного отделения, и с моей стороны было бы неправильно действовать через её голову. — Может быть, ты просто… исправишь меня? — О-о-о, нет, — сказала Тейлор. — Ты заставила меня пообещать тебе, что я никогда не буду лезть к тебе в голову, а я держу свои обещания. — Мне было пятнадцать! — возмутилась София. — Чёрт возьми, было бы намного легче ладить с людьми, если бы не мой характер. — Как там, кстати, Шон? — Мы расстались, — угрюмо сказала женщина. — Он сказал, что я слишком жестокая и нездоровая, чтобы строить отношения с такой, как я. — Ты становишься лучше, — успокаивающе сказала Тейлор. — Уверена, что в конце концов Мисси отправит тебя на интересные задания. Прежде, чем женщина успела ответить, они уже переместились куда-то в другое место. — Она была одной из хулиганок, которые издевались надо мной в школе, — сказала Тейлор. — Но она правда исправляется, хоть это и занимает у неё много времени. Ещё десять лет, и она станет почти нормальным человеком. Денни нахмурился. Была ли это мелкая месть под прикрытием заботы, или она просто хотела позволить той женщине сохранить собственный разум? Он всё равно не считал этичным овладевание чужим разумом, даже если Тейлор об этом в открытую попросили. — В любом случае, она на самом деле не хочет, чтобы её характер менялся. Она просто хочет сражаться с монстрами, — сказала Тейлор. — Она бы потом обиделась на меня за такое. Следующие два часа были ошеломляющими, потому что Тейлор показывала ему мир. Он видел остатки того, что было в его время — большинство мест изменилось не так сильно, как Броктон-Бей. Очевидно, что кричащие красные инопланетяне оказались слишком увлечены ремонтом того места. Но всё выглядело неестественно чистым, да и эти летающие машины были повсюду. А ещё на Луне и Марсе были поселения. Всё это казалось Денни каким-то чуждым, и он беспокоился, что ему не будет места в этом мире, который он не понимал. Казалось, что Тейлор в конце концов ощутила его дискомфорт. — Есть ещё одно место, — сказала она. — Первоначально я назвала его Земля Жатвы, но в конце концов жители выбрали для него другое имя. Она открыла перед ними очередной портал. На другой стороне был мир, полный пышной зелени. Она выглядела более знакомо, чем мир, который они покинули, и очень, очень прекрасно. — Они называют это место Эдемом, — сказала Тейлор у него за спиной. Она положила руку ему на плечо и повела его вперёд. Они оказались на утёсе, с которого открывался прекрасный вид на водопад. Здесь были дети, влетающие в воду, летящие вдоль водопада и выныривающие из воды. Иногда они взмывали в небо, а после со смехом ныряли обратно. — Здесь никому не требуется есть, — сказала Тейлор. — За исключением детей. Им не нужны укрытия, потому что их тела достаточно сильны, чтобы выжить в космическом вакууме. Они живут в гармонии с природой, потому что, в конечном счёте, им ничего не нужно. В другом мире их назвали бы суперменами, но здесь они просто нормальные люди. Джунгли позади них расступились, и к ним вышла женщина с зелёными волосами и зелёной кожей. — Тейлор, — тепло поприветствовала она дочь Денни. — Пэм, — поздоровалась Тейлор. — У вас тут всё хорошо? — Вся планета жива, — сказала Пэм. — И модификации людей сохранят это место таким, каким оно стало. — В конце я собираюсь таким же образом модернизировать всё человечество. Первым из космических рас требовалась определённая длина волны света в качестве катализатора их силы. Я изменила это так, чтобы свет большинства звёзд сохранял для них эту силу. Одна из причин, по которой я жду, когда можно будет изменить людей, заключается в том, что это не будет хорошей идеей до тех пор, пока люди не станут альтруистами и не захотят помогать другим. В противном случае, я просто обрушу на вселенную империю Зла. — Это ведь те самые силы, которые ты дала мне, — сказал Денни. — Немного модернизированные, но да, — кивнула дочка. — Я начинаю с более слабых версий способностей, и по мере того, как люди будут привыкать к своим силам, я буду делать их всё сильнее и сильнее. Те, кто живёт здесь, примерно в два раза сильнее Славы. — Ваш коттедж готов, — сказала Памела. — Большинство местных живут в домиках на деревьях, — сказала Тейлор. — Но я подумала, что ты захочешь остаться на земле, по крайней мере, пока не научишься летать. Денни медленно кивнул. Она что, бросала его здесь? И что он будет здесь делать? Каким бы красивым это место ни было, оно не походило на то, где требовался синий воротничок прямиком из старого Броктон-Бей. И он определённо не был одним из тех просветительских умов, о которых постоянно говорила Тейлор. Она коснулась его руки, и внезапно они очутились в другом месте. Перед ними раскинулся домик. Он выглядел так, будто его сделали из огромного гриба, хотя на окнах висели занавески, а перед дверьми было аккуратное каменное крыльцо. На его вкус, место выглядело немного по-девчачьи, как иллюстрация из детской сказочной фантастической истории. — И это ещё не самая лучшая часть, — сказала Тейлор. Она казалась немного взволнованной. — Это здорово, — сказал Денни. Ему не удалось скрыть отсутствие энтузиазма в голосе. Тейлор, казалось, почти что вибрировала от внутреннего возбуждения, когда вела его вокруг дома на другую сторону. На другой стороне кто-то стоял на коленях и что-то сажал в грязь. Со спины фигура казалась странно знакомой, хотя Денни не понимал, откуда они могут быть знакомы. — Мам, — позвала Тейлор. — Папа здесь. Он замер, когда женщина, копошащаяся в земле, обернулась и сняла шляпу, чтобы посмотреть на них. Затем она поднялась на ноги и улыбнулась. — Денни! — тепло поприветствовала она его, а затем её взгляд соскользнул немного вниз. — Ты немного прибавил в весе? — Ч… что? — Путешествия во времени, — пояснила Тейлор. — Выхватила её прямо из машины, заменив тело клоном. Чем больше практики, тем это становится легче. Ещё я подобрала так Курта и Лейси, и ещё кое-кого из докеров. Ты не поверишь, как было трудно подобраться незаметно от себя самой. — Аннет? — неверяще позвал Денни. Она, казалось, не так сильно удивилась, увидев его, вероятно, потому что она не прожила нескольких лет в разлуке. Но она раскрыла объятия для него, и он обнял её так крепко, как только мог. — Тейлор говорит, что я могу стать учительницей, — сказала Аннет ему в шею. — И ты тоже. Денни не мог ни о чём думать — всё, чего он хотел, это обнимать её и вдыхать её запах, запах, который он постепенно забывал. Теперь всё в мире встало на свои места. Если ему придётся жить в грибе и каждый день летать на работу собственным ходом, это не будет иметь значения, пока рядом с ним была его жена. Тейлор присоединилась к их объятиям, и он забыл обо всех своих опасениях о том, что его дочь могла стать чем-то, что больше не было человеком. В этот момент они были вместе, и всё было хорошо. Это место действительно по праву называлось Эдемом. ------------ 2 ноября 2020 — 2 февраля 2022 г. - Bonfaranto (Первожрец мантонизма) Раскаяние Во вспышке портала появилась девушка-подросток. Оглядевшись, она кивнула сама себе. — Сойдёт. Эта версия Земли была не просто безлюдна, но и лишена всякой жизни, как и вся окружающая Вселенная. Небольшое отклонение одной из фундаментальных космологических констант не позволяло существовать ничему живому, но манипуляция реальностью спокойно гасила негативные эффекты. Вокруг простиралась огромная каменистая равнина и стоял предрассветный сумрак. Проведя парочку быстрых расчётов, Жатва сотворила прямо из воздуха статуи транспортного средства, человека и птицы. Материалом статуй был настоящий адамантий, но внешне статуи ничуть не отличались от своих реальных аналогов, в точности повторяя все детали. Внимательно оглядев получившуюся композицию, девушка вздохнула. — Я была вынуждена вас убить. Да, я заблуждалась! Но и вы виноваты в том, что оказались не в том месте и не в то время! Статуи высокомерно промолчали. — Я даже пыталась вас спасти! Несколько раз! Но это было бессмысленно! Доктор потом сказал, что узловые точки истории изменить невозможно, не разрушив вселенную целиком на всей временной линии. Она вздохнула. — И вы даже не представляете, что натворили своими смертями! Вот ты! — Она ткнула в статую человека. — Про твоё убийство знает каждая собака в этом кластере вселенных! Кто только не ставил мне это в вину! Даже Супермен, даже Фред! И даже Джокер потом прислал открытку из Аркхэма, написав, что никогда бы не стал делать что-то настолько чудовищное. Жатва походила перед статуями, успокаиваясь. — Откуда мне вообще было знать, что ты, чёрт возьми, ни в чём не повинный учёный, а эти мудаки вокруг твои аспиранты?! Кто вообще додумался проводить практическое исследование «Негативного воздействия паралюдей на культуру и быт малых городов Северной Америки»? Теперь ты невинная жертва жуткой Жатвы, в честь тебя даже религию создали! Я прямо чувствую, как они строчат свои обидные комментарии в интернете! Этот твой фургон у меня уже вот знаешь где! Девушка жестом обозначила своё отношение к транспортному средству. — А ты! — ткнула она пальцем в птицу. — Ты вообще умер за благое дело, спася мир от натурального хтонического монстра. И ты даже не понял, что умер! Почему все про тебя упоминают?! Зоозащитники мне покоя не дают, напоминая про то, что ты был «очередной жертвой немотивированной агрессии Жатвы»! Жатва сделала пару кругов перед статуями и ещё раз вздохнула. — Ладно. Я… прошу прощения. Я не должна была вас убивать. Простите. Я постараюсь стать лучше. Девушка исчезла во вспышке портала, а статуи лысеющего человека в очках и голубя в его руке остались сидеть в дверях старого, побитого жизнью фургона и встречать рассвет. Первый, из оставшейся Вечности.