Хрупок ли фарфор?

— Добрый день. Как я могу вас звать? — поинтересовался Хоа у девушки. Вид у неё был плачевный. Однако правильная осанка, умный взгляд, очки и даже… аура гордого человека — всё говорило об обратном. Хоа понял, что несмотря ни на что она умела достойно держаться. Для людей, которые не имеют какой-либо части тела, обычно это очень сложно. А у неё отсутствуют две. Девушка, услышав слова Хоа, немного удивилась. За несколько дней, что она тут сидит, ещё никто не спрашивал её имени. «Неужели этот маленький мальчик тоже будет над ней издеваться?» — подумала она. — Можешь называть меня Нюнг, — ответила спокойно девушка. — Что вы продаёте? — продолжил он. — В основном вещи, которые я когда-то использовала во время культивации и мои наработки. В своё время я любила изучать и интересовалась многими вещами. В этих словах чувствовались сожаления и обиды. — Возможно, я поведу себя слегка нетактично… — начал Хоа. — Но могу ли я поинтересоваться, что за несчастье произошло с вами? — Не думаю, что вам будет с этого какой-то прок. Но если настаиваете… — посмотрела на него девушка, слегка прищурив глаза. — Да. Девушка тяжело вздохнула и начала свой рассказа: — Помню тот день, будто он был вчера. Тогда мне было восемнадцать лет — рассвет моей юности. В кругу сверстников я была очень уважаема. Мои знания о лекарственных травах и демонических зверях были обширны. Однако у меня была соперница, которая хотела меня превзойти во всём. Ей не нравилось, когда я могла поправить её неточность или сказать, что её предположение не совсем верно. Я не старалась её опозорить или ещё что-то… Даже уважала её за стремление к знаниям. Просто, науку я любила больше, чем боевые искусства. Поэтому могло показаться, что я зазнаюсь. В тот день меня вызвали на поединок. Этот человек был очень силён и уважаем. Как я потом узнала, моя соперница каким-то образом была с ним связана. Может быть он её любил, а может и нет. Сейчас это не важно, — она сделала некоторую паузу. — Я не могла отказаться от этого поединка — таковы были правила клана. Если культиватор имеет какие-то претензии к другому, то поединок должен был решить всё. Конечно, в том поединке я проиграла. Всё это больше смахивало на избиение ребёнка, которым была я. Он жёг мои руки своим синим пламенем, а я не могла ничего сделать. Я молила о прощении, хоть и не понимала, в чём провинилась. Врачи не смогли спасти мои руки. Да и моя семья не была богатой, чтобы пригласить достаточно квалифицированных. С того самого дня я калека и больше не имею возможности практиковать боевые искусства. Во время всего рассказа лицо Нюнг можно было сравнить лишь с камнем: напряженные скулы, безэмоциональность и взгляд, направленный в одну точку. История была грустной, но Хоа насторожил один факт: оппонент этой девушки имел сущность синего пламени. Единственным таким счастливчиком был его родной отец — третий молодой господин. Получается, что именно он разрушил её жизнь. А ведь эта девушка совершенно ничего не сделала. Ган Нюнг была поражена тому, что рассказала так всё легко совершенно незнакомому маленькому мальчику. Она долго держала все свои чувства в себе. Но ей теперь стало чуть легче. — Почему вы это всё продаёте? Разве вам не дороги эти вещи? — неожиданно спросил Хоа. — С того самого дня я являюсь нахлебницей. Мои родители уже умерли, поэтому больше некому присматривать за мной, кроме брата. Но у него своя жизнь, в которой я являюсь лишь обузой. Поэтому я решила хоть что-то продать, чтобы не чувствовать себя бесполезной, — без колебаний ответила Нюнг. — Тогда я мог бы у вас что-нибудь купить, — с улыбкой подметил Хоа. — Прости, мальчик, но всё самое лучшее уже разобрали. Даже не заплатили. А что я могу сделать? Ничего, — с грустью ответила девушка. — Если у вас остались наработки про лекарственные травы или демонических зверей, то я был бы не против их посмотреть, — настоял Хоа. Девушка посмотрела на него, пытаясь понять, что он хочет сделать. — Посмотри тетради: две зелёные и одна коричневая. Почерк не очень разборчивый, поэтому ими никто не интересовался. Если захочешь купить, то можешь предложить свою цену, которую ты способен отдать. Хоа достал из стопки три тетради. Открыв первую он увидел, что почерк и правда несильно красивый, но вполне читаемый. Прочитав немного содержимого, он был приятно удивлён: в каждой строчке были какие-то пометки, интересные примечания. Эти наработки человека, который действительно очень любил изучать. — Хорошо, я беру. Я не стану предлагать свою цену — это будет несправедливо. Поэтому установи её, пожалуйста, в соответствии с тем временем, что ты потратила на создание этих наработок. От таких слов девушка была немного в шоке. Почему мальчик не воспользовался ситуацией? Он мог вообще просто их взять и не платить. Почему он так говорит? — Я думаю, трёх серебряных будет достаточно, — робко ответила Нюнг. — Ты недооцениваешь себя, — сразу ответил ей Хоа. Достав из кармана десять серебряных, он наклонился к девушке и положил их в её карман. — Я не могу тебе дать больше, однако, знай, что ты всегда можешь прийти ко мне в домик у пруда в восточной части клана Ган. Я искренне сожалею, что мой отец сломал тебе жизнь, поэтому не стесняйся обращаться за помощью. Я постараюсь сделать всё возможное, — серьёзно сказал Хоа, развернулся и немедленно ушёл. Девушка осталась на своём месте и глядела ему вслед. Она не могла поверить в то, что услышала из уст этого маленького мальчика. Сама того не замечая, она начала плакать, а серебряные монеты в кармане тихонько зазвенели. Наверное, это было немного глупо со стороны Хоа. Но эта девушка годами была одна. Он не хотел быть как все и остаться в стороне. Ключевую роль сыграло то, что именно его отец несправедливо обошёлся с ней. Потом он ещё походил по рынку: купил карту леса и самый обычный кинжал. На всё Хоа потратил в итоге двадцать монет, даже пятнадцать оставалось. Он решил, что так даже лучше — будёт заначкой на чёрный понедельник. Направляясь в обратную сторону, Хоа зашёл на центральную площадь. Там висели объявления о многих событиях клана. В частности его интересовало новогоднее соревнование. Посмотрев на объявление, он не нашёл каких-либо ограничений, кроме как по рангу. Учащиеся выше первого ранга не допускались, что его очень обрадовало. Придя домой, Хоа застал Май, опять хлопочущей по дому. На столе уже стоял обед. Видно, что она его ждала. Сев за стол, он сказал: — Май, я заранее предупреждаю, что к нам может прийти девушка. У неё нет обеих рук. Она рассказала, что пострадала от моего отца, поэтому я не мог пройти мимо. Я знаю, что стоило посоветоваться с тобой, но… — Да не переживай, Хоа. Я понимаю. Тем более она может и не прийти. Ты сам сказал, — перебила его Май, — Лучше ешь скорее, а то остынет. Горничная тепло ему улыбнулась и открыла тарелку с обедом. Это был куриный суп. После обеда Хоа удалился в свою комнату для изучения новых материалов. Записи Нюнг были очень… простыми? Всё было понятно, и никаких вопросов не возникало. Через два часа он уже в принципе понимал, что ему нужно было попытаться достать в лесу. Что касается лекарственной травы — ему вполне подходила трава Живительного Ян, которая имела хорошие восстанавливающие свойства, росла на гористой местности и была довольно распространённой. А по поводу демонических зверей он даже сорвал джек-пот — его выбор пал на Безликого паука. Он был совершенно безобидным, а в качестве защиты использовал иллюзии. Более взрослые пауки могли вызвать даже сильную головную боль. Хоа не ставил себе невозможные задачи и не собирался выделяться. В глубины леса он тем более не собирался уходить — чем дальше, тем больше вероятность не вернуться: демонические звери и соперники, жаждущие попасть в первую десятку, были серьёзной угрозой для него. Определившись со своими заданиями на первый этап соревнований, который начнется уже через четыре дня и продлится три дня, он решил попытаться укрепить своё тело с помощью элемента ветра. Раскрутив до определенной частоты вращения свой универсальный элемент, Хоа одновременно поглощал окружающие его элементы и направлял силу ветряного элемента по всему своему телу. Он чувствовал, что элемент ветра смягчает боль от культивирования, и был очень рад этому. С этим он теперь мог намного дольше заниматься культивацией.

Продолжение следует…